Восьмой демон

В последнее время Грацея плохо спала. Голову заполняли мысли о том, что ей сказала Мерелин. Люсет взвешивала все составляющие, пыталась предугадать последствия. И, как бы ни старалась воззвать к совести, ее жизнь выигрывала в ее глазах. Разрушенные судьбы других не имели для нее такого большого значения, как ее собственная. Тем не менее, она должна была учесть все. Время было позднее — близилось к полуночи. В холодных коридорах замка уже никого не было. Лишь выл буйный ветер на улице, его свист слышался через каждую щель и старые оконные рамы. Ее окружал легкий мрак, и Грацея видела лишь очертания стен и светильников на них, пола, статуй в углах и сводчатых потолков. Опустив голову, Люсет неторопливо брела по коридору, безучастно рассматривая носки своих сапог. На ее плечах болталась теплая шерстяная черная шаль. Звук ее глухих шагов разлетался по холлу и прятался где-то в углах, нарушая покой старого замка. Грацея сбавила шаги почти до минимума, когда услышала посторонний звук — словно чья-то ладонь хлопнула по каменной стене с невероятной силой. Девушка вовсе замерла, когда ее острое зрение уловило высокую фигуру в конце коридора. Кто-то стоял, опираясь на стену, и тяжело дышал. Люсет напряглась, сжала руки в кулаки и бесстрашно позвала: — Эй, кто там? В ответ ей донеслось лишь то же тяжелое, уставшее дыхание. Ей стало не по себе. Грацея передернула плечами, подняла руки и сжала на груди края шали. Фигура оттолкнулась от стены и неожиданно быстро начала приближаться к наследнице. Грацея среагировала молниеносно — ее глаза загорелись закатным светом, за спиной распахнулись черные крылья, а в руках начало формироваться копье. Свет от оружия осветил коридор, а вместе с ним и черный силуэт. Наследница раскрыла от изумления рот, руки с копьем опустились. Яркие глаза Люсет распахнулись и неотрывно следили за фигурой. Из темноты выплыло грязное, бледное лицо знакомого ей эльфа. Уставший и измученный Тайрон Дайваль оказался перед ней. Его глаза испуганно метались, руки, которыми он сжал плечи Грацеи, дрожали то ли от холода, то ли от эмоций. — Грацея… Где Мерелин? Пораженная девушка едва ли расслышала его. Она не могла отвести взгляда от эльфа, которого все считали погибшим. Но вот он — живой! Пусть бледный, пусть уставший, пусть испуганный и дрожащий, но живой! — Ты жив… — только и смогла выдохнуть Грацея. Она медленно подняла свободную от оружия руку и коснулась ледяной ладони эльфа. — Ты жив. — Грацея! — Дайваль требовательно рявкнул и тряхнул ее за плечи. — Все потом! Скажи мне, где Мерелин! У нас мало времени! Я знаю, кто убийца! Наследница Зависти наконец начала приходить в себя. Грацея недоуменно уставилась на эльфа. — Что? Убийца? Ты о чем вообще? — Слушай меня внимательно, — эльф с такой силой сжал ее плечи, что Люсет изумилась тому, сколько силы в теле изнуренного парня. — Наследников не похищают. Их убивают для особого ритуала. Шесть наследников уже есть. Остался последний. Я знаю, кто убийца, и знаю, что ему нужна Мерелин. Прошу тебя, беги быстрее в женское крыло и буди ее. Приведи Мерелин в кабинет директора как можно быстрее, а я пока пойду к нему и всё расскажу. У нас счет на минуты, Грацея. Я тебе верю, ты справишься. «Потому что знаю: ты — не убийца. По крайней мере, не тот, который нам нужен». Она ощущала всю серьезность ситуации — никогда прежде она не видела эльфа таким встревоженным. Но времени на расспросы не было. Без лишних слов Грацея кивнула. Тайрон отпустил ее, и девушка со всех ног бросилась по коридору. За ней развевались крылья и черная шаль. Дайваль еще секунду провожал ее взглядом, а после развернулся и стремительно