Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Письмо было смято и перепачкано в грязи. С обратной стороны к бумаге прилипли несколько травинок и отпечатались следы мелких лесных животных. Похоже, письмо, не успев попасть в почтовый ящик, пролежало на земле, среди травы и опавших листьев. По словам Аредэль, она нашла его случайно. Пока шла на ферму, порыв ветра выкинул ей навстречу смятый ком бумаги, она подобрала его и из любопытства развернула. А там – такое. Петунья аккуратно расправила лист и вчиталась в покрывающие его строки. Это было самое большое и подробное письмо, какое она когда-либо получала от мистера Кори. В письме он предупреждал ее, что среди всех фейских праздников День всех духов, устраиваемый Неблагим Двором, самый опасный, и принимать в нем участие, не подготовившись как следует, весьма рискованно. Мистер Кори любезно перечислил опасности, которые подстерегали на торжестве – среди них значился и Безумный Пунш, пить который он просто не рекомендовал, и слишком активные танцы, потому что многие феи Неблагого Двора по сути своей были энергетическими вампирами. Плюс, среди них было множество неупокоенных призраков, весьма охочих до энергии живых. Самый большой абзац был посвящен Безумному Королю, суть которого сводилась к простому предостережению: не попадайтесь ему на глаза! Петунья не сдержала улыбки. Интересно, что сказал бы мистер Кори, узнай он, что она не просто попалась Безумному Королю на глаза, но и всю ночь была его Королевой Осени? К счастью, ей снова повезло, и она вышла из этой переделки без особых потерь, даже с прибытком. Продолжалось письмо подробной инструкцией (ею, видимо, Аредэль и воспользовалась, когда встречала Петунью) как прийти в себя после праздника и минимизировать его последствия. Среди рекомендаций были и горячая ванна, и богатая атрибутом ян пища, и многое другое. Письмо заканчивалось пожеланиями всего наилучшего и словами о скорой встрече. Петунья перечитала письмо еще раз и задумалась. Определенно, получи она это послание вовремя, то извлекла бы для себя немалую пользу. А если бы не ее мистическая способность красть удачу у Небес, то кто знает, может, это она лежала бы на руинах Лориэна с расколотой тыквой вместо головы. Так что вопроса, зачем кому-то было красть письмо, даже не возникает. Гораздо интереснее узнать другое. Кому было нужно навредить ей, и кто украл письмо? Но сколько бы Петунья ни думала, другой кандидатуры, кроме той зубастой тени, у нее не было. А еще – маленького грязевого голема, что несколько ночей подряд бродил под ее окнами. Он был безвредный, и она довольно быстро перестала его замечать. Что, если?.. Она сжала кулак и пообещала себе, что в ближайшие же дни займется этим вопросом. Выследит ту тень и поговорит с ним… по душам. – У тебя появились идеи? – проницательно спросила Аредэль. Выслушав ее догадки, она предложила: – Пойдешь на поиски этой твари, обязательно возьми меня с собой. Если я и не смогу поймать ее собственными силами, то лишней моя помощь в любом случае не будет. Так и решили сделать. Потом они вдвоем отнесли долю урожая, что причиталась мистеру Кори, до ларя. По пути Аредэль выспросила в подробностях, что же было на празднике, и Петунья не стала скрывать от нее почти ничего. Кроме, пожалуй, придержала при себе информацию о видении в Зеркале. – Завтра уже зима, – добавила Петунья. – Может, позовем Эарендиля, и я свожу вас в Лориэн? Ну, то, что от него осталось? Заодно, если ты не против, сможем навестить могилу Арвен. Уговаривать Аредэль не пришлось. В конце концов, Арвен приходилась ей дальней родственницей. Петунья написала письмо-журавлика с просьбой Эарендилю прийти на ферму и отправила его. – А что это за новая постройка у тебя появилась? Аредэль показывала на здание теплицы, выросшее за ночь в стороне от дома. Утром Петунье было немного не до того, и она попросту его не заметила. Теплица была роскошная. Высокая, выкрашенная в белый цвет, с большими прозрачными окнами и стеклянной крышей. Заглянув внутрь, Петунья увидела большое пространство, покрытое жирной черной почвой. Когда она открыла дверь, ей в лицо пахнуло теплым и влажным воздухом, щедро перемешанным с запахом только что вскопанной влажной земли. Войдя, Петунья не смогла сделать радостного возгласа. Она знала! Она была права! Теплица и вправду, как и все прочие здания на ферме, была внутри больше чем снаружи! Конечно, ее внутреннее пространство никак не могло сравниться с разбитым снаружи огородом, но! Петунья на глазок оценила доступную