Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Петунья взобралась на высокий барный табурет и легла на стойку. И даже не отреагировала, когда Лия осторожно потыкала в нее пальцем. Только простонала, что у нее сейчас руки отвалятся. И спина. На помощь тут же была призвана Морджианна. Девушки в четыре руки подхватили Петунью, отнесли на второй этаж и, уложив на кушетку в кабинете, подвергли сеансу массажа. Под ловкими и умелыми руками джинны ноющая боль в мышцах истаяла, и Петунья повеселела. Пока Мор массировала ее руки, она в свою очередь придирчиво оглядела джинну и увиденным осталась довольна. Благодаря звездной капле джинна почти излечилась от своей хвори. Хотя небольшое отверстие в ее ауре так и не затянулось, но также оно и не расширялось, и убыль магической силы почти полностью сошла на нет. Пока Морджианна не колдовала ничего сложнее чар для красоты или уборки, она была в порядке. – Что произошло? – Лия показалась на лестнице. Она несла перед собой небольшой поднос с кофе и ягодными конвертиками. Петунья с благодарностью приняла угощение и за чашкой кофе поведала о своих утренних приключениях. Услышав о странном старике, который, возможно, и отбрасывал ту вчерашнюю тень, девушки поднялись на обзорную площадку на третьем этаже, откуда весь город был как на ладони, а круглая площадь перед таверной просматривалась особенно хорошо. – Вон тот? Пока Петунья жаловалась на жизнь, мистер Самеди времени даром не терял. Собрав вокруг себя небольшую компанию горожанок, он наслаждался жизнью, а его руки были где угодно, но только не на подлокотниках его коляски. – Отвратительно, – провозгласила Петунья и залпом допила остатки кофе. Лия отправила Мор выяснить, какие товары привез иноземный купец. Джинна, которой не терпелось поговорить с купцом и разузнать что-нибудь о своей родине, умчалась. А Лия и Петунья спустились на первый этаж. На чистом листе бумаги Лия быстрыми движениями нарисовала схематическую карту города и принялась подписывать на полях важные объекты. – Если был поезд, значит, скоро прибудут новые посетители, – пояснила она, не отрываясь от своего занятия. – Я оставлю для них немного полезной информации на доске объявлений. Так они будут знать, к кому можно обратиться, если у них возникнут какие-либо просьбы или проблемы. – Очень продуманно, – похвалила Петунья. Помогая повесить схему на доске объявлений, что висела у входа, Петунья не удержалась и выглянула в окно. На площади было без изменений. Мистер Самеди что-то рассказывал, а окружившие его дамы весело хохотали. Одна, особенно смелая, уже сидела у него на коленях, и, кажется, не возражала, против его руки у себя под юбкой. Петунья осуждающе поджала губы. И что они все в нем нашли? Лия тронула ее за плечо, заставляя отвлечься от происходящего снаружи, и повторила вопрос. Она спрашивала, какие у Петуньи планы на день. – Я собиралась делать таблетки, а потом спуститься в шахту, но… – Петунья не удержалась от тяжелого вздоха. Это утром она строила планы, а теперь ей нужно сопровождать гостя. Пусть и не очень вежливо, но он попросил ее о помощи. Она должна помочь. – Что за таблетки? – заинтересовалась Лия. Пришлось дать ей на пробу постную пилюлю. Компактность и уровень сытности трактирщица оценила весьма положительно, но вот вкус оставил ее разочарованной. Да, постные пилюли не были предназначены нести радость вкусовым сосочкам, и до недавнего времени Петунья не видела в этом ничего плохого. Но Лия спросила: – Почему бы не сделать их со вкусом хорошей отбивной? Или грибного супа? Наконец, со вкусом сладкого пирожка? – Кто сказал «сладкий пирожок»? – раздался знакомый голос, и Оле Лукойе собственной персоной приземлился на соседний табурет. – Привет всем! Сестрица Лия, твоих яблочных конвертиков и кофе! Тотчас же перед ним появилось заказанное. – Ты изменил сидру? – Лия, посмеиваясь, налила ему кофе. Оле Лукойе, однако, шутку не поддержал, хотя обычно первый же над собой и смеялся. Он тяжело вздохнул. Петунья посмотрела на него чуть внимательнее и заметила, как устало он выглядел. Ярко-рыжие волосы потускнели, а под глазами залегли тени. Все указывало на то, что маг сновидений толком и не спал последние несколько суток. Слопав сразу пару штук конвертиков, Рейнир разговорился. Оказалось, не так уж Петунья была неправа. Последние несколько суток Оле Лукойе не приходилось спать и пары часов. По всему миру приближался День всех духов. По традиции, в эту ночь