Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Больше Вэнь Цин ничего не сказала, но Петунья и так прекрасно поняла, что таинственный некто очень важный человек для госпожи целительницы. Может, возлюбленный? Впрочем, дать разгул фантазии ей не удалось. Допрос продолжился. На этот раз ее спрашивали о лекарстве. Целительница внимательно осмотрела последний плод Белого Древа, понюхала и даже лизнула, после чего определила в нем неизвестный ей доселе ингредиент для укрепления души. Она даже захотела нырнуть на морское дно, чтобы попробовать унести оттуда дерево, но Петунья ее отговорила. Скорее всего больше плодов оно не даст. – Вот если бы я могла получить семя, – добавила Петунья, – я бы посадила его на своей ферме. Земля там такая плодородная, что даже палка пустит корни. – Как же вы извлекали эссенцию? – удивилась Вэнь Цин. Легкий алый огонек окутал ее пальцы, и плод мгновенно разделился на несколько частей: тонкую кожицу, сохранившую эластичность, эссенцию мякоти и продолговатое желтоватое семя. Петунья протянула руку, и семя упало ей в ладонь. Такое крохотное и такое драгоценное. – Госпожа Вэнь, научите меня! – Разве вы не умеете? Как же вы тогда получили одну звезду? Вместо ответа Петунья вытащила из кольца случайную сливу и привычно выделила из нее эссенцию. Кожура и мякоть рассыпались в труху, а растрескавшаяся, выхолощенная косточка упала на пол и развалилась на части. Семя внутри нее ссохлось. Качеством эссенции Вэнь Цин осталась довольна, а от мусора она избавилась легким движением пальца. Наконец, она сказала Петунье продемонстрировать свое пламя. – Глава моей родительской секты был бы в восторге от вас, – ровным тоном сказала Вэнь Цин, разглядывая полыхающий яркий белый огонек. – Он любил именно такое пламя. Всепожирающее. Не оставляющее даже пепла. Петунья впервые слышала такое словосочетание. – Другими словами, секта, в которой я родилась. Это было давно, но я все еще помню заветы клана. Мы чтили огонь и поклонялись солнцу, как величайшему пламени на свете. Огненные узоры и изображения солнечного диска украшали наши дома, флаги, одежды... Всякий, кто видел белые и красные одеяния, знал, что идут послушники секты Цишань Вэнь. – Те самые Цишань Вэнь, которые сожгли Пристань Лотоса? – выпалила Петунья и запоздало прикусила язык. Под тяжелым взглядом целительницы она призналась, что слышала эту историю от Цзян Яньли. – А, Хозяйка Лотоса, – Вэнь Цин расслабилась и вновь наполнила чашки. – Надо же. Такой маленький мир и чем-то заинтересовал ее. Петунья взяла чашку и, прежде чем выпить, похвасталась: – В этом году мы принимали Большую Осеннюю Ярмарку. И, кроме того, Яньли приходила проведать своего шиди. – Кого? – переспросила Вэнь Цин, голос ее дрогнул. – Своего шиди. Может, вы слышали о нем? Его зовут Вэй Усянь. С его слов, он был весьма знаменит. Вэнь Цин потребовала рассказать, как так получилось, и Петунья поведала ей историю, как выловила Вэй Усяня из кровавого озера, а потом еще битый час убеждала его, что это никакой не Диюй. – Он учит меня игре на флейте и искусству талисманов, пусть я не самая талантливая ученица. А вечерами он выступает в таверне. Вы были там с утра. Все горожане его очень любят и всегда с большим вниманием слушают его рассказы и песни. Вэнь Цин улыбнулась. Это была тихая, едва заметная улыбка, в которой смешались горечь и радость. Петунья рискнула и спросила, не знакомы ли они. Ответ, который она получила, потряс ее до глубины души. – Знакомы? О, даже более чем. Ведь это я вырезала его золотое ядро. Отец сказал, что мало выковать новое ядро. Надо еще найти хирурга, который сможет его имплантировать. И не абы кого, а специалиста высочайшего класса. Петунья смотрела на Вэнь Цин и думала, кто может подойти лучше, чем она? Она подалась вперед и порывисто взяла ее за руки. – Госпожа Вэнь, а что вы думаете о том, чтобы провести обратную операцию? – Чисто теоретически это возможно, – ответила Вэнь Цин и тут же посуровела. – Главная сложность, где взять бесхозное, – она произнесла это слово особенным тоном, – золотое ядро. Ваше, насколько я вижу, еще не сформировано. Может, госпожа Цзян собирается стать донором? Я бы не удивилась. – Нет, что вы! – Петунья испугалась, ведь Яньли и правда могла бы решиться на такое. – Золотое ядро скоро будет готово. Я почти месяц собирала для него материалы! Пришлось объяснить и про сбор частиц золотых ядер мертвецов, которые Петунья то и дело по привычке называла солнечными эссенциями, и про договор с Яньли, и про то, кто будет ковать новое ядро. Только тогда Вэнь Цин согласилась. – Я сделаю это. Вы будете моим ассистентом. Провести такую операцию в одиночку невозможно. – Она поднялась с кресла и накинула на плечи теплую накидку. – Давайте встретимся завтра. Я подготовлю для вас некоторые рекомендации. У вас хорошее и сильное духовное пламя. Вполне прилично для кузнеца. Вы ведь изучаете мастерство вооружения тоже, я права? Для алхимика одной звезды также неплохо. Но если вы хотите достичь высот, придется потрудиться. Они вышли из лазарета и направились вниз, в город. По пути Вэнь Цин объяснила некоторые тонкости, которые в будущем позволят Петунье наиболее эффективно обрабатывать ингредиенты для таблеток. У подножия лестницы они разделились. Наступил час козы. Вэнь Цин направилась в таверну, преисполненная намерений обрадовать Вэй Усяня