Звёзды сейчас не нужны

— Линлин, Линлин! — Ты меня слышишь?!.. — Линлин?! Линь Цюши почувствовал, что кто-то трясет его, и что-то теплое прижималось к его затылку, как будто его голова лежала на чем-то мягком. Он пару раз моргнул, пытаясь отреагировать на этот голос и прикосновение, но продолжал соскальзывать обратно в странную инерцию. Он бодрствовал и спал одновременно. Затем на его лицо плеснули чем-то очень мокрым и холодным, и Линь Цюши захрипел, задыхаясь, через мгновение проснувшись. — Линлин! Это был голос Жуань Наньчжу, и он звучал… обеспокоенно. Почему он беспокоится? Что с ним случилось? — Чжу… Мэн, — медленно произнес Линь Цюши, чувствуя тяжесть во рту. Комната медленно обрела четкость. Рядом с ними горела лампа, и над ним нависло лицо Наньчжу, его рука с силой сжимала плечо Линь Цюши. Потребовалось еще мгновение, чтобы осознать, что он лежит головой на коленях мужчины. — Что… где я? — У тебя жар, — Жуань Наньчжу прижимал тыльную сторону ладони к шее Линь Цюши. Мужчина аккуратно встал, чтобы вернуться с чем-то холодным и мокрым, и Линь Цюши снова поморщился. — Это поможет тебе почувствовать себя лучше, — сказал Жуань Наньчжу, останавливая попытки ЛинЛина увернуться от холодного прикосновения к его шее. Линь Цюши то приходил в сознание, то терял его, и каждый раз, возвращаясь, он обнаруживал себя на коленях Жуань Наньчжу, а его руки были либо на лбу, либо на шее, либо на плечах, что давало ему основания полагать, что это реальность, а не его воображение.       К тому времени, когда Линь Цюши наконец проснулся, было утро. Его лоб был покрыт слоем холодного пота, он чувствовал руки Жуань Наньчжу на своих плечах, которые все еще держали его. Солнечный свет струился сквозь сетчатые двери, и Линь Цюши мог даже видеть пылинки, поблескивающие на свету. С рассвета, должно быть, прошло несколько часов. — Ты проснулся, — сказал Жуань Наньчжу, заметив пристальный взгляд Линь Цюши, его голос был низким и немного хрипловатым. — Как ты себя чувствуешь? Линь Цюши попытался сесть, но Жуань Наньчжу схватил его за плечи, не давая пошевелиться. Его голова была такой тяжелой, что он все равно не смог бы встать. — Хо…рошо, — сумел сказать Линь Цюши, но язык ему тоже не повиновался, — что произошло? — Сегодня ты можешь оставаться дома и выходить только во время еды. Бай Ян будет искать подсказки, так что нам не о чем беспокоиться, — сказал Жуань Наньчжу, мягко поглаживая его лоб и убирая волосы с его глаз, — тебе нужно подстричься, — добавил он, проводя пальцами по прядям волос ЛинЛина. Линь Цюши закатил глаза. Только этот человек мог сказать подобное в такой момент. — Челка скрывает твой лоб и твои глаза, — продолжил Жуань Наньчжу, поглощенный процессом перебирание прядей, — я подстригу их для тебя. И тут ЛинЛин подумал, что где-то здесь кроется подвох. Он попытался с усилием прочистить горло и заговорил. — Чжу Мэн, где… ты нашел меня? Руки Жуань Наньчжу замерли на лбу. — Что ты имеешь в виду? — резко спросил он. — Я был здесь или где-то еще? — спросил Линь Цюши, нахмурившись и пытаясь вспомнить, что он собирался сказать. Сколько бы он ни думал об этом, детали, казалось, становились все более и более размытыми, пока ЛинЛин окончательно почувствовал себя растерянным, почему ему вообще захотелось задать этот вопрос. — Ты был здесь, на своем футоне, прямо рядом со мной. Всю ночь, — ответил Жуань Наньчжу, сверля взглядом Линь Цюши, — что ты помнишь? — Я… не могу сказать, — выпалил Линь Цюши, озадаченный самим собой, — у меня такое чувство, что я был где-то в другом месте, но, возможно, это был сон… — Что за сон? — спросил его Жуань Наньчжу, склонившись над Линь Цюши. — Я… действительно не могу вспомнить, — признался ЛинЛин, — но это заставляло мое сердце бешено колотиться от страха, думаю, оно все еще громко билось, когда я проснулся. Брови