Омытые кровью души

Это было невероятно большое везение. Варя мало того, что убедила ворчливого и непреклонного старика-учёного показать ей результаты секретных исследований, так ещё и к своему удивлению выиграла путёвку прямо в зону проведения тех самых исследований. Как ни крути, день для неё сегодня и впрямь был удачный, и каждая новая случайность, даже самая маленькая, будто отстутвие охраны в тайной зоне эксперимента, только больше её в этом убеждала. Михаил Ольгердович вёл шатенку за собой и за всё время не проронил и слова — видно, волнение сказалось. Варя даже из-за спины видела, как дрожали его руки, как неуверенны были шаги и как растерян был его взгляд. Ей стало немного совестно от того, что по факту именно она спровоцировала учёного на нарушение приказа, так много значившего для него за многолетний опыт работы в научной сфере. Но что было поделать? В конечном итоге им обоим представился чудесный шанс, а в ситуации проигрыша любой бы на их месте им воспользовался. Теперь дороги назад уже не было, и даже страх увольнения или отстранения на фоне ярого предвкушения новых знаний и впечатлений играл совсем тихо. — Всё ради науки, — на выдохе проговорил Михаил Ольгердович и поднёс руку к двери, открывающейся при наборе правильной комбинации цифр. То ли мужчина от растерянности не позаботился о том, чтобы сохранить пароль в тайне, то ли наоборот старался сделать так, чтобы он был известен командиру, однако Варя только и успела подумать о том, как же примитивно было у учёных воображение. «А если кто-то попробует их взломать? Они же потеряют весь свой прогресс и ничего не смогут сделать», — подумалось девушке. Железная дверь без особых усилий открылась, впуская Варю и Михаила Ольгердовича в своё необыкновенно тёмное по сравнению с общей палитрой центра и белоснежных в нём лаборатории помещение. Девушка сделала лишь пару шагов и остановилась, ничего не видя перед собой. Ощущения были схожи с теми, что были в её недавнем сне, отчего в одно мгновение захотелось сжаться и выбежать на свет. Это чувство сгущающейся вокруг на тебя бесконечной пустоты давило на шатенку до такой степени, что можно было подумать, будто у неё всё это время была клаустрофобия, которая в полной мере проявилась только сейчас. Михаил Ольгердович остался позади, в темноте он нащупал где-то рядом с дверью рубильник, и вскоре яркий, ослепляющий своей силой свет озарил всю на первое ощущение большую комнату. Варя закрыла от яркого света лицо руками, а, когда глаза более или менее привыкли, осмотрелась. Комната оказалась куда меньше, чем казалось в темноте изначально. Воздух в ней был насыщен лёгким запахом электроники, навеянным множеством подключённых устройств. Царила тишина. Она нарушалась лишь тихим шорохом вентиляторов, работающих на пределе своих возможностей, и тонким звуком, дающего сигнал о том, что какой-то из приборов что-то уловил. Стены были окрашены в холодный серый цвет, а пол покрыт тусклым линолеумом, подчёркивающим стерильность пространства. В центре комнаты располагались ряды оборудования — массивные мониторы, которые, как всевидящие глаза, следили за происходящим в изоляторе. Их экраны мерцали неоновыми цветами, отражая изображения из камер: углы, запечатлённые в невидимой паутине света, обнажали внутренние терзания и неподвластную им реальность заключённых в этих белых стенах. Почти на каждом мониторе мелькали фигуры людей, каждый из которых стал частью этой маленькой, запертой вселенной, и только по тому, насколько неряшливый и взбешённый был их вид, а движения скованы и немного напоминающие шаги одичалых зверей, можно было понять, что заключённые изоляторов — не люди. Обрывки их непонятного бормотания и шипения порой доносились из динамиков, дополненных щелчком записывающего устройства, фиксировавшего каждый момент. Программное обеспечение работало без сбоя, слаженно обрабатывая данные, предоставляя учёным возможность следить за каждым шагом, каждой эмоцией и тенью, какая мелькала перед их глазами. В этом замкнутом мире технологии и человечность находились на контрасте, создавая ощущение непрекращающегося наблюдения, будто жизнь полукровок была лишь очередной системой координат, прослеживаемой на голубых экранах. Михаил Ольгердович подошёл к столу с этими мониторами и начал что-то умело выстраивать, будто такой старик, как он, знал все тонкости обращения с новейшим оборудованием и та неизвестность будущего, какая следовала за этим прогрессом, у него не вызывала чувство страха. — За этими полукровками ведётся круглосуточная слежка, камеры отслеживают их каждое перемещение и действие, а высокочувствительные приборы на их телах фиксируют каждое происходящее внутри них изменение. — Они словно потеряны в пространстве, — наблюдая за нескоординированностью в движениях вампиров, произнесла Варя и приложила руку к подбородку, над чем-то размышляя. Михаил Ольгердович вместо ответа потянулся к одному из ящичков в столе, достав оттуда жёлтую папку. — Это копии результатов исследований, проведённых за несколько дней, — проговорил он, принимая серьёзный вид. — Этих полукровок мучают ежедневно и каждый день одинаково, наверное, поэтому их поведение кажется вам странным. Они истощены. Тонкие изящные пальцы шатенки погладили гладкую поверхность папки, а после неторопливо её открыли. В глаза бросился напечатанный текст и большой шрифт прямо посреди листа: « Экспериментальное изучение вампирской природы — День 3 Введение Данный отчёт представляет результаты углубленного экспериментального изучения вампиров, пойманных охотниками из свободной среды в различных регионах Мышкина и подробный анализ феномена вампиризма в контексте современного общества. Данные, представленных в этом отчёте, носят характер первостепенной важности для понимания биологии, культуры и адаптации к современному миру объектов научного интереса и исследовательских практик далее именуемых вампирами. Исследование