Звёзды сейчас не нужны

      Бай Мин ждал их у входа в комнату, растянувшись на деревянных ступеньках. Он поднял глаза, когда Линь Цюши и Жуань Наньчжу вошли во двор, и громко зевнул. — Почему вы так долго? — сказал Бай Мин, похлопывая себя по коленям, а затем медленно вставая, — я уже хотел вызывать подкрепление. — Ты привел с собой в дверь подкрепление? — спросил его Жуань Наньчжу, приподняв бровь. Бай Мин издал смешок, который эхом разнесся в ночной тишине. — Ты думаешь, я пошел бы охотиться на крыс без прикрытия? За кого ты меня принимаешь? Но Жуань Наньчжу не стал расспрашивать дальше, его губы сжались в жесткую линию, когда он прислонился к деревянной колонне. — Ты уже узнал обо всех вошедших? — спросил Линь Цюши, заинтересованный тем, что обнаружил Бай Мин. Глаза Бай Мина сверкнули, когда он повернулся, чтобы посмотреть на ЛинЛина. — По крайней мере, трое из них находятся за этой дверью, но большинство из них новички, поэтому я не уверен, что планирует другая организация. Они думают, что смогут завладеть ключом, манипулируя несколькими новенькими, чтобы те украли его у нас? — Нет ничего такого, чего бы они не пробовали раньше, — холодно заметил Наньчжу, прежде чем сунуть руку в карман пальто и вытащить коробку, которую они извлекли из колодца. — Взгляни на это, — он протянул ее Бай Мину. Тот взял коробку у Жуань Наньчжу и медленно открыл крышку, а затем сразу же заглянул внутрь. — Что это? — Открой свёрток, — сказал Наньчжу, и друг начал разворачивать кожаную обертку. Его глаза расширились, когда он увидел, что лежит внутри. — Где ты это нашел? — напряженно спросил Бай Мин, не сводя глаз с ножа. — Линлин нашел, знал, где это находилось, — уклончиво ответил Наньчжу. Линь Цюши понял, что Жуань Наньчжу прикрывал его и скрывает, как Линь Цюши узнал об этом в первую очередь. Бай Мин тихо присвистнул. — Чжу Мэн, у тебя наметан глаз на талантливых людей, да? — заметил он с завистью в голосе, кивая на Линь Цюши, — я рад, что ты не работаешь против меня, — сказал он с улыбкой. — Аналогично, — пробормотал Жуань Наньчжу, — как ты думаешь, что здесь делает этот нож? Лоб Бай Мина нахмурился. Он взял нож и осмотрел рукоять. — Это первоклассная работа. Определенно недешевая вещь. Клинок тяжелый и хорошо заточенный, у него хороший баланс. И его поддерживали в хорошей форме. При этих словах Наньчжу наклонился вперед. — Ты думаешь, кто-то заботится об этой вещи? — Готов поспорить на все, что есть в этой двери, что кто-то чистил его каждую ночь. Лезвие и рукоять тщательно вытерты. Не может быть, чтобы это где-то гнило. — Тогда кто-нибудь придет за ним, — сказал Жуань Наньчжу, и что-то мрачное в его тоне заставило Линь Цюши поднять глаза. — Думаешь, это принадлежит хранителю двери? — спросил его Линь Цюши. — Хранитель дверей еще не проявил себя. Пока смерти, произошедшие за этой дверью, были вызваны этими собаками, которые, вероятно, являются пособниками хранителя. Я не уверен, что он может призывать их по своему желанию, иначе мы все уже были бы растерзаны до смерти, но определенно есть условия, которые играют роль. Тот, кто видел собак или контактировал с ними, находится в опасности. — Но если это так, то как умер тот парень? Тот, которого мы нашли на кожевенном заводе? Он и близко не подходил к собакам и раньше о них не упоминал, — спросил Линь Цюши. — Мы еще не знаем всех условий, но мы должны выяснить. У тебя есть что-нибудь на примете? — Жуань Наньчжу обратился к Бай Мину. — Должно быть, это как-то связано с колодцами, — ответит тот, хмуро глядя на нож в своих руках, — я пока не совсем уверен, но у меня такое чувство, что колодцы могли бы обеспечить нам некоторую защиту от здешних собак. Вы оба слышали, что парень, который