Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

– Ну? – спросила Лебедь и требовательно вытянула длинную шею. Клюв ее, полный мелких острых зубов, распахнулся, словно она изготовилась хватать заблудшую душу. Онни покачал головой и осторожно сделал шаг назад. Только глупец не стал бы бояться гнева хозяйки мира мертвых. Лебедь – всегда принимавшая облик крупной кроваво-красной птицы – зашипела, точно змея. Но, вопреки опасениям, попытки схватить самого Онни не сделала. В прошлом году, по осени, она ворвалась в его сон и до смерти перепугала, заявив, что душа его покойной сестры исчезла из Туонелы. По всем правилам Туури должна была спать там вместе с их покойными родителями и другими родичами и видеть мирные сны, но ее нигде не было. Никто и никогда не мог покинуть Туонелу, пока его сестре не втемяшилось в голову, что даже после смерти ей нужна библиотека. Библиотека! Как будто ей было мало того, что библиотеки довели ее до преждевременной смерти! – Найди ее, – сказала тогда Лебедь, но прежде вдоволь прошлась по всем Хотакайненам и их привычке делать все наперекор. – Даю тебе времени до летнего солнцестояния. А не то заберу уже твою душу. К счастью, охотничий сезон был почти закончен. Впереди были долгие зимние месяцы, и Онни взял отпуск, чтобы погрузиться в поиски. Каждую ночь он, приняв облик своего луонто, летал по чужим снам в поисках любой, даже самой крохотной зацепки. Потом к нему присоединился Рейнир – рыжий исландский маг хоть и не умел летать, но прекрасно игнорировал чужие границы, а также обладал почти мистическим даром располагать к себе других людей. Но даже вдвоем они все равно так ничего и не нашли. Последнюю попытку Онни предпринял не так давно. От отчаяния он сварил по бабушкиному рецепту шаманский отвар из волчеягодника и мухоморов, надеясь, что, войдя в транс, сможет найти хоть что-то. И оказался прав. Транс позволил увидеть почти исчезнувшую цепочку следов, принадлежащих Туури. Последовав за ними, он надеялся найти сестру, а попал на какую-то ферму. Там была весна, и молоденькая девушка рубила деревья старым, почти пришедшим в негодность топором. Она была любезна, и отвела его в библиотеку. В любое другое время Онни обязательно прочел бы ей лекцию о том, как опасно привечать входящих в твой сон незнакомцев, но он был расстроен. Она угостила его странным кофе, сдобрив его сладким сиропом, а он научил ее играть почтовую мелодию на смешной пузатой глиняной флейте. В Туонелу он вошел с намерением остаться там насовсем. Лебедь неожиданно повела головой, как будто принюхивалась. Обвила его длинной, почти змеиной шеей и шумно втянула ноздрями воздух. – Где это ты был? – сузив хищные желтые глаза спросила она. Ее клюв почти упирался в нос Онни, и он не мог уйти от ответа даже если бы захотел. Он открыл было рот, но тут же насторожился. Прислушался. Сперва подумал, что показалось, но нет. Издалека, настолько издалека, что звук едва был слышен, лилась узнаваемая, немного глуховатая мелодия. Лебедь тоже ее услышала и повернула голову в ту сторону. Песня была сыграна неумело, но верно и старательно. Вслушавшись в послание, вложенное в мелодию, Онни почувствовал, как радость и облегчение наполняют его. Белый город. Полная зелени библиотека. Маленькая птичка со смешным хохолком клюет золотое зерно. – Как любопытственно, – пробормотала Лебедь и отпустила его. Онни отряхнулся и рискнул спросить, что же ей показалось столь любопытным. Большая алая птица взглянула на него. – Вы, Хотакайнены, – сказала она со странным выражением. Непонятно было, ругает она или хвалит. – Вечно как выкинете что-нибудь, а я потом разбирайся. Вот ты, ответь мне, как ты умудрился попасть в чужой мир? – Куда? – переспросил Онни, а сам вспомнил, с каким странным выражением на лице смотрела на него хозяйка фермы. Лебедь цыкнула, отвернулась и заскользила по озерной глади. Онни, опомнившись, поспешил за ней, оставляя за собой цепочку расходящихся по воде во все стороны кругов. На ходу он рассказывал ей о своих поисках, а когда упомянул отвар по рецепту бабушки, Лебедь метнула в него огненный взгляд, говорящий «опять эта Хотакайнен!». В свое время бабушка умудрилась попортить божественной птице немало нервов. В ответ Лебедь поведала ему про великое множество миров для живых. А тех, куда уходят души мертвых, с ее слов было едва ли не больше. И вот Онни, приняв бабкиного зелья, умудрился попасть в один из них. – Он долгое время был покинут, – задумчиво говорила Лебедь. Остановившись, она рассматривала спящие в глубине озера души. – А теперь в нем появился некто, подобный мне. Что же, если твоя сестра попала туда, пусть там и остается. – Но как же… – Пусть остается, – с нажимом повторила Лебедь. – Ничего с ней там не случится. А ты, – она вытянула голову и пребольно ущипнула Онни за руку. – А ты иди домой и не смей больше шляться где ни попадя! И, чтоб когда умер, был тут! Она резко взмахнула крыльями, поднимая огромную волну, и Онни захлестнуло с головой. Когда вода спала, его уже не было, и поверхность озера успокоилась. Лебедь хмыкнула. Вырвала у себя одно перо и подкинула его в воздух. Порыв ветра мягко подхватил его, закружил и унес прочь. На всякий случай лучше будет установить связь, подумала она. На всякий. А то мало ли. У нее тут есть еще живые Хотакайнены.