Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Петунья с неудовольствием рассматривала лежащие на столе аккуратные голыши очищенного кварца. Она несколько часов не отходила от горна и что в итоге? Заготовки, которые едва дотягивают до среднего качества. «Почему бы мисс не попробовать самой?» предложила система. Вчера, в запале безнадежного боя, она несколько раз называла Петунью хозяйкой, а сегодня вернулась к прежнему обращению. Видя, что Петунья не совсем понимает, система мягко упрекнула ее в забывчивости: «Служащая Гильдии сказала, что очищенный кварц получают методами вооружения». Петунья демонстративно хлопнула себя по лбу. И правда, Тилиоте говорила. Просто подсказка из телевизора пришлась так вовремя, что все прочее вылетело из головы. Система мудро заметила, что ничего страшного. Зато теперь мисс точно знает, что нужно делать. – Тогда присмотри за мной, хорошо? Петунья села в позу лотоса. Поверх скрещенных лодыжек положила сложенные чашей ладони, где лежал кусок кварца. Этот образец был не так плох, как предыдущие, но в его внутренней структуре тоже была трещина и мутная область, из-за чего его ювелирная ценность снизилась. К этому моменту Петунья так ловко навострилась обращаться с собственным пламенем, что хватило одного движения мысли, чтобы вокруг ладоней вспыхнул огонь. Его языки быстро перекинулись на минерал в руках. Нагревшись от огня, кварц начал светиться. Сперва слабо, он разгорался все ярче и ярче в полном согласии с повышением температуры. Вскоре он светился также ярко, как полная луна в ночном небе, и Петунья, чтобы поберечь глаза, закрыла веки и полностью сосредоточилась на движении духовной энергии. Это было похоже на то, как она следила за готовностью пилюль в печи, не имея возможности заглянуть внутрь до конца рафинирования. В соответствии со своими ощущениями она регулировала температуру и силу огня, заставляя внутреннюю структуру камня плавиться и перемешиваться, чтобы сложиться в новом, более правильном порядке. В один момент, когда стало ясно, что очищение завершено, Петунья медленно погасила огонь и поглотила излишки жара из минерала. Она открыла глаза и увидела результат эксперимента. В ее ладонях лежала неправильной формы сфера, чуть сплюснутая сверху и снизу. Изнутри нее пробивался нежный и мягкий свет. «Мисс хорошо потрудилась» вполне искренне похвалила Бина, и Петунья покраснела от удовольствия. – Интересно, какого он качества… Петунья бросила быстрый взгляд на предыдущие образцы. Рядом с этим они казались просто случайно подобранными булыжниками. Оценка показала, что очищенный при помощи духовного пламени кварц достиг пятидесяти девяти процентов очистки и находился на вершине смертного ранга. Для сравнения, чистота предыдущих образцов едва перевалила за отметку в тридцать с небольшим. – Это ведь хороший результат, да? «Это отличный результат!» с энтузиазмом заверила ее Бина. «С таким показателем мисс могла бы претендовать на звание старшего ученика в Гильдии Мастеров Вооружения. Если бы, конечно, состояла в ней». Затем система рассказала, что оценка качества для полуфабрикатов и заготовок смертного ранга варьируется от сорока до пятидесяти процентов, при этом, чем выше это число, тем лучше навыки и чище огонь ремесленника. – Хм, – сказала Петунья и покачала ладонью, любуясь тем, как в гладкой поверхности сферы отражаются кузница и она сама. – Значит, те три штуки я не смогу сдать в качестве задания, раз они не дотягивают до стандарта… «Мисс может провести повторную очистку». Чуть позднее, чем наступил обед, Петунья закончила. Она сложила в карту пять кусков очищенного кварца среднего качества в сорок три-сорок пять процентов, а тот один, который получился лучше всех, припрятала для себя. Вместе с отложенной когда-то давно ее самой первой пилюлей, он будет напоминать о важных вехах ее новой жизни. Прибравшись в кузнице, Петунья потратила время на то, чтобы усвоить полученные в процессе работы духовную энергию и огненный жар, а после, почувствовав голод, отправилась пообедать в город. На площади уже стояла знаменитая повозка дядюшки Бальбо, и двое хоббитов, отец и сын, вовсю торговали. Петунья остановилась посмотреть, нет ли у них чего новенького, пока господин Тук на все лады расхваливал свои товары перед двумя незнакомыми горожанами. Когда он освободился, настало время для их традиционной чашечки кофе. Они обменялись новостями – дела у хоббита шли весьма и весьма неплохо, судя по тому, как округлилось его брюшко, и по выглядывающей из часового кармашка золотой цепочке, – и Петунья показала ему список ингредиентов для рождественского пудинга. В рецепте, помимо хорошо знакомых пшеницы, яиц, молока и цукатов, были и другие, более фантастические вещи. Например, чего стоили только пятьсот грамм говяжьего жира, но обязательно от коровы камадхенской породы. Или чайная ложка соли, но непременно с берегов Мертвого моря. Петунья, еще