побежал к Северной башне. *** В такое время Аарон и Райдес еще не разошлись. Мужчины сидели в кабинете директора и перебрасывались короткими фразами. Буйный ветер проникал через старые оконные рамы и умудрялся расшатывать даже тяжелые портьеры. Рован то и дело удивлялся ужасной погоде, попивая любимый горячий чай из небольшой чашки из сервиза, который выиграла Мерелин на фестивале. Удивительно, но он ему даже полюбился — секретарь часто использовал его для чаепитий. — Погода просто ужасная, — в очередной раз подметил Райдес, повел плечами и с удовольствием вдохнул яркий аромат ягодного чая. — Даже если ты продолжишь повторять это каждые две минуты, погода не улучшится, — отстранённо подметил Николас. Директор снял очки и провел ладонью по лицу. Он чувствовал легкую усталость и уже начинал задумываться о том, чтобы заканчивать с работой на этот день. Но его планам не суждено было сбыться. Без предупреждения и стука дверь в кабинет распахнулась, заставив двух демонов подскочить на местах. Аарон распахнул глаза, готовый к неожиданной атаке. Рован едва не швырнул чашку на стол, но вовремя сдержал себя. Увидев на пороге замотанного в черную грязную мантию эльфа, секретарь и директор изумленно вытаращились на него. — Дайваль? — вскричал Райдес. — Ты здесь откуда? Мы думали, ты умер! Тайрон посчитал эту фразу довольно комичной и даже ироничной, ведь, по сути, он и правда умер. Его трясло от холода и страха, за ним неотступно следовал дух Лоя Линерро, который то и дело подгонял эльфа. — Я знаю, кто убийца! — без лишних предисловий начал Тайрон. Директор и секретарь встревоженно переглянулись. Рован усадил эльфа на свое место, всучил ему чашку с горячим чаем и потребовал: — Рассказывай! Тайрон выпил чай залпом — его словно не волновала его температура. Обожженный язык не был большой проблемой, зато всё внутри согрелось. Дрожь стала значительно меньше. Дайваль затараторил: быстро рассказал о том, как выбрался из ущелья под руководством пронырливого духа Линерро, который каждую секунду подгонял его, беспокоясь за старшую сестру; как, угнетенный холодами, ютился на маленьких кораблях, прячась среди груза, чтобы не попасться работорговцам, как на повозках добирался до столицы, а оттуда — до академии. И наконец поведал о том, как встретил в коридоре Грацею и отправил за Мерелин. — Постойте, вы хотите сказать, что убийца в академии? — вопросил Николас. Он оперся ладонями о стол и наклонился вперед, нависая над эльфом, как гора. — Он все время был у нас под носом, — кивнул Тайрон. — Более того — у всех на виду. Тайрон дернулся, когда Лой коснулся его призрачной рукой. Аарон и Рован странно на него покосились. — Здесь Лой Линерро, — пояснил эльф. — И он требует, чтобы вы поспешили. Убийца нацелен на Мерелин. — Зачем она ему? — недоумевал Райдес. — Ведь один из пропавших наследников был из фракции Жадности. — У него на нее другие планы, — парировал Тайрон. — Куда более грандиозные. Похоже, это связано с тем, что ее заклеймил демон Ненависти. Лой говорит, что убийца и правда собирается призвать его. — Раз ты знаешь имя убийцы, скажи его, — потребовал Николас. Стоило Тайрону открыть рот, как в окно кто-то громко постучал: грохот и звон стекла на несколько мгновений оглушили мужчин. *** Грацея за считанные минуты добежала до женского корпуса. В гостиной в такое время никого не было — это ей на руку. С гулко бьющимся сердцем наследница Зависти почти взлетела по лестнице на второй этаж, остановилась у комнаты Мерелин и, наплевав на все приличия, распахнула дверь. Ее встретили тишина, тьма и сквозняк — дверь, ведущая на балкон, была распахнута. Люсет подскочила сначала к одной