Вышел зайчик погулять

Антон проснулся от непривычно испуганного ученика Оли. Обычно она могла испугаться или кричать если родители ругались. Тогда сестра прибегала в комнату к брату, прижимаясь к нему под одеялом и ища в нем защиту и опору. Если бы только знала, что он сам себе помочь успокоится не мог. Гладил сестру по голове, приговаривая стандартное "все будет хорошо" и "не бойся", но своим словам не верил. Неужели все еще может стать хорошо, а в доме каждый день не будет опасно близко слово на букву Р? Но сейчас Оля прибежала не из-за этого. —Тоша! Мамы нет! И папы тоже! — заикаясь от слез закричала Оля. В ее глазах появилось небольшое облегчение, когда хотя бы брата она увидела на месте. —Тошенька.. Тоша, где они? — Антон моментально подскочил на кровати, хватая очки. Сестра уже сидела рядом заливаясь слезами. Родителей нет? А с кем оставить Олю? Первым делом решил попытаться хоть как-то успокоить сестру: —Они наверное..в магазин вышли. — нет. Они никогда не ходили вместе. Отец работал в городе, недалеко от поселка, в тридцати минутах езды. И покупал продукты там же. Мать никогда не оставляла Олю одну, да и после недавних скандалов очень вряд ли согласилась бы поехать с ним куда-нибудь. Теория романтичной прогулки отпала так же быстро, как и появилась. Спустились вниз, Оля ни на секунду не отходила от Антона, будто боялась, что стоит ей упустить его из виду, тут же останется одна. Совсем одна, в жутком доме посреди леса. С Совой. Проследовав за Антоном по всем комнатам и еде раз убедившись, что родителей нет, Оля разрыдалась еще сильнее. —Оля, Оленька, послушай… Мы обязательно найдем маму и папу, они вернутся. Давай... Давай я тебе школу покажу? Посидишь со мной на уроках, хочешь? — интересно, желание Оли выйти из дома будет сильнее, чем страх перед продажей родителей? —Хо..хочу. Тоша, они точно отлично вернуться? — Оля подняла на брата свои большие голубые глаза. В них еще не погасла та искорка детского счастья, которую обычно так рано зарабатывает взрослая жизнь. —Точно. — выдавив улыбку ответил Антон. Но стоило им шагнуть за порог дома в голове Антона всплыло всего одно имя, которое разрушило планы на спокойную дорогу. Алиса. Лиса не заставила себя долго ждать, стоило Лесу протянуть к ним свои руки и забрать в чащу, как вновь за спиной появилась девочка в маске. —Здравствуй, То-оша-а. — протянула Алиса и тут же рассмеялась не сдержавшись. А Антону было не до шуток. Попытался спрятать сестру за собой, но Алиса уже присела перед девочкой, сравняв их лица. —Какое очаровательное создание. Она прямо светится! — эти слова напугали Антона куда больше, чем могли бы. Что это значит? За все проведенное с Алисой время он успел понять, что слова на ветер она не бросает. Все, что сказано имеет смысл, только никогда напрямую не говорит. И ее заинтересованность Олей, как ему казалось, не сулит ничего хорошего. —Почему ты раньше ее не показывал? — с искренним удивлением спросила лисичка, протягивая девочке руку для приветствия. Оля посмотрела на руку в рыжей перчатке, потом на Антона. Тот кивнул, позволяя сестре поприветствовать нежданную гостью. Девочка с улыбкой пожала ей руку. —Родители не отпускали. Кстати, Алиса... Ты не знаешь, куда могли пропасть взрослые? — Антон спрашивал серьезно, но в ответ снова получил надменный взгляд Лисы. Будто ей приходилось объяснять ему сколько будет дважды два. —взрослые.. — с отвращением протянула Лиса — а разве они хоть когда-то появлялись в вашей жизни? — Стало больно. Алиса смеялась, будто пошутила, но слова ее смогли ранить в самое сердце. Действительно... А были ли родители хоть когда-то с ними? Даже если и да, Антон тех времен не помнил. Только что-то смазанное, словно сон. И там, впрочем, они просто