Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Чайник быстро вскипел. Петунья заварила чая, плеснула в него молока и продолжила чтение. Учебник быстро подтвердил то, что она уже и так знала. Ее способность поглощать ци из воздуха увеличилась, меридианы уплотнились и расширились, а тело стало крепче и выносливее. Да еще прыжки. Петунья не смогла сдержать улыбки, вспомнив, как лихо перепрыгивала через деревья, даже не задевая их крон. На этом абзаце, посвященном прыжкам, формация перевода дала странный сбой. Значение одного из знаков колебалось между «прыгать» и «летать». Петунья даже залезла в словарь, любезно подаренный пухлой библиотекаршей, но загадка эта так и не разъяснилась. Значение у знака и правда было двойным. Ладно, в конце концов, высокие прыжки она уже проверила.  А что до полетов… в волшебных книжках было написано, что лишь самые великие из чародеев могут научиться самостоятельному полету без метлы. Из чего Петунья заключила, что раз обладатели врожденных золотых ядер не могут летать, то, конечно же, и она, находясь на второй стадии развития летать не может тем более. Следующий раздел был посвящен стихийной магии. На второй стадии культиватор мог уже понемногу пользоваться магией, но только самыми простыми и грубыми заклинания. Зажечь огонь, вызвать порыв ветра или спровоцировать небольшое землетрясение. И, конечно, никаких магических инструментов. Это, конечно, было не то, чего ей хотелось на самом деле, но Петунья все равно старательно запомнила короткий перечень приемов, позволяющий использовать силу стихий. Они походили на то, как Айолос учил ее вызывать духовное пламя. Значит, она справится. Она как раз изучала правила взаимодействия и сочетания стихий, когда из хлева донеслось призывное мычание. Петунья убрала чашку в мойку, проверила быстро как Пенни – девчонка спала как сурок, вновь закутавшись в одеяло точно гусеница в кокон, – и вышла из дома. Она подоила корову и отвела ее на пастбище. Убрала в холодильник свежие яйца, а молоко перелила в новую бездонную бутыль. Даже не смотря на то, как много она уже успела сделать, было все еще раннее утро. Петунья выполнила упражнения, по своему усмотрению усложнив их, чтобы было не так просто, а после пробежки и небольшого отдыха в бане зашла в Гильдию. – Доброе утро, Мириэль! – Тилиоте за стойкой была бодра и свежа как майская роза. Петунья по привычке позавидовала, но быстро вспомнила, что кафра, вообще-то марионетка, кукла, и посмеялась над собой. Разумеется, марионетке нет необходимости спать, она может всегда быть на посту. – Хочешь взять новое задание? Получив утвердительный ответ, она выложила на стойку несколько карт и провела над ними рукой, приглашая посмотреть. – Обрати внимание, на этой неделе появились задания на создание вещей. Петунья и сама уже заметила. Одна карта просила предоставить несколько – чем больше, тем лучше – слитков железа. Другая заказывала исполнителю набор стеклянных флаконов с заданными характеристиками. От этих карт Петунья отказалась сразу. Железо было нужно и ей самой, стеклодувному делу она пока еще не училась. Пока она выбирала из нескольких заданий на сбор материалов, ей показалось, что последняя в ряду карта кажется толще остальных. Оказалось, две карты слиплись в одну. Осторожно разлепив их, Петунья с восторгом уставилась на нижнюю. В ней было задание на создание лекарства, способного исцелять простые травмы и раны.  – Ты не знаешь, имеет значение, в какой форме будут лекарства? Таблетка или эликсир? Это важно? Тилиоте взглянула на карту долгим, немигающим взглядом, словно могла видеть больше, чем было на ней написано, а потом подтвердила, что заказчику без разницы. Петунья была довольна. Идея, что пришла ей в голову, казалась теперь осуществимой. Она взяла только это задание, решив посвятить всю себя созданию пилюль и сделать их как можно больше. Пока Тилиоте вносила запись в свою учетную книгу, Петунья поинтересовалась, не докучали ли Гильдии феи. – Феи? – Тилиоте, вроде, заинтересовалась. Она задала несколько вопросов. В основном, касающиеся того, что есть феи и какими свойствами они обладают, а потом, извинившись, скрылась в подсобке. Сквозь неплотно прикрытую дверь было слышно, как она роется в бумагах, открывает и закрывает ящики. Петунья, слегка заинтригованная, терпеливо ждала. Наконец, Тилиоте вернулась. Глаза ее сверкали восторгом: – Я же помнила, что видела такое задание! Вот! Она положила перед Петуньей золотую карту. Карта эта сияла так ярко, что слепила глаза. И прочесть задание сразу было сложно. Когда же Петунья разобрала