Лагерь "Ракушка". Житомир-Крым

      - Точно всё хорошо?       - Да.       - Уши всё ещё торчат.       - Это нормально. Эти несколько дней я в безопасности. Ожоги ещё болят. Так всё в порядке.       - Смотри мне. Не дай бог что-то случится с тобой!       - Боги меня уберегут.       - Ладно. Пошли к первым яткам?       - Разумеется.       В лагере "Ракушка" отмечали Фестиваль красоты. Много украшений, угощений, смеха,так и лились со всех сторон. Солнце светило ярко, а море, будто потакая ему, блестело также. Некоторые родители (в этот день им разрешили приехать) вместе со своими чадами стояли за разноцветными ятками - в самом разгаре был большой праздничный ярмарок.       Но больше всего все ждали Большого Концерта, что будет проходить на сцене.       Алие тоже должна была там выступать, за что немного волновалась. Но ведь Тина будет рядом! Значит, бояться нечего.       Шев по ярмарке за руки, девушки разглядывали разные безделушки, что там продавались. Удивительно, сколько же людей умеют красиво шить, мастерить и готовить! Вот, например, вышитая рубашка, связанные крючком куклы, разные мастерски сделанные пирожки. Но больше всего внимание Куртшисиной привлёк прилавок с украшениями ручной работы. Маленькие амулеты в форме разных зверушек, среди которых крымская татарка сразу начала искать волка или хотя бы собаку, сразу нашли новых покупателей. Алие даже заметила два очень похожих, будто парных, амулета - с волком и лисой. Хлопнув в ладоши, она сразу достала деньги.       - Алие, не стоило...       - Бери. Это твоя лиса. У обоих будет по амулету. Как лиса и волчица. Боги, мне здесь невероятно нравится! Даже сувенир прикупили!       - На самом деле этот лагерь и вправду нереальный. Я действительно буду за ним скучать.       - А я, думаешь, нет? Я ещё вряд-ли смогу сюда вернуться...       - Почему?       - Эти люди... Теперь, когда они знают, где я могу находиться, они могут без проблем выйти на меня.       - А как они не вышли на тебя... Там, у тебя дома?       - Они не знают где именно в Крыму я нахожусь. А информацию им предоставить не могут. К счастью. Но, мне кажется, уже они всё нашли. А там вытянули инфу где я. Так что, возможно, и сюда тоже едет целая организация. Но они не успеют. Им надо собраться, оружие собрать, людей, транспорт... А потом ещё выехать, а дорога сюда тоже не близкая. Если сюда они ехали сколько? Неделю? То и следующие сюда заявятся не раньше, чем через неделю. А там уже смена закончится и они ничего сделать не смогут. Они по обычным людям, если они практически не связаны с такими, как я, не стреляют.       - Такие, как ты? То есть... Такие оборотни ещё существуют?       - Да, причём не только в Украине. Я много лет уже их ищу... Но ни одного не встречала. Кроме мамы...       - Твоя мама тоже?       - Да. И поэтому они её убрали.       - Так это была не автокатастрофа?       - Почему же? Была. Но они её специально подстроили так, чтобы мои родители умерли, а все остальные остались живы. Они надеялись, что я тоже буду в машине. Но я тогда осталась больная с папиной сестрой, которая не была оборотнем. Папа тоже не был. Вот и гены мамы, кстати. На внешности не сработали, сработали на способностях. Ну, гены оборотней всегда доминантные. А отец знал и всё равно маму полюбил. Как и ты. Только бы всё не повторилось у нас так, как у них...       - Не повторится. Обещаю. В скором времени они перестанут отравлять тебе жизнь. Я верю в это.       - Давай пока не об этом. Нам на обед скоро.