кровати, отдернула балдахин, потом к другой. Ни в той, ни в другой никого не было. Девушка выдохнула клубок пара, обхватила себя за плечи и огляделась. В спальне веяло холодом и отчаянием. Там никого не было. Через открытую балконную дверь ветер приносил хлопья белого снега. «Счет идет на минуты, Грацея». Ей вспомнились слова Тайрона. Неужели она опоздала? Стоять в пустой комнате не было смысла. Закрыв входную дверь, Люсет выскочила на балкон, запрыгнула на перила и распахнула крылья. Ее высокая фигура устремилась ввысь и направилась к Северной башне. *** Николас подошел к окну, отдернул портьеры и впустил внутрь продрогшую Грацею Люсет. Немного колеблющимся голосом девушка сообщила неприятную вещь: — Мерелин нет в комнате. Там никого нет. Тайрон и Лой переглянулись. Взгляд Рована забегал по помещению, в голове начали проноситься лихорадочные мысли. — Нужно обыскать замок и найти ее. Господин Дайваль… — директор запнулся на секунду, но потом уверенно продолжил: — Покойный господин Линерро, случайно, не знает, где найти его сестру? Грацея в изумлении уставилась на директора. Райдес передернул плечами — ему вмиг стало неуютно. Тайрон повернулся к Лою. Мальчишка переминался с ноги на ногу и выглядел таким же встревоженным, как и остальные. — Возможно, я знаю, куда ее увели, — признался Линерро. — Но сможете ли вы туда попасть — это большой вопрос. — Что это значит? — нахмурился Тайрон. Наследница Зависти косилась на него, как на сумасшедшего. — С кем ты говоришь? — не выдержала она. Тайрон лишь махнул на нее рукой. Сказал же: все потом. Люсет выдохнула и попыталась воззвать к собственному терпению. — То место запечатано, — туманно ответил Лой. — И только у убийцы есть то, что способно открыть его. Впрочем, — взгляд духа переместился на Николаса, — есть кое-кто с похожей силой. — Он говорит, что место запечатано, но вы, директор, возможно сможете его открыть из-за схожей силы. — Веди, — бросил Николас. Он схватил со спинки стула мантию и быстро накинул на плечи. — Но перед этим: назови имя. — Убийца — это Морье. — Морье? — вскинул брови Рован. — Что-то знакомое… — Это фамилия одной семьи прямых потомков Чревоугодия, — пояснил Аарон. — Значит, кто-то из них выжил. — Он последний оставшийся наследник, — кивнул Тайрон. — Все это время он ходил у нас перед носом, а мы даже не замечали. *** За полчаса до появления Тайрона в академии Мерелин как раз выходила из библиотеки. Она засиделась допоздна, увлеченная одной книгой по монстроведению — занятие с Адастом как раз должно быть завтра. К тому времени, как она покинула библиотеку, замок уже заснул. В коридорах было темно, и девушка в очередной раз вспомнила наказ директора — не ходить в такое время в одиночку. Сколько уже раз она его нарушала? Улыбнувшись себе под нос, Мерелин неторопливо побрела по коридору. В темных холлах старого замка было жутко — в стенах выл ветер, из-за позднего времени никого вокруг не наблюдалось, освещения — тоже, в тишине ее шаги словно раздваивались — казалось, кто-то страшный неотступно следовал за ней. Линерро даже несколько раз оглядывалась, чтобы удостовериться, что это всего лишь плод ее разыгравшейся фантазии. Она вышла к лестницам, которые вели в женский корпус, а также в сторону выхода во внутренний двор замка. Мерелин практически свернула в нужную ей сторону, когда на одной из лестниц увидела фигуру, облаченную в черное. В ее голове невольно всплыло воспоминание — убийца был одет в подобную одежду. Стоило ли ей позвать директора? Но в таком случае она упустит его. А вдруг это убийца или призыватель? Времени раздумывать не было. Мерелин изящно покачнулась, скрываясь за углом, чтобы