Уроборос

Сюзанна вынырнула из бездны бессознания скорее от беспричинного чувства страха, словно она пропустила что-то очень важное в её жизни, чем от других каких-либо внешних раздражителей. Однако перед глазами продолжала стоять непроглядная тьма. Под собой чувствовался холодный пол. Не на шутку перепугавшись, поспешив с решением, подумала выставить сжатые кулаки вперёд, чтобы если что обороняться от возможных врагов. Голову и всё тело пронзила игла боли. Безуспешно. Дама вообще не могла пошевелиться. Руки были крепко связаны за спиной шершавой верёвкой, которая пребольно врезалась в запястья. Те же ощущения обволакивалали и лодыжки. Сюзанна сморщилась от боли и попыталась выровнять дыхание. Затем осторожно пошевелила конечностями. Жёсткая верёвка противно елозила по коже. *И скорее всего оставляя пульсирующие красные полосы.* отметила она про себя. Потихоньку стала возвращаться затуманенная, заполненная до краёв последними событиями память. Жутковатые и мерзкие картины недавнего прошлого замелькали перед глазами-льдинками. Вновь ощутились все удары того психопата. Неприятно отозвалось рассеченное осколками лицо. Девчушка даже смогла ощутить маленькие осколочки, которые забились в раны, застревая под кожей. Почувствовав, что под носом висит капля какой-то жидкости, Сюзанна осторожно шмыгнула, проверяя свой шнобель на целостность. Сначала подумала что сопля висела, но зашмыгнув в носовую полость, почувствовала, что то была кровь. *Сосуд лопнул, неверное. Хотя и не удивительно.* Нос вроде цел. Перед взором постепенно становилось светлее, глаза стали привыкать к темноте в помещении, где находилась. Вот уже смогла различить свои подкрадули, которые размывались в окружающем мраке. Вдали виднелись конструкции, похожие чем-то на подобие комодов или тумбочек, какие обычно стоят на кухнях. Осторожно поворачивая затёкшую шею и игнорируя головную боль, стала рассматривать дальние углы и потолок. В одном из углов заприметила стрёмный силуэт какого-то агрегата. В затылке что-то щёлкнуло и девушка поспешила вернуть голову в прежнее положение. И только сейчас она почувствовала, что привязана к какой-то гладкой металлической палке, или, возможно, шесту. *Н-да, влипла по полной.* раздражённо подумала она. А что ей ещё оставалось делать? Кричать не вариант. Придёт этот псих и стукнет по голове, чтобы не нарушала покой маньяка. А голова-то и без этого болит. Тем более, если Стрейд хотел её убить, то давным-давно это бы сделал. И тут Сюзанну пронзила догадка. Страшная догадка. Девушка даже вздрогнула, настолько она оказалась шокирующая для неё. А что если это гражданин уволок её в какой-то подвал, чтобы помучать её как следует некоторое время, как это проделывали многие серийники по всему миру и во все времена, а после зверски убить её? —Твою ж!.. — тихо зашипела. Всё, просидела тут, можно и домой собираться. На кофе что-то не хочется оставаться. Дама медленно, но верно стала шевелить руками и ногами, извиваясь, как связанная гадюка. Правда, у пресмыкающегося шансы были бы намного больше ускользнуть из подобной ловушки. Не получается. Девчушка крепко сжала руки в кулаки, и хотела повторить попытку, однако тут же скривилась от ощущения жирноты на ладонях. *Иу-у... Наверное, когда хватала этого за патлы, нужно было хирургические печатки одеть, а то до настолько жирной шевелюры я ещё никогда не дотрагивалась. И надеюсь, что это было в первый и последний раз.