Жуань Наньчжу нахмурились. — Вчера, когда ты ходил к колодцу за водой, ты что-нибудь видел? Линь Цюши моргнул, на мгновение растерявшись. Затем он медленно вспомнил, что произошло. — В колодце что-то было, я слышал это, но не видел. Оно боится огня. Я посветил масляной лампой внутрь, и что бы это ни было, оно просто исчезло. Это был обычный колодец. — Как ты думаешь, с водой в том колодце что-то не так? — спросил Линь Цюши, когда ему не ответили. — Еще слишком рано говорить, — сказал Наньчжу и посмотрел в сторону сетчатой двери. Кто-то стоял снаружи. Линь Цюши увидел тень. — Входи, — сказал Жуань Наньчжу человеку, стоявшему по другую сторону двери. Дверь скользнула в сторону, и вошел Бай Мин. На его лице была улыбка, которая стала еще шире, когда он увидел Линь Цюши. ЛинЛину потребовалось некоторое время, чтобы осознать, как это выглядело. Он лежал на коленях мужчины, но руки того были как железные оковы на его плечах, и Линь Цюши не смог бы сдвинуться с места, даже если бы попытался. Он также знал, что у него даже нет сил пошевелиться, все его мышцы, казалось, превратились в кашу ночью. Ему потребовалось титаническое усилие, чтобы хотя бы вытянуть шею, чтобы смотреть на вошедшего. — Не обращайте на меня внимание, продолжайте, я не буду мешать, — сказал Бай Мин, теперь открыто ухмыляясь. В противоречие своим словам, он закрыл дверь и, похоже, уходить не собирался. Линь Цюши потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что тот имел в виду, а затем он покраснел до корней волос, мысленно проклиная этого человека. Он беспомощно уставился на Жуань Наньчжу, наблюдая, как у того медленно мрачнеет выражение лица при словах Бай Мина. Серьезно, с таким извращенцем дружит Жуань Наньчжу? — Вы выглядите так, словно были… заняты…чем-то… — невинно сказал Бай Мин, глядя на одеяла, разбросанные по полу, и футоны, которые были неопрятно свалены в углу. Он уверенно поднял глаза, чтобы встретиться взглядом с Жуань Наньчжу, его губы все еще были растянуты в раздражающей улыбке. — ЛинЛину потребовалась помощь ночью, — сказал Наньчжу, но не потрудился оспорить пошлые мысли Бай Мина относительно чего-либо еще. И этот туда же. Линь Цюши не мог поверить, что влюблен в него. Он хмуро уставился на Жуань Наньчжу, как будто это могло все исправить. — Да ну…? — Бай Мин опустился на колени рядом с ними, чтобы посмотреть на Линь Цюши. Он протянул руку, чтобы коснуться лба ЛинЛина, но она была резко отброшена в сторону рукой Жуань Наньчжу. Бай Мин даже не выглядел смущеным. Он просто сцепил пальцы и спокойно положил руку к себе на колени. — Сейчас он выглядит нормально. У него всю ночь была лихорадка, — сказал Наньчжу мрачным и непроницаемым тоном. — Со всеми остальными все в порядке? — Ну, если ты спрашиваешь о моей драгоценной клиентке, то она храпела всю ночь, и никто из нас так и не смог уснуть. Твой друг, этот парень Чжан, замышлял убийство примерно в середине ночи. Мне пришлось его отговаривать. Он любит поспать красиво, — затараторил Бай Мин, улыбаясь. — Больше ничего не произошло? — настаивал Жуань Наньчжу. Улыбка Бай Мина стала более выразительной, обнажив зубы и став опасной. — Ну, мы узнаем об этом, только когда позавтракаем в этом богом забытом месте, не так ли? — заметил он, а затем посмотрел вниз на Линь Цюши. — Ты сможешь присоединиться к нам? — Смогу, — медленно произнес ЛинЛин, и выражение лица Бай Мина снова стало добродушным. Внезапные перемены в его поведении поражали Линь Цюши. Он вдруг понял, почему Жуань Наньчжу дружил с ним. Возможно, Бай Мин был одним из немногих, кто мог противостоять главе Обсидиана, если бы захотел. Он был таким же опытным игроком в задверном мире. Порой его безжалостность превосходила Жуань Наньчжу. Также, стоит взять во внимание инцидент с Чжан Ицин, и о чем он свидетельствует: если Бай Мин