проводится на начальном этапе со строгой секретностью и охватывает период с июля по сентябрь 2024 года, охватывая различные аспекты вампиризма, включая поведенческие, социальные и биологические характеристики. Методология Экспериментальная часть исследования включала наблюдение за популяциями, представляющими интерес, в сочетании с анализом исторических источников и современного фольклора. Были проведены полевые исследования в регионах с наибольшей концентрацией следов нападения вампиров, а также лабораторные эксперименты, фокусирующиеся на биохимических аспектах, таких как реакция на солнечное излучение и потребление крови. Использовались как качественные, так и количественные методы: наблюдения, попытки выйти на диалог с объектом научного интереса, анализ собранных данных о проявлениях вампиризма. Исследования проводились в контролируемых условиях, вампиры были извлечены из среды обитания и помещены в специализированные лаборатории, где в настоящий момент за ними ведётся круглосуточное наблюдение с мониторингом физического состояния тела и реагирования объектов на внешние раздражители для изучения их физиологии, поведенческих реакций и способностью осознанно взаимодействовать с окружающей средой. Классификация вампиров Найденных вампиров было принято классифицировать по нескольким критериям: физическим особенностям, источникам питания и образу жизни. Вампира с большей физической силой мы заключили в меньшее пространство и лишили источника питания, вампиру наиболее приспособленному к добыче крови, но более слабого, мы создали дефицит пищи, а наиболее слабому объекту мы создали все условия с целью наблюдения, как будет восстанавливаться вампирский организм. Результаты Результаты третьего дня исследования удовлетворяет положительной динамикой третьего объекта, стремительно набирающего силу, другие два объекта сохраняют своё состояние стабильным, однако их активность заметно снижена, что позволяет думать о том, что при критических обстоятельствах организм вампира способен переходить в резервный режим. Так же выявлены уникальные биологические адаптации, которые могут служить объяснением вампирских черт, таких как сверхъестественная сила и долгая жизнь. Пойманные вампиры продемонстрировали уникальные адаптивные особенности, включая способность к регенерации, усиленные чувства и изменчивость в режиме питания. Анализ крови показал наличие специфических ферментов, способствующих быстрому метаболизму. Кроме того, выявлены значительные различия в культурной идентичности между группами вампиров, что указывает на существование сложных социальных структур. Заключение Данный отчёт подчеркивает необходимость дальнейшего изучения вампиризма, важность дальнейших исследований для более глубокого понимания вампиров, их места в экосистеме и потенциального влияния на общество. Для оптимизации охоты и сохранения баланса в природе необходимо разработать новые подходы к взаимодействию с этими существами.» «На удивление в этом и правда что-то есть», — внимательно вчитываясь в уже прочтённые строчки, подумала Ветрова. — Михаил Ольгердович, можно задать вам пару вопросов? — Я всегда рад утолить любопытство молодёжи своей мудростью, — улыбнулся мужчина, — поделиться с вами своими мыслями для меня честь. Варя пару секунд помедлила, будто стараясь как можно точнее сформулировать в голове вопрос, чтобы получить ответы, которые её устроят, без уточнений и переспрашиваний. — Скажите, тот вампир, о котором вы упоминали в нашу прошлую встречу… — робко, немного неуверенно начала она и подняла на учёного глаза. — Вам известно о его других способностях? — Других? — Да, — Варя нахмурилась. И почему эта дрожь в кончиках пальцев началась именно сейчас? — Я хочу знать, рассказывали ли вам о других способностях того вампира, кроме как вызов огня. Учёный призадумался. Варя проследила за тем, как он медленно подносит руку к подбородку и долгое время не уводит взгляда с металлического стола, застланного разными бумагами. «Он опять отключился?» — испугалась девушка при виде этакой сосредоточенности, однако тогда, когда она уже хотела его потрясти за плечо, Михаил Ольгердович тотчас отстранился и вздохнул. — Честно, сейчас и не припомнить… — проговорил он невинным тоном. — Чистокровные вампиры вообще могут и немногим отличаться от полукровок по силам, их преимущество над ними обуславливается в основном большим опытом, отведённым сроком и некоторыми природными характеристиками. Безусловно, сейчас этот вампир превосходит полукровок по силам, но конкретнее о его способностях сказать трудно. — Хорошо, я спрошу по-другому. По вашему мнению может ли вампир как бы поражать других на расстоянии? Не притрагиваясь, просто стоя на месте заставлять других вампиров падать на землю и корчиться от боли? — Ох, командир Ветрова, неужели вы видели нечто подобное? Варя вздрогнула и нервно посмеялась. Несмотря на свой довольно простой и безобидный вид, Михаил Ольгердович, видно, был довольно догадлив. Хотя в этом случае то было скорее его старческое переживание, которое никак не делало атмосферу разговора лёгкой и такой же, как и его вид, безобидной, а лишь больше заставляло командира нервничать. — Ха-ха, нет, — с очевидным волнением махнула рукой она, — я просто интересуюсь… — Чтож, тогда хорошо, — быстро отвёл своё волнение мужчина. — Ваша любознательность может лишь радовать собеседника. «В который раз он уже так сказал?» — чуть сморщилась шатенка. — Ну, как я уже говорил, сила вампира растёт с возрастом. Молодые, новообращённые вампиры зачастую не многим сильнее нас, обычных людей. Но с ходом времени увеличивается не только возраст, но и понимание их, как бы то сказать… особенности. Они учатся использовать свою силу, набираются опыта и в конечном итоге превращаются в существ, способных на безмерные чудеса и ужасные преступления. Вампиры от рождения в отличии от полукровок изначально могут превосходить человека в силе во