Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Фей из окрестностей Раздола будто метлой вымело. Возвращаясь на ферму, Петунья настороженно вслушивалась в окружающие их звуки, готовая в любой момент вновь услышать жужжание крылышек и мелодичные голоса, похожие на звон колокольцев, и не слышала. Пенни и Вэй Усянь, который вызвался их проводить, на два голоса убеждали ее, что никто больше на них не нападет. Хотелось бы верить, но Петунья сомневалась, что Летний Двор так легко отпустит свою собственность. Для себя она решила, что завтра первым делом предупредит остальных гномов, чтобы ни одна часть этого мира не оставалась беззащитной. На подходе к ферме Пенни начала зевать. Но упрямо отказывалась признать, что хочет спать, и рвалась помогать. Ее помощь стоила Петунье двух разбитых чашек и одной тарелки, после чего она рассердилась и погнала девчонку спать. Пенни убежала в спальню, хлопнув дверью, а чуть позже оттуда донеслись сдавленные рыдания. Петунья пожала плечами и решила, что хочет рыдать – пусть рыдает. А у нее вся кухня в осколках посуды. Убравшись, она подоила корову. После чего приманила яблоком Турко и вдвоем с ним обошла дозором всю ферму, зорко высматривая, не сверкнет ли где облачко сверкающей фейской пыльцы. Но, кажется, и правда фей в округе больше не было. Вернувшись в дом, Петунья взялась варить себе кофе. Наблюдая за тем, как медленно закипает напиток в джезве, она вспомнила разговор с Айолосом. Она как раз позволила убедить себя отказаться от изучения боевых искусств, но кое-что ей все равно оставалось непонятным. И тогда она спросила, мол, почему святой сразу не отговорил ее от всего этого? И не только пообещал научить, но и технику ей передал. Чего он вообще ожидал? Айолос же пожал плечами и просто ответил: – Ну, ты же хотела.  Да и мне интересно было посмотреть, как далеко у тебя получится зайти, – Петунья аж дар речи потеряла от такой откровенности. Интересно ему было, видите ли! Но, прежде чем она отыскала слова и обрушилась на него с обвинениями, он добавил: – Не переживай. Ты попробовала – у тебя не получилось. Ничего страшного. Пробуй дальше. Однажды ты найдешь то, что действительно станет делом твоей жизни. Помни, что способов достичь совершенства – тысячи, и путь воина лишь один из них… Петунья так задумалась, что упустила кофе. Опомнилась только, когда густая пена, зашипев, полезла из джезвы. Она спохватилась и кинулась спасать напиток, и разговор со святым вылетел из головы. Осталось только неясное ощущение, будто это была их последняя беседа. Кофе осталось буквально на полчашки. Быстро почистив плиту, Петунья взяла напиток и села листать учебник. Большая часть его содержимого относилась к стадии Концентрации Ци, а ей не терпелось узнать, как перейти на следующую. Она помнила, как отец говорил, что тогда ей будут доступные новые техники работы с металлом! И другие ремесла тоже! Вторая стадия носила название «Возведение Основания». Судя по скупому описанию в самом конце учебника, ей предстояло каким-то образом переплавить свое море ци в дао-колонну, которая, словно камни фундамента, потом будет поддерживать создание даньтяня. Петунья сверила с учебником очередность шагов, которые ей предстояло предпринять, допила кофе и, сунув за щеку постную пилюлю, села в позе лотоса перед камином. – Пожалуйста, присмотри за мной, – попросила она, и пламя согласно качнулось. Она закрыла глаза и легко вошла в медитацию. Ее мыслеобраз оказался в бескрайнем черном пространстве, посреди которого горела одинокая звезда – накопленное ею море ци. Но, случайно отведя взгляд, Петунья с удивлением увидела, что прежде пустое пространство больше пустым не было. Далеко, едва на грани видимости, горели холодные огни других звезд – большинство переливались несколькими цветами, но некоторые горели чисто алым или чисто зеленым, чуть меньше было оранжевых и еще меньше пурпурных, и лишь совсем единичные сияли чистым золотом. Это не были настоящие звезды, поняла Петунья, пока рассматривала их. Но что это, и почему она их видит? Благодаря ее открывшемуся таланту? А если бы ее дар был связан с не со зрением, а со слухом, тогда, что она слышала бы Музыку Сфер? Или радиошум, исходящий от звезд? Петунья вдруг представила себя в виде большого радиотелескопа и рассмеялась. Благодаря этой шутке нервозность, исподволь наполняющая ее сердце, испарилась, и необычайная уверенность наполнила все ее существо. Она сложила пальцами знаки знания, соединив кончики больших и указательных пальцев, и положила руки на колени. Из ее солнечного сплетения вырвался волевой импульс и ударил в звезду. Повинуясь этой воле, красная сеть, благодаря которой море ци было собрано воедино, растворилась. Звезда задрожала, расплескиваясь во все стороны, и из сверкающей материи начали вырастать колонны. Сперва поднялась первая. Она росла и росла, словно вознамерилась достичь другого края вселенной. В ее сверкающей, как зеркало, поверхности Петунья видела свое искаженное отражение. Чем выше становилась колонна, тем большее давление испытывала Петунья. Ее