когда присмотрела рецепт в журнале, сразу подумала, что большинство ингредиентов найдутся на ее ферме, но эти поставили ее тупик. Впрочем, мало что могло по-настоящему озадачить предприимчивого хоббита. Дядюшка Бальбо прочел список, почесал в затылке, крякнул и заявил, что найдет даже звезду с неба, но не прямо сейчас и даже не в следующий свой визит. Петунья настояла на том, чтобы внести часть оплаты вперед, и они расстались весьма довольные друг другом. В таверне ей сказали, что Декард Каин ушел рано утром. – Дядя особо не распространялся, – говорила Лия, деловито выставляя перед Петуньей тарелки. На первое был суп, на второе – рагу, а на десерт чашка горячего шоколада. – Обмолвился только, что после… ну, в общем, ты знаешь, после чего, очутился в Пандемониуме и продолжил сражаться с демонами и там. В их войске он один из немногих, кто может покидать мир без вреда для себя. Вот почему именно он отправился на поиски камня. Петунья почувствовала себя виновато, что старик ушел с пустыми руками. Лия, заметив, как она приуныла, тут же успокоила ее, сказав, что дала дяде с собой столько бутылок с сидром, сколько у него получилось унести. В борьбе с демонами питье с атрибутом молнии будет куда полезнее, чем экспериментальный темный камень души. Петунья с удовольствием пообедала. И суп, и рагу были превосходны как по вкусовым качествам и внешнему виду, так и по духовной составляющей. То, что попало в тело Петуньи с каждой ложкой, еще не могло называться полноценной духовной едой, как у Цзян Яньли, но и обычной пищей уже не было. Петунья похвалила подругу, без стеснения использовав слова системы. – Мне просто повезло встретить хорошего учителя, – отмахнулась та, но было видно, что похвала ей приятна. Горячий шоколад был великолепен. Густая сладость подчеркивала острую жгучесть красного перца, и Петунья чуть язык не проглотила, до того это было вкусно. Лия поделилась с ней рецептом и частью какао-бобов, купленных на прошлой неделе у купца-араба. – Затарилась с запасом, – она нырнула под стойку и вытащила увесистый сундучок, доверху набитый разнообразными специями. – Ты как? В порядке? На соседний стул приземлился Аредэль, заказала напиток и уставилась на Петунью. – Я в порядке, не волнуйся, – Петунья подскочила и покрутилась вокруг себя, демонстрируя свое здоровье. – С утра была малость сонная и вялая, но после завтрака вернулась в норму. Все же, рассказывать кузине о темной искре в своем теле Петунья не стала. Система сказала, что она может сама разобраться в этой ситуации, а потому нет смысла бестолку волновать родных. – Не хочешь сходить со мной в шахту? – неожиданно вырвалось у нее. Аредэль тут же согласилась, будто ждала этого предложения. Они закончили трапезу и, попрощавшись с хозяйкой, вышли на улицу. Укрытый снегом Раздол выглядел точно сказочный город с рождественской открытки. Идя по улице, Петунья бессознательно ожидала услышать звон колокольчиков и увидеть пролетающую по небу упряжку с оленями. Она поделилась этим с Аредэль, но та не поняла, что в этом смешного. Новый год эльдар праздновали ранней весной, когда отступали последние зимние морозы. Они поднялись в горы. Первым на их пути возникла заброшенная сторожка егеря, и Аредэль захотела непременно туда зайти. Петунья сперва осталась ждать ее снаружи, но потом, не утерпев, сунула любопытный нос в дверь. Внутри царила разруха. На покрытом пылью полу отпечатались следы мужских ботинок с рифленой подошвой, размера эдак шестидесятого. Петунья поджала губы. Галворн точно был здесь. – Значит, это здесь он меня оставил? Аредэль оглядела скудную, полуразрушенную обстановку. У кровати валялся сундук. У него не хватало нескольких скоб, а крышка держалась на честном слове. Кажется, кто-то, не найдя в сундуке своего сокровища, очень сильно разозлился. Аредэль со всех сторон осмотрела ящик, потом изловчилась, подцепляя что-то пальцами, и с силой вырвала фальшивое дно. Под ними нашлись два кольца из необычно темного сплава. Аредэль держала их с осторожной брезгливостью, как мерзкое отвратительное насекомое, но при этом выражение ее лица было нарочито бесстрастным. – Это… были наши свадебные кольца, – произнесла она, хотя Петунья ни о чем не спрашивала. – Он сковал их сразу после того, как я согласилась выйти за него. И до самого конца, даже умирая от яда, я носила одно из них на своей руке. Не знаю, когда он успел его снять… – Она с усилием отвела взгляд от колец, завернула из в первый попавшийся лоскут ткани и протянула Петунье. – Послушай, Мириэль. Можешь попросить дядю? Хочу избавиться от них. Чтобы даже крошки этого жуткого металла не осталось. Кольца, не смотря на размеры, оказались неожиданно тяжелее, чем Петунья ожидала. Она украдкой коснулась их, применяя оценку, и узнала, что сплав этот называется галворном. Тот, кто изобрел его, был знаменитый кузнец из народа синдар, Эол по прозванию Темный Эльф.