решал вонзить в кого-то свои «когти», обычно у этого человека не оставалось выбора, кроме как следовать за ним. Прежний Линь Цюши счел бы Бай Мина опасным и не стал бы иметь с ним дело, но теперь он был впечатлен опытом, который тот получил в мире дверей, и искренне хотел для себя того же. Чтобы быть способным защищать Жуань Наньчжу, быстрее справляться с препятствиями и больше не чувствовать, что тормозит его. — Мы выйдем через несколько минут. Иди проверь остальных, — сказал Наньчжу. Бай Мин еще раз улыбнулся Линь Цюши и открыл рот, чтобы что-то сказать. Судя по выражению его лица, ничего хорошего он не скажет… — Если вы, ребята, вдруг хотите отложить завтрак… — Проваливай, — резко и холодно перебил Жуань Наньчжу, — иначе на моих руках будет убийство. Бай Мину потребовалась секунда, чтобы понять, что он имеет ввиду. Он смущено ухмыльнулся и указал на него пальцем. — Почему тебе так не везет с клиентами? Ты не мог выбрать кого-нибудь… поприличнее? — попытался перевести он тему. — Говори за себя, — без всякого энтузиазма возразил Жуань Наньчжу. Линь Цюши улыбнулся, найходя это забавным. — Ну что ж, думаю, мне пора идти разнимать драку моей клиентки с твоим, — Бай Мин издал вздох с притворной неохотой, — клянусь, они такие дети. И теперь Линь Цюши мог слышать голос Чжан Гоцина, эхом доносящийся из соседней комнаты, и он звучал угрюмо и сердито. Был и другой голос, клиентки Бай Мина, которая что-то очень громко кричала. Затем сетчатые двери распахнулись с такой силой, что на мгновение весь дом содрогнулся, и ЛинЛин услышал скрежет деревянного каркаса, поддерживающего дом. — Что тебя рассмешило? — внезапно спросил Жуань Наньчжу, заставив Линь Цюши поднять на него глаза, он всё ещё лежал у него на коленях. — Кажется, ты хорошо ладишь с Бай Яном, — добавил он мрачным, трудночитаемым тоном. По шее Линь Цюши побежали мурашки. Он попытался отвести взгляд от темных, слишком проницательных глаз. — Он мне нравится, — просто сказал он через секунду, только чтобы услышать, как Жуань Наньчжу раздраженно выдохнул, — если бы ты ему не доверял, нас бы здесь даже не было, — добавил ЛинЛин, понимая, что мужчина ловит каждое его слово, и это было пьянящее чувство. — Он опасный человек, — сказал в ответ мужчина. — Ты тоже, — почти мгновенно ответил Линь Цюши. Он почувствовал, как Наньчжу напрягся под ним, его руки замерли на его коже, — и мне это нравится. Глаза Жуань Наньчжу незаметно расширились, но Линь Цюши все равно услышал резкий вдох. — Мне нравится это чувство, — медленно продолжил Линь Цюши, не понимая, почему ему так приятно выплескивать это из своей груди, — не контролировать себя, когда я рядом с тобой. Это словно… у тебя есть власть надо мной, над моим телом. Я действительно не знаю, как это выразить. Но это волнующе, это заставляет мое сердце биться вот так… — он положил руку Жуань Наньчжу ниже, к левой стороне своей груди. Линь Цюши почувствовал легкую дрожь в пальцах Жуань Наньчжу, когда тот прижал руку к его груди, и, казалось, почувствовал ритм его сердца. — ЛинЛин, — прошептал мужчина, его глаза были прикованы к нему. И Линь Цюши захотелось, чтобы Наньчжу больше никогда не отводил от него взгляд, он не сможет этого вынести. — Мне нравится Бай Ян, потому что он твой друг, — добавил Линь Цюши, глядя вверх. — Он часть твоего прошлого. Он знает тебя, — ЛинЛин мягко гладил тыльную сторону руки, которая лежала на его сердце. — Но ты прав, он всё еще раздражает, — вскоре добавил он, когда брови Жуань Наньчжу грозились исчезнуть под линией роста волос. Затем, внезапно, в тишине у Линь Цюши громко заурчало в животе. Жуань Наньчжу дернул его за плечи. — Пойдем позавтракаем, — сказал он, медленно поднимая Линь Цюши в сидячее положение, — поговорим после завтрака. Линь Цюши кивнул, услышав голоса Бай Мин и Чжан Гоцин снаружи, во дворе.

