Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

– Что это? – Петунья, не мигая, уставилась на странное явление. Поморгала, прогоняя резь в глазах, и на всякий случай зажмурилась, надеясь про себя, что ей всего лишь почудилось. Просто причудливый рисунок на облаках или что-то вроде того. Но тень никуда не делась. Петунья нахмурилась. Чем больше она разглядывала тень, тем больше деталей подмечала. Похоже, тень принадлежала высокому и худому человеку (она старалась не думать, как этот человек оказался выше облаков!), на голове он носил цилиндр, в правой руке держал что-то вроде большой толстой сигареты, а левой опирался на трость. Человек стоял, будто размышляя, в какую сторону ему отправиться. «Броккенский призрак» нарушила молчание Бина. «Так называется это природное явление. По сути своей это всего лишь отражение тени наблюдателя на облаках. Однако, как правило, увидеть его можно в горах.» – Но мы не в горах, – указала на очевидное Петунья. Она отвела взгляд, а когда вновь уставилась на тень, то заметила, что рука с большой сигаретой поменяла свое положение. Человек собирался сделать затяжку. Или же ей и правда показалось. Она несколько минут изучала тень, но единственным результатом было слово «сигара». Да, этот облачный незнакомец курил сигару. Петунья с усилием отвела глаза. – Так, забыли. У меня еще уйма дел. Стараясь не поднимать взгляд наверх, она вернулась в дом, собрала подношения, чтобы умилостивить садовых гномов, разбросанных по всему маленькому миру, и отправилась в путь. Первым искать она отправилась Медвегнома. Он был ближе всех. Великое Зеленолесье встретило ее разрушениями. Как и на ферме, повсюду лежали сломанные деревья. Они лежали поперек тропы, преграждая путь, и Петунье пришлось хорошо поработать топором. Собирая разлетающиеся в стороны поленья, она поглядывала по сторонам, пытаясь угадать, где же прячется гном. Она нашла его у останков древесного великана. В этом могучем дереве Петунья подозревала останки энта, но у нее все никак не выдавалось времени проверить эту теорию. А теперь его старый, подточенный жуками-древоточцами ствол рухнул, погребя под собой молодую поросль, и только широкий пень остался стоять. Внутри него и прятался от стихии Медвегном. Рядом с ним лежали заботливо собранные им дары леса. Пробравшись к гному, Петунья внимательно его осмотрела. К счастью, Медвегном пострадал не сильно. Всего лишь краска слегка потрескалась. Но эту неприятность легко удалось решить всего лишь одной баночкой меда. Петунья собрала грибы и ягоды и погладила гнома по колпаку в знак признательности. – Большое спасибо, – и почти услышала в ответ довольное рычание. Но это уж точно было только ее воображение. Следующим пунктом в ее плане был пляж. Преисполненная самых нехороших предчувствий, она прошла между скал, отделяющих город от морской зоны, и не сдержала изумленного присвиста. Ровный белоснежный песок был перепахан так, будто по нему наперегонки трактора гоняли. Куда ни кинь взгляд, всюду лежали комья выброшенных на берег водорослей, плавник и прочий морской мусор. Но, к счастью, и бунгало, и «Следующий за звездами» уцелели. Эарендиль, вооружившись большой киянкой, чинил причал. Своей очереди ждал сарайчик. С него сорвало крышу, но стены устояли. – Вот это был шторм, Мириэль! – звонко воскликнул мореход. Глаза его сверкали эхом ночного буйства. – Я много штормов повидал на своем веку, но такого еще не было! Он пустился живописать, как стоял на пороге бунгало, а огромные волны высотой с небольшую гору одна за другой накатывали на берег, грозя смыть пляж в морскую пучину, а Петунья вспомнила как море поглотило белый город из ее сна, и по ее коже пробежали мурашки. Ей не очень хотелось слушать, но из вежливости она дослушала рассказ родича до конца и только в конце сказала, как хорошо, что его лодка не пострадала. Узнав, что она пришла навестить приливные бассейны на маленьком островке недалеко, Эарендиль из обломков соорудил примитивный понтонный мост, и Петунья перешла на ту сторону практически не замочив ног. Как же там было намусорено! Из-за небольших размеров островка казалось, что мусора и грязи ему досталось больше, чем пляже по соседству. Петунья сгребла граблями в сторону пучки водорослей и деревяшки, вручную вычистила нанесенный в водоемы песок. Бедную Купальщицу практически погребло под мусором и песком, но поэтому же она совершенно не пострадала. Петунья осторожно высвободила ее из плена, отряхнула и поставила в чистый бассейн. – Погоди, пока я закончу, – и Петунья закончила уборку. В процессе она вытащила из бассейнов сегодняшний урожай: нескольких морских ежей, пару красивых кораллов, россыпь мидий и одного большого жирного тунца. На прощание Петунья повязала гномке красивую ленту, чем привела ту в совершеннейший восторг. Раздол, к счастью, пострадал не сильно. Когда Петунья вошла, горожане, вооружившись метлами и прочим инструментом, приводили улицы в порядок: сметали мусор, поправляли клумбы, возвращали