не ругались, а об участии в жизни и интересах своих детей речи и не шло. Оля заплакала снова. Антону пришлось убеждать ее, что Алиса так шутит, стреляя в Лису убийственным взглядом. Та лишь пожала плечами. Чем глубже в лес они заходили, тем сильнее становился страх Оли. Он буквально ощущался в воздухе, когда каждая треснувшая веточка под ногами заставляла девочку вздрагивать, хватаясь за руку брата. —Ты боишься, Оленька? Пока я рядом, вам ничего не угрожает. — маска пугающе растянулась в улыбке. Антона это заявление никак не успокоило. Олю кажется тоже. Хотя идти рядом с Лисой было куда приятнее, чем самому. Вскоре вышли к поселку, в предрассветной темноте показались огни фонарей и яркое пятно школы. Возле нее стояла толпа учеников. Антон крепче взял Олину руку, двинувшись к учебному заведению. Стоило им подойти ближе и стали различимы отдельные групп детей, Антона чуть не сбила с ног Полина, налетев на него обнимая. В любой другой день он обрадовался бы такому, и это ещё мягко сказано, но не сейчас. —И тебе привет. — сказал Антон, осторожно кладя руку ей на спину. Но вдруг почувствовал, что плечи ее сотрясаются, Полина плакала. —Что.. что слу илось, Полина? — обеспокоенность в голосе появилась мгновенно. Что могло заставить ее плакать? —Дедушка. Он. Его нет дома! А он не может ходить! И у Мишки родители пропали, и у Светы. — Полина только сейчас заметила стоящую рядом с Антоном Олю, которая то ли с опаской то ли с интересом смотрела на обоих. —Ой, с тобой сестра.. здравствуй, Оля, правильно? — догадаться почему девочка не осталась дома было легко. И Полина предусмотрительно вопрос слезы, и постаралась выровнять дрожащий голос, чтобы не пугать девочку лишний раз. Из толпы послышались крики: —Нужно поехать в город! Или пойти туда! — заряженный идеей найти родителей прокричал какой-то восьмиклассник. —Нет, давайте останемся тут, вдруг они сами появятся! — противоречили ему сразу несколько девочек-отличниц помладше. —Учительница тоже пропала! —Пойдем по домам, поищем их! —нужно обратиться в полицию!! Антон неожиданно для себя предложил, совсем тихо, но его все же услышали. —Может проверим в Лесу? — все замолчали. Все понимали, что это правильный вариант, но боялись озвучить. Спустя пять минут собралась команда детей, готовых отправиться в лес. Оля очень просилась, но Антон отказал ей. Слишком опасно. Полина вызвалась идти. Несколько старшеклассников, которых Антон не знал. Рома, когда услышал, что ищет Полина, пошел с ними. А за Ромой увязался и бяша. Катя тоже решила не оставаться в стороне, страх странно смотрелся на ее обычно горлом и надменном лице. К удивлению Антона он хотел увидеть еще и ужас. Или.. как Катя будет кричать от страха? Или от боли? Шестеро шагнули в Лес, благосклонно принимающий их в свои объятия. Скольких он выпустит назад? Сколько человек сможет покинуть чащу целыми и невредимыми? Ноль? А хотя бы живыми? И чем дальше они шли, тем ближе девочки прижимались к своим "защитникам", которые, впрочем, были и сами не против куда-нибудь спрятаться. День обещал быть облачным, а в гуще деревьев было еле темнее, чем просто на улице, потому было ощущение, что идут подростки туда глубокой ночью. "Раз-Два. Прилети сова!" Звук разлетелся ниоткуда, и отовсюду одновременно. Пугающий, воющий голос. И один только Антон показал чудеса самообладания не испугавшись. Потому что голос этот он уже слышал. Алиса. "Три четыре пять. Время поиграть!" На глазах девочек появились слезы, и ужас застыл в выражениях лиц всех остальных. Вокруг шестерки закружили вороны. Били крыльями по воздуху, друг по другу, по веткам и лицам. Они закрывали готовы руками, на которых теперь остались глубокие порезы. "Шесть да шесть. Дыбом волчья шерсть!" Как по заказу