много раз, а так как живут они дольше, то и потенциал у них выше. Именно по этой причине старые вампиры часто способны соперничать силой с самыми сильными мифическими существами, а те, кто бродит в ночи уже тысячи лет, могут обладать буквально богоподобными возможностями. Поэтому, отвечая на ваш вопрос, да, подобного рода манипуляции вполне под силу чистокровному вампиру, — он повернулся к девушке лицом и улыбнулся, сгладив свой серьёзный вид сверкающим и располагающим к себе дружелюбием. Командир на мгновение увела свой взгляд и наткнулась на выведенную на монитор компьютера запись одного из изоляторов. Вампир в нём, облачённый в такое же белое, как и пространство вокруг него, одеяние, ходил из стороны в сторону, забиваясь то в один угол, то в другой, и, казалось, изнывая от жажды. Не нужно было видеть его живьём, чтобы понять, насколько тот был голоден. Казалось, один взгляд на него вызывал внутри ощущение странного содрогания сердца, а тот мог даже ради одной капли крови легко сломать свою клетку и перегрызть горло каждому, кого ему посчастливится встретить. Он вёл себя, как чудовище. Как одичалый зверь, безжалостный монстр, видящий в каждом живом существе свою еду, очередную жертву, которым руководили лишь инстинкты и который понимал только то, что ему нужно утолить свой голод. Наблюдать за тем, как он рычит и скалится, выпуская острые клыки, становилось невозможным, как только в голове проскальзывала мысль, что когда-то, может, не так давно, этот вампир был человеком. Живым, который дышал, чьё сердце билось в груди, а глаза блестели светло-зелёной радужкой… — Скажите, может ли один вампир убить другого? — внимательно и совершенно бесстрастно следя за всем происходящим в изоляторе, спросила Варя. — Интересуетесь, потому что не в силах сами объяснить себе произошедшее на фабрике? Девушка быстро перевела взгляд на учёного подле себя. — Похоже, несмотря на строгую охрану и пропускной режим, учёные и исследователи этого центра вовсе не изолированы от мира. Мне казалось, кроме науки вас ничего больше не интересует. — Половина исследователей этого центра — молодёжь. Они ещё неопытны и незрелы, хоть и их знания по сравнению со старшим поколением учёных ещё свежи после университетов. Им свойственно отвлекаться и искать забавы, а сплетни и последние новости мира извне им подворачиваются как нельзя кстати. Варя тихо хмыкнула. «Наверное, этому старику каждый человек младше него равносилен молодёжи» — без какой-то злобы подумала она. Взгляд опустился на собственные руки. — И всё же… — растянуто пробормотала она, задумавшись. — Способен ли? Это вопрос был дополнением к прошлым словам командира. Таким образом она снова постаралась заострить внимание учёного на тревожащем её мысли и сердце вопросом, причём так ненавязчиво, словно то было простой попыткой поддержать разговор, а не утолить собственные любопытство и волнение. Михаил Ольгердович, казалось, воспринял этот вопрос как раз так, как было только что описано. Он задумчиво перебирал в руках жёлтую папку с копиями исследований и совсем не выглядел так, как должен выглядеть озадаченный полученным вопросом человек. Его разум словно был затуманен, а невнимательность в разговоре с кем-то и то, как периодически мужчина терялся, забывая о словах собеседника или своих собственных, уже не походило на обычную растерянность. — Михаил Ольгердович, — снова позвала его девушка немного усталым тоном, в котором теперь на удивление слышалась лёгкая жалость, — Михаил Ольгердович, если вы продолжите в том же духе, то выстроить нормальный диалог у нас не получится. Может, вы устали? Хотите отдохнуть? Мужчина посмотрел на неё ласково и нежно, словно был тронут заботой любимой внучки, которую видит нечасто, но встречу с ней всегда ждёт с особым трепетом, которого, в общем-то, не способен показать. Он погладил Ветрову по руке, что только больше натолкнуло девушку на мысль, что он вновь сошёл с рельсов. — Подобная рассеянность в мои годы объясняется вовсе не усталостью, командир Ветрова. Однако поводов для беспокойств нет: я ещё довольно крепок. Он похлопал шатенку по руке, которую до сих пор держал, словно боясь отпустить или уже забыв о ней. Дискомфорта это, конечно, Варе не приносило, однако всё равно неловкость в её поведении со стороны была довольно сильно видна. «Как же быстро он переключается со своего серьёзного вида», — подумала девушка, а в ответ на эти действия учёного только ему улыбнулась. — А что касается вашего вопроса, — на выдохе проговорил он, оказывается, не потеряв нить разговора, — то здесь я вам вот, что скажу. Чтобы поддерживать своё искусственное бессмертие, вампир должен потреблять кровь. Как бы странно это сейчас не звучало, а их организм изначально приспособлен к тому, чтобы жить долго. Как ни крути, а природа позаботилась о выживании таких совершенных по своей натуре существ. Однако, как я правильно заметил, их бессмертие искусственно. Это означает, что оно не является их биологической способностью. Вампиры вполне могут умереть от истощения сил, от той же старости, но избегают это, потребляя кровь. Именно благодаря обильному потреблению крови — их основного и практически незаменимого источника энергии — они становятся теми совершенными и неуязвимыми существами с силой, превосходящей людскую в несколько раз, — он устремил свой взгляд на белый экран и вздохнул. — Не нуждаются в пище и воде, не имеют необходимости в долгом сне, а ко всему прочему только потребление крови может улучшить их способность к быстрой регенерации. Если быть откровенным, именно эта регенерация является одной из главных причин бессмертия вампира. Без неё любой бы смог его убить. Их раса поистине превосходна, не правда ли? Он чуть прикрыл глаза и опустил голову, будто придавшись своим приятным мыслям. Варя проследила за тем, как мужчина вновь расслабился, но ничего ему не сказала. Она переваривала всё услышанное, а после, когда поняла, что