Лето в десять тысяч ли

Машина заворачивает на неприметную дорогу из гравия, когда солнце уже стоит в зените. В воздухе разливается персиковая дымка. Она даёт более глубокий тон и рыжим стволам хвойных деревьев, и древесине цвета топлёного молока, из которой построена дача. Двухэтажное строение с панорамными окнами и верандой утоплено в гуще леса и скал. Любимое сочетание семьи Не: дерево, камни и укромные места. Фирменное, можно сказать. Лань Сичэнь выходит из салона, глубоко вдыхает воздух, пропитанный эфирной тенью кедровой смолы: – Это же ваша дача, Хуайсан? Часто тут бываешь? – Моя, если точнее, – тот вздыхает, закручивая волосы в пучок – к обеду стало невыносимо душно: – Наследство от матушки. – Тут очень красиво, – мягко улыбается Сичэнь, помогая ему справиться с волосами. Когда-то давно, когда-то в детстве, он заплетал десятки косичек обоим братьям. Хуайсан всегда смеётся, что именно поэтому дагэ, став старше, выбрал себе такой стиль – косы, переходящие в высокий хвост. Впрочем, ему идёт, этого не отнять. – Правда-правда, Не-сюн! – сбоку подскакивает Вэй Ин: – Помнится, ты говорил, что тут есть спуск к морю? – Да, – он указывает веером на валун слева от дачи: – Вот там узкая тропинка. По ней можно выйти на закрытый пляж. Правда, там волны почти всегда высокие, так что я так… – Хм-м, – Вэй Ин пританцовывает на месте, затем бежит к Ванцзи, выхватывает сумки и бежит обратно: – Поглядим! – Не утопи никого, я тебя умоляю, – ворчит Ваньинь, не доверяя задумкам брата. – Ой, ну, – фырчат ему в ответ: – Скажешь тоже. Они располагаются в доме, который, на удивление, оказывается довольно просторным, хоть с виду и не скажешь. Хуайсан – в хозяйской спальне на втором этаже, братья из семьи Цзян занимают угловые комнаты там же максимально далеко друг от друга, у Ванцзи не остаётся выбора, кроме как поселиться в спальне между ними. Сичэнь решает остаться на первом этаже, неосознанно улыбаясь суете над головой, к которой привыкает слишком быстро. Кажется, Вэй Ин органически не выносит тишину, потому что всё время либо слушает музыку, либо пальцами или ногами отбивает дробный ритм по поверхности пола и любой подвернувшейся мебели. Что, в свою очередь, раздражает Ваньиня, который время от времени рычит на него и обещает связать. Тут уже подключается Ванцзи: ловко перенаправляет беспокойство Вэй Ина в полезное русло, и тот, занятый делом, сам не замечает, как перестаёт суетиться. Тренинги по психологии и управлению коллективом на минималках. Приятно видеть, как брат применяет знания, на которых он настоял в своё время. Кстати, об управлении… – Дагэ! Нет!.. Да, – со второго этажа по ступенькам ловко сбегает Хуайсан, держа перед лицом телефон: – Ну, нет… Сичэнь-гэ! Спаси меня… – А Сичэнь-то там откуда?! – гремит командный голос из динамика. – Ох, дагэ, не так громко, – он мягко забирает телефон из судорожно сжатых пальцев Хуайсана и жестом просит его сходить на кухню заварить чай: – Рад тебя видеть. – И я, – тон Минцзюэ моментально меняется: становится спокойнее и размереннее: – Так откуда ты там? – Тебе озвучить официальную версию или нет? – Все. Сичэнь смеётся, чего-то такого и ожидая от своего лучшего друга: – Официально это похищение. Наши гости… ты же в курсе, да?.. так вот, наши гости меня и брата выкрали из семейного поместья посреди ночи. – Завидую. – Неофициальная, – он тепло улыбается на замечание дагэ, – это дружеская вылазка, пока, насколько я вижу, к вам на дачу. Куда дальше – понятия не имею. – Как самый ответственный, присматриваешь, чтобы не влипли? – Боюсь, что уже. – Выкладывай. Он неосознанно накручивает на палец прядь волос, встаёт и выходит на веранду. Плотно закрывает за собой дверь. Не то, чтобы он боялся, что их подслушают – и он вовсе не собирается скрывать свои опасения – просто