встречей, а Петунья вернулась на ферму. Хотя изначально она планировала отправиться в шахту, разговоры неожиданно затянулись. Идти в подземелье не было никакого смысла. В особенности, если она хотела хорошенько осмотреть ночной рынок. Вместо этого она вошла в теплицу и на свободном кусочке земли посадила семя Белого Древа. Глядя на влажный темный холмик земли, она задумалась, не будет ли ему в теплице тесновато? «Мисс сможет пересадить его на улицу, если возникнет такая надобность. Но лучше оставить в травяном саду. Когда травы и деревья растут вместе, они благоприятно воздействуют друг на друга. Это хорошо и для культивации мисс тоже.» В голосе системы Петунья уловила намек и усмехнулась. Она села в позу лотоса и стала культивировать. Духовная энергия с атрибутом дерева вливалась в ее тело. Под ее воздействием огненный атрибут усиливался. Внутри микрокосма ее тела восемь сверкающих дао-колонн пронзали пространство. У их подножий плескалась «жидкость», строительный материал будущей девятой колонны. – Завтра буду культивировать на ярусе сорок, – решила Петунья, закончив медитацию. Строительного материла пока было недостаточно, чтобы закончить Возведение Основания, и достать его в больших количествах можно было только в шахте. Пока она медитировала, на землю опустился вечер. Петунья привела себя в порядок и отправилась на пляж. По пути она нагнала горожан. Возбужденные предчувствием нового, они небольшими группами шли от города к скалистому проходу в скалах. Многие вслух гадали, что же эдакого им предложит ночной рынок. Большинство хорошо погуляли на Ярмарке и теперь удивить их было не так просто. Обычно темный и пустынный, сейчас пляж был освещен сотнями разноцветных огней. На равном расстоянии из песка торчали столбы, и между ними протянулись сверкающие нити гирлянд. Скромная пристань, построенная Эарендилем, магически увеличилась. Один за другим к ней пришвартовывались ярко украшенные плавучие магазины, спускали сходни, и продавцы начинали звонко зазывать первых покупателей. У входа на пристань стояла палатка, где всем желающим выдавали чашечку крепчайшего эспрессо. Петунья отстояла очередь, получила напиток, а вместе с ним – рекламный буклет. Сложенный в несколько раз, как гармошка, он развернулся и превратился в прекрасно детализированную карту всего ночного рынка, с условными обозначениями, советами покупателю и даже талоном на десятипроцентную скидку на первую покупку! Петунья внимательно изучила карту. Ночной рынок, может, и уступал масштабами Большой Осенней Ярмарке, но все равно предоставлял своим покупателям широкий выбор магазинов, едален и развлечений. Даже быстрый взгляд показал, что здесь продавали украшения и мебель, предметы искусства и семена растений, и многое другое. Устроители рынка даже пригнали подводную лодку, чтобы посетители могли насладиться глубоководной рыбалкой. Кстати, в очереди туда Петунья заметила Эарендиля и Бельмере. А в самом дальнем конце еще стучали молотки – это возводили морской театр, где ровно в полночь русалки дадут представление. Изрядно поломав голову, Петунья наметила маршрут. Сначала она отправилась к меняльной лавке. Выстояв очередь, обменяла некоторое количество сиклей на местные монеты и отправилась к первому пункту своего маршрута. Походя купила три шпажки с шашлычками и, перекусывая на ходу, взбежала на пристань. Ее ждал магазин мебели и украшений для дома. Справа покачивались на ночном ветру декоративные баннеры с облаками, звездами и морскими просторами. Слева стояли кадки и горшки с цветами. На стеллажах рядами выстроились разного рода безделушки, а за ними с бортов свисали ковры. Петунья с восторгом окунулась в изучение ассортимента и сошла с лодки только через пару часов. Ее кошелек похудел на некоторое количество монет, зато в кольце ее лежали пара горшков с цветами, набор красивых баночек для специй, парные кружки с надписями «папа» и «дочь» и еще кое-что по мелочи. Довольная первой покупкой – и скидкой! – Петунья отправилась дальше по маршруту. Один за другим она посетила все плавучие магазины, какие хотела. Даже заглянула в плавающую студию знаменитого художника Люпини и купила одну из его картин. На небольшом полотне был запечатлен вид на сказочный город с дворцами и башнями, а сверху над ним протянули свои ветви два исполинских древа – золотое и серебряное. Была ли это просто фантазия художника? Или ему в самом деле довелось своими глазами видеть Благословенный Край? Кто знает. Просто картина пришлась Петунье по душе. Настолько, что она выложила за нее требуемую сумму не торгуясь. Спонтанная покупка картины почти опустошила ее сегодняшний бюджет. Петунья сунула руки в карманы и дальше просто гуляла, поглядывая по сторонам. В одном месте ее внимание привлекла чудесная шляпка. В другом – выточенный из сверкающего материала стул. Такой неподходящий к обстановке ее фермерского домика, но такой красивый! Петунья пообещала себе, что, если стул простоит до третьего дня, она непременно его купит. Сейчас уже времени не было. Близилась полночь. Петунья спустилась в театр и нашла себе место. Амфитеатр постепенно заполнялся. На сцене, полностью погруженной в воду, морской народ заканчивал последние приготовления. Вот стрелка часов показала на двенадцать, в зале погас свет, и с освещенной сцены прозвучали нежные переборы арфы и завораживающее пение.