Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

– Да ну, – недоверчиво выдохнула Петунья. – Не могло же мне настолько повезти… Но реальность была нагляднее любых слов. Вот она, карта сложного задания, прохладная и влажная, как запотевшая банка с водой, немного тяжелая, будто вместе с рыбками она впитала и часть морской воды. Остальные рыбешки, которых Петунья случайно захватила, плескались в большом глиняном горшке. Ей стало жаль их, и она опорожнила горшок в море. Горшок, опустев, исчез. Тюлени играли у костра, весело перетягивая осьминожье щупальце, и казались вполне довольными компанией друг друга. Петунья оставила им угощение – по паре яблок, которые им так понравились. Потом переоделась в сухое и, попрощавшись, отправилась на ферму. Она, разумеется, не забыла завернуть в город. Дядюшка Бальбо ждал ее, коротая время игрой в шахматы с кем-то из горожан, и даже, кажется, был чуточку недоволен ее скорым возвращением. Он вручил Петунье клетку с тремя курицами – белой, пестрой и черной, – и повод от телочки, добавив сверху письмо от госпожи Тук и мешочек с минеральной подкормкой. За его всегдашнюю любезность Петунья угостила его яблоками и поделилась осьминожьим филе. Телочке тоже перепало яблоко. Она с аппетитом схрумкала его и доверчиво ткнулась влажным носом Петунье в руке, прося добавки. Стоило потянуть ее за повод, как она послушно пошла следом. Пока Петунья моталась туда-сюда по делам, на ферму прибыл гость и принялся наводить свои порядки. Еще от ворот Петунья услышала заунывный голос Страшилы, что повторял свою обычную пугалку для ворон, и угрожающий клекот голубой курицы. Она прибавила шаг – крупный трехлапый ворон, блистая на солнце золотым оперением, расхаживал по двору как у себя дома, чем приводил в крайнее негодование и пугало, и курицу. – Курво! – обрадовалась Петунья. Эту негодную птицу она не видела две недели! Хоть бы постыдился! Она подбежала к нему, схватила его на руки, как кота, и осторожно стиснула в объятиях. От такой фамильярности ворон слегка ошалел и потому не сопротивлялся. – Я волновалась! Ты в порядке? Все хорошо? Если бы не отец, кто знает, что бы я подумала! – приговаривала Петунья и гладила птицу по голове. Курво курлыкнул что-то благодушное и запрокинул голову, подставляя под ее пальцы горлышко. – Хотя бы весточку какую прислал, – проворчала она. Ворон спрыгнул с ее рук, клювом свернул какой-то камень и вытащил из-под него перепачканного землей бумажного журавлика. Журавлик еще трепыхался, когда Петунья развернула его. Это было письмо Сьюзан. – Спасибо. Угощайся, – Петунья вынула из кольца яблоко и предложила его птице. Конечно же, тут же на запах яблочного сока подтянулся и Турко, пришлось и его угощать. Петунья быстро проглядела письмо наискосок. Сьюзан в красках живописала свою первую миссию со старшими учениками – ту самую, – про джунгли и стычки с разбойниками и духовными животными, про опасные лабиринты и старые руины, но про найденный ими гроб с телом не обмолвилась ни словечком. Петунья не стала придираться. Все равно она уже видела это во сне. Письмо было пропитано радостью от того, что теперь им ничто не помешает свободно обмениваться письмами, и Петунья, дочитав, решила, что сегодня или завтра обязательно напишет ответ. У нее ведь здесь столько всего случилось! А пока она завела телочку в хлев и помогла ей обустроиться, налила воды и насыпала зерна. Минеральная подкормка оказалась небольшим камушком из полезных солей и минералов. Телочка сразу ринулась его облизывать и так увлеклась, что Петунье пришлось отбирать лакомство чуть ли не силой. – Хорошего понемножку, – строго сказала Петунье коровке и потрепала ее по голове. Коровка сказала нежное «му-у» и полезла целоваться. Кое-как вытерпев телячьи в буквальном смысле слова нежности, Петунья достала другое письмо. У госпожи Тук был округлый с завитушками почерк, и Петунья сразу представила небольшую уютную женщину в накрахмаленном чепце поверх светлых кудрей и в белоснежном переднике, напевающую песенку, пока стряпает или шуршит по хозяйству. Ее письмо оказалось подробнейшей инструкцией о том, как растить коровку. Петунья прочла его от начала и до конца дважды. Ухаживать за телочкой оказалось не так уж и сложно: кормить досыта, держать в чистоте и следить за здоровьем. Порода ее была особенная. Ей не требовался отёл, чтобы начать давать молоко, так что, в теории, как только коровка вырастет, у Петуньи будет молоко. Тут Курво прыжками подобрался к ней и требовательно потянул за рукав футболки, намекая, что пора бы и покормить. – Подожди, я сейчас, – Петунья вынесла зерна и воды в тех самых мисках, что вырезала недавно, и, прежде чем поставить перед ним, похвасталась: – Гляди, я сама их вырезала. Как тебе? Курво склонил голову на бок, разглядывая грубо вырезанную посуду. Потом благосклонно каркнул и приступил к трапезе. В клетке закудахтали позабытые несушки. Они увидели, как большая хищная птица клюет зерно, и заволновались, что их оставят голодными. Петунья выпустила их в курятник, предоставив Берте самой с ними разбираться – она верила в способности голубой курицы утвердить свое главенство среди новеньких, – разве что придумала им имена. Недолго думая, она назвала их первыми пришедшими на ум именами. Белая курица стала Денев, пестрая – Хелен, а черная отныне именовалась Клэр. Неназванной оставалась только телочка. Она была вся такая прехорошенькая, словно