в тишине и на воздухе ему легче собирать мысли в одно целое. – Кто-то же их отправил к нам. Серьёзно. На все каникулы в поместье Лань? Даже мы с Ванцзи по возможности избегали этой милости, ты знаешь. – А они что говорят? Сичэнь неопределённо пожимает плечами: – Делают вид, что всё в порядке. – Хочешь, чтобы я разведал? – Если не сложно. Не Минцзюэ откидывается на спинку кожаного кресла в своём кабинете в поместье Не – или уместнее сказать, в крепости – и качает головой: – Как больно это слышать. – Минцзюэ!.. – Что? – тот фыркает, насмешливо прищуривается в экран: – Мой лучший друг считает, что мне сложно сделать для него что-то. – Ты не должен. – Ага, примерно так же не должен, как ты без просьб и вообще упоминаний не должен присматривать за Хуайсаном. Он не твоя головная боль. Но! – он резко машет рукой, отсылая кого-то из комнаты: – Ты это делаешь. – Не сочти за наглость, но он почти младший брат и мне. – Небеса да простят твою наглость, – беззлобно ворчит Минцзюэ: – У меня только одна просьба… Сичэнь согласно кивает, показывая, что внимательно слушает. – Не подставляйся. – А? – он растерянно хлопает глазами: – Куда? – Вообще! – Минцзюэ становится серьёзным и суровым: – А то я тебя не знаю! Что ты уже придумал, чтобы отмазать мелкотню от своего дядюшки и старейшин? – Ах, это, – Сичэнь легко машет рукой: – Не нагнетай. Наказание, что им назначат, для меня не наказание вовсе. – Это ферулы-то? – Мне не привыкать. – Это и пугает. Послушай, – лучший друг хмурится и подсчитывает: – Гостей ты не подставишь, и уж тем более не дашь тронуть и пальцем Ванцзи, значит… Тебе впаяют максимально за них и ещё за тебя самого… – Я умею считать, дагэ, – чуть улыбается Сичэнь: – И знал об этом до того, как мы покинули поместье. Оно того стоит. – Иногда мне хочется разнести по кирпичикам твоё поместье. Прости. – За что? Мне и самому хочется. – И всё же… – Минцзюэ хмурится: – Что я могу сделать? – Узнай, по возможности, кто их к нам отправил и зачем. Чего хотели этим добиться. – Сичэнь задумывается, тянет прядь, а затем пожимает плечами: – Я не думаю, что это кто-то из дальних родственников… – Ещё бы. Наследника-то? – Минцзюэ кривит губы, вспоминая свою родню и их непростые отношения. – Ещё Вэй Ина туда-сюда, хотя господин Цзян за него горой. Но а Мадам Юй горой за сына. Или это компромисс, или же их мощно подставили. – Или они сами считают, что таким образом кого-то защищают. – Прям как ты. – Минцзюэ!.. – Ой, всё-всё, но, – он тычет пальцем в экран; это смотрится так комично, что Сичэнь тихо смеётся, – найди ещё варианты. Я знаю, что ты можешь. Не давай им всё время играть на этом. Ты больше не наследник. Ты глава. – Я подумаю, что сделать, – мягко соглашается Сичэнь. – Спасибо. Что бы я без тебя делал? – То же, что и я без тебя. Он возвращается в дом, протягивает телефон Хуайсану – тот получает брата обратно в более добродушном настроении и несказанно этому рад. Незаметно выдыхает и за видимой частью экрана посылает Сичэню сердечки и поцелуи. Если Минцзюэ это и замечает, то никак не комментирует. Список наставлений и запретов сам себя не прочитает. А предосторожности не помешают – вдруг что-то да осядет в голове его легкомысленного, но драгоценного младшего брата? Вэй Ин на эту пантомиму тихо смеётся, но тоже старается не попасть на глаза старшему Не. Тот, конечно, никогда не сердится всерьёз на Хуайсана и хорошо относится к братьям из семьи Цзян, но зачем искушать судьбу? – Пойдём к морю вечером или завтра утром? – за плечом неожиданно оказывается Ваньинь, тихий шёпот касается плеча, и Сичэнь чувствует, как по нему бегут мурашки: – Ты же пойдёшь? – Конечно, – он слегка оборачивается, заглядывая в светло-серые глаза: – Куда мой похититель – туда и я. – Тебе бы лучше запомнить свои слова. – Непременно.