* Шумно выдохнула. И вот что ей теперь делать? Все карманы ощутимо пустые. Рядом нет ничего, что помогло бы защититься. Сюзанна скорбно свесила голову себе на грудь, завесившись лохматыми чёрными прядями волос. В нос деликатно пробрался запах собственного пота. — Да за что мне все эти мучения?! — тихо завыла она. *Хотя, возможно, это ещё здесь не самое страшное.* — тут же добавила про себя, — Так всё! Отставить панику! Сейчас я абсолютно ничего не смогу сделать. Мешают путы на руках и ногах. Не думаю, что этот отморозок бросил тут меня. Скорее всего, хмырь пивной сюда рано или поздно придёт. Главное — дождаться. Дождаться...* — Дождаться... — уже вслух проскулила Сюзанна. Но тут же резко подняла голову, зорко всматриваясь в углы. Получилось не очень, так как её очки куда-то пропали. *Наверное, во время той потасовки соскользнули со шнобеля.* — дама пригорюнилась, однако продолжала глазеть по сторонам, ища возможную красную точку от видеокамеры, которую Стрейд вполне мог установить, чтобы наблюдать за прошлыми бедняжками. Чтобы не смогли провернуть какой-нибудь трюк, и выбраться на свободу отсюда. Девушка, из своего короткого "общения" с маньяком, поняла, что тот профессионал в своём деле, и для него это — обычная практика. Но ничего подозрительного так и не обнаружила. *Вот бы нам всех таких профессионалов, которые любят своё дело, стараются. Тогда б каждый зажил как король!* — невесело усмехнулась над своими думами Сюзанна.

***

Она не знала, сколько точно прошло времени. В том помещении, где она находилась не было ни хотя бы маленького окна, ни часов. Хотя, даже если последние бы и были, дама не смогла бы разобраться в темноте со стрелками циферблата. Однако её чуйка, или, говоря научным языком "биологические часы", подсказывали, что уже с момента пробуждения прошло примерно три часа. А может и меньше. Или больше. Во всяком случае, Сюзанне стало тяжело держать голову прямо, концентрироваться на поиске посторонних звуков за стенами её тюрьмы. Даже мысли стали вязкими, как кисель, не хотелось думать. Хотелось спать. И проспать примерно лет 30, не обращая внимания ни на что — настолько она была уставшей. Если не физически, то уж точно морально. Однако девушка боялась засыпать, боялась пропустить малейшие изменения в её обстановке. Однако поразмыслив, пришла к выводу, что лучше поспать и накопить сил для будущих испытаний. Это было единственным, что девчушка могла сейчас сделать. Но сон не шёл. То и дело подскакивала, озиралась, прислушивалась. Затем вновь начинала клевать носом. И тут ей вспомнилось, как она засыпала раньше. А именно, если её что-то беспокоило, и она никак не могла заснуть — просто начинала считать на немецком, пока не заснёт. Решив попробовать, она почти мгновенно успокоилась. Дама уже начала дремать, а после резко провалилась в бесконечную чёрную яму сновидений.