умер, жаловался на то, что в его колодце не было воды, верно? Возможно, на данный момент это слишком большое совпадение, но я думаю, что отказ от использования воды из колодца ведёт к тому, что собаки начинают преследовать. — Может быть, потому, что собаки охотятся по запаху? — отметил Линь Цюши, и Бай Мин слегка улыбнулся ему. — Неудивительно, что Чжу Мэн выбрал тебя, — ответил Бай Мин, не отвечая на его вопрос, — ты не хотел бы присоединится к моей организации?.. — Ближе к делу, — оборвал Жуань Наньчжу, его слова были резкими и непреклонными. Бай Мин вздохнул. — Моя теория заключается в том, что вода из колодца помогает замаскировать наш запах, делая нас незаметными для собак, они не могут нас выследить. Что бы это ни было, все, что мы знаем наверняка, это то, что колодцы существуют, чтобы защитить нас. — Как ты думаешь, кто-нибудь еще знает это? — спросил Наньчжу. — Если бы они знали, то использовали это для убийства новичков… — Бай Мин замолчал, выражение его лица потемнело, и внезапно брови взлетели вверх, — оу, кажется, я понял, кто ещё из игроков шпионы. — Кто? — резко спросил его Жуань Наньчжу. — Помнишь тех двух женщин, сопровождавших парня, который умер? — Бай Мин ухмылялся другу, — угадай, что они делали в ночь перед его смертью? Они поменялись домами. И угадай, кому достался дом с сухим колодцем? — Человеку, который умер, — тихим шепотом повторил Линь Цюши. — Итак, неиспользование воды из колодца определенно является одной из условий смерти за этой дверью. — Деревенский староста упомянул об этом в самом начале, но большинство игроков не обратили особого внимания на его слова, — сказал Бай Мин, его глаза блеснули в темноте коридора. — Эта дверь не так проста, как мы думали, — признался Жуань Наньчжу, посмотрев сначала на Линь Цюши, затем на Бай Мина. — Я думаю, это также может вызвать панику, поэтому присматривай за клиентами, чтобы они не наделали глупостей. — Я что, официально теперь нянька? — Бай Мин парировала тоном притворного возмущения, — если память мне не изменяет, одного клиента привел ты, почему ты сейчас скидываешь его на меня? Я требую часть платы, которую он тебе предлагает. — Прекрасно, — заметил Жуань Наньчжу без особого шума. — Прекрасно? — эхом отозвался Бай Мин, его глаза расширились. — Ты действительно изменился, Чжу Мэн, — сказал он с лукавой улыбкой на лице, — говорят, любовь лечит вс… — Спокойной ночи, — прервал Жуань Наньчжу и отлепился от колонны, — постарайся не разбудить остальных. Жуань Наньчжу ушел, оставив Линь Цюши пялиться на понимающую улыбку Бай Мина. Линь Цюши улыбнулся в ответ, благодарный за то, что за то время, что он бегал туда-сюда с Наньчжу, его порог публичного смущения практически исчез. Теперь он мог просто улыбнуться в ответ и последовать за Жуань Наньчжу внутрь, не заботясь о том, что думают другие люди.       Жуань Наньчжу расстелил их футоны и лежал, подперев голову руками, пристально глядя на Линь Цюши, когда тот входил в комнату. — Сегодня ночью ты можешь спать спокойно, — сказал он, когда ЛинЛин опустился на колени на пол и начал стаскивать куртку, — я не буду спать. Линь Цюши вздрогнул, глядя на Наньчжу и пытаясь понять, что он собирается делать. — Ты ведь беспокоишься, что снова куда-нибудь отправишься, пока будешь спать, — продолжил Жуань Наньчжу, как будто прочитал мысли Линь Цюши, — я буду на чеку и стоять на страже, чтобы позаботиться о тебе. Сердце Линь Цюши слабо стукнуло, он всё ещё не привык к тому, что Жуань Наньчжу говорит ему подобные вещи, хотя он и говорит их постоянно в задверном мире. Он кивнул, не в силах придумать ответ на это, и лег на футон рядом с ним. Его голова начала тяжелеть и он решил, что с него хватит переживаний для одного дня.