фигура ненароком не увидела ее, запустила руку в карман платья и сжала предмет, который там лежал. С недавних пор она всегда брала его с собой — какое-то чувство внутри намекало на то, что это однажды ей пригодится. Впрочем, использовать его Линерро не очень-то хотелось. Мерелин не собиралась лезть к убийце, всего лишь проследить — вдруг она и правда найдет место, где он держал тела наследников. Все же ее не покидала мысль, что они находятся где-то в академии. Как только фигура стремительно сбежала по лестницам и вышла в сквозной коридор, Мерелин тенью скользнула за ней. Оказавшись на улице, Линерро вмиг пожалела, что вышла из замка. Тревожно выл ветер, ужасный холод пробрался под одежду и сковал тело, заставляя его дрожать. Снег бил в лицо и тем самым закрывал обзор и затруднял элементарный процесс дыхания. В темноте передвигаться тоже оказалось сложнее, чем ей думалось. Прикрыв ладонью лицо, Мерелин мужественно терпела и шагала вперед. Она щурилась, пытаясь в темноте различить очертания фигуры. На душе с каждым шагом становилось всё тревожнее. Что она вообще делала? Но отступать, когда уже прошла столько, было бы еще глупее. У нее и правда был шанс выяснить правду. В ногах трепыхалось шерстяное платье. Оно совсем не грело. Ноги Мерелин даже в сапогах окоченели. Фигура вышла с внутреннего двора, пересекла мост и направилась в сторону дуба, через который ученики ходили к руинам. Наследница сразу же подумала, что силуэт направлялся именно к ним. И не ошиблась. Через некоторое время они вышли к руинам. Незнакомец обошел их по периметру, уходя чуть дальше в лес. Мерелин притаилась в заснеженных кустах неподалеку. В лесу из-за деревьев ветра почти не было, снег падал на землю спокойнее, видимость была лучше, чем на открытом пространстве. Фигура что-то сорвала со своей шеи, присела. Тогда Мерелин прищурилась и разглядела под ногами незнакомца какой-то каменный блок. Он был почти белого цвета, из-за чего в снегу казался почти незаметным. Силуэт склонился к камню и поднес к нему какой-то маленький предмет. Словно вставлял ключ в замочную скважину. Мерелин увидела, как каменный блок, словно под действием магии, приподнялся и вытянулся. Перед незнакомцем оказалась толстая, массивная дверь, которую он толкнул и быстро проскочил внутрь. Действуя на инстинктах, Линерро бросилась к двери, пока она не исчезла, и проскользнула внутрь. Ее встретили тишина и темнота, а также несколько коридоров, как в подземельях. Мерелин предположила, что это место, возможно, соединялось с подземными ходами замка. Однако те были запечатаны. Фигуры поблизости не наблюдалось, похоже, она уже успела скрыться в одном из коридоров. Линерро наконец тихо выдохнула. И вдруг в нос забился до ужаса знакомый запах. Кровь. Стойкий аромат вызвал у нее тошноту, скрутил горло, словно веревку. Мерелин зажмурилась и поспешила прикрыть ладонью рот и нос. Но теперь она точно знала — это именно то место, которое они все так долго искали. Оно было прямо под носом. Но мог ли кто-то вообще догадаться, что здесь есть подобное место? Возможно, директор. Но он был так уверен в том, что подземелье запечатано, что даже не допустил мысли о такой подставе. А впрочем, Мерелин предполагала, что он просто не знал о нем. Все может быть. Еще почти с минуту она нерешительно топталась на месте, после чего все же решила пойти вперед. Ей нужно было увидеть все своими глазами, а после бежать как можно дальше. Только она понятия не имела, что место действительно было запечатано: и без ключа в него нельзя войти. Выйти — тоже. Она оказалась в ловушке в тот момент, когда открыла дверь и перешагнула порог подземелья. Тихо и медленно