***

      Вместо маленького мальчика, который сопровождал их прошлой ночью, на этот раз к ним во двор пришел старик, которого они встретили в деревне в первый день. Его шаги были медленными и слабыми, и казалось, что он волочит ноги по гэте, которая была на нем, оставляя очень характерные следы на мокрой земле. — Завтрак подан у меня дома, — объявил старик своим резким, немного пронзительным голосом, — надеюсь, вы хорошо спали? Рядом с ним стоял Бай Мин, он повернулся к старику, чтобы ответить. Но Чжан Гоцин был быстрее. — Что это за шум был прошлой ночью? — требовательно спросил он, делая шаг к старику, — такой адский грохот. Из-за этого и храпа этой дамы я не мог сомкнуть глаз. Клиентка бросила на Чжан Гоцина яростный взгляд, но Бай Мин повернулся к ней и что-то показал глазами, она смутилась и поспешно отвела взгляд. — Что ты слышал, молодой человек? — спросил старик дрожащим голосом. — Это звучало как плач ребенка, — ответил Чжан Гоцин. По коже Линь Цюши побежали мурашки. Он понятия не имел, почему так отреагировал, он всё ещё ломал голову над тем что произошло прошлой ночи, но ничего не мог вспомнил. Казалось, что в голове был туман с тех пор, как он заснул, а после был разбужен Наньчжу. — У вас в деревне много детей? — спросил Чжан Гоцин, не желая так скоро сдаваться. Выражение лица старика потемнело, и он уставился в землю. — В последнее время новых рождений не было. — Если это действительно было похоже на плач ребенка, — вмешался Бай Мин, — почему ты спросил его, что это был за шум? Чжан Гоцин почесал затылок, глядя на Бай Мина. — Потому что я не совсем уверен, что это было. Я даже думал, что это был смеющийся ребенок… это был странный звук, и он доносился издалека. Лицо Бай Мина сразу потемнело, но он ничего не сказал. — Пойдем, попробуем завтрак. Я умираю с голоду, — мгновением позже произнес он.       Завтрак был накрыт на таком же длинном столе во дворе, принадлежащем старику, который, как узнал Линь Цюши, был главой деревни. Казалось, старику понравился Бай Мин, и он продолжал разговаривать с ним, пока они возвращались к его дому. Завтрак был точно таким же, как и ужин прошлым вечером, с тем же блюдом с тушеным мясом, которого Линь Цюши инстинктивно избегал на этот раз. Когда они усаживались за стол, Линь Цюши заметил, что за столом уже не хватает двух человек. — Это те парни, которые вошли в туннель, — прошептал Бай Мин Линь Цюши, набивая рот рисом. Он также не притронулся ни к чему другому на столе, особенно к мясу, которое остальные все еще ели с аппетитом. — Я постараюсь раздобыть больше информации после еды, так что просто возвращайся в комнату, если устал. Линь Цюши кивнул. Он мог видеть мрачные лица двух других мужчин, которые сопровождали пропавших людей прошлой ночью. Все остальные выглядели усталыми и вялыми, а у женщины, в которой Бай Мин опознал шпиона из другой организации, на лице были следы слез, как будто она плакала с утра. Линь Цюши к этому времени более чем привык к такого рода уловкам и не обращал на них внимания. В конце концов, она не та проблема, с которой он должен был иметь дело. За этой дверью Бай Мин позаботится о таких как она, и ЛинЛин не сомневался, этот человек точно не оставит после себя никаких незавершенных дел.       Линь Цюши решил прогуляться после еды. Его все еще подташнивало, и ему не хотелось сразу возвращаться в комнату. Жуань Наньчжу подошел к нему сзади и коснулся тыльной стороны его локтя, поддерживая его на ходу, Линь Цюши позволил себе слегка улыбнуться. Прикосновения Наньчжу никогда не переставали удивляться его, потому что тот прикасался к нему так аккуратно только тогда, когда он был за дверями. Линь Цюши медленно шел по тропинке, по которой они вышли из дома деревенского старосты, его разум все еще гудел от полуоформленных впечатлений, которые он списал на лихорадку, охватившую его