желаемого ответа не получила и её вопрос остался красиво обойдённым мужчиной, она поняла, что тот действительно не умел отвечать чётко и по делу. Ему всегда хотелось сказать больше положенного, пусть и совсем ненужного, даже если в порыве мыслей потеряет нить и смысл, который старался вложить в слова изначально, и зацепится за новый, оставив заданный вопрос без ответа. В этой ситуации Варе была выгодна эта особенность ведения диалога мужчины, наверное, приобретённая им годами, однако много побочной информации никогда не заменит желаемую основную. «Я должна узнать больше», — внезапно вспомнив странную беспомощность Вермеса, а так же схожесть этой ситуации со всем произошедшем на фабрике, подумала Варя. — Скажите, если кровь нужна вампирам в том числе и для регенерации, то каким образом она может закончиться? — Закончиться? — удивившись, переспросил учёный. Варя судорожно замахала руками. — Да! — воскликнула она. — Я имею ввиду, может ли быть такое, что вампир после нескольких ударов другого вампира перестанет регенерировать? Я имею ввиду совсем… Михаил Ольгердович призадумался. — Полагаю, это возможно. — Правда? — её глаза воодушевлённо заблестели, словно у маленького ребёнка, однако шатенка быстро взяла себя в руки. — То есть… Не могли бы вы рассказать об этом поподробнее? Мужчина отвёл лицо девушки внимательным взглядом, будто после собственных внезапных заскоков счёл напор командира слегка странным. Хотя кому какое дело было до сдержанности, когда ты стоишь на пороге разгадок на собственные вопросы? — Конечно, — всё же проговорил он и снова отвёл взгляд. — На самом деле способность к восстановлению является первым, что приобретает новообращённый вампир, то есть полукровка. Это необходимо ему, чтобы выжить, но, рассуждая логически и вспоминая мои последние высказывания, перестать регенерировать вампир может и от голода. — И всё? — в голосе шатенки послышалось разочарование. — Больше мне неизвестно, командир Ветрова. Он снова улыбнулся, а Варя снова почувствовала себя загнанной в угол. Если с Вермесом вариант с голодом кое-как ещё мог пройти, то объяснить им смерть тех вампиров на фабрике было трудно. Неужели всё дело в том, что тот вампир сам порвал себе грудь? Неужели те ужасные размытые в памяти картины избиения Вермеса и его изуродованное во сне шатенки тело были виной неутолённой жажды? Постепенно воспоминания девушке возвращались, однако новая картинка вызывала новую боль, с которой, как и с сопровождающий её дрожью в теле, было довольно трудно смириться. «Точно ли дело только в этом?» — неуверенно спросила себя Варя, и в воспоминаниях сверкнул острый взгляд разъярённых голубых глаз. — Может ли один вампир убить другого? Это был даже не вопрос учёному, так, мысли вслух, которые Варя даже не заметила, как ненароком произнесла. После последних событий она знала, что то вполне было возможным для вампиров, однако отчего-то бесконечные мысли всё равно не переставали крутиться в её голове. — Вполне, — спокойно ответил Михаил Ольгердович, видно, совсем не смутившись. Оттого, что этот ответ был слишком подходящим под её последние мысли, Варя поняла, что проболталась, а потому и вздрогнула. Больших подозрений вызывать совсем не хотелось, а теперь она так глупо слетела. Тем не менее учёный продолжал выглядеть беззаботно и довольно наивно, отчего настоящий вложенный в этот спонтанный и, будем честны, случайный вопрос девушки посыл был ему неизвестен. Он продолжил: — Вампиры не только живут в своей экосистеме, но и подвержены внутренним конфликтам. Каждый из них — это не просто хищник, но и хранитель уникального наследия, в чьей крови течёт не только вампирское, но и нечто магическое. Когда два вампира сталкиваются, они вступают в борьбу не только за территорию, но и за влияние, силу и доступ к древним знаниям. Кроме того, вампиры могут использовать свои способности для нападения: гипноз, манипуляция эмоциями, а также тёмные заклинания, передаваемые из поколения в поколение. В этом контексте немаловажным фактором является и бесконечный страх утраты своей силы. В таких столкновениях проявляется не только физическая сила, но и интеллектуальное превосходство вампира, ведь что бы мы с вами о них не думали, а каждый вампир — это стратег, обладающий знаниями, которые он накапливал на протяжении веков. Обман и хитрость становятся важными инструментами в его арсенале. Например, он может создать иллюзии, заставляя соперников усомниться в своей реальности, лишь для того, чтобы развить свои атаки из тени, а главное, что мастерство обмана часто оказывается более ценным, чем грубая сила, и внешние конфликты переплетаются с внутренними терзаниями.Ссоры и конкуренция вполне могут перерасти в смертельные схватки, где старые обиды и желание мести выходят на первый план, подчёркивая, что вампиры, как и люди, несут в себе груз эмоций и недовольство. Неправда ли это удивительно? — Михаил Ольгердович перевёл взгляд на Варю и улыбнулся. — Знаете, а ведь, кроме самих вампиров, на их конфликты оказывает влияние и окружающий мир. Наше с вами человечество, хоть и воспринимается ими как дюжина жертв, однако с последними событиями начало активно вмешиваться в их дела. Охотники за вампирами, обладающие знаниями и технологией, становятся реальной угрозой, провоцируя истерии среди чистокровный вампиров, которые вынуждены объединяться или же, наоборот, бороться друг с другом за влияние над этим новым врагом. В конечном итоге, такая схватка — это не просто необходимость выживания, а борьба за существование в мире, где царит вечная ночь. При таких обстоятельствах вампир вполне способен нанести вред своему сородичу. Но он не убьёт его, если не захочет. — Вы хотите сказать, что для того, чтобы один вампир нанёс смертельную рану другому, у него должно быть намерение его убить? Тогда и регенерация не проходит? — Хо-хо, вы всё так быстро схватываете, девушка. Он довольно посмеялся. Наверное, во всём