Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Утром, закончив очередной раунд культивации, Петунья выглянула в окно и решила, что суббота – прекрасный день для похода на пляж. И искупаться, и позагорать, и выполнить заказ Лии на вкусных моллюсков. А если их там и правда так много, как обещали в «Дарах земли», то и ей самой останется. Постные пилюли прекрасны, но грех не побаловать себя вкусной едой. Предвкушая отдых, Петунья быстро переделала все домашние дела, чмокнула сонного Турко в розовый влажный нос и покинула ферму. Далеко она не ушла, как за спиной раздался дробный перестук копыт. Она оглянулась. Олень бежал по дорожке, похожий на пса, которого не взяли на прогулку. Догнав ее, он пристроился рядом с видом, будто с самого начала так и шел, и ни в какую не согласился вернуться на ферму. Поуговаривав его немного, Петунья махнула рукой и дальше они пошли вместе. Без приключений не обошлось. Роскошные золотые рога, великолепное украшение могучего самца, чуть не застряли в проходе между скал. Он был слишком узок для такой красоты. Потыкавшись бестолку, Турко отошел на пару шагов, подпрыгнул и одним махом перелетел преграду! А потом призывно закричал с той стороны, понукая Петунью, будто это не он за ней увязался, а наоборот. Петунья фыркнула и быстро догнала его. Миновали город. На той стороне они увидели Лию, подметающую мостовую длинной метлой. Вот она подняла голову, чтобы убрать с глаз мешающую челку, заметила Петунью и помахала рукой. Море приветливо пахнуло Петунье в лицо запахами йода и соли, и ей сразу же захотелось залезть в его ласковые теплые воды. Она постояла немного, подставив лицо свежему морскому бризу, мечтая о том, как ринется прямо в эту бескрайнюю синеву, потом вздохнула и отправилась на сбор морских деликатесов. Только одну поблажку она себе позволила – скинула сапожки. Почти по щиколотку утопая в мягком белоснежном песке, Петунья медленно шла, высматривая выброшенные на берег моллюски, раковины и кораллы. Кажется, ведущий «Даров земли» снова не обманул! Пляж был буквально усеян морскими сокровищами! Их было так много, что собирать руками пришлось бы до вечера, но, к счастью, у Петуньи было кольцо-хранилище. Поэтому сбор моллюсков она совместила с тренировкой. Сперва не получалось – то ли кольцо не признавало вещами бесхозно лежащие на песке раковины, то ли ей не хватало мастерства, – но первую дюжину пришлось подбирать руками. Но неудачи только раззадорили Петунью. Она пробовала снова и снова, пока, наконец, у нее не получилось. Первую удачную попытку она огласила радостным воплем и бурными аплодисментами самой себе. Дальше дело пошло на лад, и примерно часа через полтора весь большой пляж был очищен от всех вещей, что выбросило на него море. Петунья удовлетворенно вздохнула и смахнула воображаемый трудовой пот со лба. Затем она оглянулась в поисках своего спутника. Когда они вошли на пляж, Турко улегся подремать на солнышке, но теперь его нигде не было видно. Секундный приступ паники появился и пропал, стоило заметить золотые рога посреди морской глади. Олень плыл, смешно задирая голову и загребая передними копытами воду, а вокруг него крутились и вертелись два знакомых морских котика. Петунья приблизилась к самой кромке воды, и прибой намочил ее ступни. За игрой трех животных было забавно наблюдать, но постепенно она стала замечать, что они не просто играют. Котики плескались в оленя водой и пытались улечься ему на спину, а он фыркал и притворно пытался ухватить юрких морских созданий пастью. Они явно отлично знали и доверяли друг другу. Что наводило, скажем прямо, на некоторые мысли. Петунья привычно подумала, что, если один ее брат беспамятный король фей, другой – олень, третий и четвертый – ворон и змей, то что мешает еще двоим быть морскими котиками? Тем более, что самые младшие из братьев были близнецами. Но додумывать она не стала, а вместо этого скинула одежду, надела купальник, с веселым криком вбежала в теплые ласковые волны и поплыла. Плавать она училась в речке, а выехать на море так ни разу и не получилось. Слишком далеко был Коукворт от побережья. Поэтому она всегда уходила, когда Лили начинала хвалиться своими выходными с друзьями-магами. Они-то, со своими портключами и каминами, конечно же могли позволить себе смотаться к морю и вдоволь искупаться. Зато теперь у нее было свое собственное море – для нее одной! Соленая вода приняла ее в свои ласковые объятья, и Петунья поразилась, как легко здесь держаться на воде и плыть. Она сделала несколько взмахов руками, перевернулась на спину и раскинула руки и ноги в стороны, как морская звезда. Счастье и радость распирали ее тело, и она рассмеялась. Тут же рядом раздалось веселое фырканье, из воды вынырнули две одинаковые гладкие головы – это котики оставили оленя в одиночестве и приплыли к ней. А затем они перевернулись и взмахами хвостовых плавников окатили ее водой. Петунья взвизгнула, от неожиданности уйдя под воду, вынырнула и отряхнулась. – Ах вы! – она примерилась и плеснула водой в веселых безобразников. Тюлени засвистели, приветствуя ее включение в игру, и между ними тремя завязалась веселая