золотая статуэтка, и Петунья решила, что назовет ее Галатеей. На этом кратковременный отдых закончился, и Петунья, сделав всем ручкой, отправилась в подземелье. И до самого вечера она бегала вверх-вниз по лестницам, чтобы набить нужное количество слаймов и летучих мышей. В конце концов она так вымоталась, что даже не отреагировала, когда из темного угла ей под ноги кинулся каменный краб. Она просто пнула его, с одного удара разбив каменный панцирь. Краб, похожий на уродливого наземного осьминога, неожиданно оставшись без защиты, испугался, и тут его настиг духовный огонь. В воздухе разлился аппетитный запах жареных креветок… Солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, когда последнее задание было выполнено. Помня про неопределенное «на закате», Петунья заторопилась в Гильдию. Издали показалось, что дом уже опустел. В единственном окошке было темно, а доска с перекрещенными мечами потемнела и выглядела отслужившей свой срок. Испугавшись, что опоздала, она рванула дверь на себя, чуть не сорвав ее с петель, и ввалилась внутрь. Тилиоте ахнула, совсем человеческим жестом прикрыв рот, и заулыбалась. – Вы пришли! Ее собеседник, высокий и красивый молодой мужчина в темной и практичной одежде путешественника, ничего не сказал, а только с любопытством посмотрел на Петунью. К счастью, в мире не было никого прекраснее ее отца, поэтому она ответила ему прямым взглядом и сразу направилась к стойке. Взгляд мужчины стал еще более заинтересованным. – Ну конечно. Вот, готово, – она выложила на стойку все три карты, положив их лицом вверх, чтобы сразу продемонстрировать их. – Я же успела? Но карты взяла не Тилиоте, а мужчина. Пока он внимательно изучал карты, Петунья разглядывала его самого. У него были длинные платиновые волосы и яркие, словно жидкая ртуть, глаза. Он задумчиво улыбался чему-то, тасуя карты в руках. И улыбка эта, тёплая и приятная, вызывала желание довериться ему. Наконец, он убрал карты в рукав и посмотрел на Петунью. – Поздравляю с присоединением к нашей Гильдии Святого Меча, – он вежливо склонил голову в приветствии. Она ответила тем же. – И от имени всей Гильдии благодарю вас за то, что вы взяли на себя заботу об этом нашем отделении. Могу я узнать ваше имя? Она представилась. Он тоже назвал свое имя. Его звали Исли, и был он никем иным, как Королем Мечей, исполняющим обязанности главы Гильдии. – Готов поспорить, вам очень интересно, почему именно я здесь, чтобы провести инспекцию, – проницательно заметил Исли. Именно этот вопрос крутился на языке у Петуньи. – Никакой тайны в этом нет. Мне просто стало очень интересно, кто же отважился поддержать это никчемное отделение и взялся выполнить сразу три задания, включая даже сложное. Пренебрежение в его голосе резануло слух. Петунья бросила быстрый взгляд на Тилиоте. Та с невозмутимым видом стояла за стойкой. – Теперь Ваше любопытство удовлетворено? – едва ли скрыв яд в голосе, спросила Петунья, вновь повернувшись к своему собеседнику. Неожиданно он довольно рассмеялся. – А теперь вы злитесь на меня за слово «никчемный», – с восторгом воскликнул Исли. – Так и должно быть. Гильдия поддерживает мечей. Мечи поддерживают Гильдию. Если между ними будут равнодушие или рознь, не выйдет ничего хорошего, – сказав так, он хлопнул в ладоши, словно подытоживая сказанное: – Мне нравится ваш настрой. И, хотя мое любопытство удовлетворено не до конца, я доволен. С этими словами он вручил Петунье пластиковую карточку размером с карманный календарик. На карту был нанесен символ меча, источающий вокруг себя свет, написано имя «Мириэль», а под ним значилось слово «клэймор». Карта была черного цвета, а буквы и рисунки на ней серебряными. – Это ваше удостоверение, свидетельствующее о том, что отныне вы часть нашей Гильдии. Принимая во внимание ваши заслуги, было решено дать вам ранг «клэймора». Это средний ранг в нашей Гильдии. Вы получите немного больше бонусов, чем если бы начинали с самого низа, с ранга «меча», и, что важно, сможете выбирать задания на свой вкус. Тилиоте расскажет вам подробнее о нашей иерархии и путях повышения. С этого момента работайте усердно. Я буду надеяться на нашу скорую встречу в высоких мирах. Исли наклонился и поцеловал ее в щеку, что совершенно точно не могло входить в церемонию приветствия нового члена Гильдии. Петунья ахнула и совершенно машинально попробовала залепить ему пощечину, от которой он, конечно же, легко увернулся и, встав в центр магического круга, исчез. Последней исчезла его широкая улыбка. – Я никому не скажу, что вы пытались дать пощечину Королю Мечей, – со значением сказала Тилиоте. Она выглядела серьезной, но уголки ее губ дрожали, сдерживая улыбку. – Знаете ли вы, сколько девушек отдали бы душу за один его поцелуй? – И знать не желаю, – процедила Петунья и, рассерженно топая, направилась к выходу. У дверей ее догнал голос кафры. Та сообщила, что каждую неделю клэймор должен выполнять минимум одно задание, поэтому Тилиоте будет ждать ее на следующей неделе. – Не забудь заказать для меня то, о чем мы договаривались, – напомнила ей Петунья и вышла за дверь. В голове звякнуло, когда система вновь восстановила с ней связь. Глядя на солнце, что почти скрылось за горизонтом, Петунья яростно потерла щеку, пытаясь стереть след непрошенного поцелуя, и отправилась в город. Ее ждали суши и хорошая компания. А этому негодяю она совершенно точно однажды отомстит!