Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Вечером, после посиделок в таверне, Аредэль осталась в Раздоле, как и говорила. Петунья вернулась одна на ферму и долго сидела на крыльце, обнимаясь с Турко и глядя на звезды. Она все никак не выучила их названий. До чего же досадно. Когда время незаметно подошло к двум часам, Петунья не стала пытать судьбу в попытке узнать, что же происходит с миром в этот час, и ушла спать. Засыпая, она слышала, как под ее окном опять бродит грязевой голем. Утром в воскресенье солнечные лучи разбудили ее, проникнув в спальню сквозь окошко. Петунья поднялась и, зевая, распахнула дверь в большую комнату. – Доброе утро… – произнесла она по привычке и осеклась. Потом вздохнула и сокрушенно покачала головой. Совсем забыла, что снова живет одна. «Бина по-прежнему с молодой мисс», напомнила о себе система и пожелала ей доброго утра. – Доброе утро и тебе. Как обычно это бывало по утрам, Петунья уделила время тренировке и искупалась, вытряхнув из кадки сложенную туда накануне стирку. Потом закинула в рот постную пилюлю и поставила на огонь джезву. – Интересно, во сколько будет прогулка? Погода, вроде, позволяет… – но тут кофе закипел, и Петунья выкинула все вопросы из головы. После завтрака она разобрала уже собранные трудолюбивым садовым гномом фрукты и овощи, привычно разделив урожай на три части. Долю мистера Кори, включая, конечно, и фрукты, сразу отправила. Свою – положила в холодильник. А большую часть, что предназначалась для таверны, убрала в кольцо. Сегодня приезжает дядюшка Бальбо. Петунья пойдет за покупками и непременно встретится с Лией. Потом она перестирала все, что у нее накопилось за эти дни, и развесила вещи на просушку позади дома, подальше от чьего-нибудь случайного взгляда. Перекопала огород, поправила шпалеры, обвитые виноградом, проверила волшебную тыкву. Та уже перестала расти, и ее бока понемногу наливались спелым оранжевым цветом. Глядя на тыквину, Петунья вновь задалась вопросом, что же из нее получится, и тут ей пришла в голову идея. – Недостатки! – сказала она, кладя ладонь на круглый бок тыквы. Подаренная Кетер система оценки тут же отреагировала. «Саванская Тыква. Овощ мистического ранга. Выращена из семечка, полученного от фей в дни Цветочных Танцев. В День всех духов из нее что-то появится.» – Очень информативно, – проворчала Петунья. Она и так знала, что это тыква выросла из семечка. – А что значит мистический ранг? Мир заклинателей, пояснила Бина, буквально помешан на иерархиях, рангах и разнообразных классификациях. Практики решают, кто из них главнее или старше, или важнее, основываясь на уровне развития. Говоря простыми словами, сильнейший правит остальными. И точно также любой предмет может быть проранжирован по пяти рангам: смертный, призрачный, духовный, мистический и трансцендентный. «Например, изначальное тело госпожи Ириссэ относилось к мистическому рангу, на что указывает ее название – Мистическая Марионетка. Но прямо сейчас тело, которое молодая мисс достала для нее у старьевщика, может быть с натяжкой отнесено к призрачному рангу, а то и к смертному.» Петунья быстро соображала. Значит, растения в садике Эвансов в Коукворте относятся к смертному рангу. То есть, ничего особенного. Просто еда, к тому же малополезная для культиваторов. Овощи, которые росли на ее ферме, уже призрачный класс. На Ярмарке Петунья узнала, что вещи призрачного ранга весьма ценны. Фрукты на Празднике Середины Лета Элрос назвал духовными. Петунья своими глазами видела, насколько они потрясающи. А эта тыква уже мистического класса… Петунья не удержалась от скептичного взгляда на нее. Тыква как тыква, только уж очень большая. Интересно, что в ней такого? «Ценность мистического ранга не в его внешнем виде, а в его свойствах», намекнула Бина. «Такие овощи и фрукты могут выглядеть не настолько хорошо, как духовные, но за ними все равно будут гоняться». – И что? – не поняла Петунья. «Вероятно, внутри этой тыквы что-то скрыто. Но мы не узнаем, пока не наступит условленный день». – То есть, придется ждать, – подытожила Петунья. Система красноречиво молчала. Петунья еще немного поглядела