исследовательском центре не нашлось бы и одного человека, готового с таким увлечением вести беседу с Михаилом Ольгердовичем. Дело здесь было совсем не в занятости. На самом деле Варя даже сейчас чувствовала то, насколько его консерватизм и старческая предвзятость к новому поколению давили на неё во время беседы, но ведь и командир, будем честны, развлекала его не от сильного желания. Ветрова с полминуты помолчала, обдумывая неожиданно для себя информативную часть их разговора. В голове надолго засели слова Михаила Ольгердовича, которые отчего-то находили внутри девушки отголосок. «Он может создать иллюзии, заставляя соперников усомниться в своей реальности, лишь для того, чтобы развить свои атаки из тени». «Вампиры могут использовать свои способности для нападения: гипноз, манипуляция эмоциями, а также тёмные заклинания, передаваемые из поколения в поколение». В воспоминаниях резко в плыли две картины, своей внезапностью поразив голову шатенки неимоверной болью. Она пошатнулась и сделала два шага назад, наткнувшись рукой на металлический стеллаж с аппаратурой. В ушах зазвенел крик. Сначала один, умоляющий, просящий пощады и раздирающий своей болью, крик настолько отчаянный, что был схож с последним истошным вздохом. Перед глазами Вари вновь промелькнули кровавые сцены самоубийства вампира на фабрике, а после и размытая в тумане фигура Вермеса. Его дрожащий голос, сдерживающий неистовый порывы крика боли и злобы, то как его скручивало на месте, как он внезапно упал, ещё мгновение назад решив нанести удар Владу. Девушка не могла вспомнить всё произошедшее там полностью, воспоминания приходили обрывками и были настолько размыты, что то больше проходило на бред или сон. А кроме того болевые ощущения с каждым новым воспоминанием становились всё сильнее, словно часть памяти шатенки была отделена большой стеной, в которой теперь появилась небольшая брешь. «Ссоры и конкуренция вполне могут перерасти в смертельные схватки, где старые обиды и желание мести выходят на первый план, подчёркивая, что вампиры, как и люди, несут в себе груз эмоций и недовольство». «Да… Кажется, он что-то говорил о предательстве… — подумала шатенка. — Нужно о нём расспросить». С этим решительным намерением Варя глянула на учёного, обеспокоенного её внезапным состоянием. В жёлтых глазах с трудом читалось переживание, в основном мужчина выглядел так, как обычно выглядит в моменты своих нежданных раздумий и навязчивых мыслей. Варя приняла в помощь его руку и, опираясь на неё, выпрямилась, возвращая себе равновесие и стараясь избавиться от головокружения, которое, к слову, ещё какое-то время после приступа напоминало о себе. — Михаил Ольгердович, — сжимая его руку, произнесла командир и посмотрела на него так, будто была чётко уверена в том, что лишь он мог спасти её из моря собственных огорчений и неудач, что, конечно, не могло не польстить учёному, — я должна вам кое-что сказать, — он вмиг выпрямился, показав, что готов слушать. — По правде говоря моё любопытство чистокровными вампирами объясняется не только моим положением. На самом деле я уже встретила одного из них, и мне кажется, он именно тот, кто преследовал ваш род долгие поколения. Его имя Влад. Он появился почти две недели назад, я спасла его с горящей фабрики и на самом деле уже об этом очень жалею. Я помогла ему проникнуть на наши владения, помогла устроиться в медчасти, где ему ничего не мешает развлечься и добыть себе крови. И проблема в том, что он умело пользуется своим положением и уже обвёл всех вокруг пальца. Он очень опасен, я боюсь, что не смогу его остановить, если позволю восстановиться, но все мои попытки от него избавиться как назло всегда обходятся мне боком. Даже сейчас моё невезение заставило меня забыть нечто важное, что помогло бы мне от него избавиться, хотя и здесь я уверена, что он приложил к этому руку. Пока я не вспомнила всё сама, я хочу у вас спросить, быть может, вы знаете, может, где-то слышали, — она сделала запинку, заглатывая подступивший к горлу ком. — Имена Корвин и Вермес вам о чём-нибудь говорят? Мужчина призадумался. Его блеклое лицо в момент раздумий сморщилось и стало напоминать ягоду высушенного винограда, такую противную на вид. Варя надеялась услышать положительный ответ, надеялась, что именно эта встреча поможет ей ухватиться за ещё одну спасительную для себя ниточку, следуя за которой, она всё-таки придёт к разгадке. Однако по мере того, как проходили минуты, а выражение лица мужчины не менялось, постепенно надежда на то угасала, и Варя начинала думать о том, какой следующий шаг она предпримет. «Кажется, записи видеокамер уже должны были прийти мне в штаб», — подумала она, а после взгляд приковал взбодрённый голос Михаила Ольгердовича. — Знаете, командир Ветрова, я могу ошибаться, но мне кажется, что имя Корвин мне уже когда-то встречалось. — Правда? — Варя воодушевлённо подскочила к нему. — Да, — кивнул мужчина, — в моём детстве бабушка мне часто рассказывала истории о вампирах, но маленькому мне, конечно, было скучно слушать исторические выдержки моего предка. Ох, эта молодая душа… — на лице мужчины выскользнула улыбка. — Тогда бабушка начала переделывать информацию наших фамильных записей под детские рассказы и сказки, и имя Корвин довольно часто звучало из её уст. — Выходит, в записях вашего предка есть даже и такая информация? Насколько же далеко он зашёл в своих исследованиях? — Ох, теперь я вижу, что вы наконец познали то, насколько велик был вклад Альберта Звёздных в науку, командир Ветрова, — удовлетворённо прикрыв глаза, произнёс Михаил Ольгердович. — Но как он узнал о том, как зовут вампира? Неужели он был с ним знаком? Если подумать, то сегодня даже со всем необходимым оборудованием человечество ничего не может узнать о вампирах, а здесь простой человек, живший в то далёкое время… Неужто он продал вампиру душу для того, чтобы изучить их расу? Лицо учёного в один миг исказилось в