***

Сквозь плотную чёрную ткань сна, с треском разрывая её, раздалось противное металлическое бряцанье ключей в замке. Сначала Сюзанна не смогла понять где находится, и что за противный звук, вырвавший её из мягких объятий когтей сна. Но тут же вспомнила, что произошло, и не открывая глаз, старалась дышать ровнее, чтобы создать иллюзию, будто она всё ещё дрыхнет. А сама вся обратилась в слух. Итак, бряцанье и скрежет прекратились. Всёго на пару мгновений наступила блаженная тишина, прерывающаяся каким-то шебуршанием и приглушённым звяканьем. Затем послышались знакомые, уверенные шаги уверенного в себе маньяка, который уверенно, и даже радостно насвистывал себе какую-то весёлую (возможно собственного сочинения) мелодию под нос. *Весело ему... Вот же скот!* По ощущениям и звукам, можно было подумать, что Стрейд спускался по лестнице. Причём достаточно бодро. Щёлкнул свет, и Сюзанна почувствовала как потеплел свет перед закрытыми веками. Но ни единый мускул не дрогнул на её суровом лице. Как оно спряталось в лохматой копне чернильных волос, так оно там и осталось. Попыталась расслабить лицо ещё сильнее, чтобы тот точно ничего не заподозрил, если вдруг увидит его. Завозившись перед ней, и положив что-то шебуршащее на пол, Стрейд, громко сопя, приподнял её подбородок своей ручищей. Ноль эмоций. Абсолютная спокойность. Но не долго это длилось. С размаху огромная тяжёлая ладонь врезалась на большой скорости в щеку девушки, причём вторая рука всё ещё крепко удерживала подбородок несчастной. — А! — от неожиданного удара голова дёрнулась, но её, к счастью, не смахнуло долой с плеч. — Доброе утречко!~ Проснись и по-ой! — пропел психопат. Девушка раздражённо посмотрела на Стрейда, буравя того злющим взглядом. Его радостный дружелюбный оскал и скривившаяся физиономия Сюзанны создавали свой особенный дуэт. Дуэт похитителя и жертвы, которая уже прямо сейчас готова вцепиться тому в глотку и разорвать её на мелкие ошмётки. — Чего уставилась? Я, между прочим, покушать тебе принёс. Тут он поднял с пола батончик и маленькую банку дешёвого пива и потряс обоими в воздухе. Блестящая обёртка приятно захрустела, а содержимое банки с плеском стукнулось о её стенки. — Одно из двух. Выбирай. И с радостной лыбой навис над девушкой. Та перевела взгляд на свой сегодняшний "завтрак". *Хм, казалось бы, такой простой вопрос, однако ответ подыскать трудно.* — задумалась. Она-то ожидала, что вместо перекуса она получит на завтрак вкусные, немного жёсткие холодные пули, или что-то в этом роде, поэтому была очень удивлена таким поворотом событий. Затем покосилась на Стрейда. Тот всё ещё широко улыбался, но складывалось впечатление, что эта улыбка сейчас треснет по швам. Со дна его янтарных глаз поднималось нетерпение. Быстренько повернувшись к еде, Сюзанна кивнула на пиво. *Без еды человек сможет прожить пять дней, без воды— три. Выбор очевиден. Если что, смогу немного погрызть внутреннюю сторону щеки, собственные губы или даже язык, чтобы хоть как-то утолить вездесущий голод. Но, надеюсь, до такого не дойдёт.* Тем временем, пока девчушка обдумывала своё решение, Стрейд сначало выпотрошил батончик из обёртки, и Сюзанна уже собиралась возмутиться (благо, рот не был заклеен), что он выбрал не то, что она хотела. Но тут гражданин засунул его себе в рот, а после уж и открыл с непревзойдённой грацией бутылку. Клацнула защёлка, и вот дешёвое пойло оказалась у дамы рядом со ртом. Так как руки были связаны, Сюзанна припала к горлышку. Пиво было очень сносным, однако годилось для употребления. *Хоть бы не сказалось на организме* — подумала она. В это же время, пока Сюзанна утоляла жажду, Стрейд, активно дёргая челюстями, жевал батончик. Поначалу было некомфортно пить подобным образом, однако