Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Проводив отца, Петунья поспешила отнести новости в город. Но опоздала. Переходя мостик над пропастью, она увидела, как несколько мужчин вкапывают у площади новехонькую доску объявлении, на которой висела большая копия ее листовки. Такое же объявление, форматом поменьше, вывесил и торговец рядом со своей лавкой. Петунья оглядела это все пристальным взглядом, фыркнула уязвленно и прошествовала прямиком в таверну. – Ты тоже получила рекламу? – глазастая Лия углядела у нее листовку. Потом заметила, что Петунья чем-то расстроена, сложила два плюс два и пододвинула к ней кофе и незнакомый десерт. – Попробуй. Учитель Цзян прислала мне пару новых рецептов. Хочу знать, как у меня получилось. Отказываться Петунья не стала. Десертной вилочкой она отломила небольшой кусочек десерта, положила его в рот и зажмурилась от наслаждения. Бисквит был мягким, влажным и чуточку пикантным от ромовой пропитки, а крем между коржами – в меру сладким и прохладным. Благодаря сочетанию ингредиентов и мастерству повара вкус десерта не надоедал и не приедался. Им можно было наслаждаться вечно. К тому же – тут Петунья сделала глоточек крепкого американо – горьковатые нотки кофе усиливали и раскрывали сладость. Петунья немедля рассыпалась в похвалах мастерству повара, не жалея слов. Лия довольно улыбалась и кивала в такт ее речам. – А нового доктора ты уже встречала? – Петунья выдохлась и перешла к более прозаическим вещам. Лия кивнула. – Да. Заходила ко мне с утра. Спрашивала, где раздобыть чая и кое-чего по мелочи. Сказала обращаться, если возникнет надобность, – и Лия позволила себе кривую усмешку. И правда, какая надобность в докторе может возникнуть здесь, где все уже однажды умерли? Впрочем, поддерживать эту тему она не стала и занялась своими делами. Петунья не стала мешать. Попрощалась, но перед уходом ей все равно сунули в руки небольшую коробку с десертами для маленького мальчика. Ломион был единственным ребенком в городе, и все безбожно его баловали. Петунья успела к дому кузины как раз вовремя. Аредэль укутывала сына в зимние одежки. С каждым новым слоем он становился все больше похожим на аккуратный кочан капусты. Вчера, торопясь успеть на поезд, она не накинула на сына даже курточки, и теперь ее мучала совесть. – Мы к доктору Вэнь, – пояснила Аредэль. В своем обычном наряде из штанов и легкой куртки она выглядела неприлично легко одетой, особенно на контрасте с сыном. Ломион тоже заметил это и косился на мать. Аредэль заметила, как он дует губы, и озорно ухватила его за кончик носа. – Ну-ну, потерпи немного. Зима скоро закончится. – Тетя, а что это у тебя такое? – разочарованный строгостью матери Ломион перевел свое внимание на более податливый, как он счел, объект. – Это новый десерт… – только и успела сказать Петунья, как коробка буквально испарилась у нее из рук. – После обеда, – строго произнесла Аредэль. Все вместе они отправились в лазарет. По случаю хорошей погоды горожане покинули свои дома и устремились за покупками. Там они видели рекламу ночного рынка, и вскоре приезд торговцев-путешественников стал самой горячей новостью. По дороге Аредэль обмолвилась, что Вэнь Цин специально попросила их прийти сегодня. О конкретной цели этого визита она не говорила, но скорее всего это будет первое обследование. Петунья же похвасталась, что собрала все солнечные эссенции, и отец даже уже забрал их, чтобы выковать золотое ядро. Скоро у Аредэль будет новое тело, добавила она и бросила взгляд на семенящего рядом мальчика. На лице Ломиона вновь было то странное, недетское выражение, пока он слушал их разговоры. Видеть такое лицо у ребенка было почти неприятно, и Петунья инстинктивно постаралась его убрать. Она достала подаренные отцом конфеты и протянула мальчику. Он выбрал самую красную конфету, положил ее в рот, и сразу восторженно округлил глаза, когда фруктовый шарик взорвался на языке сладким клубничным вкусом. – Подставь ладошки, – попросила Петунья и высыпала в подставленные ручки целую горсть конфет. – Ломион, – напомнила Аредэль, мальчик звонко выкрикнул «спасибо!» и сунул в рот следующую конфету. Аредэль оглядела его с ласковой улыбкой, а потом повернулась к Петунье и с притворной строгостью погрозила пальцем: – Не балуй его, Мириэль. Петунья вздернула нос. Еще чего. Баловать племянника ее святая обязанность тетушки, и она намерена твердо ее придерживаться! Она шутила, конечно, но почему-то в этот момент в груди у нее неприятно кольнуло. Они поднялись по белокаменной лестнице в верхнюю часть города и вошли в аптекарский сад. Благодаря защите Цветогнома, здесь не выпадал снег, и растения радовали глаз яркой летней зеленью и благоуханным цветами. Они поздоровались с гномом и прошли к палатам врачевания. С появлением врача лазарет ожил. Прежде, несмотря на чистоту, пустое здание выглядело неприветливо. Теперь же у крыльца появились дополнительные кадки с целебными растениями, а у двери покачивались на ветру несколько бамбуковых колокольчиков. – Проходите! – в дверях появилась Вэнь Цин и, пригласив их, скрылась внутри. Прежде из всех комнат был открыт только кабинет врача. Теперь же, с появлением