Лучшие друзья

Мате любил свою бабушку, однако её, старую уже женщину, года совершенно не щадили, да и сама Тиверия была женщиной специфичной. Она носила длинные и довольно пышные платья в пол, отчего создавалось ощущение, будто на старушке сразу несколько юбок, и все ─ разного цвета и кроя. Из жиденьких седых её волос всегда торчали ветки, листья и цветы, которые она называла украшениями, а свои дряблые обвисшие щёки бабушка непременно красила яркими румянами. В общем, она выглядела странно, но вела себя вполне разумно. Мальчику было десять, когда родители наконец позволили поехать к бабушке, и это был последний раз, когда они виделись. То лето с ней и Туаной он запомнил надолго; одинокая Тиверия жила в Звериных землях, и родители лишь после трёх суток пешком, с большим трудом, привели друзей на заветную бабушкину дачу. Мате в какой-то миг казалось, что он не дойдёт, а Туана, наоборот, была полна энергии, да ещё и задавала много вопросов, на которые отец с радостью отвечал. К тому же, мальчик жалел о том, что старшая сестра не отправилась с ними в путь, ведь он крайне был бы рад и её компании... Когда путники наконец-таки добрались, взрослые почти сразу оставили детей на старушку и засобирались в обратную дорогу. Мате к такому привык, Туана расстроилась, ведь уже успела полюбить длительные разговоры в нелёгкой дороге. Ситуацию разбавила хозяйка: ─ Зови меня Тити, ─ предложила она гостье, на что девочка радостно согласилась. Старая лачуга, заставленная банками и склянками, для неё была настоящем местом сокровищ, тогда как для Мате всякие каникулы у бабушки ─ тюрьма. И вправду: вся еда, приготовленная ей, напоминала суп. Суп то пресный, то пересоленный, то сладкий, то густой, но неизменно суп. Суп на завтрак, обед и ужин. Из досуга по большей части мальчику разве только и оставалось читать старые книги про растения: что, как и чем лечить, чем можно отравиться, как надо делать зелья… Туана получала те же знания, но из бабушкиных уст, ведь та охотно показывала, обо всём рассказывала и даже помогала их варить. Как-то поздно вечером, когда мальчик сидел на ступеньках-корнях большого дерева и смотрел на звезды, к нему подошла бабушка, села рядом и начала необычный разговор: ─ Мате, а знаешь ли ты, сколько миров на самом деле? ─ почти шёпотом спросила она. От старушки шёл лёгкий аромат розмарина и мяты. ─ А разве наш мир не единственный? ─ Ох, нет… Миров очень много. И боги, умирая, отправляются на другую планету, в другой мир, но иногда они возвращаются сюда, ─ старушка дотронулась до сердца. ─ А знаешь ли ты, сколько живут боги? ─ Долго, ─ ответил Мате, довольно улыбаясь оттого, что наверняка знает ответ. ─ Правильно. Живут они так долго, что мы, маленькие люди, просто вспышка для них, ─ в голосе собеседницы звучали одобрение и похвала. ─ Если тебе доведётся когда-либо встретить богиню ─ беги и ни в коем случае не люби того, для кого твоё существование ─ миг. Может случиться так: твоя возлюбленная уйдёт, и просто не сможет вернуться. Бабушка Тити говорила с грустью, глядя на тёмное звездное небо. Луны на нём видно не было, а маленькие звёздочки напоминали комочки муки на столе. ─ Ба, с тобой так было? ─ поинтересовался мальчик. ─ Было, малыш, было, но те года давно минули. Хочется верить, что скоро мы всё-таки встретимся, ─ расслабленно произнесла она. Мате стоило бы понять уже тогда, на что намекала женщина в летах, однако он был для этого слишком мал. Через пару дней старушка решила поделиться мудростью и с девочкой; пока та неуклюже помешивала зелье в котле, бабушка спросила: ─ Малышка, а что ты знаешь о богах? Туана задумалась, глядя на фиолетово-багровое варево. ─ Они были в нашем мире, но… Переродились в других? ─ неуверенно произнесла она. ─ И да, и нет, ─ усмехнулась Тити. ─ В нашем мире осталось много богов, но они молчат и прячутся, зная, что кое-кто их ищет. Этот кое-кто силён и безжалостен, а ещё очень хочет изменить этот мир. Старушка замолчала на пару минут, посматривая в котёл, но со стороны ощущалось: она видит намного дальше. ─ Те, кто ушли, вернутся совсем скоро. Меня не станет к тому моменту, а ты и мой милый Мате станете молодыми и взрослыми людьми. ─ Вы видите будущее? ─ не удержалась девочка. ─ Не вижу. Я его чувствую. Это могут все ведьмы, если научатся вовремя. Меня вот тоже научили чувствовать колебания энергии в этом мире. Благодаря ним я знаю, что скоро произойдёт нечто, что изменит этот мир. Пробудится хаос. Тьмой ляжет сила в молодые руки. Будут гибнуть люди, ведь хаос не несёт ничего хорошего ни для кого. Ему неважно, какие у тебя намерения, он всё равно обернёт всякие намерения в разрушение. Явится тот… ─ и вдруг старуха закашлялась, умолкнув. ─ Кто явится, бабушка? Но старуха не ответила, предложив девочке накрыть на стол; сама же она пошаркала на кухню, оставив Туану одну. Тут уже девочка вспомнила лагерь и обняла себя руками: мог ли тот, кто управлял вожатой, и быть тем самым хаосом? Или он был тем, кто хочет изменить мир? Ответа не было, и ей это не нравилось. Не нравилось, потому что мир вокруг был хорош, а Лутра, лучший город, который она только знала, была великолепием в его центре. Если этот кто-то захочет уничтожить её, то она, Туана, встанет на защиту. Месяц с бабушкой Тити пролетел незаметно, и в один из дней вновь пришли родители. Пришло время Мате и Туане прощаться со старушкой. ─ Помни мои слова, малышка, ─ шепнула странная старушка ей на ухо. Хотелось ответить, что такое она не забудет никогда, но девочка лишь кивнула головой. От тех слов было страшно, ведь будущее, описанное ведьмой, было не за горами, а Туана к нему не была готова ни морально, ни физически… Путь в город прошёл тихо, без расспросов, но и без происшествий, а через неделю после возвращения пришло письмо. Оказалось, что бабушка Тити умерла в тот же день, что они ушли. Этот факт окончательно убедил девочку в правдивости слов покойницы, и тут же комом в её сердце легла вина. Туана винила себя в том, что они не остались ещё на денёчек, и теперь старушку похоронили где-то там, в лесу, без родни, отдав тело отдали земле, а не огню, как полагалось ведьмам… Той ночью Туана сидела у окна, смотря на звезды: впервые они казались ей такими далёкими, чужими и совсем не теми, что были комочками муки в Звериных землях. Она смотрела ввысь, думая о словах старушки: могла ли вообще десятилетняя девочка что-то сделать? Могла ли изменить будущее? Вряд ли. Туана чувствовала себя одинокой звездочкой на чёрном небе, далёкой от дома, друзей и общества, но эти мысли не грели, нет. Ей совсем не хотелось быть такой… Мысли прервал камень связи, лежащий на столе, что нагрелся и сменил цвет. Туана соскочила, чтобы прочесть сообщение. “Я рядом”. Всего два слова подобно звезде настоящей согрели сердце; она отправила ответ и забралась в кровать. Завтра ждал долгий день.