девушка вскоре привыкла . К чему только не привыкает человек! Эта фраза прочно засядет в черепной коробке и будет всю оставшуюся жизнь заставлять Сюзанну задумываться. Конечно, пить получалось не совсем аккуратно. Некоторые капли попадали "мимо цели", а после текли тонкими струйками по подбородку, падая на грудь. Высунув язык, быстро слизнула с него всю жидкость, и заприметила, как кадык маньяка нервно задёргался, а так же, как эта сволочь мерзко покраснел. И тот маслянистый блеск янтарных глаз точно не обещал ничего хорошего. Дама смотрела на него немного исподлобья, заглядывая в эти наглый самодовольные глаза человека, которые уверен, что ему никто перечить не будет. Вот только не она! Она выждет подходящего момента, а пока он и подозревать не будет, нападёт — и вырвет эти мерзкие, наглые глаза. — Напилась?— с гадкой улыбкой спросил. Сюзанна медленно кивнула, не сводя с него глаз, параллельно размышляя, сколько же всего людей успели побывать в его кровавых лапах, скольких он уже успел выпотрошить? — Отлично!~ — воскликнул он и, зажмурившись, захлопал в ладоши. Затем резким движением пнул ногой, обутой в тяжёлый чёрный ботинок с высоким голенищем на шнуровке, в сторону валяющиеся на полу обёртку и пустую бутылку, которых поставил туда несколько ранее. Затем встал в полный рост, нависая над девушкой. Та, в свою очередь, запрокинула голову, сошурив ледяные глаза и пристально наблюдая за действиями маньяка. Стрейд, наклонив голову и выгнув бровь, спросил, как бы между делом: — Что, готова? — Готова к-к чему? — переспросила Сюзанна. Голос от долгого молчания и перенапряжения предательски задрожал. Однако пока говорила свою реплику, Стрейд резко вытащил из заднего кармана острый охотничий нож, вставая в позу злющего черта, и распростёр руки в стороны, словно пытаясь схватить свою жертву, несмотря на то, что та сидела на холодном полу, привязанная к холодному шесту. — Эй-эй-эй! — затрещала она. Ей не очень-то и хотелось проверять этот нож на остроту. И уж тем более на собственной шкуре. Однако маньяк никак не отреагировал. Присев на корточки рядом со своей жертвой, он стал не слишком аккуратно срезать с неё одежду, задевая ножом нежную и мягкую белую кожу. Чуть позже, девчушка осталась лишь в одном чёрном "спортивном" нижнем белье. Прохладный ветерок коснулся обнажённой и очень уязвимой кожи. По телу пробежало пару судорог, а зубы застучали друг об друга, чеканя странный ритм. *Вот мразота! Надеюсь, до тотального абсурда не дойдёт. Хотя, какой уж тут абсурд.* Затем Стрейд уселся поудобнее, обдавая жертву волнами едкого пота и машинного масла, и крепко схватил её за бедро, больно впиваясь в него ногтями. На лбу девушки пролегла длинная тоненькая морщинка. Сюзанна дёрнула ногой, пытаясь сбросить чужую руку, но безуспешно. Психопат только крепче сжал её, радостно улыбаясь, понимая, что ему удалось вызвать у своей жертвы отвращение к своей персоне. И без какого-либо объявления войны, он всадил нож, почти по самую рукоять, во внутреннюю сторону бедра. Девушка полувскрикнула-полуахнула, не ожидая такого скорого нападения. Из-под лезвия тонкими струйками стала вытекать бордовая кровь. Из левого, зажмуренного глаза пугливо скатилась маленькая прозрачная слезинка. Стрейд, явно наслаждаясь происходящим, схватившись за рукоять своего орудия труда, принялся туда-сюда раскачивать отчаянно чавкающее в багровой крови лезвие ножа, не вынимая его из раны. Кровь потекла по бедру обильнее, тёмными сгустками капая на пол. Дама дышала через крепко стиснутые зубы. Те, в свою очередь, от такого напряжения противно заскрипел. Даже показалось, что этот скрип можно услышать, стоя на другом конце помещения. Решив, что с одной раной он наигрался вдоволь, Стрейд резко