хозяйки, открылись остальные. Вэнь Цин ждала их в гостиной. Там уже был сервирован для чаепития маленький столик, отдельно для Аредэль стояли небольшие разноцветные бутылочки с напитком для марионеток. Ломион сразу же цапнул с блюда булочку в форме цветка сливы. Откусив кусочек, он посмотрел на целительницу сияющими глазами. – Вкусно! Вэнь Цин улыбнулась ему, и улыбка мгновенно преобразила ее гордое, высокомерное лицо. – Спасибо, я старалась. Ну, раз тебе понравилось, могу я тебя осмотреть? Мальчик запихнул в рот остатки булочки, прожевал и ясно возразил: – Я не болею! Тетя Мириэль давала мне лекарство. Я выздоровел! Вэнь Цин кивнула. – Кажется, у твоей тети хорошие лекарства. Мне теперь интересно посмотреть, как они подействовали. Можно? Ломион посмотрел сперва на мать, потом на Петунью в поисках поддержки. Ему явно не хотелось проходить осмотр, но Аредэль сказала ему не упрямиться, и он с неохотой согласился. Вэнь Цин незамедлительно принялась за дело. Она поддернула рукава, обнажив тонкие белоснежные руки, и двумя пальцами коснулась определенного местечка на голове Ломиона за ушами. Потом, легкими, как крылья бабочки, движениями она особым образом ощупала его уши, руки и верхнюю часть ступней, приспустив носки. Послушала пульс и, обронив «будет немного неприятно, потерпи, пожалуйста», замерла. Петунья торопливо провела пальцами по лбу и векам, активируя Небесное Око, и увидела, как тончайшая нить духовной энергии осторожно продвигается по кровотоку внутри тела ребенка. Ломион страдальчески морщился. Видно, и в самом деле было неприятно, но он стоически перенес осмотр. В награду за терпение Вэнь Цин вручила ему красивый красный леденец на палочке в виде петушка. – Такое послушное дитя редкость, – похвалила она, после чего налила себе горячего чая и опустошила чашечку за один глоток. После осмотра она выглядела невероятно изможденной, как если бы трудилась без отдыха несколько дней подряд. Петунья была неприятно удивлена. Неужели диагностировать чье-то состояние так сложно? Аредэль ждала вердикта. Вэнь Цин выпила еще одну чашку и ограничилась общими словами, что для каких-либо диагнозов пока еще очень рано. – Приходите завтра. В это же время или когда вам будет удобно, – а на недоуменный вопрос Аредэль, зачем же они приходили сегодня, Вэнь Цин повторила, что для постановки диагноза ей нужна серия наблюдений. Тут она добавила справедливые слова про то, что здоровье ребенка не то, чем можно пренебрегать, и Аредэль была вынуждена согласиться. – Попрошу госпожу остаться, – и Петунья, которая уже вставала следом за кузиной, опустилась обратно на диван. Дождавшись, когда мать и сын уйдут, Вэнь Цин разлила чай по чашкам и сказала: – Я хочу поговорить о моем пациенте. Как мне рассказала госпожа Аредэль, это вы нашли его. Расскажите, как это было. Меня интересуют любые, даже самые мельчайшие подробности. Петунья не хотела быть той, кто пренебрегает здоровьем ребенка, а потому, периодически отпивая чаю, чтобы смочить горло, приступила к рассказу. Очень скоро она поняла, что целительница не шутила, когда говорила про «мельчайшие подробности». Ее интересовало, как тихо или громко Петунья слышала голос ребенка, как увеличивался его вес в ее руках, что и какими словами он говорил и все в таком же духе. С другой стороны, ни Беззвездная дорога, ни Страж, ни монстры в темноте не удостоились ее интереса. Только перо-лодочку она поначалу отметила, но стоило ей узнать, что это перо богини мертвых из другого мира, как сразу потеряла к нему интерес. – Как целитель я предпочитаю опираться на те вещи, которые могу потрогать руками и постичь разумом, – объяснила она. – Боги слишком непознаваемы. Их следует учитывать, как… – она бросила взгляд за окно и пожала плечами: – как ветер или дождь, если угодно. Но тратить силы, чтобы понять – нет никакого смысла. Петунья закончила свой рассказ на том, как вошла в лифт и передала ребенка матери. Вэнь Цин задумчиво коснулась рукой подбородка. – Это все? Петунья перебрала в памяти все, что было связана с Ломионом и Беззвездной Дорогой, и вспомнила свой недавний сон. В том сне мальчик бесцельно шел сквозь непроглядную тьму, и запутавшаяся в его волосах тонкая нить мешала ему, но неожиданно появилась рука в кандалах и оборвала нить, освободив ребенка. Петунье было стыдно, что она на полном серьезе рассказывает врачу эти свои фантазии, но Вэнь Цин неожиданно слушала ее с невероятными вниманием. Она даже попросила еще раз описать звуки, которые слышались Петунье на Беззвездной дороге и загадочного охотника на шури. Дослушав, целительница вскочила со своего места, точно ей не терпелось отправиться немедля в путь, но… тут же плавно опустилась обратно. – Я сказала что-то не так? Вэнь Цин показала головой. – Нет-нет, напротив. – Она вздохнула. – Есть кое-кто, кого я ищу. К сожалению, наши пути разошлись давным-давно. Все, что мне остается, это узнавать о его появлении то тут, то там по мелким признакам, вроде тех, которые вы описали. Благодарю, госпожа, за добрые вести, – она церемонно поклонилась. – Говорят, пустота, сквозь которую ведет Беззвездная дорога, необъятна как вселенная, но я верю, что рано или поздно найду его.