на место сдвинутые ураганом скамьи и кадки с цветами. Все были заняты, и никто не подходил к палатке нового торговца. Петунья подошла посмотреть на товары и перекинуться парой слов. Торговец оказался понимающим, и не жаловался, что люди торопятся навести порядок после ночного урагана, а не выстраиваются в очередь за его товарами. Петунья купила у него пару пакетиков саше и ароматическую свечу. В таверне Лия встретила ее с распростертыми объятиями. Буквально. Она вышла из-за стойки, обняла ее, а потом тщательно осмотрела со всех сторон. – Ты не пострадала? – Удостоверившись, что Петунья не ранена, Лия вернулась за стойку. Свежие морепродукты привели ее в восторг, она принялась их сортировать, не забывая, впрочем, и поделиться впечатлениями. – Вот это ночка выдалась! Пару раз я даже подумала, что меня вместе с таверной подхватит ураганом и закинет далеко, куда Вирт телят не гонял. – Лия ненадолго отлучилась, унося продукты в подвал, а когда вернулась, закончила: – Ты вовремя нас предупредила. Мы успели подготовиться, потому так мало повреждений. Да и люди не так сильно испугались. Вот в саду при больнице, наверное, кошмар. Да и там, наверху, – Лия махнула рукой наверх и назад, имея в виду главный дворец и прилегающие к нему постройки. Хотя в городе было уже много жителей, никто не торопился селиться на верхних уровнях. На памяти Петуньи только Элрос жил там, да и то недолго. – Тебе как обычно? Лия быстро сварила большую чашку двойного эспрессо и добавила к нему сладкий пирожок. Когда Петунья, угостив гнома-городового за его верную службу, вернулась, ее уже ждал бумажный пакет с фирменными ягодными конвертиками. Петунья прибрала пакет и вытащила из кольца давешний сверток. – Лия, глянь-ка, что мне принесли. Экспериментальный темный камень души, или что-то вроде. При этих словах Лия, весело хлопочущая за стойкой, замерла. Краска схлынула с ее лица, а глаза потемнели. Кончиком ножа она осторожно развернула кожу и уставилась на черный камень внутри. Спустя один долгий взгляд она протянула руку и пальцем коснулась его маслянисто бликующей поверхности, и тут же отдернула, будто обожглась. – Это и правда… – она испытующе посмотрела на Петунью. – Мириэль, откуда это у тебя? И, во имя всего святого, каким образом ты узнала, что это такое? Ой. Петунья смутилась. Она как-то не подумала, что ей и в самом деле не откуда знать про всякие странные вещички из родного мира Лии. Она уже почти решилась рассказать, но Бина ее остановила. – Прости, – повинилась она. – Есть один секрет, но я не могу его рассказать. К счастью, Лия приняла эту отговорку. Взамен Петунья рассказала, что каждое воскресенье к ней на ферму прилетает чудесный золотой ворон с тремя лапами. За еду и питье он приносит ей всякие разные вещички – от монет и таблеток до удивительных сокровищ. И вчера он как раз принес этот шерл. Лия молчала. По лицу ее читалось, что она о чем-то размышляет. Петунья не прерывала его, терпеливо ожидая истории. Наконец, Лия тяжело вздохнула. – Золтун Кулл, – произнесла она, и не понять было, чего же больше звучало в ее голосе: искренней неприязни или столь же искреннего восхищения, – был великим магом из Ордена Хорадримов еще до того, как дядя присоединился к ним. Вместе со своими товарищами он охотился на воплощения трех великих зол, чтобы поймать их и заточить в драгоценностях, называемых «камнями души». Золтун Кулл был хранителем камней. Исследуя камни души, он замыслил создать особенный артефакт, который мог бы вместить в себя не одну, а множество душ, как демонов, так и ангелов. Так появился Черный Камень Души. По лицу Лии пробежала тень, и Петунья запоздало вспомнила, что ее подруга как раз и погибла из-за собранных вместе душ демонов. Осторожно подбирая слова, она робко спросила, как же этой штукой пользоваться. Лия пожала плечами. – Оригинальные камни души, созданные Тираэлем, нужно было специально настраивать на каждого отдельного демона. Черный Камень Души действует по той же схеме. Просто помести его в демонические эманации, чтобы он впитал их, а потом коснись им демона – и дело в шляпе. – Лия пододвинула Петунье вновь завернутый в кожу камень. – Но будь осторожна. Черный Камень Души не может долго удерживать в себе души без последствий. Понемногу из него начинают просачиваться демонические эманации, и тому, кто попадет под их воздействие, не поздоровится. Петунья тут же пообещала, что непременно будет осторожна. Если, конечно, вообще соберется этим камнем воспользоваться. Как он вообще может ей пригодиться? Во всей округе ни одного демона! Видеть подругу подавленной было совестно, и она неуклюже перевела разговор на тень в небе. Лия была заинтригована. Она поспешила выйти наружу, чтобы понаблюдать сие явление собственными глазами, и Петунья, вышедшая за ней следом, не сдержала вскрика. По сравнению с утром, тень изменила свое положение. Человек в цилиндре и с тростью сделал шаг вперед, а из его рта вылетали еле заметные клубы сигарного дыма.