слова, то не поверила. – «Поймайте фею»? – Да-да, – закивала кафра. – Видишь, это золотая карта! Задание невероятной сложности! Но зато без срока действия и с потрясающей оплатой! – Удиви меня. – Награда за это задание, – Тилиоте торжествующе улыбнулась, – золотой билет Гильдии! Один билет можно без ограничений обменять на любой товар из нашего каталога. За исключением двух категорий, – она выставила вверх указательный палец: – премиальных товаров и, – к указательному присоединился средний палец, – и товаров выше уровня развития владельца билета. Петунья вздернула одну бровь. – Значит, если я захочу виллу в Пэнлай, – в каталоге гильдии был огромный раздел с недвижимостью в различных мирах, – то… я получу виллу? Тилиоте с улыбкой покачала пальцем: – Поместье в Пэнлай пока еще выше твоего развития, Мириэль. Даже если получишь его во владение, не сможешь защитить. Петунья картинно вздохнула, жалуясь на такую несправедливость, но оговорка «пока еще выше твоего развития» засела в ее голове как заноза. – Я беру это задание, – решилась она и сграбастала золотую карту. Карта была тяжелой и прохладной, будто и в самом деле была из чистого золота. Покинув Гильдию, Петунья спустилась в шахту, чтобы проведать Гномерть. Но с ним, как и с гномом-призраком на станции, вроде бы все было в порядке. Они оба были такие страхолюдные, что феи, наверное, побоялись к ним приблизиться. – Схожу-ка к остальным гномам, как и хотела. Петунья поднялась на поверхность и взглянула на небо. Судя по положению солнца, Пенни скоро проснется. Следовало бы вернуться на ферму к ее пробуждению. Петунья разбежалась, оттолкнулась и подпрыгнула. От высоты прыжка у нее аж дух захватило, и она закричала от восторга. Когда она приземлилась, ее ноги спружинили, и накопленный импульс в мышцах вновь отправил ее в воздух. – Веселишься? – окликнул ее веселый голос. У лестницы, ведущей в город, стоял Айолос. Петунья изменила направление прыжка и приземлилась в паре шагов от него. – Да! Это почти как полет! Юный святой посмеялся, а потом поздравил с переходом на вторую стадию. Потом он протянул ей свиток. – Вот, я подготовил для тебя кое-что. Здесь перечень тренировок Святилища. Я упростил и адаптировал их для тебя, а также расположил в порядке возрастания сложности и нагрузки. Начни с начала списка, а потом переходи к следующим, как только почувствуешь, что они стали для тебя легкими. Свиток был увесистым и слегка прохладным. Петунья сжала его и так и держала в руке, чувствуя, как ее охватывает печаль. – Ты что, собираешься уходить? – вырвалось у нее. Стоило произнести эти слова, как ей стало ясно, что и спрашивать не стоило. Очевидно же. Тот вчерашний разговор с напутствием пробовать новые занятия, чтобы найти дело себе по душе. И этот свиток с наборами упражнений, чтобы она не лезла на стенку от скуки и однообразия. Как только она поняла, ее глаза увлажнились, и следующий вдох был почти что похож на всхлип. Улыбка Айолоса была слегка виноватой, будто он покидал ее раньше, чем было задумано. Так и вышло. – Я чувствую, что наша госпожа в опасности. Чтобы юные воины, которые защищают ее, могли выстоять перед грядущими испытаниями, им требуется мое присутствие. Только поэтому я ухожу раньше, чем намеревался. – А как же твое обещание научить меня самозащите? – пробурчала Петунья, так, для порядка. У нее ни за что не хватит духу задерживать святого, если Афина нуждалась в нем. Айолос потрепал ее по плечу. – Я собираюсь уйти в конце недели. Найди меня в городе, когда будет свободное время.  Кстати, отличные прыжки. Так ты и сама сможешь добраться до своего брата. Знаешь? Петунья, против воли, улыбнулась. Да, теперь она может. Они попрощались, условившись обязательно встретиться на этой неделе, и Петунья бегом кинулась сперва на пляж. Она неслась так быстро, что деревья и горы по обе стороны от нее слились в сплошную неразборчивую полосу, а небольшой пролив между большим пляжем и островком она перемахнула одним длинным прыжком. При приземлении ее ноги ушли в песок по щиколотку, и она чуть не упала. Увязая в песке, Петунья доковыляла до Купальщицы и предупредила ее о феях и заодно собрала богатый улов моллюсков и рыбы. Затем, также быстро, она навестила и Медвегнома, получив от него дюжину крупных шампиньонов и слив, а также россыпь фундука и ежевики. На первый взгляд в лесу не было и следа присутствия фей, и Петунья немного успокоилась. На ферму она вернулась как раз к пробуждению Пенни. – Ну и горазда же ты спать, – добродушно посмеялась она над сонной ведьмочкой. – Иди умойся. Сейчас будем завтракать.