вынял нож из раны. Кровь тут же хлынула потоком. Девушка затряслась от перенапряжения. По лицу стекал холодный пот. В уголке губ скопилась слюна, которая вот-вот должна была стечь липкой ниткой по подбородку. Быстро затянув её обратно в рот, не переставала наблюдать за красной жидкостью, агрессивно вытекающей из её бедра. Вскоре ей стало не хватать воздуха, от чего стала дышать чаще, словно выброшенная на берег липкая рыба. Псих пересел ближе к стопам, и принялся самозабвенно терзать охотничьим ножом ноги жертвы. Бордовая, переходящая в ярко-красный цвет кровь отчётливо выделялась на белой коже. В основном, он разрезал кожу медленно, наслаждаясь каждым мгновением чужой боли и отчаяния. Но иногда ускорялся и с этим ускорением врезался поглубже в покровы кожи. И никогда не забывал с гадкой улыбкой всмотреться в лицо "собеседницы". Но та особо не обращала на него своё внимание. Оно было сосредоточено на красных полосах, что алели на белой, почти прозрачной, коже ног. От каждого такого нового пореза, девчушка только сильнее сжимала зубы. Вскоре такая молчаливая игра начала раскачивать маньяку. Ну о каком тут удовольствии может идти речь, если твоя жертва молчит, и слабо реагирует на все твои действия? Сюзанна уже давно заметила злобный и недовольный взгляд Стрейда, однако внешне никак не прореагировала. Зато внутренне насторожилась и напряглась. И это как раз, можно сказать, спасло её лицо от хорошего удара по лицу. В край обозлённый тем, что девушка ведёт себя отстранённо, Стрейд замахнулся на неё, и хотел как следует ударить её по лицу. Однако Сюзанна рефлекторно дёрнулась, и удар пришёлся смазанным. Только ногти слегка зацепили её щёку. Дама с ненавистью зыркнула на своего мучителя. Но тот всего лишь добродушно рассмеялся: — Ха-ха! Так-то получше будет. А я уже собрался переживать, что ты никак не реагируешь на то, что тебя режут. Он, всё так же улыбаясь и немного щурясь, наклонился чуть вперёд и потрепал истязаемую по голове, ероша волосы своими жирными лапами. Сюзанна чуть не задохнулась от такой вопиющей наглости. Но смолчала. — Слу-ушай, а хочешь я тебя подлатаю? Больно помято выглядишь, Freundin~ . — самодовольно ухмыльнулся, всё ещё нависая. Сюзанна только ниже опустила голову, размышляя над предложением. Оно было поистине заманчивым. Вот только возникает один вопросик: не подстава ли это? За красивыми словами может скрываться клыкастая пасть. Уж больно добрым и обходительным казался маньяк. Чего доброго и вежливо расчленить сможет. Тут главное — ничего не прозевать. Однако если взглянуть на эту ситуацию с более практичной точки зрения, то ещё неизвестно, как скоро подвернётся подобная возможность. Подняв голову, дама, пристально смотря прищуренными холодными глазами прямо в наглые янтарные глаза мучителя, очень медленно кивнула, плотнее сжимая губы в тонкую линию. — Вот и чудненько!~ — пропела сволочь, и немного покачиваясь из стороны в сторону, опьянённый страданиями жертвы, потопал к шкафчикам, стоящими у противоположной стены. Поочерёдно открывая и изучая из нутро, Стрейд начал напевать себе под нос какую-то очень весёлую мелодию. В контрасте с гробовой тишиной помещения, это мелодия звучала уж очень жутко. Из-за раскрытых двёрок невинно поблёскивали самые разные инструменты, начиная ножами и клещами, и заканчивая топорами внушительных размеров. Сюзанна сглотнула. Пока психопат ковыряться в содержимом шкафчиков, девчушка получила драгоценную возможность осмотреть помещение, где оказалась поневоле. Вначале осмотрела лестницу, по которой отсюда можно было выбраться. Достаточно большая и длинная. Ступеньки деревянные, очень маленькие и высокие, плюс их очень много. Так же очень чистые и аккуратные, сделаны, по всей видимости, из