ступая, Линерро пошла по центральному ходу. Как позже выяснится, не было разницы, в какой идти — все они вели в одно и то же место. Туда она и попала. В огромном темном зале горело несколько факелов на стенах — они озаряли помещение тусклым, болезненным песочно-желтым светом. В центре, на большой черной печати, словно нарисованной отвергнутой, злобной и зловонной силой, стояло семь продолговатых каменных алтарей. На шести из них лежали пропавшие наследники. Конечно же, мертвые. Их тела были окутаны черной плотной энергией, которая сохраняла их тела от разложения, ведь между убийствами проходили целые месяцы. Они казались просто спящими, такими безмятежными и такими же прекрасными, как при жизни. Седьмой алтарь пустовал. Мерелин шумно сглотнула. Она невольно представила себя среди других наследников. На седьмом алтаре. Девушка вздрогнула — она услышала тяжелые, мощные шаги прямо за своей спиной. Линерро крепко стиснула в кармане спасительный предмет. Бежать некуда. *** — Морье? Значит, он скрывается под другим именем? — предположил Рован. — В нашей академии таких нет. Да и не был бы он столь глуп, чтобы явиться сюда, как наследник Чревоугодия. Тайрон кивнул. — Я не знаю, как именно, но ему удалось даже подделать свою печать принадлежности к фракции. — Возможно, это связано с тем, кого он пытается призвать, — предположил Николас. — С Ненавистью. Только его сила способна перекрыть другие. Дайваль вздохнул и наконец произнес то, что повергло в шок всех присутствующих: — Её настоящее имя — Асила Морье. В академии она носит имя Алиса Вэйн. *** Мерелин медленно обернулась. Фигура в черном остановилась напротив нее, подняла руки и сбросила с головы капюшон. Линерро распахнула глаза, приоткрыла рот от удивления и едва не отшатнулась назад. — Алиса? — выдохнула Мерелин, и ее шепот эхом разлетелся по огромному помещению, в разы усиливая звук. — Я знала, что ты последуешь за мной, — усмехнулась девушка. Она прошла мимо соседки, на ходу снимая мантию. Она небрежно бросила верхнюю одежду на пол, неподалеку от одного из алтарей, и снова обернулась к Мерелин. — Всё это время ты была здесь… Прямо рядом со мной… Как я не заметила? — Линерро опустила глаза. В голове не уживалась мысль о том, что убийца — Алиса. Что всё время она была так близко — буквально спала на соседней кровати. Каждая ночь могла стать для Мерелин последней. Это ужасало. Наследница Жадности судорожно выдохнула и подняла на Вэйн хмурый взгляд, в котором блестел легкий страх. Алиса улыбнулась и развела руками. С невинным выражением лица она поведала: — Всем известен факт: хочешь спрятаться — крутись перед носом. Будь заметнее, так, чтобы твой свет ослеплял и не позволял увидеть тень. Но, признаюсь, я ожидала от тебя большего. Мне казалось, что ты более проницательна. Что ж, я ошиблась. — Ты намеренно привела меня сюда? — спросила Мерелин. Алиса сделала несколько шагов назад и вдруг ловко запрыгнула на край одного из каменных алтарей. Она поставила руку прямо рядом с головой одного из умерших наследников — так небрежно, словно его и вовсе там не было. К горлу Мерелин подступила тошнота. Это выглядело если не жутко, то дико. Для нее словно не существовало понятия «уважение к покойным». Впрочем, какая речь об уважении, если она сама же их и убила? — Как только я забрала последнего наследника, который мне нужен был, я пошла за тобой. Я знала, что в такое время ты будешь в библиотеке — в последнее время ты только там и сидишь. Дождалась, пока ты закончишь, и вышла чуть быстрее, чтобы ты наверняка меня заметила. — Зачем такие сложности? — вопросила Линерро. — Я не могла просто привести тебя сюда за руку, — пожала плечами Алиса. — Думаю, ты бы уже на полпути почуяла неладное. Как я и говорила, ты кажешься мне довольно умной и внимательной. Тогда ты бы точно всё поняла и не дошла бы до места назначения. Мне было проще просто заставить тебя следить за мной. Не хватало, чтобы ты еще и директора притащила за собой. Пока что он мне не нужен. «Пока что». Мерелин не знала, бросила ли она эти слова нечаянно или же намеренно пыталась зацепить ее. — Что тебе от меня нужно? — Лично мне — не так много, — призналась Вэйн. — Ты — лишь средство достижения цели. А вот ненаглядный Ненависть очень тебя желает. — Что это значит? — недоумевала Линерро. — Зачем тебе призывать его? И к чему были эти монстры, которых ты разбрасывала от столицы до академии? Чего ты добиваешься? Алиса вздохнула. — Я просто желаю мести. Наследникам и всем, кто имеет к ним отношение. — Всем, кто имеет к ним отношение? — Мерелин впервые ощутила непреодолимое желание истерически рассмеяться, но смогла выдавить из себя лишь короткий, похожий на хрип, смешок. — Это буквально каждый демон в этой империи. Алиса растянула губы в широком оскале и просто сказала. — Именно. Как и Ненависть, я просто желаю стереть демонов с лица земли. Линерро втянула воздух сквозь крепко сжатые зубы. От непонимания ей хотелось взвыть, когда мысли неожиданно выстроились в четкую, последовательную цепочку. Жар, что охватил ее сознание, отступил, вмиг возвращая ей холодный разум. — Ты из Чревоугодия. И ненавидишь наследников из-за того, что их семьи уничтожили твою, верно? Лицо соседки вмиг приобрело холодное, жестокое выражение. Одно упоминание о фракции Чревоугодия привело ее в ярость. — Как всегда, ты излишне догадлива, Мерелин. — Как ты вообще узнала о Ненависти? — недоуменно спросила Линерро. — Все упоминания о нем были стерты из памяти демонов. Алиса неохотно ответила: — Демонов — да. Но остальных никто не отменял. Моя матушка знавала одну эльфийку, что жила в королевстве людей, куда она сбежала в те времена, когда нашу фракцию уничтожали. От нее-то она и услышала легенду о восьмом демоне-Прародителе. Когда матушка умерла, я наконец смогла взяться за исполнение моего плана мести. Больше меня желал уничтожить демонов лишь он — лишь Ненависть. Мы идеально сошлись. — Значит, ты поступила в академию, чтобы быть поближе к наследникам. — Да. Но мне ужасно повезло, когда там оказалась ты, — Алиса широко улыбнулась. — Я планировала искать «помеченных» чуть позже. Но ты уже была передо мной. Всё складывалось так хорошо. «Помеченных»? Мерелин предположила, что это они с Николасом — те, кого заклеймил Ненависть своей печатью. — Монстры тоже твоих рук дело? — Линерро уже не сомневалась в этом. Слишком много совпадений. Алиса небрежно кивнула. — Это было тяжело. Ты сама говорила, что на вызов уходит много энергии. Было трудно делать вид, что я в полном порядке, особенно первые несколько дней после призыва. — Зачем тебе призывать монстров? — но сразу же после вопроса Мерелин вспомнила размышления Грацеи в пещере. — Чтобы истончить границу между мирами… — Умница, соседушка, — Алиса громко, заливисто расхохоталась, и этот звук наполнил весь зал. Такой чистый и искренний, он никак не вязался с тем, что в тот момент происходило в этом месте. — Чем тоньше граница — тем легче вызволить кого-то из другого мира. А чтобы вытащить Ненависть оттуда — придется потратить много сил. В том числе — не моих. Девушка ласково коснулась волос наследника, что лежал на том же алтаре, где она сидела. Она погладила его по голове, смотря с какой-то безумной благодарностью, а после скривила губы и резко сжала пряди волос пальцами, как будто хотела выдрать их. Мгновением