Фиалка

      Не было никакой новой коллекции. Я, Тоби и Валя зашли по дороге в три разных супермаркета — не было. Ни в одном. Это я про шоколадные яица, а мой одноклассник больше за мной и вампиром плелся, нежели рядом шагал и в магазины он также с нами не заходил. А когда они оба встретились, вампир и мой одноклассник, их знакомство выглядело таковым, словно приключилось впервые. Тоби ведь, как только Валя ему на глаза попался, представился тут же, как ни в чем небывало, а мой друг ему в ответ, в такой же манере, больше просто с потупленным, в отличии от Тоби видом, вниз глазами, и ничего дальше не приключилось. Конфликта не последовало или же о нём упоминаний.       Вообще-то, я была даже рада. Тому, что не оказалось никакой новой серии фигурок и тому, что эти двое притворились незнакомцами. В первом случае, мне просто было неохота тратить деньги, потому что я уже себе пообещала, «завязать» с этим затратным делом и игрушки коллекционировать перестать. Это я именно поэтому, Вале решила всё накопленное добро, перед отъездом отдать. Чтобы не смотреть больше, не соблазняться: с глаз долой — из сердца вон. Ну а мальчики… я бы не выдержала никакой ссоры, могла и расплакаться. И они знали об этом, выходит. Вот и сделались передо мной паиньками.       — Я что-то напутал, кажется… — выдал Тоби, на выходе уже из четвертого по счету продуктового. — Может, всё уже раскупили? Ты расстроена?       На крыльце, в ожидании, стоял Валя. И он глядел в свой телефон, даже когда понял, что больше не один. Было непонятно, что заставляло его до сих пор находиться рядом с нами, а не прекратить эти бесполезные поиски и просто не уйти домой например. Может, он не хотел меня с Тоби одну оставлять. А может, не считал, что первым обязан уходить именно он — из вредности. Вот он, первый же пошел со мной гулять, а Тоби уже позже подтянулся — так Валя и думал. Скорее всего.       Какие планы были у вампира я не знала. Он мне так и не рассказал зачем пришел, а главное, как он вообще меня нашел. Что, если и не отходил никуда, на самом-то деле? Последние дни, собираясь в поездку, я маловато выходила наружу и… вдруг, неподалеку, он где-нибудь сидел там, в кустах? Всё это время, пока я думала, что до первого снега мы с ним больше и не увидимся. И то, несмотря на заверения Артема, я не считала, что всё выйдет именно так, как он рассказал, абсолютно точно. Что Тоби захочет подобного: лепить со мной снежки, ловить языком снежинки. Я и сейчас, когда вампир совсем рядом был и, вроде-как, относился ко мне более терпимо, в отличии от крайнего раза — крайне нервничала. В какую-то минуту, в одном из магазинов, когда Тоби совсем уж рядом со мной встал — мне снова стало пугливо. Полки вокруг, в глазах у меня, поехали, в замедленном виде, словно сейчас, вот-вот, выйдет что-то нехорошее, от этого нашего соприкосновения. Я подумала, что просто лишь нечаянно, Тоби меня плечом коснулся и поэтому… обязательно отойдет. Так ведь уже было. Как только мы стали близки — он отдалился. Но на этот раз, он никуда не двинулся. Себя ни в чем не остановил. Взял с ветрины шоколад только, с орешками, который я рассматривала, и на кассе для меня оплатил.       — Нет. — честно ответила я ему, пожевывая сладкий арахис, но уже перевела взгляд на Валю, который упорно моих глаз избегал. — Я не буду собирать игрушки больше. Мне надоело.       — Я тоже многократно менял хобби. Когда-то увлекался фотографией, но это перестало приносить удовольствие и я тогда тоже перестал. Меня заинтересовала музыка. — наблюдая за мной, вещал Тоби. — Я сам фотографировал и также покупал понравившиеся фотографии у других. Где это всё сейчас не знаю, выкинул уже всё давно или где-то оставил.       И в этот момент, я хотела шаг от вампира сделать, чтобы до Вали дойти, но остановилась. Его слова меня остановили. Я вспомнила тут же, услышав ответ парня, о его давнем и путанном прошлом. Про какую-то сироту и любовь до… побега. Были же, в той истории, какие-то фотографии или фотографы. Или я всё перепутала?       — Думаешь, мне тоже, что-то ещё, однажды понравится? — спросила я у него, покрывая шоколадку обратно фольгой.       Она шуршала, мне не поддаваясь, но Тоби не отвлекала и в отличии от меня совсем не раздражала, ведь смолкнув, он задумался, а после, отрицательно покачал головой:       — Нет. Вряд ли. Точно нет.       Сказанное им утвердительно, больше прозвучало с какой-то надеждой в голосе, нежели так, что он знал это обо мне наверняка. Молча, вампир вполне мог уловить обрывки моих мыслей и переиначить от этого, мой вопрос по-своему. Посчитал он наверное, как во «что-то ещё», я включила и его тоже, то есть он это на свой счет воспринял, вот и отрезал своё «нет», ничем его не подкрепляя, лишь бы только это так и было. Лишь бы мне только вампиры и он — навсегда нравились.       — Ладно. — пожала плечами я, соглашаясь. И устремилась к Вале, делиться шоколадом.