***

      Медленно погружаясь в глубокий сон ЛинЛин вдруг почувствовал, как теплая грудь прижалась к его спине, чужие руки обвились вокруг его талии, и он немедленно напрягся, мгновенно проснувшись. — Чшш, — тихо пробормотал Жуань Наньчжу где-то прямо у него за ухом, — тебе бы понравилось, если бы ты спал с Байцзы в своих объятиях? Во рту у Линь Цюши совершенно пересохло, и он громко сглотнул. Почему Жуань Наньчжу вспомнил о Байцзы именно сейчас? Когда он не ответил, Жуань Наньчжу обнял Линь Цюши и положил подбородок на плечо. ЛинЛин почувствовал теплое дыхание на своей шее. Он вздрогнул. — Она бы тебе нравилась, не так ли? — его голос был в равной степени мрачным и желанным, — что тебе в ней нравится больше всего? — шептал он вопросы в чувствительные уши Линь Цюши, заставляя его дрожать в объятиях, по его телу медленно расползался жар. Прикосновения были для него невыносимыми, потому что его тело автоматически начало реагировать на мысль о Наньчжу в образе Байцзы. Линь Цюши не видел этого лично, только знал из разговоров, видел на фото, поэтому не знал, как бы реагировал, если бы спал с таким Наньчжу в задверном мире… И теперь, когда Жуань Наньчжу грудью прижимался к его спине, заставляя Линь Цюши слишком остро ощущать, как эрекция мужчины впивается в его копчик, и при этом спокойно спрашивал его о Байцзы таким тоном, мозг был готов взорваться от диссонанса всего этого. ЛинЛин зажмурился, как будто это могло успокоить его предательское сердце. Почти болезненный жар покрывал лицо, когда Наньчжу пошевелился, прижимая твердый член к его заднице, заставив Линь Цюши выругаться себе под нос, но, похоже, мужчина все еще ждёт ответа. — Я… — Линь Цюши запнулся, не зная, как ответить на этот вопрос. Как бы он ни смотрел на это, это была ловушка. Но прямо сейчас его разум не работал, особенно из-за того, как Наньчжу медленно терся своим членом по заднице Линь Цюши, заставляя прижиматься к нему в ответ. — Она бы тебе сильно нравилась? — шептал Жуань Наньчжу, и по коже Линь Цюши побежали мурашки. — Это же ты… — Линь Цюши начал снова, и на этот раз он повернулся лицом к Жуань Наньчжу, и почти потерял решимость, когда увидел мрачный взгляд глаз напротив. Жуань Наньчжу наклонился и прижался губами к губам Линь Цюши, но не предпринял никаких попыток сделать что-либо еще. Он медленно отстранился, его глаза блеснули в темноте, а губы растянулись в легкой улыбке. — Спи, — сказал ему Жуань Наньчжу, и Линь Цюши заморгал, не в силах понять, что происходит. Его сердце все еще бешено колотилось в груди, а тело горело. Он серьезно после всего этого может просто лечь спать? — До утра осталось не так уж много времени, — пробормотал Жуань Наньчжу и обнял Линь Цюши поререк груди, и, вероятно, почувствовал, как сильно бьется сердце. И ЛинЛин на самом деле заснул.