спустя она потеряла всякий интерес к мертвецу. Мерелин сглотнула. Всё это время убийца был так близко — ей до сих пор не верилось, что она ничего не заметила. Алиса невероятно хорошо притворялась… обычной. Те моменты, на которые она должна была обратить внимание, в тот момент пронеслись мимо нее. Сейчас, прокручивая в голове все взаимодействия с Алисой, Мерелин готова была рвать на себе волосы. Она пыталась навести взгляд Линерро на Даниэля — именно Алиса как бы невзначай упомянула, что в ночь похищения одного из наследников Дарона не было в академии. В день их поездки в столицу с Тайроном, когда Мерелин впервые увидела убийцу, Алиса могла действовать свободно: убийство произошло ночью, когда, как она думала, Вэйн и Дайваль уже спали, недалеко от таверны, где они остановились. Даже случай на соревнованиях, когда монстры ворвались на арену: реакция Алисы сначала не показалась Мерелин странной, но теперь… Вэйн так удивилась чудовищам не из-за их неожиданного появления, а потому, что их призвала не она — ведь до начала расследования все думали, что именно таинственный призыватель был виной того хаоса. — Значит, то окровавленное сердце — тоже твоих рук дело? — голос Мерелин едва заметно дрогнул — от обиды, а может, от страха. Алиса недовольно нахмурилась. И дала неожиданный ответ: — Нет, это была не я. Мне не было смысла пугать тебя. Наоборот — я должна была выстроить с тобой доверительные отношения, чтобы у тебя и мысли не возникало, что я могу быть причастна ко всему этому. Мерелин похолодела. — Тогда… кто это сделал? Наследница Чревоугодия безразлично пожала плечами. — Мне-то откуда знать? Но, признаюсь, твое испуганное лицо было ужасно забавным. Я рванула на балкон, чтобы сдержать смех. А там, уже когда взяла себя в руки, изобразила праведный гнев. Хорошо получилось, правда? Мерелин криво усмехнулась. — Действительно. Повисла тяжелая тишина. Взгляд Алисы, прикованный к Мерелин, казался отягощающим, злобным, полным ненависти и жаркой ярости, которую наследница Чревоугодия отчаянно держала в себе. Линерро смотрела себе под ноги и судорожно соображала. Что ей делать? Похоже, Алиса не собиралась отпускать ее так просто. Для чего она ей? У наследницы Жадности лишь два варианта: слушаться Вэйн или попытаться сбежать. Если сделает второе — возможно, никогда уже не выберется из этого… склепа. Она не могла допустить подобного. Линерро дала обещание, и, согласно ему, она должна была выжить любой ценой. Девушка вздохнула и подняла голову, сталкиваясь с внимательным взглядом Алисы. Начала мягко, спокойно, словно надеялась на то, что ее голос сработает как колыбельная: — Я понимаю, почему ты ненавидишь семьи наследников. Их выбор мне тоже не особо нравится, — призналась Мерелин с досадой. Но она не знала, что именно послужило причиной уничтожения фракции Чревоугодия. Как выяснилось, любая история может быть гнусной подделкой. Кто знает, за какие грехи потомков Чревоугодия решили стереть с лица земли. И все же, некоторые из тех демонов едва ли знали что-либо о том, что происходило в правящих семьях. Так почему они должны были умирать? Отчасти Мерелин понимала гнев Алисы, но ее решение, такое же, как у тех, кто уничтожил фракцию Чревоугодия, она не могла принять. Линерро запустила одну руку в карман, судорожно сжимая спрятанную вещицу в кулаке. Сказала: — Но другие демоны не имеют к этому отношения. Ты мстишь за то, чего они не делали. Также, как и новое поколение наследников. Это было сделано не нашими руками. — Но вашей кровью! — воскликнула яростно Алиса. Она спрыгнула с алтаря, и как только ее ноги коснулись пола, сила, что скрывала ее облик, исчезла. Перед Мерелин