Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Перейдя мост, Петунья остановилась и задумалась. Где же ей искать вчерашнюю гостью? Можно, конечно, спросить у каменных стражей – они точно должны знать. Можно постучаться в домик Вэй Усяня, Петунья помнила дорогу, но – от одной мысли ей становилось не по себе, и она решила отложить неизбежную встречу с наставником на как можно позже. Может, к вечеру он не будет так уж сильно сердиться на нее? В общем, оставался только один путь, и Петунья направилась в таверну. Она открыла дверь и замерла в проеме. Цзян Яньли была здесь. Она стояла за стойкой и быстро орудовала ножом, шинкуя овощи, а Лия стояла рядом и внимательно наблюдала. Как ни крути, это выглядело как мастер-класс по кулинарии. Петунья заколебалась, решая, войти или уйти. Но тут Лия увидела ее и позвала внутрь. Момент был упущен. Петунья медленно приблизилась и села за стойку. Цзян Яньли мимолетно улыбнулась ей, на мгновение отвлекшись, и снова вернулась к работе. Нож в ее нежных руках бодро стучал по разделочной доске. Мелькание острого лезвия слилось в бесконечную колеблющуюся вверх-вниз серебристую ленту. Справа на доске росла горка тонко нарезанной моркови. – Вот так, – сказала Цзян Яньли, заканчивая. Она отложила нож и протерла руки чистым полотенцем. – Ну как, все удалось увидеть? – спросила она у Лии. Та покивала, потом пододвинула к себе доску, взяла новую морковь и принялась нарезать ее. У нее получалось не так ловко, но лезвие ножа точно повторяло показанные движения. Цзянь Яньли кивала, наблюдая за демонстрацией, и в конце ободрительно похлопала Лию по плечу. – У вас отлично получается, госпожа Лия. – Это потому, что мне повстречался хороший наставник, – не осталась в долгу та. – Мириэль, выпьешь что-нибудь? Петунья кивнула. Лия поставила перед ней бокал-айриш с горячим темно-красным напитком. От него вкусно пахло виноградом и специями, край бокала украшала яблочная долька, в напитке плавала звездочка бадьяна, сбоку, на манер коктейльной трубочки, торчала палочка корицы. Петунья по привычке подула, остужая напиток, и сделала глоток. Ее рот наполнила пряная, немного вяжущая сладость, а от небольшого количества алкоголя в груди возникло тепло. – Так вкусно! Что это? Лия показала на Цзян Яньли. – Благодаря госпоже Цзян, которая любезно предоставила мне вино, я сварила глинтвейн. Яньли хихикнула, прикрыв рот ладонью. – Не стоит благодарности. Я собрала много вин, ведь А-Сянь любит выпить. Слово прозвучало, и Петунья резко почувствовала, что потеряла всякий вкус к напитку. Она поставила бокал на стол, отчаянно мечтая о том, чтобы некто сверху ниспослал ей храбрости, глубоко вдохнула и решилась: – Вэй Усянь, он… сердится на меня, ведь да? В ответ ей раздался звонкий смех. – Сердится? – переспросила Цзян Яньли и снова рассмеялась. – Госпожа Мириэль, будьте уверены. Если А-Сянь будет на вас сердиться, я его отругаю. – Петунья, изумленная до глубины души, посмотрела на нее. Яньли улыбалась, глаза ее весело сверкали. Угадав, о чем Петунья будет просить дальше, она сыграла на опережение: – И вам не за что просить прощения. Вы просто ускорили события. Неужели вы думаете, что ему удалось бы долго скрывать от меня такое? Лия пододвинула к Петунье бокал с недопитым глинтвейном, и она сделала большой глоток. Почему-то на этот раз напиток казался в два раза вкуснее. – Если вам нужно о чем-то посекретничать, я могу уйти, – серьезно сказала Лия и кивнула на лестницу в подвал. Цзян Яньли покачала головой. – Нет никакого секрета. Госпожа Мириэль, я знаю, что А-Сянь обещал вам рассказать о себе. И, раз уж мы тут, я сделаю это за него. Лия налила ей бокал глинтвейна. Яньли выпила немного и начала свой рассказ. Во времена ее юности в Поднебесной разразилась жестокая война между Пятью Великими Сектами. До начала боевых действий равновесие еще как-то поддерживалось, ведь все пять сект были примерно равны. Но вскоре одна из них, клан Вэнь из местности Цишань, усилилась, и шаткий мир оказался нарушен. Они начали устранять своих противников, одного за другим. Первым погиб глава клана Не из Цинхэ, отважный воин и справедливый владыка, хотя и весьма вспыльчивый. Его смерть сошла убийцам с рук, и вскоре они захватили и сожгли главную обитель