***

      Так, втроем, мы дошли до самого моего двора. Валя со мной попрощался, пообещав, что зайдет ко мне завтра, вампиру он просто кивнул, а Тоби проводил меня до самого моего этажа. Дома у меня никого не было и поэтому я особо не переживала, что нас могут увидеть вместе. Уже у двери, прежде чем вытащить наружу ключ, я развернулась к парню. Недоуменно, так как не понимая, если он имеет намерение зайти внутрь вместе со мной или какие-либо ещё, неведомые мне, тихие намерения. Просто, мы как-то шли-шли и не разговаривали ведь, у подъезда тоже не остановились даже, на лестнице ничего не обсудили, а теперь — дальше некуда. Я дома.       — Пока? — негромко предложила ему я.

На этаже пахло чем-то сладким и на цвет багровым. Каким-то вареньем, ягодным может, которое кто-то варил или же использовал для выпечки. А глаза Тоби смотрели на меня черным. Он сам — ничем не пах.

      — Прости, что так вышло. — произнес он, одними лишь губами, а лицо его не двигалось. — Я потерял над собой контроль и смог вернуть его обратно недавно, только сейчас. На это ушло много времени.       Хоть какие-то объяснения, даже глупые, даже неправдивые, я очень хотела от него услышать, всё это время. А сейчас, дождавшись, неумолимо смутилась и опустила вниз голову. Словно их не заслуживала.

Он ведь не должен. Он вампир, у него много секретов, которых мне лучше не знать.