тело дрожало и горело, плоть и кровь, многократно очищенные, плавились и перерождались, а затем стали меняться и духовные меридианы. Их стенки утолщались и становились гладкими, а сами они расширялись, чтобы ци могла беспрепятственно течь по ним. Четыре из двенадцати меридиан успели полностью измениться, прежде чем первая дао-колонна закончила расти. Не давая себе передышки, Петунья принялась за постройку второй. Море ци под нею, казалось, ничуть не уменьшилось, и вторая колонна начала расти рядом с первой, похожая на нее, словно близнец. Чем выше становилась колонна, тем скорее менялось и тело Петуньи. Еще четыре меридиана улучшились с постройкой второй дао-колонны. И тогда третья колонна начала свой рост. К этому моменту Петунья безостановочно дрожала, будто от озноба. Но ей было так жарко, что она вся взмокла. Кости и мышцы, нервы и сухожилия – все внутри нее невыносимо болело. В попытке сосредоточиться, она с силой прикусила внутреннюю сторону щеки и почувствовала на языке горячее и соленое. Вкус крови очистил ее разум от постороннего. Третья колонна росла не так плавно, как первые две. Она то неслась ввысь, то замирала. То начинала дрожать и гудеть, и тогда Петунье становилось страшно, что сейчас колонна разрушится, а что случится потом она и не знает. Когда третья дао-колонна поднялась рядом с первыми двумя, Петунья облегченно выдохнула. Оставшиеся четыре меридиана завершили свою трансформацию, и в этот самый момент по третьей колонне с громким треском пробежала длинная и глубокая трещина. Внутренний космос загудел, заволновался. Петунья еще сильнее сомкнула зубы, чувствуя, как кровь буквально наполняет собой ее рот. Она поспешно направила оставшуюся ци, чтобы залатать трещину, и, кое-как ей все-таки это удалось. Третья колонна не была такой совершенно, как первые две. Но, если прищуриться, то все же она могла показаться безупречной. Паря между трех, уходящих в бесконечность, колонн, Петунья почувствовала, как в ее тело ворвался поток духовной энергии. Там, где прежде ей приходилось прилагать усилия, чтобы поглощать эссенцию из воздуха, теперь ее тело справлялось само. Поток духовной энергии прогнал из ее тела боль и напряжение, и Петунья позволила себе закончить медитацию. Она успешно перешла на вторую стадию культивации. Она снова была в домике, на своей кухне. Перед нею горел огонь в очаге, за спиной сквозь маленькое окошко было видно, как занимается новый день. Вся ее одежда была мокрой, хоть выжимай. Но при этом тело переполняли сила и легкость, каких ей еще не доводилось испытывать. Казалось, подпрыгни – и она полетит! Сама, без волшебной метлы или ковра-самолета. Петунья звонко и неудержимо рассмеялась, а потом, спохватившись, закрыла рот ладонью. Совсем забыла, что она не одна. Она прислушалась, но из спальни доносилось только ровное дыхание спящего человека. На цыпочках, будто не она только что смеялась в голос, Петунья вышла на улицу и побежала к реке. На бегу она с силой оттолкнулась от земли и вдруг, сама того не ожидая, с легкостью перемахнула через растущее впереди дерево. Разыгравшись, она принялась прыгать туда-сюда, словно в резиночки, и деревья лишь возмущено сыпали багряной и золотой листвой, когда она, не рассчитав, задевала их кроны. – Я же теперь и к брату Морьо могу сама ходить! – вволю напрыгавшись, обрадовалась Петунья. Она быстро разделась, скинула пропотевшую одежду прямо на землю и прыгнула в реку. После перехода на следующую стадию ее тело было неимоверным горячим, и холодная речная вода моментально нагрелась. Обезумевшие от внезапного потепления рыбы принялись выбрасываться на берег одна за другой. Эта картина вновь рассмешила ее. Петунья смеялась пока в боку не закололо. Потом, успокоившись, она помылась и обсохла, просто окутав тело духовным огнем, переоделась и, собрав свой утренний улов, вернулась. Дома Петунья помыла полы, тщательно отскоблив доски от собственного пота, поставила чайник на огонь, а затем взялась за учебник. Стоило его открыть, как ее глаза удивленно расширились. Содержимое страниц изменилось! Раньше учебник почти целиком был посвящен первой ступени, говоря о других скупо и неохотно. Но теперь он рассказывал о второй ступени. Вот так чудеса! Хорошо, что формация перевода продолжала действовать. Петунья принялась за чтение и вскоре уяснила себе, что умудрилась с наскока завершить начальную ступень Возведения Основания, построив сразу три дао-колонны. Если она и дальше будет столь же успешна, что, конечно, не факт, то сможет довольно быстро построить еще шесть и перейти к стадии псевдо-ядра. Этакой финальной репетиции перед началом работы над настоящим золотым ядром. Отвлекшись, Петунья посчитала, за какое время ей удалось завершить стадию Концентрации Ци, а потом прикинула, что ей вполне должно хватить осени и зимы, чтобы создать себе свое собственное золотое ядро. Осознав, как близко была ее цель – магия! – Петунья задрожала от нетерпения и радости. Уже скоро. Совсем скоро она исполнит свою мечту, как и обещал ей отец. А потом… бескрайняя вселенная – жди!