молчаливом недовольстве, и Варя быстро замолкла, уловив в его взгляде предупреждение. Похоже, она позволила себе лишнего: любому человеку, тем более такому, как Михаил Ольгердович, считавший своего предка великим учёным и всю жизнь стремящийся на него ровняться, желающий изучить его труды и, возможно, продолжить дело, было бы неприятно, если бы кто-то усомнился в величии его предка, а уж тем более обвинил в связях с нежитью, изучению какой тот посвятил свою жизнь. Но с другой стороны: что ещё могла думать Варя? «Может, Влад запугивал его так же, как и меня?» — вспоминая сегодняшний сон, подумала Варя, и по её телу пробежали мурашки. — Этого нам уже не узнать, командир Ветрова, — всё же решил вставить своё слово учёный, — однако впредь я попрошу вас воздержаться от таких смелых предположений. Если вас кто-то неправильно поймёт, вы навлечёте на себя беду. — Извините. Она склонила голову и увела в сторону взгляд, лишь делая вид, что чувствовала стыд и сожаление за свою резкость. Михаил Ольгердович, хоть и не заметил в её жесте искренности, однако мысль свою не прервал. — Что касается второго имени… — размеренно начал он, привлекая внимание шатенки. — То здесь момент спорный. Признаться, прежде я его не слышал, но оно довольно созвучно с именем бога Гермеса. Возможно, это чередование букв объясняется тем, что вампиры по своему существу являются противоположностью всему божественному. В — вампир. То, что это имя носит представитель кровососущей расы, только больше подчёркивает их дьяволическую сущность. Однако это только моё личное предположение, — быстро сменил свой серьёзный тон мужчина. — На самом деле одну и ту же вещь разный учёный может понимать по-разному и трактовать, как хочет: достоверно это или нет — никак не проверить. Так кто-то может вам сказать, что имя Вермес имеет свои корни в древних языках и его происхождение связано с несколькими культурными и историческими контекстами. Они могут попробовать найти связь с латинским словом «vermis», что в переводе означает «червь». В древности этот термин использовался не только в биологическом, но и в переносном смысле для обозначения чего-то низкого, прозябающего. И никто даже не задумается о том, что на протяжении веков имя Вермес могло изменять свои значения и ассоциации в зависимости от культурных изменений народов. Зачем? Как бы то ни было, а никто не упустит возможности показаться в глазах незнающего человека умнее, чем он есть на самом деле. Спросите сейчас у кого угодно в этом центре то же, что и у меня — они ответят вам, что данное имя может быть связано с еврейским словом «вермеш», что означает «достижение» или «успех». Они умело и со всем своим красноречием наплетут красивую историю, придадут имени особую глубину: «отталкиваясь от образа скромного начала, Вермес достигает значительных высот в жизни, а это имя становится символом трансформации — от простоты к величию», — и подобные глупости, которые вы, конечно же, не потрудитесь проверить от своей доверчивости к умному человеку. Вот я совсем другой человек. Мои предположения хоть и просты и не так красноречивы, однако в нашем деле результат и достоверность стоят ценнее, чем умение красиво говорить и пудрить своим красноречием людям мозги. Никакие, даже самые красивые слова, не смогут компенсировать человеку отсутствие ума, это я вам точно говорю. — Вы, безусловно, правы, — уже ощущая настигающую её неловкость от такого рода общения, улыбнулась учёному девушка. То, как ловко тот находил в разговоре повод вновь подвергнуть своему оценочному суждению по его мнению неудачную молодёжь этого центра, действительно выдавало в нём старика, и хуже всего было то, что его ворчание не прекращалось и уже в который раз сбивало Варю с мыслей. — Или например имя «Дракула», — продолжал мужчина, — оно может быть связано с латинским «draco», что означает «дракон», символом силы и зла, а может быть отсылкой к исторической личности Владиславу Цепешу, известному своей жестокостью, — на этих словах Варя вслушалась. — Это ведь усиливает связи между именем и темной сущностью вампиров, правда же? — Хотите сказать, что имена вампиров не случайны? — Конечно, нет, — фыркнул мужчина, словно счёл вопрос девушки по-детски глупым. — Они служат не только для идентификации, но и для передачи богатых культурных и исторических контекстов, позволяя нам, учёным, заглянуть в многослойную ткань мифов и тайн, окружающих этих загадочных существ. И снова наступили раздумья. Варя уже не слушала ворчание старика под боком и не пыталась разглядеть в выражении его лица что-то кроме недовольства и неоправданной растерянности. Все её мысли были заняты рассуждением о его, признаться, довольно полезных словах. «Раз все имена вампиров что-то значат, тогда и его имя носит какой-то странный смысл. Вряд ли человеческая трактовка этого имени здесь будет уместна, но, если вампир — противоположность всему светлому, тогда можно ли считать, что и значение его имени будет противоположным? — от сильной задумчивости девушка даже не заметила, как совсем отстранилась и ушла в другой конец небольшой комнатки. — Владислав Князев… Владислав Цепеш…» За дверью что-то глухо прогремело. Этот звук оторвал Варю от пока довольно бессмысленных попыток найти логику и связь в деле с помощью примеряния фамилий, а Михаила Ольгердовича от ещё более ненужного бормотания под нос. Они вдвоём разом повернулись к двери, и в мыслях у них, наверное, проскользнула одна и та же догадка: о них узнали. Варя быстро подскочила к двери и схватилась за ручку, казалось, совсем не переживая о том, чтобы быть схваченной и обвинённой в незаконном проникновении в засекреченную зону центра, на которого влияние штаба не распространялось. Именно потому даже со званием командира проблем от этой выходки у девушки было бы не меньше. Наоборот, произошедшее только больше бы навредило не только ей самой, но и всей организации, а тогда сможет ли кто-нибудь ей