Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Петунья не отказала себе в удовольствии перечитать письмо еще пару раз. Вглядываясь в изящные росчерки кисти, она могла представить себе Сьюзан, в ее роскошном алом с золотом наряде, как та сидит за низким столиком и, не теряя своей горделивой осанки, выводит эти строки. Этот образ даже затмил переживания последних дней, и Петунья не удержалась от вздоха. Когда, когда же наступит момент, когда они вновь встретятся? Ей о столь многом хочется рассказать, ведь не все можно доверить бумаге. Петунья ласково погладила письмо. Пальцы скользили по бумаге, словно по шелку, и Петунья совсем не удивилась, когда Бина подтвердила, что да, это и в самом деле наилучшая по качеству шелковая бумага. Использовать такую для писем могут позволить себе только действительно богатые люди. – Значит, все заклинатели богаты? «Вовсе нет. Богатства сосредоточены внутри сект. Доступ к ним получают обычно старшие мастера и их ученики, как подруга мисс. Большинству рядовых членов секты приходится тяжело трудиться ради получения ресурсов для совершенствования. А еще есть так называемые бродячие заклинатели, которые не принадлежат ни к кланам, ни к сектам. Они полностью полагаются на судьбу, и порой удача им улыбается. Тогда они находят древние сокровища, которые возносят их на вершину мира». – Как владельца Библиотеки Небесного Пути? – догадалась Петунья и поджала губы. Все, как у всех. И даже волшебники, если верить Лили, делятся на богатых и бедных, чистокровных и нет. Почему люди везде и всегда начинают делиться на партии и выстраивать иерархию? «Если мисс не хочет быть винтиком в чужом механизме», заметила Бина, «мисс следует внимательнее относиться к культивированию». – Уже иду, – пропела Петунья. Она быстро помыла посуду и слегка прибралась. Наведение порядка было для нее чем-то сродни медитации. Когда она сметала пыль или начищала кастрюли до блеска, на нее всегда снисходило душевное равновесие, и все тревоги ненадолго отступали. И сегодня тоже. Пусть ненадолго, но она забыла, как и о своем вчерашнем фиаско, так и о том, что система в ее голове тоже не безгрешна. Петунья достала бумагу и кисточку с чернильницей и приступила к домашнему заданию. Скорее всего Вэй Усянь все еще сердит на нее, но это же не повод отлынивать от учебы. Она обмакнула кисточку в чернила и несколькими взмахами уверенно нарисовала талисман огня. Сравнив его с предыдущим, Петунья осталась собой довольна. Все замечания были учтены. Сегодняшний талисман выглядел почти также хорошо, как если бы его нарисовал настоящий заклинатель. «Но мисс и есть настоящий заклинатель» прошептала система, но так тихо, что Петунья ее не услышала. Она сделала несколько образцов талисмана огня и потом столько же – ветра. Глядя на разложенные на просушку листы, Петунье пришел в голову вопрос. – Интересно, почему заклинатели предпочли талисманы, а не заклинания? Как волшебники? Мне кажется, что сказать заклинание гораздо удобнее. И проще. Она не смогла подавить приступ зависти, когда вспомнила, как ловко Пенни сражалась с пикси. Эта девчонка!.. «На этот счет нет единой версии, но личное мнение Бины таково: изобретение бумаги и распространение грамотности, а также высокое уважение, каким пользовались в обществе образованные люди, изрядно поспособствовали этому». Петунья закатила глаза. Как приземленно! «Большинство заклинателей считают себя выше обычных людей, а потому создание талисмана – простой способ продемонстрировать свою ученость, а также похвастаться красивым почерком. Не стоит забывать и о том, что, по сути своей, любой талисман – это отложенное заклинание, которым может воспользоваться любой.» – Даже если заклинатель слаб или неуверен в своих силах? Лили часто повторяла, что магия требует от волшебника полной самоотдачи, уверенности в своих силах и правильного настроя. Как-то раз, когда у них было очередное перемирие, она тайком рассказала про три Непростительных заклинания. Не так страшен был результат, к которому они приводили, а то, что магу заранее нужно быть готовым взять под контроль, причинить боль или убить. Что же, Петунья решила признать, что в аком-то смысле заклинания предпочтительнее. Страшно представить, какая неразбериха бы творилась, возьмись темные волшебники за создание талисмана «круциатуса» или «империо». Кто угодно, даже первокурсник, мог бы взять такой талисман и активировать его, выпустив наружу запечатанную в чернильных линиях темную магию. А талисман, наверное, еще и не отследить, как это можно сделать с волшебной палочкой. Ведь бумага сгорает, как только действие знака заканчивается. Теперь Петунья посмотрела другим взглядом на талисманы. Хорошо, что волшебники не додумались до их использования. «Скорее, волшебники отказались от талисманов», ответила Бина на ее мысли. Петунья удивилась. Как это? «Рисунок, который волшебник пишет в воздухе кончиком волшебной палочки, можно воспринимать как до крайности упрощенный талисман. Однако, хотя само по себе упрощение не делает вещи хуже, в конце концов оно может привести к потере изначальных качеств. Поэтому к рисунку палочкой пришлось добавить еще два элемента: вербальный ключ и психоэмоциональную составляющую. Довольно изящное решение. Бина бы посмотрела на того гения, кто это придумал». – Но разве это не деградация? «В какой-то степени наоборот, усовершенствование. Ведь для того, чтобы выучить заклинание, совершенно не нужно быть грамотным. Значит, за сравнительно короткий срок можно обучить больше магов, чем заклинателей.» Петунья поежилась. Почему эти слова прозвучали так, будто однажды между волшебниками и заклинателями разгорится война? Она накинула плащ и вышла проветриться. В хлеву ее ждало ведро, полное парного молока. Петунья погладила корову и поболтала с ней немного, и перелила молоко в бутылку, а ведро поставила обратно в кладовую. Она посмотрела на часы и решила, что сейчас самое время для алхимии. Итак, ей нужно сделать пятьдесят постных таблеток. Если посчитать, то с ее умениями придется подготовить не меньше дюжины комплектов трав, чтобы получить нужное количество пилюль. Петунья достала рецепт и, сверившись с ним, достала нужные травы. Помимо целебных, в состав постной пилюли входили и обычные съедобные травы, и даже, как было отдельно сказано в рецепте, можно было добавлять фрукты или овощи, чтобы придать готовой таблетке нужный цвет, аромат или вкус. Обычные постные пилюли напоминали по вкусу зерновой хлеб, тяжелый и сытный, но не очень-то изысканный. Для создания постной пилюли требовалось две дюжины трав и десять промежуточных этапов перед финальным связыванием. В остальном же рецепт казался не сложнее малого дана здорового тела, а его Петунья навострилась ковать очень ловко. Она взяла нужные травы, зажгла огонь под печью, и, пока печь нагревалась, разложила ингредиенты в порядке добавления. В этот раз она решила не очищать их заранее, а потренироваться делать это в процессе ковки. Также, как делал отец, когда готовил ей лекарство. Это было невероятно круто! Она тоже хочет так уметь! Когда печь нагрелась, Петунья открыла заслонку, взяла первую траву и, моментально очистив ее, движением пальца запустила шарик эссенции в раскаленное нутро. Через пять биений сердца добавила следующую, и так несколько раз. После того, как все травы из первой партии оказались в печи, Петунья закрыла заслонку и принялась считать. На тридцатом ударе сердца изнутри печи раздалось пощелкивание, похожее на треск каштанов в огне. В рецепте говорилось, что такой звук сигнализирует о том, что ингредиенты достигли максимального нагрева и, если как можно скорее не добавить гармонизирующие травы, лекарственные сущности начнут конфликтовать. В лучшем случае результатом станет провал. В худшем – взрыв печи. Петунья схватила следующие травы. Их было три: лист Жизнецвета, побег Дикой Магорозы и веточка Астральной Мяты. Несведущий ни за что бы не отличил эти мистические травы от обычных растений, но Петунье, конечно, разница была очевидна. Она быстро выделила из них сущности и, не мешкая, отправила внутрь печи. Треск стих. Петунья потянулась за следующим ингредиентом, и тут в печи бухнуло, она задрожала, и из отверстий в верхней части потянулись тонкие струйки черного дыма. Запахло гарью. Петунья вздохнула. Неудача. К счастью, жизнь на ферме немного приучила ее встречать неудачи не унынием, а с оптимизмом. Что случилось? Где была ошибка? Она принялась медленно читать рецепт вслух, сравнивая его со своими действиями, и почти сразу нашла ошибку. Рецепт гласил: «для успокоения вражды между ингредиентами через пятнадцать ударов сердца добавь один лист Жизнецвета, три молодых побега Дикой Магорозы и маленькую веточку Астральной Мяты, прежде очистив их и слив воедино». Петунья дважды перечитала эти слова, недоумевая, как же могла не заметить их в первый раз. Очистить и слить. Смысл был понятен. Кажется, ей нужно быть как отец. Делая железный топор, он мешал сплав без помощи огня и тигля, при помощи одной только духовной энергии. Петунья вышла на улицу, надергала случайных сорняков и вернулась в лабораторию. Их эссенции легли на ее ладонь аккуратными шариками жидкости, не расползаясь и не смешиваясь. Петунья аккуратно окутала их духовной энергией и зажгла ее, как делала всегда, с тех пор как Айолос научил ее этому трюку. От резкого нагрева эссенции задрожали, увеличиваясь в размере, и взорвались. Раскаленные капли полетели по все стороны, и Петунья едва успела прикрыться рукой. Несколько капель попали ей на кожу, но было не столько больно, сколько обидно. – И как я должна этому научиться? – она оглядела заляпанную печь и пол вокруг нее и потянулась за учебником. Но нет, в нем и словечка не было, как следует поступать в таких случаях. – Гадство! «Мисс может попросить совета у госпожи Цзян», сказала система, Петунья помрачнела. После вчерашнего, захочет ли она еще с ней разговаривать? А они так и не договорились о проведении Ярмарки. Но Бина гнула свою линию: «Она еще должна быть в городе. Умения шеф-поваров и алхимиков немного схожи. Мисс должна попытаться». Петунья схватила мокрую тряпку и принялась убираться. Елозя тряпкой по полу, она пыталась ощутить знакомое и такое необходимое умиротворение. Но оно все не приходило. Попусту прождав, она сердито бросила тряпку. – Ладно, я попробую. Не убьет же она меня в самом деле…