на тыкву, несерьезно раздумывая, не вскрыть ли ее топором, но все же не стала торопить события. Однако, топор она вытащила. Кустарники и деревья вновь разрослись, подступая ближе к домику и огороду, и их следовало поставить на место. Петунья прорезала кусты и рубила деревья, когда на ферме появился гость. Услышав стук, Петунья поспешила к воротам. За ними, комкая ладошками подол своего простого летнего платьица, так не подходящего осенней погоде, стояла маленькая девочка. На вид ей было лет восемь, рыжие волосы спутаны, а на мокрых щеках темнели разводы грязи. Крохотные ножки, обутые в одни легкие сланцы, уже немного посинели. – Привет. Девочка подняла на нее заплаканные глаза и шмыгнула носом. – Здравствуйте, мисс. Я ищу мандариновую ферму Бельмере. Вы не скажете, в какой она стороне? – Она говорила очень по-взрослому, отчетливо выговаривая каждое слово. Петунье даже пришло в голову, не взрослый ли это, притворившийся ребенком? Она наклонилась. – К сожалению, я не знаю, где это. А тебе очень нужно туда добраться? – Очень, – ответила девочка и с убеждением добавила: – Очень-преочень. Петунья протянула ей руку. – Давай сперва войдем в дом. Ты согреешься и расскажешь мне про эту мандариновую ферму, а я подумаю, как тебе помочь. Что скажешь? Кстати, у меня растут апельсиновые деревья. Девочка долго смотрела на нее большими карими глазами, а потом вложила в ее ладонь свою маленькую ручку и ответила: – Нет, апельсины совсем не то. Малышку звали Нами. А хозяйка мандариновой фермы, которую она искала, была ее приемной матерью. Петунья помыла ее ножки и обернула вокруг них маленькие полотенца, ведь носков подходящего размера у нее не было. Потом она принялась готовить завтрак, а пока Нами довольствовалась стаканом молока и яблоком. Когда она положила в рот первый кусочек, Петунья напряглась. Но ее опасения были напрасными. Атрибут Молнии, скрытый внутри плода, никак не среагировал. Нами жила в деревне Кокояши вместе с приемной матерью и старшей сестрой. В этой деревне все выращивали мандарины, но мандарины Бельмере были самыми вкусными, конечно же. – А потом что-то случилось, – тень набежала на лицо девочки, – и Бельмере ушла. Только я не знаю куда. Я думаю, что она должна быть на ферме. Я шла туда, но заблудилась. Повстречав стольких мертвых людей, Петунья начала понемногу разбираться в них. Но в маленькой Нами она чувствовала какую-то неправильность, пока не сообразила, что та напоминает ей Афину. Видимо, тоже заблудилась во сне, пока отчаянно пыталась отыскать умершую мать. Вот же напасть. И как сказать, что Нами никогда не найти здесь ни мандариновой фермы, ни самой Бельмере? Петунья выложила на тарелку большой пышный омлет, посыпала его мелко нарубленной зеленью и поставила перед гостьей. – Вот, покушай. Когда отдохнешь, мы сходим с тобой в город неподалеку. Может, кто-нибудь сможет рассказать нам про Бельмере. – Или как мне вернуть тебя домой, добавила она про себя. Нами кивнула и принялась жадно уплетать омлет с таким видом, будто в жизни ничего вкуснее не ела. Петунья, чтобы занять руки, взялась очищать розовые бутоны от цветоножек и листиков. Обработанные таким образом цветки она сложила в большую кастрюлю и поставила на огонь, а пока отвар закипал, вытащила из кладовой бочонки. На этой неделе она не делала вина, следовало исправить это упущение. Мысль о том, чтобы сварить вино из роз, привела Нами в благоговейный восторг. Она даже прекратила есть и стала наблюдать, как Петунья добавляет в цветочный отвар сахар и закваску, а потом разливает получившееся сусло по бочонкам, закрывает их и ставит в угол к камину. – Когда я вырасту, я сделаю вино из мандаринов! – решительно заявила Нами по окончании сего действа и продолжила есть. Петунья согласилась, что, конечно же, сделает, а сама взяла лист бумаги и быстро написала на нем несколько слов. Затем сложила журавлика и наиграла на флейте почтовую мелодию, держа в уме образ рыжего мага с разноцветным зонтиком. Журавлик выпорхнул в приоткрытую дверь и был таков. Петунья проводила его взглядом. Она надеялась, что Рейнир будет вовремя. Не просто так же она написала дату и время.