довериться? Тем не менее девушка действовала без колебаний. Она резка распахнула дверь, и от приложенной ею к ней силы молодой человек по другую сторону буквально вывалился из дверного прохода ей под ноги. — Вася? — увидев золотистую макушку предположительного подслушивальщика, произнесла командир. — О, внучок, заходи! — совсем не смутившись, лишь обрадовался Михаил Ольгердович. Он махнул внуку рукой, и теперь уже пришедшая на прошлое мгновение бедность его лица сняло, словно рукой. Вася неуверенно поднялся, по мере того, как вставал, пристально глядя на командира перед собой. Её мысли хоть и были для него скрыты, однако недовольство во всём своём виде, сложенные на груди руки и слегка нахмуренные брови с укоризненным, острым даже на вид взглядом давали ему понять, что девушка совсем не рада его видеть. Хотя в такой ситуации, наверное, ей бы всё равно стоило поблагодарить судьбу за то, что тем, кто их обнаружил, был Вася, а не кто-то из охраны. «Они пропустили уже троих, раз это такая секретная зона, то и охрана должна быть соответствующей, разве нет? — недовольная таким «порядком» и не в силах усмирить внутреннего начальника, подумала Варя с возмущением. — Почему нас никто не останавливает?!» Девушка быстро осмотрела помещение на наличие хоть каких-то камер или любой другой вещи, которая смогла бы в данной ситуации послужить причиной такого халатного отношения к секрету исследовательского центра, однако ничего не обнаружила. Словно это место в центре, как и исследования, здесь происходящие, были такой тайной, детали которого не могли даже записывать на камеры, а может, и не только записывать, но и по-особенному выделять, прикрывая внимание учёных здесь охраной. «Наверное, они очень доверяют своим сотрудникам, раз не опасаются того, что кто-то из них отвлечётся от работы и заглянет сюда», — пронеслась в голове шатенки, и она чуть сморщилась, как только поняла, что они втроём поступили именно так, как она описала в мыслях только что. Вася неловко проскочил мимо девушки, прижимая к груди вручённую ему ею совсем недавно металлическую фляжку вместе с каким-то листом бумаги. Он остановился рядом с дедом, который продолжал его похлопывать по плечу, словно одобряя этот внезапный и довольно смелый для такого осторожного и пугливого паренька поступок. Вася повертел головой, осматривая неизвестное, но очень интересное себе пространство. — Ты что здесь забыл? Как нас нашёл? — начала засыпать его вопросами девушка, пугая своим грозным видом. — Ты следил за нами? Сидоров весь сжался и, казалось, будь вокруг больше свободного места, то непременно должен был укрыться за чем-нибудь или кем-нибудь подальше от шатенки. — К.командир Ветрова, — дрожащим голосом испуганно говорил он, — командир Ветрова, давайте я вам сейчас всё объясню! — У тебя две минуты, — парень сглотнул. — Говори, как нас нашёл и кто шёл за тобой следом. В порыве своего гневного наступления Варя завела его в угол, и теперь даже не обратила внимание на то, что молодой учёный спрятался за плечами деда, общаясь с ней только через него, будто немощный на вид старик мог служить какой-то преградой. Расслышав характерное, ожидающее ответа молчание, Вася осторожно выглянул из-за своего живого укрытия, быстро встретился с укоризненным видом шатенки и сглотнул. «Ладно, поехали». — Я шёл за вами с того момента, как увидел вдвоём идущих по всегда пустующему коридору. Так вышло, что он переплетается с пролётами, ведущими к лабораториям, где я провёл анализ предоставленного вами экземпляра… — Вася в доказательство приподнял руки с фляжкой, демонстрируя её девушке. — Увидев вас двоих, мне стало любопытно, я ведь как-никак учёный, — он замялся от повисшего в воздухе напряжения. — Б.будущий, — исправился парень и снова смущённо спрятал свой взгляд. — Ко всему прочему я и так искал вас для оглашения результатов лабораторной экспертизы, поэтому я последовал за вами… Но клянусь, что был один! Я и не думал за вами следить и подслушивать ваш разговор, я просто не знал, когда следует вмешаться… Теперь я понимаю, что мне стоило изначально усмирить своё любопытство и подождать вас со Снежкой. Простите… Он сжался сильнее, чуть ли не полностью спрятавшись за спиной деда. Взгляд Вари приковала фляжка в его руках и лист бумаги, очевидно, с заключением исследования. «А он довольно быстрый, — всё же не могла не отметить девушка. — Более того шустрый. Надо же, какой рассеянной я стала от всего происходящего, что не заметила, как он пыхтел под дверью. Хотя, может, это и к лучшему?» Варя с лёгким недоверием оглядела замкнутую в себе фигуру молодого исследователя. Видя то, как он затрясся от одного её строгого вида, все опасения на его счёт мигом пропали. Даже при сильном желании Варя не могла поверить в то, что у такого не уверенного в себе паренька могли быть скрытые мотивы и тайные умыслы. И даже поговорка о том, что в тихом омуте черти водятся, здесь казалась совсем не подходящей. «Это скорее про этого Влада», — подумала шатенка и про себя закатила глаза, как только поняла, что снова подумала о нём. Этот вампир, похоже, имел невероятную возможность бесить её даже на расстоянии. — Ладно, — вздохнула командир, — что у тебя? Вася осторожно выпрямился и вышел из своего укрытия, топчась на месте и сминая в руках бумагу. Нервозность никуда не пропала, однако его попытки с нею совладать были заметны. — Вы понимаете, командир Ветрова, — сглотнув, начал он, — перед оглашением заключения я хочу вас предупредить, что ни о чём не буду спрашивать. Ни о том, где вы достали эту фляжку и уж тем более, что намереваетесь делать дальше. Просто результат меня довольно удивил, поэтому… — Ближе к делу. Исследователь вздрогнул. — Ладно, — он поднял взгляд на Ветрову, — это кровь. — Чья? — нахмурилась девушка. — Человеческая. — Ты её нагревал? Она сделала пару шагов в сторону Василия, заставив того чуть отклониться назад и закрыть бумагой лицо, прячась от столь некомфортного для него взгляда командира. — Н.