площадь и пришла к выводу, что сможет посадить тут не только фруктовые деревья и травы, но и останется место для цветов, пшеницы и кое-каких овощей. И еще для шезлонга, чтобы холодными зимними днями насладиться летним теплом и свежей зеленью. Петунье не терпелось заняться делом. Она достала брошюру, сверилась со схемой травяного сада, что присмотрела немногим ранее, и, вооружаясь лопатой и призвав на помощь Аредэль, выкопала ямы под деревья. По плану деревьям полагалось быть посаженными вдоль стеклянных стен, оставив внутреннее пространство травам и цветам, но в четырех местах, сориентированных строго по сторонам света, Петунья оставила просветы. Когда теплица была готова к пересадке деревьев, на ферму явился Эарендиль. По пути он навестил садовых гномов, что отвечали за пляж и лес, и принес Петунье собранные маленькими помощниками деликатесы. Втроем они бережно выкопали каждое дерево и пересадили их в Теплицу. Весь фруктовый сад, включая кофейное дерево, удобно расположился на отведенных им местах, встав зеленой стеной, и только яблоню Петунья пересадила в центр теплицы. Согласно рекомендациям брошюры, для настоящего травяного сада требовалось подготовить особенную формацию. Она состояла из пяти растений – каждое из которых имело один из основных атрибутов, – расположенные в нужных местах, они создавали настоящий травяной сад, место, в котором растения могли медленно и неуклонно эволюционировать, повышая свой ранг. Жаль только, что у Петуньи была только яблоня – растение с атрибутом молнии. Именно поэтому она и была посажена в центре, чтобы, когда формация будет завершена, стать ее ключевым элементом. Под яблоней Петунья высадила лекарственные травы. Пришлось снова воспользоваться Небесным Оком, чтобы отделить растения духовного ранга от прочих. Их Петунья выкопала, а после попросила садового гнома собрать урожай с оставшихся. Она не была уверена, что растения смертного ранга переживут зимние морозы. Незанятый клочок земли в теплице Петунья частично засеяла золотым зерном, а на оставшемся месте решила посадить цветы. Нужно только купить семена. Травяной сад был готов. Петунья окинула засаженную растениями теплицу гордым взглядом. После пересаживания деревья и травы выглядели не очень свежо, но Петунья полила их заранее подготовленной водой, настоянной на духовном камне. Согласно брошюре, регулярный полив поможет растениям приспособиться к новому образу существования. – Может, кофе? Эарендиль не отказался. Оставшись жить в этом маленьком мире, он почти моментально пристрастился к этому напитку, и даже учился у Лии хитростям кофеварения. Впрочем, стоило им сесть за стол, как снаружи раздался вороний грай, и крупная золотая птица с тремя лапами постучалась в окно. – Курво! – Аредэль впустила ворона в дом, и он сам запрыгнул ей на руки и принялся ластиться. Петунье тоже было позволено погладить его золотое оперение, а Эарендиль удостоился лишь резкого предупредительного крика. Моряк только руками развел. Петунья достала самую большую миску, насыпала в нее зерна и добавила ягоды и лесные орехи. Курво благосклонно каркнул, принимая угощение, и, прежде чем приступить к трапезе, передал ей небольшой мешочек. Внутри лежали четыре семечка. Петунья по очереди коснулась каждого, применяя оценку, и недоверчиво рассмеялась. Одно семечко принадлежало цвет-папоротнику, редкому виду цветущего папоротника, имеющего яркий атрибут огня. Вторым был цветок с атрибутом воды – Аглаофотис Пионовидный, точно такой же как тот, который выиграла весной профессор Спраут. Атрибут дерева имел баранец, магическая разновидность хлопка. В его коробочках находилась не вата, а крохотные овечки, которые, между тем, давали прекрасную качественную шерсть. За атрибут металла отвечал цветок «моли», описанный в «Одиссее». С белым цветком, но черным корнем, он был похож на сверкающую сталь, добываемую из темных глубин земли. Кофе остался забыт. Все пошли смотреть, как Петунья будет устанавливать формацию. С помощью маятника Петунья определила, какое семечко где лучше посадить. Цвет-папоротник она посадила на юге, противоположный ему аглаофотис – на севере, баранец – на востоке и моли – на западе. Вместе с каждым семечком она положила по духовному камню, благо, заботами дорогой Цзян Яньли, у Петуньи скопилось их несколько штук, а потом полила. Буквально за несколько минут из земли проклюнулись крохотные росточки, и Петунья ощутила, как внутри теплицы возникло напряжение духовного поля. И вот так Петунья создала свой первый травяной сад.