Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Суши и роллы удались Лии на славу. Петунья, хоть и с подозрением, но отважилась попробовать и сама не заметила, как съела несколько порций. Белоснежный рис был мягкий и ароматный. Бледно-розовые кусочки радужной форели буквально таяли во рту, оставляя на языке нежный привкус. Вэй Усянь, ловко орудуя ножом, на скорую руку сделал несколько пар деревянных палочек и тут же научил всех желающих ими пользоваться. Он ловко брал палочками и суши, и роллы, макал их в соусы и приправы, и отправлял в рот, всем своим видом показывая, как это легко и просто. Петунья купилась на эту кажущуюся легкость и весь вечер старательно пыхтела, пока, наконец, у нее не начало получаться. Лия наделала много разных блюд, и каждый нашел что-то по своему вкусу. Горожане тоже не остались в стороне. Кто-то принес ягод, кто-то засолил грибы. Сама Петунья поставила на стол бутылочку цветочного вина, и оно произвело своего рода фурор. Всякий, кто попробовал его, до конца вечера обзавелся светящимся нимбом, отчего шумный вечерний ужин стал походить на своего рода тайную вечерю. В большой компании время пролетело незаметно. За разговорами и смехом у Петуньи из головы вылетел не только непрошенный поцелуй, но и необходимость следить за временем. И строгий наказ не ночевать вне дома она не нарушила только благодаря Системе. Попрощавшись со всеми, Петунья покинула таверну и поспешила домой. Луна висела прямо над ее головой, большая и круглая, настолько яркая, что в световом кольце не было никакой нужды. С новым, улучшенным благодаря культивации зрением, Петунья видела ночью совсем как кошка. Или даже лучше. У ворот, ведущих на ферму, ее поджидала белоснежная тень. Когда она подошла, Турко всхрапнул укоризненно, как будто спрашивал, где она была, а то он волнуется. – Спасибо, братик, – Петунья чмокнула его в лоб. – Все хорошо. Я просто засиделась в таверне. Олень обиженно отвернулся, но проводил ее до домика. У крыльца, закатившись под листву разросшихся алфирина и ацеласа, что-то сияло нежным зеленым светом. Петунья пошарила рукой среди листьев, нащупала что-то твердое и, не глядя, бросила в хранилище. Пожелав Турко спокойной ночи, она и сама отправилась спать. Всю ночь ей снилось, как будто бы она живет обычной жизнью маленькой секретарши в незнакомом, но приятном городе. И все бы ничего, сон как сон, но наряду с обычными людьми ее подсознание населило тот городок вампирами и оборотнями, русалками и волшебниками, и даже призраками. Все вместе они прекрасно уживались, и той Петунье-из-сна ни за что не пришло бы в голову, что ее окружают ненормальные. Она ходила на работу, занималась своими маленькими хобби и старательно шла к своей большой мечте – однажды стать волшебницей. Ничего необычного. Только, порой, поглядывая краем глаза на свое отражение в зеркале или витрине, Петунья замечала над своей головой странный зеленый кристалл, что преследовал ее неотступно… Петунья открыла глаза ровно в пять и сразу же проверила пространство над головой. Никакого зеленого кристалла там не было. – Приснится же такое, – она покачала головой и поднялась. Огонь в камине поприветствовал ее, пожелав доброго утра. Отец слал ей свои приветствия и сообщал, что пока не может ее навестить. Кажется, у него там были какие-то свои сложности. Хотя, как Петунья ни пыталась, не могла вообразить, какие. Но все равно пожелала ему доброго утра и поскорее разобраться с делами. Сегодня был понедельник. Было бы неплохо обзавестись календарем, подумала Петунья, пока нежилась в ванной – скорее по привычке, чем по необходимости, – и чистила зубы. После гигиенических процедур она утолила голод пищевой пилюлей и с печалью констатировала, что их осталось всего три. Пора было заняться пополнением запасов. Но перед этим… Петунья окинула дом пристальным взглядом, и ее руки сами собой потянулись за метлой. Волшебная ферма или нет, а уборку проводить следует регулярно! Петунья подмела, вымыла полы, протерла все полочки от пыли, и душа ее пела, когда она возила тряпкой по полкам и столам. Потом она перелила вино из бочонков в бутылки, что, по-хорошему, следовало сделать еще вчера, а пустые бочонки вымыла начисто и понесла на улицу, чтобы хорошенько просохли на солнышке, но остановилась в дверях. На каменной дорожке перед крыльцом стоял гном. Нет, не тот гном, которых Петунья встречала прежде, а простой садовый гном. Керамический, около фута в высоту, из тех, которыми некоторые хозяйки украшают свои палисадники. Сама Петунья считала это ужасным мещанством и отсутствием вкуса. В ее саду никаких садовых гномов не будет! И до сегодняшнего утра так и было. Гном был округлый, бородатый, в красном колпаке и зеленом кафтане, перепоясанном на круглой талии ремнем. Все бы ничего – гном как гном, – да только он с умилительной мордочкой тянулся