завыли волки. Катя и Полина почти плакали, Ромка с Бяшей сбросили свои маски уверенности, оказавшись всего лишь шестиклассниками, также боящимся иной жизни. Старшие хотели защитить детей, но и на их лицах застыли от массы ужаса. Один Антон просто ждал. Будто знал, что нет ничего страшного ни в голосе Алисе, разносящемся по лесу, ни в взбесившихся животных. "Семь, восемь. Боем копытом оземь!" —Для медведя, для лисы, зайчик кушать принеси. Полина вздрогнула в руках Антона. Потом ударила его кулачком в плечо. —Не шути, Антон! Скажи, что это была шутка!! — почти в истерике кричала Полина. За ее криком не услышали шаги. Звери успокоились, и когда группа обернулась за их спиной вырос... гараж. Сначала им показалось, что перед ними огромная черная стена, покрытая бугорками и пятнами, но после стала различима щель, которая оказалась дверью. А в темноте леса обнаружилось и окончание стены этого гаража. Дверь открылась и из темноты на школьников смотрела пара серебряных глаз. Утробный голос повторил последнюю строчку, которую сказал Антон минутой ранее. Антон отшагнул назад. Полина в его руках уже била дрожь от страха, парень ненавязчиво гладил ее волосы, чтоб хоть как-то отвлечь. В нем самом же страха не было. Только... уважение? Он принимал силу этого существа, и его скорее пугала собственная покорность. За Антоном последовали все остальные. Кроме Кати. Она оцепенела от страха, не двигаясь с места. Чудовище наполовину высунуло морду. Это были кости будто обклеенные кожей, и куски ее с оборванными краями свисали вниз. Ужасный запах стоял вокруг. Оно кивнуло, и уже через секунду отчаянный крик Кати спугнул птиц с верхушкой деревьев. Двери гаража будто по команде открылись и в них показалась огромная машина, похожая на увеличенную в десятки раз мясорубку. Чудовище растрепала волосы Кати, схватив ее за них, пока девушка отчаянно пыталась вырваться, царапалась и кусала костлявую руку, мертвой (в прямом смысле слова) хваткой, вцепившись в нее. Полина упала на землю, закрыв уши руками, но даже это не помогло заглушить те душераздирающие вопли, которые издавала Катя, когда ее тело опускали в "чашу". А после она включилась. Механизмы заработали со скрипом, даже визгом, строили Кате. Кате, которая уже сейчас навсегда лишилась возможности ходить. Стоящие ближе всего ошарашенно опустили взгляды на свою одежду. Капли крови пятнами расползались по штанам и кофтам. Никто. Никто не рискнул сопротивляться Ему, потому просто стояли, глядя на то, как их одноклассницу по сантиметру засасывает в мясорубку, как перемалывает ей кости, пока она в сознании, как она извивается от боли. А после сбоку от чаши начала заполнятся тара для переработанного мяса. Катя, увидев во что превращается, заорала еде громче. Она совсем сорвала голосовые связки, теперь это было похоже на предсмертный этим раненного в грудь животного. Но вот не осталось и пояса. Руки обессиленно упали вниз. К собственному величайшему сожалению Катя оставалась в сознании все время. Могла видеть, как ее руки превращаюься в фарш. Видеть то могла, а могла ли соображать? И только один Антон стоял глядя на все не то чтобы с безразличием... Это было правильно. Она должна была умереть. Вспомнил, сколько раз Катя издевалась над ним и не сдержал злорадную ухмылку. Он реагировал на расчленение Кати также, как Полина реагировала на то, как Ромка пнул собачку. Не более. Серебряные глаза чудища посмотрели на пять оставшихся человек. И у всех словно инстинкт в голове закричал "Беги!!" И все побежали. Побежали так, как не бегали никогда в жизни. Антон держал за руку Полину, помогая ей подниматься и не падать, как вдруг услышал еле чьи то шаги. —Боишься, Антоша? Я же говорила: со мной ты в безопасности. — Алиса. Снова Алиса.