прошлой ночью. Внезапно, когда они шли, Линь Цюши услышал громкий крик, за которым последовал звук чего-то падающего с глухим стуком, и он резко обернулся, пытаясь понять, с какой стороны это донеслось. — Что случилось? — спросил Жуань Наньчжу, уловив его действия. — На кого-то напали, — натянуто заметил Линь Цюши, — кажется, это с той стороны, — указал он им за спину. Они пошли по тропинке между деревьями, спотыкаясь о высокую траву и свисающие ветви, и, наконец, добрались до входа в заброшенный дом. Линь Цюши сделал шаг вперед, но Жуань Наньчжу удержал его, двигаясь первым и прикрывая, если кто-то решит напасть на них. Когда они подошли ко двору дома, то увидели мужчину, лежащего в луже собственной крови, с равными ранами на шее, из которой была вырвана большая часть его плоти. Линь Цюши даже мог видеть белизну костей сквозь глубокую рану, и от этого по его спине пробежали мурашки. Глаза мужчины были открыты, а выражение его лица исказилось в крике, возможно, том самом, который Линь Цюши услышал. Жуань Наньчжу опустился на колени рядом с телом и поднес палец к его носу. Он посмотрел на ЛинЛина и медленно покачал головой. Линь Цюши не был удивлен. Казалось, что что-то откусило ему половину шеи. Мужчина все равно умер бы от быстрой потери крови, а если не от раны, то точно от сердечного приступа из-за шока. — Его тело все еще теплое, — заметил Жуань Наньчжу, вставая и оглядывая двор. — В какой организации он состоял? — спросил Линь Цюши, его руки сжались в кулаки по бокам. Смерть есть смерть, но за дверями все еще предстояло совершить определенный расчет. — Он не принадлежал к группе, которая вошла через туннель, — сказал Наньчжу, подходя к чему-то похожему на бамбуковую сушилку, в которой были крючки, их использовали для вяления мяса или рыбы. Он наклонился, чтобы понюхать решетку, а затем снова огляделся, ища что-то во дворе. — Пойдем, посмотрим на задний двор этого дома. Они распахнули двери-сетки, которые слетели с петель, как только их открыли. Жуань Наньчжу оставил его стоять у дверного косяка и вошел. Крыши местами не хватало и солнечный свет проникал сквозь щели, освещая земляной пол внутри, в виде смеси света и тени. Жуань Наньчжу прошел вперед и открыл то, что выглядело как еще одна ветхая деревянная дверь, и та действительно рухнула, подняв облако пыли. Линь Цюши последовал за ним во двор, который наполовину зарос деревьями и сорняками. На земле лежали штабеля гниющих корзин и было два колодца. Жуань Наньчжу подошел к первому, откинул крышку и тут же зажал нос. Линь Цюши стоял дальше, но ему в лицо тоже ударило зловонием, и он отшатнулся назад. — Что это, черт возьми, такое? — пробормотал он, поднося руку к своему носу. Жуань Наньчжу достал из кармана пальто носовой платок и поднес его к носу. Он заглянул, пытаясь рассмотреть что в колодце, а затем наклонился, чтобы вернуть крышку на место. — Пахнет так, словно внутри что-то сдохло, — заметил Линь Цюши, подходя ближе. Жуань Наньчжу просто продолжал смотреть по сторонам, и его взгляд упал на стопку корзин. Он немедленно подошел к ним и снял крышку с одной из них. Что-то тонкое и бумажное выпало, с мягким шлепком приземлившись на землю. Наньчжу наклонился, чтобы поднять это. — Это шкура, — наконец сказал мужчина, вертя полоску в руке, — я думаю, шкура какого-то животного. Линь Цюши взглянул на сушилки в углу, где сорняки вцепились в них и начали карабкаться по ним, как по шпалерам. — Жители деревни работали здесь со шкурами животных? Это место похоже на кожевенный завод, — сказал он, сопоставляя факты в его голове. — Возможно, то, что ты открыл, было не колодцем, а чем-то вроде чана, где мыли шкуры животных перед обработкой. Жуань Наньчжу кивнул. — Здесь есть полоски кожи, все неокрашенные, но они все еще мягкие после стольких лет, — он открыл еще несколько корзин, и оттуда выпало еще