ну знаете, командир Ветрова, с той технологией, которую мы имеем в центре, совсем не обязательно проводить дополнительные опыты, чтобы убедиться, что в предоставленном вами образце нет вампирского гена. Это абсолютно точно человеческая кровь, и, раз уж я заговорил об этом, мне кажется, Вам можно было бы сходить с ней в медчасть штаба. — Зачем? Ваша совершенная технология требует проверки врачей и лаборантов? — Вася нервозно посмеялся. — Н.нет, просто у медработников штаба есть информация о каждом охотнике, поэтому, если эта кровь принадлежит кому-то из них, это будет вполне вероятно установить по содержащейся в ней ДНК. Он замолк. Варя выхватила из его рук металлическую фляжку и, судя по сосредоточенному виду, погрузилась в раздумья. Слова Васи изначально её не расстроили: она и так понимала, что Влад не стал бы хранить свою или кровь другого вампира у себя. То было возможно лишь в случае, если бы он хотел поиздеваться над ней сильнее, но, похоже, в этот раз ограничился лишь большим наведением ужаса и подкармливанием её любопытства. Новая почва для размышлений была хоть и полезна, но вместе с тем вызывала всё больше вопросов и подозрений: было ли все произошедшее подстроено вампиром или он действительно упустил из виду пропажу крови своей жертвы? Верить никому и ничему девушка сейчас не могла, да и сама доверия у окружающих, очевидно, не вызывала. Наверное, если она сейчас заявится к Моргане с просьбой провести исследования на найденной крови, та даже не станет спрашивать о том, где шатенка её достала, а только пройдёт мимо, сославшись на свою вечную занятость. И всё-таки как же плохо было то, что в медчасти у Вари её было ни одного своего человека! На этой мысли в памяти командира вспомнилась фигура Любавы, и, если так подумать, на хороших для себя условиях с получением неплохой выгоды та была, наверное, единственной, кто мог для Ветровой что-то сделать. «Но я не буду терпеть её насмешки», — нахмурившись, подумала она и откинула эту мысль — пока чувство гордости было сильнее, а отчаяние не так по сравнению с ним велико. — Ладно, спасибо тебе за твою работу, — посмотрев на Сидорова, проговорила Варя. — Рассчитываю, что всё услышанное тобой сегодня останется в секрете. Она развернулась и направилась к двери. Время близилось уже к полудню, и нужно было скорее возвращаться на рабочее место. «Снежка говорила, что Кощей утром хотел сделать какое-то объявление, это наверняка что-то важное, нужно зайти к нему по дороге», — думала девушка, пока её рука тянулась к дверной ручке. Вася встрепенулся как раз тогда, когда девушка уже почти вышла из маленькой комнатки. Казалось, это был последний шанс для него заняться чем-то и правда стоящим и доказать не только коллегам, людям вокруг, но и самому себе, что он чего-то стоил. Парень уже долгие годы изнывал от жажды сделать что-то и правда стоящее, его захватывало рвение блеснуть талантом и запомниться не просто, как неуклюжий и неуверенный в себе мальчишка. В конечном итоге, неужели он позволит себе быть тенью своего выдающегося дедушки-профессора? Вася быстро подскочил к двери и схватился за её ручку прежде, чем к ней прикоснулась рука командира. Варя быстро перевела на теперь казавшимся довольно наглым Сидорова и приподняла в своей излюбленной манере бровь, как бы посылая молодому исследователю первый намёк на то, что тот переходил черту. — Что ты делаешь? — холодно спросила она, наблюдая за тем, как и без того румяное лицо парня заливается от стыда краской. — Командир Ветрова, пожалуйста, позвольте мне принять участие в вашем расследовании! — закрыв глаза, быстро выпалил он. Повисло молчание. Михаил Ольгердович уже не вмешивался в их диалог, то ли оттого, что так же, как и внук, желал его самостоятельности, то ли оттого, что не видел никакого резона вмешиваться в чужие разборки. — Принять участие в расследовании? О чём ты говоришь, ты и так мне неплохо помог. — Н.нет, я не про это. В смысле, конечно, я вам помог, но это совсем не та помощь, которую я хочу вам оказывать. Не только вам, а всем охотникам, нет, даже не охотникам, а человечеству, миру, понимаете? — он на мгновение опустил на ноги командира свой взгляд. — Я тоже хочу быть полезным. Моя роль в этом центре столь незначительна, что, если бы не моё родство с дедушкой и дружба со Снежкой, вы бы обо мне даже не знали. И я понимаю ваше ко мне недоверие, но если бы вы только дали мне шанс проявить себя, то я бы непременно доказал вам, что на многое способен. Он отпустил дверную ручку, казалось, закончив свою исповедь. Варя осмотрела его лицо и прекрасно понимала его рвение к большему. Когда-то именно благодаря таким же мыслям она пошла в спецназ и доброта одного из командиров помогла ей подняться до тех высот, на которых она находилась сейчас. Нельзя было сказать, что вся заслуга её успеха была в судьбе или милости других, однако они тем не менее сыграли не малую роль в карьере шатенки, они дали первый толчок, помогли сделать ей первый шаг по верной для себе дороге, потому Варя понимала, что сейчас именно она, возможно, была тем самым шансом для Сидорова ухватиться за свою лучшую альтернативу неизвестного сейчас будущего. — Хорошо, — проговорила она, — раз тебе всё равно обо всём известно, я дам тебе шанс, — на этих словах блондин бодро приподнял голову, и глаза его засверкали. — Спасибо, командир Ветрова, я буду трудиться, чтобы вы не пожалели о своём решении! — Уж надеюсь, — бросила шатенка и без капли интереса, попрощавшись с учёным, первой вышла из помещения. Внук с дедом только и успели, что проводить её спину взглядом, и уже на улице, встретившись с взволнованной Морозовой, Варя только и смогла, что извиниться перед ней за задержку, а после, сославшись на работу, оставила девушку одну дожидаться невероятно трепещущего и радостного будущего учёного, какому, без сомнений, было много, что рассказать своей подруге.