дуба. Либо какой-нибудь другой дорогой породы древесины. С позиции нахождения девушки двери не было видно. Ну всё ясно — она в подвале. Лучше сейчас не устраивать истерику по этому — большого смысла-то нет. У неё ещё будет вагон и целая тележка осознать своё положение. А сейчас лучше терпеть. Ладно, пляшем дальше. Тень какого-то агрегата рядом с лестницей оказался станком с блестящим острым кругом-лезвием. Несмотря на то, что за ним с ученической прилежностью ухаживали, можно было увидеть бурые следы крови на металлическом лезвии. Сюзанну всю передёрнуло от таких находок. Однако взгляд устремился дальше. Её очки! Очёчки! Они сиротливо валялись на полу, в какой-то паре метров от неё. *Нужно запомнить их местоположение. Потом, когда псих смоется отсюда, попробую нацепить на свой шнобель. Вряд ли, конечно, получиться, но хотя бы попробовать стоит.* Ещё была небольшая печка, где, по всей видимости, Стрейд сжигал трупы своих несчастных жертв. Был ещё огромный контейнер-морозилка, угрожающе белевший у одной из стен. Туда тоже, скорее всего, он размещал своих "клиентов". Девушка подняла голову. Огромное подземное помещение освещала тщедушная жёлтая лампочка, сиротливо висящая на голом проводе посередине серого потолка. *Понятно.* — единственное, что промелькнуло сейчас у неё в голове. Если хочет выжить — нужно свыкнуться с любой ситуацией, иначе она пропала. И тут же подпрыгнула от неожиданности, когда Стрейд резко развернулся в её сторону. В одной руке была зажата бутылка с неизвестной жидкостью, которая мирно плескалась о пластиковые стенки бутылки. В другой — крохотная катушечка с нитками и замкнутой за них иглой. — Ну что ж. Приступим!~ Не сказать, что Стрейд как-то пытался аккуратно зашивать порезы, нет. Он вообще не пытался нормально их зашить. Он специально тыкал иголкой в раны, и даже не раз, постоянно извиняясь за свою "неуклюжесть" и "недальнозоркость". И вот кого он хотел обмануть? Сначало, не рассчитывая объём того вещества, он "на глазок" выливал содержимое банки Сюзанне на ноги. Жидкость от соприкосновения с кожей зашипела, запекла. Девушка зашипела от боли, с ненавистью в глазах косясь на маньяка. Потом с отвратительной аккуратностью орудовал иглой. Закончив, он прибрал свои вещички, и, сделав ручкой, утопал. Однако всё же решил пожелать девушке доброй ночи. Стопроцентно из самых добрых побуждений. Щёлкнул свет. И вот даму вновь окутала тьма. Ни на секунду не забывая про очки, она зашарила связанными ногами по полу. Однако нащупала она их только со второй попытки. Пододвинув их к себе поближе, на голову девушку вдруг упала смертельная усталость. Мысли текли медленно, еле переворачивались. Мозг отказывался хоть как-то думать Хотелось спать. Неожиданно вспомнилась старенькая детская загадка: "Сидит девица в темнице — а коса наружу". По холодным щекам потекли горячие слёзы. Сидит себе в подвале, думает о бреде каком-то, и абсурд какой-то с ней происходит. Вот за что ей это всё? И ведь Сюзанна понимала, что сегодняшнее "испытание" намного легче, чем то, что в будущем Стрейд может придумать. И это пугало. Пугала мерзкая неизвестность. Из-за всхлипов, рвущих грудную клетку на ошмётки, порезы на ногах заболели с утроенной силой. Испугавшись, что такими темпами она себе порвёт и так хлипкие швы, попыталась успокоить, но вышло далеко не с первой попытки. В конце-концов, сморённая сном и усталостью, девушка, запрокинув голову, прижалась спиной и затылком к металлическому шесту, чей холод очень успокаивал. Сонно моргнув пару раз глазами, девушка подумала, что сегодня она держалась молодцом, и что сама собой очень гордиться. Словно мешок, набитый мягкими перьями, Сюзанна соскользнула в более тёмную, чем тьма подвала пучину беспокойных чёрных снов.