***

      Линь Цюши проснулся от шума голосов за дверью их комнаты. Он узнал голоса Бай Мина и Жуань Наньчжу, они говорили приглушенным шепотом, и Линь Цюши попытался понять, о чем они говорят, но все, что он уловил, были обрывки слов. Он слышал, как пару раз упоминался деревенский староста, а затем что-то о собаках. Линь Цюши зевнул и потянулся, закинув руки за голову, пытаясь как следует проснуться. — Доброе утро, — сказал Жуань Наньчжу, когда Линь Цюши открыл дверь и вышел в коридор, — ты хорошо спал? Линь Цюши кивнул, удивленный тем, что впервые за все время ему действительно хорошо спалось за этой дверью. Жуань Наньчжу улыбнулся, в уголках его глаз появились морщинки, которые ЛинЛин всегда находил очень привлекательными, он улыбнулся в ответ. — О, ради всего святого… — пробормотал Бай Мин рядом с ними, — вы же понимаете, что я не смогу это проигнорировать, вы такие горячие… — Заткнись, — заметил Жуань Наньчжу, но без всякого жара. Линь Цюши постепенно привык к его подшучиванию за последние несколько дней. — Мы с Линлином отправимся к старосте деревни и зададим ему несколько вопросов после завтрака. Ты отвечаешь за клиентов, — сказал Бай Мин, пригрозив пальцем Жуань Наньчжу, который просто пожал плечами. — Ты уже определился с заданием? — почти лениво спросил его Жуань Наньчжу, краем глаза поглядывая на друга. — В этой двери? — Бай Мин посмотрел на него, — это очень просто. Мы здесь гости. И деревенский староста сказал нам, что мы первые посетители за долгое время, что должно быть критерием нашего пребывания здесь. — Не слишком ли это просто? — спросил его Жуань Наньчжу, поднимая голову и обнажая шею, и Линь Цюши не мог отвести взгляд от этого светлого участка кожи. — Нам никогда не говорили, что делать. За каждой дверью у нас есть задание, которое нужно выполнить, но здесь нам вообще ничего не сказали. — Согласно подсказке, главной проблемой деревни Инунаки, похоже, был вход, — сказал Бай Мин, почесывая подбородок. — Люди знали, что деревня существует где-то на горе, но никогда не могли найти ее… если только их не телепортировало туда напрямую из телефонной будки. — Именно это я и хочу сказать, — заметил Жуань Наньчжу, — если нас призвали сюда, какова наша цель? Бай Мин нахмурился. — Если ты имеешь в виду то, что случилось с людьми, которые, по слухам, попадали в эту деревню, ответ таков — они умерли. Хочешь сказать, нас призвали сюда, чтобы убить? Жуань Наньчжу внезапно улыбнулся, поворачиваясь к Бай Мину. — Наконец-то мы понимаем друг друга. — В этом нет никакого смысла, — пробормотал Бай Мин, — двери обычно не заканчиваются тупиками. — Я думаю, вопрос не в том, что нас призвали сюда умирать, а в том, почему нас призвали сюда умирать? Является ли наша смерть частью какого-то ритуала для этой деревни? — спросил его Жуань Наньчжу, и Линь Цюши кивнул, чувствуя, что наконец-то начинает понимать, в каком положении они оказались за этой дверью. — Ты имеешь в виду, что игроки это пушечное мясо в фильме ужасов? — спросил Бай Мин, ухмыляясь, — но именно мы не пушечное мясо, отнюдь, — он кивнул на себя и Жуань Наньчжу. И Линь Цюши знал, что это не пустое хвастовство. Бай Мин и Жуань Наньчжу занимались этим гораздо дольше, чем он, и знали, чего ожидать от двери. — Я думаю, нам не хватает ключевой информации об истории этой деревни, — медленно произнес Наньчжу, глядя на Линь Цюши. — Почему они отвергли власть японского правительства? Почему они изолировали себя? Почему здесь никто не живет, кроме этих двух человек? Что именно здесь произошло? Линь Цюши кивнул, поняв, о чем его просит Жуань Наньчжу. — Я пойду с Бай Яном и спрошу главу деревни, что он знает. — Внешность обманчива, — внезапно заметил Жуань Наньчжу, — хранитель не собирается легко давать ответы на все вопросы, какой бы метод ни сработал лучше всего, испытай его на нем, — добавил он, его тон стал мрачным. Линь Цюши посмотрел на Бай Мина, на лице которого было странно удивленное выражение. — Предоставь это нам, — сказал Бай Мин, повернулся и приобнял Линь Цюши за плечо. Жуань Наньчжу бросил холодный взгляд и тот медленно убрал руку, рассмеявшись.