клана Лань из Гусу – Облачные Глубины. Вместе со зданиями сгорело и множество бесценных книг. Но члены секты остались в живых и ушли в подполье, чтобы сражаться за свою свободу. Цишань Вэнь почувствовали вкус крови. Вслед за Гусу Лань, пришла и очередь клана Цзян из Юньмэна. – Да, очередь нашей семьи, – подтвердила Цзян Яньли. – Меня тогда там не было. Матушка заранее отослала меня к своей материнской семье, и была права. О том, что случилось, мне рассказали мои братья. Под надуманным предлогом Вэни прислали карательный отряд. Под их мечами пали и отец, и матушка, и многие наши родичи. А наш дом, Пристань Лотоса, был сожжен дотла… Долгое время я думала, что мои братья без потерь выбрались из этой передряги, и только вчера я узнала, что на самом деле… на самом деле мой младший брат попался врагам. Они пытали его, а затем уничтожили его золотое ядро. – Не понимаю, – Петунья заглянула в бокал. Глинтвейна в нем не осталось, на донышке лежали специи. Но пахло от них просто одуряюще. Цзян Яньли несколько мгновений смотрела на нее, а потом догадалась. Она пояснила, что все дело в терминологии. Хотя она сказала, что у нее два младших брата, родным был только один. Вэй Усянь же был ее младшим братом по секте. Он вырос в их семье как самый приближенный слуга наследника, и должен был стать правой рукой следующего главы секты. – Девизом нашей семьи были слова, оставленные нам предком. «Достичь невозможного». А-Чэн всегда бесился, говоря, что А-Сянь больше соответствует им. И он действительно сотворил невозможное. – Цзянь Яньли нежно и горько улыбнулась. – Он отдал свое золотое ядро моему брату. Лия крякнула от неожиданности, бокал в ее руке жалобно хрустнул и осыпался дождем осколков на пол. Пока она прибиралась, Цзян Яньли закончила свой рассказ. – Никто не знал, почему А-Сянь избрал темный путь. Некоторые подозревали, что его совершенствование было повреждено. Но большинство считали, что он просто захотел быстрой, даровой силы. И никто, кроме него и целителей, что осуществили его план, не знали всей правды. А-Сянь просто не имел другого способа сражаться вместе с нами. Лия закончила прибираться, кинула веник и совок в угол и спросила: – Надо думать, когда вы победили, его в покое не оставили? – Яньли кивнула. – Могу понять. Парнишка остер на язык и скор на расправу. Ты ему слово, он тебе – два. – Она хохотнула. – Могу представить, сколь многих он бесил. Надо думать, в конце концов, его умудрились как-то достать, да? Цзян Яньли допила глинтвейн и дорассказала те события, которые произошли уже после ее собственной кончины. Остатки проигравшей секты оказались на положении бесправных рабов. Вэй Усянь, который не выносил всякой несправедливости, взял под свое крыло стариков и старух, женщин, увечных, в общем, всех тех, кто не мог участвовать в войне и, по сути, не нес ответственности за преступления своих родичей. Они ушли в проклятые Погребальные Холмы. Через некоторое время объединенная армия заклинателей вторглась туда, и история зловещего Старейшины Илин завершилась. Хорошо, что никто пока не пришел в таверну. Иначе посетитель непременно удивился бы траурной атмосфере, что повисла внутри. Не зная, чем разбавить эту ужасную тишину, Петунья вспомнила о зомби и спросила, а те люди, которых спасал Вэй Усянь, имелась ли у них какая-нибудь отличительная черта? – У каждого клана свои цвета и узор на одежде, – Цзян Яньли если и удивилась вопросу, то совсем немного. Она рассказала немного о том, как одевались заклинатели в ее родном мире. – Клан Вэнь носил белые одежды, украшенные изображениями солнца и языков пламени. Петунья открыла рот. Те мертвецы в кровавом пруду. Пусть их одежды почти истлели, у некоторых на рукавах еще можно было разглядеть рисунок – как раз языки пламени. Она торопливо рассказала, как в этом маленьком мире появился Вэй Усянь, и к концу ее рассказа Цзян Яньли не смогла сдержать слез. – Они его не бросили, – прошептала она. – Он был не один. Как хорошо… Пока она тихо утирала слезы, Петунья передала Лии продукты. Лия унесла их в подвал, потом вернулась и спросила: – Ты ведь не просто так пришла, да? По глазам вижу, какое-то дело есть. Петунья вздохнула. – И все-то ты знаешь. Госпожа Цзян, на самом деле, я пришла просить вас о помощи.