вверх, как будто просился на ручки. – Эй, система, ты тоже это видишь? – спросила Петунья, надеясь на отрицательный ответ. Но Система ее разочаровала. Однако, кроме того, что гном есть, и он не является чем-то сверхъестественным, ничего добавить не смогла. На всякий случай Петунья решила держаться от этого гнома подальше. Она оставила бочонки сохнуть, посадила новые семена, полила свои бесконечные грядки и прополола траву в будущем фруктовом саду. Тонкие молоденькие деревца трогательно тянулись к небу своими веточками, усыпанными крохотными зелеными листиками, и старательно росли. Петунья надеялась, что в этом году сможет собрать урожай с них хотя бы разочек. В новеньком хлеву, проснувшись, замычала телочка Галатея. Петунья спохватилась – она совсем забыла про свое новое приобретение, – и вывела коровку наружу. Следуя инструкциям от госпожи Тук, она оставила телочку пастись на летней травке, предусмотрительно привязав ее подальше от драгоценных овощей и трав. Пока она возилась, в курятнике проснулись несушки и огласили ферму слаженным кудахтаньем. Когда Петунья заглянула туда, то оказалась счастливой обладательницей сразу четырех – два белых, два коричневых – свежих, еще горячих яиц. Она погладила и похвалила курочек, заметив, как строго Берта наблюдает за новенькими. Как какая-нибудь султанская жена за новыми наложницами в гареме. Одно за другим Петунья переделала все обычные дела, но сегодня она буквально чувствовала всей собой пристальный взгляд, наблюдающий за ней, а когда оборачивалась, то неизбежно натыкалась на гнома. Тот торчал посреди фермы как прыщ на носу и мозолил ей глаза. Однако, как ни посмотри, в нем (не считая его загадочного появления) не было ровным счетом ничего странного. В конце концов, Петунья пересилила себя и отправилась на пробежку, мысленно сказав себе, что если, когда вернется, гнома не будет на том же самом месте… …гном стоял на том же самом месте. Около него топтался Турко и старательно обнюхивал фигурку. Вот розовый его нос ткнулся в колпак гнома, сверкнула яркая вспышка, и олень испуганно шарахнулся в сторону, чуть не врезавшись в домик. – Ты в порядке? – Петунья схватила его морду и внимательно осмотрела. К счастью, зверь не пострадал, что, правда, не помешало ему выпросить угощение. Петунья перевела взгляд на садового гнома – каменная дорожка под ним разрушилась, – и без раздумий вручила оленю пару яблок. – Что ты такое, моргот тебя задери? – спросила она у гнома. Но гном только бессмысленно улыбался и по-прежнему просился на ручки. Это было бы умилительно, когда б не раскрошившиеся буквально в пыль камни! «Система фиксирует эмитируемые волны, исходящие от объекта, обозначаемого как «садовый гном», вдруг сказала система. А когда Петунья резонно заметила, почему именно сейчас, то получила ответ, что раньше этих волн и не было. «Взаимодействие с данным объектом явилось детерминантой возникновения указанных волн.» – И… что он хочет? «Данная система предполагает, что для активации объекта необходим определённый артефакт. В случае синергетического взаимодействия двух корректных объектов существует вероятность, что объект «садовый гном» продемонстрирует свою истинную природу.» Петунья закатила глаза. Ну и какой толк от этой системы? Одни непонятные слова! Никаких толковых предположений! «Существует вероятность, что возникновение объекта «садовый гном» может быть связано с предметом, обнаруженным пользователем накануне», – с долей сомнения добавила система. – А, та светящаяся штука? – Петунья вытащила из кольца свою ночную находку. На ее ладони появился небольшой зеленый кристалл – на свету матовый и тусклый, но Петунья помнила, как нежно он светился в темноте. Вроде тех урановых бус, что лежали в шкатулке миссис Эванс. Когда мистер Эванс только подарил те бусы, она часто их носила. Пока какая-то соседка-доброхотка не напела ей в уши, что это радиация светится, в результате чего бусы оказались заперты в шкатулке, на самом дне. А жаль, Петунье они нравились. Этот кристалл был чем-то похож на те бусины, только был крупнее, с палец примерно, в форме двух соединенных пирамидок с шестью сторонами. Петунья сжала кристалл в руке, чувствуя, какой он прохладный, а когда разжала пальцы, он вдруг взял и взлетел, покружил немного, после чего завис прямо над ее макушкой. Прямо как во сне… Петунья потянулась рукой, но кристалл ловко увернулся, а затем из него зазвучали слова: – Прием! Прием! Кто-нибудь! Меня кто-нибудь слышит? Прием! Прием! – Голос был женский, молодой и приятный. Незнакомка продолжала повторять «прием, прием», периодически спрашивая, слышит ли ее хоть кто-нибудь, и тогда в ее голосе отчетливо слышались страх и отчаяние. Наверное, поэтому Петунья оставила свои попытки схватить летающий кристалл и, когда женщина в очередной раз задала свой вопрос, ответила: – Слышу тебя. Прием.