***

      Во время завтрака они обнаружили, что за столом не хватает еще одного человека. Когда Бай Мин спросил остальных, ему сказали, что это был мужчина, который сопровождал первых двух человек, вошедших в туннель. Он исчез прошлой ночью, и никто не знал, где он. Линь Цюши и Жуань Наньчжу переглянулись, когда услышали это. Они знали, где могло оказаться его тело. Оно должно быть где-то на кожевенном заводе. — После завтрака я пойду на кожевенный завод, пока вы с Бай Яном поговорите с деревенским старостой. Я не возьму клиентов с собой, пусть остаются здесь, — сказал Жуань Наньчжу. Линь Цюши не мог избавиться от чувства легкой тошноты при мысли о том, что Наньчжу вернется на кожевенный завод, но он знал, что это лучший вариант действий прямо сейчас. Чем скорее они смогут выяснить, что стало причиной убийств за этой дверью, тем быстрее они смогут покинуть это место.       Жуань Наньчжу ушел сразу после завтрака, а Линь Цюши и Бай Мин последовали за деревенским старостой к крыльцу его дома. — Кто здесь готовит еду? У меня жалоба, — очень громко сказал Бай Мин, и глава деревни обернулся, его глаза сузились, когда он посмотрел на игрока. — Тебе не по вкусу еда, молодой человек? — спросил старик, опершись подбородком на набалдашник трости. — В блюдах нет соли, — ответил Бай Мин, делая шаг вперед, — я не могу есть несоленые блюда. Глаза старика, казалось, заблестели при словах Бай Мина. — У нас в этой деревне нет соли. Мы очень бедны. Откуда нам взять соль? Мы используем только то, что можем сделать сами. — Как долго вы так живете? — Бай Мин спрашивал нарочно обеспокоеным тоном, — должно быть, тяжело не иметь даже предметов первой необходимости. Старик медленно улыбнулся, дряблая кожа вокруг его рта сморщилась, и Линь Цюши заметил, что все его зубы были черными. От этого зрелища у него скрутило живот, но он видел и похуже, поэтому пристально посмотрел на Бай Мина и стал ждать ответа старика. — Все забыли о нас, — сказал старик, его глаза сами собой закрылись, как будто он вспоминал что-то, — никого не волнует, что происходит с бедняками, поэтому здесь мы сами о себе заботимся. — Почему все забыли о вас? Наверняка кто-то из правительства мог бы помочь? — спросил Бай Мин. Выражение лица старика застыло. Улыбка исчезла с его лица, и он внезапно открыл глаза, уставившись прямо на Бай Мина. — Здесь нет правительства, — сказал он тихим голосом, но в нем чувствовалась скрытая враждебность, — мы существуем сами по себе. — Тогда почему бы не обратиться за помощью к другим деревням? — настаивал Бай Мин, и Линь Цюши заметил, как слегка дрогнуло лицо старика. — Никто не сможет нас найти, — мрачно ответил старик, — мы никогда не видели жителей других деревень на этой горе. Бай Мин бросил взгляд на Линь Цюши, как бы говоря «это потому, что никто не может их найти, или потому, что когда кто-то их находит, они умирают»? — Если у тебя больше нет вопросов, я оставлю вас наслаждаться прогулкой, — сказал старик, с трудом поднимаясь со своей тростью, и Линь Цюши услышал хруст в его суставах, когда он шевелился. Бай Мин покачал головой, и старик чопорно развернулся, затем потащился к деревянным ступенькам своего дома. Бай Мин посмотрел на Линь Цюши, жестом приглашая его идти с ним. — Иди в заднюю часть дома и посмотри, сможешь ли ты что-нибудь услышать, я буду наблюдать. Линь Цюши кивнул и направился к задней части дома, выбрав более длинный маршрут по дороге, а затем повернул обратно через деревья на заднем дворе. Здесь был еще один колодец, и двор выглядел неопрятным, под деревьями скопились листья. Линь Цюши осторожно ступил внутрь, убедившись, что не ступает по листьям, и направился к дому. Он взобрался на деревянный порог, а затем наклонился к