***

      - Я подожду тебя на улице. - чмокнув в щеку Алие, Тина вышла из душной столовой.       Её крымская татарка всё ещё не до конца верила в то, что с ними может всё быть хорошо, если они будут встречаться. Она думала, что они обе могут быть убиты, как её родители. За столом она как могла пыталась избежать этой темы в своих мыслях, но каждый раз, как девушки бросали друг на друга влюблённые взгляды, во взгляде Куртшисиной мелькали огоньки страха. Она не волновалась за себя. Ей было страшно за Инчаненко.       Девушка оперлась спиной на стенку и прикрыла глаза, по которым прошёлся лучик солнца. Так простояла около минуты.       - Эй, Тин? Девчушка, всё нормально?       Житомирянка подскочила и проморгалась. Перед ней стоял Есений.       - Ясик! Чё пугаешь!       - Извини. Просто ты тут так стоишь, глаза закрыла, я подумал, может тебе плохо. - нахмурился парень, тряхнув своими рыжыми волосами.       - Со мной всё хорошо. Просто задумалась.       - Расскажешь о чём? - улыбнулся Ясик, став спиной к стене, так же, как и Тина.       - Не могу.       - Почему же?       - Это секрет, который мне передали, и я не могу его выдать.       - Хм. А вкратце, максимально стисло?       - Если кратко, я влюбилась.       - Ого. В кого же?       - В Алие. Но она считает, что у нас ничего не выйдет.       - Погоди, я даже удивиться не успел. В Алие? В нашу татарочку? Ты лесбиянка?       - Ну, меня и парни раньше привлекали, но Алие я прям крепко люблю.       - А, значит би. Всё, понял. Так почему она считает, что у вас не выйдет? Она гетеро?       - Да не, она меня тоже любит... Просто... По определённым причинам.       - А, а вот это уже и есть секрет?       - Да.       - Ну, так докажи ей. Докажи, что достойна её. Сделай что-то, что она точно оценит. Например, на концерте. Насколько я знаю, она будет там петь на крымскотатарском.       - Откуда?       - Один из пацанов рассказал, что когда проходил мимо вашей комнаты в туалет, окно открыто было, а кто-то, походу Алие как раз, на незнакомом языке пел. А потом "спасибо" она сказала, будто на концерте. Я и объяснил ему, что это крымскотатарский, скорее всего. Он ещё удивился так.       - Она... Говорила, что будет исландскую песню петь, но... Видимо, она исландские строки поменяет.       - Не исключено.       - Так что, ты и мне предлагаешь что-то на крымскотатарском спеть? Я не знаю этот язык.       - Может, просто выучи одну фразу, которую она должна услышать. А остальное... Судьба решит.       - Хм... - задумалась Инчаненко. - Хорошо, подумаю. Пасиба.       - Мг, пожалуйста. Ладно, полетел я к своим пацанам. Мы ж танцуем тоже сегодня.       - Танцуете?       - Ага. Пару дней репетировали. Обожаю их компанию, прекрасные парни, мы с ними как в команде.       - А кстати... Стыдно спросить...       - Или я гей? Да. - хихикнул Есений. - Не, я серьезно. Меня девушки в плане романтики вообще не привлекают. А дома, в Киеве, у меня парень есть.       - Оу! Тогда будьте счастливы!       - Ага, пасиба. И вы с Алие тоже! Докажи ей, что у вас получится!       - Докажу, спасибо!       Ясик сделал жест, будто снимает шляпу, и убежал. В этот же момент из столовой вышла Алие.

***

      Стоять на сцене всегда волнительно. Всегда нервно. Особенно нервно петь перед любимым человеком. Но он перекрывает толпу, что смотрит на тебя. Ты видишь только его взгляд.       Вот она, её Тина - скраю, возле сцены, в первом ряду, сидит на краю, готовая, если что, первая прибежать к ней.       Петь она, да и житомирянка тоже, только уже после неё, будет... Балладу. Нежную, красивую, саундтрек из фильма про Евровидение, первого и единственного художественного фильма о нём. Будет для своей Тины петь, как Сигрид пела для Ларса в том фильме. А хорошо было бы и Алие поехать на Евровидение, как любимая Джамала или Тина Кароль. Кто знает, может, она смогла бы даже занять высокое место, по зрителям, как норвежские KEIINO из 2019.       Алие любила Евровидение. Смотрела с детства. И только сейчас ей вдруг хотелось поехать не одной. А с Инчаненко. Она тоже любит петь, вроде. Так не могли бы они быть как Джерри Хейл и Альона Альона? Эх, насколько же это может быть прекрасно...       Но сейчас - не сейчас. Не время об этом думать. Ей нужно сейчас думать о том, что именно сейчас свет на сцене выключился, оставив лишь один маленький прожектор, который выхватил из темноты её силуэт, и... Просто петь.       Husavik? Нет. Aqyarda. - All by myself With this great big world before me But it's all for someone else I've tried and tried again To let you know just where my heart is To tell the truth and not pretend...       Так мягко, так нежно и романтично, её голос льётся, как чистый ручеек в Крымских горах... - All I need is you and me and my home А теперь на родном: - Seni sevmek. Seni sevmek. Sen ve men, tuvğan Aqyarda, evde. Biz aşıqmız... You want the world...       - Want the world! - вдруг подтакнули ей с первого ряда. Алие повернулась к ступеням на сцене. Оттуда к ней... О боги, это не галлюцинации?       К ней, продолжая песню, поднималась Тина!       Житомирянка кивнула, будто напоминая петь и Алие послушалась, на этот раз запев ещё громче, дуэтом. - Where the mountains sing through the screams of seagulls Where the wolfs can live 'cause they're gentle people In my hometown, my hometown Where the sea's shines burst out in colors And the magic nights surpass all others. Bilirsin, tek istegenim - bu ne? Seni sevmek. - Seni sevmek. - на крымскотатарском запела Инчаненко - Seni sevmek. - Seni sevmek! А дальше дуэтом! - Sen ve men, tuvğan Aqyarda, my home. - My hometown. - потянула ноту Куртшисина, вкладывая туда весь голос, заставив Тину замереть, а зал - взорваться аплодисментами.       Им, чёрт возьми, хлопали!!! Они спели дуэтом! На крымскотатарском спели! Крымчанка в шоке повернулась к житомирянке.       - Beşini nasıl...       - Men seni sevem. - вдруг сказала Тина. На чистом крымском.       Алие замерла.       А Инчаненко, улыбнувшись, подошла к своей любимой и крепко её обняла.