больше кусочков. Все они были асимметричными, бледно-желтого цвета, и от них все еще пахло падалью. — Почему жители покинули это место? — спросил Линь Цюши, оглядываясь на деревья, которые заняли половину двора. — Возможно, владелец завода умер. Или они переехали, — ответил Наньчжу, его брови сошлись на переносице, когда он изучал полоску кожи в своих руках. — Есть ли какая-нибудь связь между тем игроком, который умер, и этим местом? — ЛинЛин размышлял вслух, чувствуя, что что-то ускользает от него. — Давай не будем оставаться здесь слишком долго, — внезапно заметил Наньчжу, глядя на небо. Оно затянулось тучами, и казалось, что вот-вот пойдет дождь. — Мы должны рассказать остальным о мертвом игроке и спросить, кем он был.       Линь Цюши и Жуань Наньчжу вернулись в свой дом и обнаружили Бай Мина, который стоял во дворе и разговаривал с несколькими другими игроками. Одна женщина плакала, а другая держалась за ее руку и смотрела в землю. — Он… просто исчез, просто так! — заметила женщина сквозь слезы, и Бай Мин кивнул. — Мы все были на одной тропинке, потом он оглянулся, как будто услышал что-то в деревьях рядом с собой, и пошел вглубь самостоятельно. Мы пытались позвать его, но он вообще не слушал. ЦаоЦао даже некоторое время следовала за ним, но ей пришлось повернуть назад, потому что тропинки между деревьями не было, и она не могла разглядеть никаких признаков его присутствия. Его словно поглотили деревья, — сказав это, женщина заплакала сильнее, как будто деревья напугали ее больше, чем что-либо другое. — Я думаю, мы нашли твоего товарища по команде, — сказал Жуань Наньчжу, подходя к группе. Обе женщины повернулись и уставились на него с широко раскрытыми глазами, и Линь Цюши не знал, было ли это от испуга или от шока, вызванного тем, что с ними впервые заговорил Жуань Наньчжу. — Был ли он одет во фланелевую рубашку в клетку и синюю толстовку с капюшоном? Женщины одновременно кивнули, и Бай Мин повернулся, чтобы посмотреть на Жуань Наньчжу, его губы изогнулись в улыбке. — Он мертв, — бесстрастно сказала Жуань Наньчжу, и Линь Цюши услышал резкий вдох женщины, — он был с вами прошлой ночью? Лицо женщины побледнело. — Он… он… был с нами, — она внезапно замолчала и больше ничего не сказала. Жуань Наньчжу кивнул. — Ты что-нибудь заметила в нем? С ним все было в порядке этим утром? — Сегодня утром у него не было особого аппетита, потому что он сказал, что не мог уснуть и видел странные сны о ночных прогулках по деревне, — медленно произнесла женщина, переводя взгляд с Бай Мина на Жуань Наньчжу. — Прогулках? — спросил ее Бай Мин мягким тоном, но Линь Цюши услышал в нем скрытую сталь. — Он… он сказал, что прошлой ночью его не было в доме, пока он спал, — ответила женщина, сдерживая рыдания, а затем запустила руку в волосы, — сказал, что гулял по деревне, но одновременно все это время спал. В голове Линь Цюши внезапно запульсировала боль, и он непроизвольно отступил на шаг. Жуань Наньчжу заметил это и откинулся назад, чтобы обнять Линь Цюши за талию. ЛинЛин уловил немой вопрос в его глазах и просто кивнул, указывая на остальных, стоящих вокруг. Жуань Наньчжу опустил взгляд и снова посмотрел на женщину. — Что-нибудь еще он тебе сказал? — спросил он ее. Женщина все еще открыто смотрела на мужчину, ее глаза были прикованы к его лицу. — Он жаловался на колодец у себя на заднем дворе, — заговорила другая женщина, предположительно ЦаоЦао, — сказал, что там было абсолютно сухо и он не смог достать воды чтобы умыться. Жуань Наньчжу бросил на нее оценивающий взгляд, а затем снова перевел взгляд на Бай Мина. — Линлин неважно себя чувствует, поэтому мы вернемся в дом. Бай Мину кивнул. Линь Цюши схватился за виски, чувствуя острую, стреляющую боль, медленно распространяющуюся к затылку. Он даже не оглянулся на остальных и, спотыкаясь, направился обратно в свою комнату.