злые духи и кошмары вырывались на волю и бесчинствовали, наводняя людские сны ужасами и страхами. Потому-то Оле Лукойе и сбился с ног, пытаясь защитить сны всех детей, в то время как взрослым предстояло справлять с этой напастью самостоятельно. – Значит, он и правда скоро. День всех духов. Рейнир проглотил большой кусок пирожка, чтобы не говорить с набитым ртом, и подтвердил, что да, буквально через пару дней. Узнав, что Петунье пока не приходило приглашение, он любезно попросил ее стать его парой. Тогда она сможет попасть на праздник, даже если ее не пригласят. Этот план был хорош во всех отношениях. Однако, кое-что Петунью смущало. Осеннее празднество проводилось Неблагим Двором, а все легенды сходились на том, что ждать хорошего от этих фей не приходится. Уже удача, если они не удостоят человека своим вниманием и просто пройдут мимо. – Репутация Неблагого Двора, конечно, такая себе, – Рейнир поспешил развеять ее сомнения, – но время праздника – священно. На все его время устанавливается договор о ненападении. Никто не пытается никого убить или проклясть. – Петунья не удержалась и наябедничала, что на Празднике Середины Лета русалки пытались ее утопить. Рейнир только отмахнулся. Мол, русалки есть русалки. Игры у них такие дурацкие. Затащат в воду и только. Никакого ущерба, кроме мокрой одежды и подмоченной репутации. – Зато на празднестве ты сможешь познакомиться с другими такими же как ты. Я слышал, пожалует сам Барон Самеди. Среди проводников душ он самый могущественный и влиятельный. Ты многому научишься, если даже просто поговоришь с ним. Барон Самеди. Какое знакомое имя. Петунья не сдержалась и бросила быстрый взгляд в окно. На коленях старика сидели уже две девушки, а еще две пытались примоститься на поручнях его коляски. Да ладно. – С чего бы вдруг этому барону приходить на праздник в такой маленький мир как наш? Рейнир откашлялся, прикрыл рот ладонью и приглушенным голосом поделился с ними последней сплетней. Оказывается, Барон Самеди не так давно был пойман с поличным с какой-то третьесортной богиней. Его супруга осерчала, а потому Барон теперь спешно ищет подарок, чтобы загладить свою вину. Последний кусочек паззла встал на место. Петунья показала Рейниру на картину за окном, и он некрасиво и смешно вытаращил глаза. – Ох, – проронил он, – кажется, Маман Бриджит и правда рассердилась не на шутку. Надо же, как Барона припекло, что он решился сюда войти. – Но с тобой все в порядке, – указала Петунья. – Это потому, что я твой друг! Они продолжили свое наблюдение. Как ни странно, никто – ни горожане, ни купец, – не пытались призвать распоясавшегося престарелого ловеласа к порядку, а женщины так и млели и льнули к нему. Невероятно. – Ничего удивительного, – Рейнир беспомощно развел руками. – Как я и говорил, Барон Самеди обладает могуществом. Не всякий может позволить себе приструнить его… кстати. – Он посмотрел на Петунью, его зеленые как молодая листва глаза вспыхнули веселым огоньком. – Мириэль, а ведь тебе выпал уникальный шанс. Если ты потрафишь Барону, то на празднике тебе не придется ни о чем беспокоиться. Все, что тебе нужно, это найти подарок для Маман Бриджит. И, на твою удачу, я совершенно случайно знаю, какие вещи она особенно любит. Петунья уставилась на него, ожидая продолжения. Рейнир поднял перед собой указательный палец. – Первое: черный хлеб. – Петунья покачала головой. Мимо. Средний палец присоединился к указательному: – Второе: крепкий ром или коньяк. – Снова мимо. Ее ферма могла похвастаться разве что слабеньким цветочным вином. Безымянный палец распрямился. – Третье: жареный арахис или зерна черного кофе. Петунья уже собралась сказать, что все три раза угодили мимо, и ничего из перечисленного у нее нет, как остановилась. Когда-то весной она купила у дядюшки Бальбо кустик кофейного дерева, посадила и благополучно выкинула его из головы. Кофейные зерна она, как и все, покупала у дядюшки уже обжаренными, а среди собираемого с фермы урожая ей ни разу не попадалось кофейных ягод. Рейнир правильно истолковал выражение на ее лице и показал ей на дверь. Одна нога здесь, другая – там. А уж он постарается и задержит Барона, пока Петунья не вернется с подарком. Она попыталась было возразить, что второго поезда сегодня не будет, но он только глаза закатил. – По-твоему, Барону Самеди нужен какой-то поезд-призрак? Просто это сюда он не мог попасть никак иначе. А когда захочет уйти – его никто не удержит.