раздвижной двери, пытаясь расслышать, что делает старик. Раздался резкий стук его трости, двигающейся в направлении задней комнаты, почти рядом с тем местом, где стоял Линь Цюши. Затем послышался звук открывающейся, а затем закрывающейся, сетчатой двери. Линь Цюши следил за стуком трости и тяжелыми шагами, пока они не остановились где-то внутри комнаты. Он услышал тяжелый стук, как будто кто-то приземлился на колени, и вздрогнул, желая увидеть, что происходит. Но внутри было темно, и Линь Цюши не хотел рисковать и приоткрывать сетчатую дверь, чтобы посмотреть. Затем раздался скребущий звук, и показалось, что что-то подняли с половиц, а затем положили на деревянный пол рядом с ним. Линь Цюши прижал уши к двери, пытаясь услышать какие-нибудь другие звуки. Именно тогда он услышал это. Слабый щелчок лезвия, вынимаемого из ножен, а затем глухой, повторяющийся звук ткани, которую протирают по краю. Он инстинктивно отступил от двери, его сердце громко стучало в грудной клетке. Судя по звуку, лезвие было большим, определенно не таким, как у ножа, который они нашли в колодце. Что старый деревенский староста делает этим большим клинком? Линь Цюши медленно вернулся во двор, где его ждал Бай Мин. — Что ты слышал? — немедленно спросил он, увидев выражение лица Линь Цюши. — Ты был прав, — его дыхание все еще было учащенным, чем обычно, и он несколько раз сглотнул, прежде чем ответить, — старик действительно что-то скрывает. Кажется, у него есть какой-то большой клинок, который, как я слышал, он чистит в задней комнате своего дома. Лицо Бай Мина претерпело быструю трансформацию. Он полностью отбросил свою легкомысленную манеру поведения, и его глаза засияли каким-то леденящим душу намерением, которое Линь Цюши счел бы тревожным, если бы он уже не видел этот взгляд раньше. Жуань Наньчжу смотрел так, когда кто-то им угрожал. — Тогда все начинает складываться воедино, — сказал Бай Мин тоном сдерживаемого волнения. — Что начинает складываться воедино? — спросил Линь Цюши, потому что понял только то, что деревенский староста может быть опасен. — Разве ты не видел зубы старика? — Я видел, они все были черными, — ответил Линь Цюши. — В Японии почернение зубов было обычаем, который практиковали только люди высокого происхождения или те, кто занимал важное положение в стране, например… самураи, — сказал Бай Мин, направляясь обратно к их дому. — Судя по записям деревни Инунаки, о ней, кажется, впервые услышали примерно в период Эдо, когда только мужчины из императорской семьи и высокопоставленные самураи могли почернить зубы. Это был знак высокого статуса. Зачем главе маленькой фермерской деревни, о которой забыло даже правительство, чернить зубы? — Это значит, что ему здесь не место, — заметил Линь Цюши, медленно осознавая происходящее. — Но почему он оказался здесь? Мог ли он оскорбить кого-то из высокопоставленных лиц или имератора? Или он сделал что-то настолько ужасное, что был сослан в эту деревню, обреченный никогда не возвращаться? — Теперь понятно, почему мы нашли нож танто в этой деревне. Если мое предположение верно, то клинок, который ты слышал, это вторая половина недостающего набора, катана. — сказал Бай Мин. — Глава деревни это хранитель двери, — пробормотал Линь Цюши, и Бай Мин кивнул. — Нож у Чжу Мэна? — внезапно спросил Бай Мин. Линь Цюши поднял глаза и кивнул. — Это проблема? — спросил он, заметив, что Бай Мин нахмурился. — Ничего, просто владелец ножа придет за ним сегодня вечером, — ответил Бай Мин и сердце Линь Цюши пропустило удар. — Мы должны найти Чжу Мэна, — выпалил ЛинЛин, прежде чем смог остановить себя. — Спешить некуда, — сказал ему Бай Мин с кривой улыбкой на губах, — мы уже знаем, что хранитель дверей не нападает днем.