перепалка. Олень немного понаблюдал за ними, потом подплыл поближе и устроился за спиной у Петуньи. Она оперлась о его бок, чтобы ее не сносило волнами, и с новыми силами принялась воевать с тюленями. Посреди веселой игры знакомый звук ворвался в производимый ими шум. Петунья остановилась и прислушалась. Гудок приближающегося поезда окатил округу, оповещая всех о своем скором прибытии. Его и правда было слышно буквально повсюду. Разве Элрос не сказал вчера, что уедет с первым поездом, вспомнила она и заторопилась на берег. Котики засвистели, уговаривая ее не уходить. Петунья развернулась, обняла их, крепко прижав к груди, и поцеловала каждого в лоб. – Мне правда нужно бежать! Я должна успеть встретить поезд! Она выбралась на берег, на скорую руку обтерлась полотенцем и стала натягивать одежду прямо на влажное тело. Поезд загудел снова. Во второй раз гудок был громче, значит, поезд совсем близко. Петунья заторопилась к выходу, увязая босыми ногами в мягком песке. Нога поскользнулась, она неловко взмахнула рукой, и тут же под ее руку нырнул Турко, спасая от падения. Потом он опустился на колени и величественным поворотом головы указал ей на свою спину. – Правда, можно? – Петунья опешила. Ей и в голову не могло прийти, что на Турко можно ездить верхом. Да она и на лошади-то никогда не каталась. Но олень снова кивнул, и она неловко уселась сверху, обхватив коленями его бока и для верности обняв его за шею. Олень поднялся на ноги, и белый песок пляжа оказался вдруг где-то очень далеко внизу, и Петунья крепче вцепилась в своего скакуна. Он был большим, горячим, и он двигался, заставляя ее вестибулярный аппарат снова и снова искать равновесие. Олень переступил ногами, чуть присел и, с силой оттолкнувшись, взвился в прыжок. Только песок полетел в стороны. Петунья вскрикнула и захлебнулась встречным ветром, а олень вместо того, чтобы бежать по земле, понесся прямо по воздуху. Он перебирал ногами, мчась по невидимой опоре, оставляя внизу и море, и пляж, и горную преграду между двумя областями мира. Вот под ними оказался город, с такой высоты кажущийся игрушечным. Даже самые высокие его башни не достигали той высоты, на которой мчался волшебный зверь. В мгновение ока Турко достиг гор и начал замедляться, одновременно снижаясь. И Петунье вдруг стало жаль, что волшебная скачка скоро закончится. Это было круче, чем полет на метле! Впереди показался железнодорожный туннель и станция, копыта оленя коснулись земли, и Петунья больно клацнула зубами, не успев приготовиться к приземлению. Плавно перепрыгнув через рельсы, Турко подошел к краю платформы, с которой на них с неописуемым выражением лица смотрел Элрос. – Привет, – не найдя, что сказать, промямлила Петунья. Элрос пришел в себя, протянул ей руку и помог взобраться на платформу. Она восторженно воскликнула: – Это было так здорово! Круче, чем на метле! Но тут ее ноги подкосились, и она чуть не упала. Элрос вовремя подхватил ее и проводил к скамье. – Ты уезжаешь? – Да. С ближайшим поездом, как и собирался, – подтвердил Элрос. Он протянул ей пачку листов бумаги. – Это тебе. Я же обещал придумать способ как нам держать связь. Листы были обычные, формата А4, белые с обеих сторон, матовые, не очень тонкие, но и не очень плотные. На таких на своей прошлой работе – практически в прошлой жизни – Петунья печатала приказы и распоряжения, письма и платежки. Она повертела листы, гадая, какой в них вложен смысл. Элрос взял один, ловко сложил из него журавлика, поднес его ко рту, дунул – и бумажная птичка ожила! Журавлик вытянул шею, захлопал крыльями, словно разминался перед долгим полетом. Элрос разжал руку, журавлик вспорхнул и бесцельно закружился над их головами. Ах, похожую птичку присылала ей тетушка Кокоро, вспомнила Петунья. – Вот, – Элрос показал на летающий оригами. – Пишешь письмо, складываешь журавлика и – готово! Так можно отправлять письма куда угодно, но только те, кто знаком с методом, смогут ответить тебе. Следуя его указаниям, Петунья сложила свою птичку. Та вышла неказистой и не торопилась оживать. Элрос, посмеиваясь, объяснил, что с дыханием передал своей птичке ци. Но, так как дорогая тетушка еще совсем новичок, то лучше ей воспользоваться вспомогательными средствами. Например, флейтой. – Тетушка играет на чем-нибудь? Вместо ответа Петунья достала из кольца сюнь. Элрос узнал инструмент и обрадовался. Он вынул из рукава свой – длинную бамбуковую флейту сяо, – и сыграл коротенькую песню. Затем, нота за нотой он повторил ее с вместе Петуньей, не забыв похвалить то, как быстро она схватывает. Тут тоже понадобилось несколько попыток, но в конце концов, неказистая птичка Петуньи ожила и неуклюже поднялась в воздух. Она подумала про Сью. Интересно, в их секте учат таким методам? – Секта Трех Сокровищ? – уважительно переспросил Элрос. – Слышал, конечно. Уверен, даже если твоя подруга не умеет отправлять таких писем, ей не составит труда обучиться. Все прямые ученики секты исключительно талантливы. Петунья собралась переспросить, что значит «прямые ученики», но громкий и требовательный гудок паровоза неожиданно ворвался в их разговор, подводя под ним черту.