      — Артем сказал, что с моей мамой случится что-то плохое. И сейчас ей тоже плохо. — произнесла я, меньше всего из происходящего мне нравившееся. Из всего того, на что я уже согласилась.       Его извинения я не проигнорировала, а просто не нашлась, что на них отвечать. Может от того, что редко когда, кто-то просил у меня прощения, реакции на подобное во мне не существовало. Я и не обижалась. Чаще, на саму себя только.       — Не случится. — без убеждений, заверил меня парень, а после, неожиданно добавил. — Я могу тебя обнять?       И из-за того, что как-то слишком быстро вампир окончил тему моих переживаний, мне показалось, как совсем не переживает он. И не потому, что ведает больше моего, владея ситуацией, а потому, что ему всё равно. Что мама моя — его совсем не волнует. Только я, может растерявшись, лишь только кивнула ему головой, одобрительно, а его руки уже по сторонам на меня накинулись, он прижал меня всю к себе. Моя щека приземлилась у его груди и я расслышала ухом, что она пустая. Что у него тихое сердце.       — А почему у тебя белые глаза иногда, прозрачные как-будто, а иногда черные? — спросила я, пользуясь моментом, что в них сейчас не смотрю.       Его пальцы были на моей шее, там, позади, вместе с мурашками, а другая рука на моей спине. Я же — просто вокруг него свои руки обвила, едва как-то их удерживая и сама удерживаясь еле как. Я стеснялась его обнимать.       — Потому что иногда я меньше вампир, а иногда больше. — немногословно пояснил он, продолжая удерживать меня рядом. Так эти слова может и проверяя. На мне, наживую.       — И сейчас что, меньше? — поскорее уточнила у него я, чувствуя, как в страхе, вмиг усомнилась в безопасности наших объятий, хоть и отходить — совсем не хотела. От него, без него.       Казалось, что если бы только, я находилась в горизонтальном положении, или же у него на руках, так бы и уснула, самым сладким сном. Но было никак. Нельзя было. На секунду даже, в моей голове, проскочила просто ужасающая мысль — пригласить Тоби к себе. Только незачем и совсем нехорошо. Нехорошая идея. Хотя бы потому, что в комнате моей царил бардак. Я вещи ведь перебирала, шкаф не закрыла и кровать этим утром не заправила — показывать поэтому было нечего. А он решит ещё, что я грязнуля, а это совсем не так.       — Сейчас нет. Сейчас я такой, каких тысячи. — ответил Тоби. Он вовремя словил меня, переместив свои руки мне на плечи, раньше меня заметив, как дрогнув в коленях, я почти обмякла телом и поэтому не устояла на ногах. Чуть не упала. — Но это только на вид. — добавил он.       Так и было — конечно только на вид. Несмотря на то, что глаза его стали приемлемого для человека цвета, его чары всё ещё имели силу. Такую вот, смирительную. Наверное, это обаяние было дано вампиру для того, чтобы человеку стало нестрашно отдавать свою кровь. Ну или… жизнь.       — Не для этого, Виолетта. — заглядывая в мои глаза, бесстыже ответил на мои мысли Тоби. Он их всё также подслушивал, этого больше никогда не скрывая.       — А для чего?       — Для простоты. — отрезал равнодушно он. — Так ведь быстрее, совсем легко. Чем если кто-то начнет от тебя бегать. Кричать, плакать. — парень смолк, может всё перечисленное без энтузиазма вспоминая, а после добавил. — Ни одно качество не давно вампиру для милосердия.       — И что? Ты нравишься мне тогда не по-настоящему?       Спросила я это с испугом услышать «да». Только всё равно спросила, не зная, если когда-либо ещё, Тоби к этой теме вернется. Несмотря на то, что рассказывал он о довольно жутких вещах без эмоций, мне не казалось, что ему нравилось этим всем делиться.       — А я тебе нравлюсь? — впервые за время проведенное на этаже, его губы переменились, он мне улыбнулся, обнажая свои зубы.       Смущаясь его прямому вопросу, я ответила не сразу. Даже совсем отвечать не хотела, но скомкано выдала:       — Очень. — снова пауза. — А я тебе?       Этот вопрос, друг другу, мы задавали кончено с явным опозданием. Ведь разве стало бы всё так, как есть, будь иначе? И я не знала мнения Тоби, на этот счет, но сама имела очень большое убеждение, из ниоткуда, но непоколебимое, что люди и нелюди тоже, просто так не целуются. Какой в этом смысл? У поцелуев вообще нет никакой пользы, кроме той, что они выражают чувства. Вампиру вот, они малоприятны, если исходить из последнего случая. Он, может, через себя переступил, чтобы это сделать. А вдруг, ему даже больно было? Да и мне они тоже — малосимпатичны. Раздумывать о таком, в одиночестве попивая сок у дома на скамеечке или же закрывшись у себя в комнате, намного приятней, чем на деле.       — Я тебя люблю. — сказал он.