предстала последняя наследница демона Чревоугодия. Высокая, стройная, темноволосая девушка с перекошенным от ярости, прежде красивым, лицом, с горящими ярко-голубыми глазами. За ее спиной распахнулись черные крылья, а на руке наконец исчезла поддельная печать Уныния. Но на запястье не было знака Чревоугодия. Мерелин стало не по себе от этого зрелища: вместо печати на коже наследницы был большой красноватый шрам. Словно она сдирала кожу вместе со знаком принадлежности. Алиса увидела этот взгляд, посмотрела на свою руку и усмехнулась. — Только так я могла подменить печать. — Откуда ты черпаешь силу? — Мерелин почувствовала, как ее ладони вспотели. — Ненависть сам дает ее. Когда граница между мирами начала истончаться, а круг — поглощать принесенных в жертву, наша связь стала сильнее. Он позволил мне взять немного силы, чтобы скрыться от чужих взоров. Это многое объясняло. Алиса расправила крылья, а после сложила их за спиной. — Думаю, мы хорошо поговорили, — сказала она. Мерелин напряглась. Она ощущала приближение переломного момента. Каждое последующее слово наследницы Чревоугодия будет тем, что определит судьбу Линерро. Вэйн ухмыльнулась, демонстрируя свои клыки. — Пришло время закончить начатое. Когда девушка неожиданно сорвалась с места, у Мерелин в голове промелькнула отчаянная мысль. Единственное, что она могла сделать, чтобы спасти себя. Позже, раздумывая об этом, она поймет, что даже этот шаг был спланирован Алисой с самого начала. Все ее слова и действия были лишь ради того, чтобы Линерро сделала это. Резким движением Мерелин вытащила из кармана небольшой стеклянный бутылёк, который уже несколько месяцев носила с собой везде. Её надежда и самый большой страх. Её искушение и боль. То, что так её манило и убивало всю волю. Не медля ни секунды, чтобы не передумать, она осушила всю красную жидкость, что долгие месяцы томилась внутри стеклянного бутылька. Знакомый вкус крови, едва коснувшись ее языка, вызвал дрожь по телу. Все внутренности сжались до минимальных размеров. Демоническая энергия обжигающей волной хлынула по венам. Горло сдавил спазм. Мерелин ощутила, как пустота внутри нее немного заполнилась — и вместе с тем начала разрастаться до невообразимых размеров. За спиной Мерелин распахнулись большие темно-красные крылья, белые клыки коснулись окровавленных губ, хищные, безумные глаза зажглись кровавым светом. Она выдохнула и провела языком по нижней губе, слизывая каждую оставшуюся там каплю крови. Мало. Ей мало. Слишком мало. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё. Сумасшедшая жажда обуяла ее сознание. Настойчивый голос внутри все шептал и шептал о том, что пора вновь испить крови. Поглотить каждого, кто будет находиться поблизости. Выпить его до последней капли. Мерелин выпрямилась, собирая остатки своего холодного разума в кучу, пытаясь заглушить голос, жаждущий крови. Когда она заговорила, ее голос казался ниже — опасный, острый, словно стрелы, в нем звенели опасная уверенность и страшное безумие. — Я не позволю тебе использовать меня в своих гнусных целях, Алиса, или как там тебя зовут. Алиса выглядела восхищенной. Вид медленно терявшей контроль Мерелин вызывал у нее восторг. Такой же дикий, как она сама. Линерро выглядела так, словно лишнее движение и слово могли заставить ее сорваться с этой цепи, которую она называла волей. Вместе с тем Алиса по-настоящему изумилась: она не представляла, насколько сильной могла быть жажда Мерелин, и поэтому даже вообразить не могла, какую силу воли нужно иметь, чтобы подавлять ее. Мерелин Линерро была поистине удивительной девушкой. — Наконец ты показала свою истинную натуру, соседушка.