Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

В воскресенье приемных часов не было. Во всем лазарете были только они трое, не считая Бельмере, которая по обыкновению возилась в саду. Вэнь Цин и Аредэль с удобством расположились друг напротив друга на диванчиках, а Петунье осталось довольствоваться креслом. Между ними стоял низкий чайный столик, сейчас пустой. Обычно Вэнь Цин подавала чай, но не сегодня. В виду серьезности их маленького собрания она решила пренебречь традицией. Однако, самого главного человека, того, ради обсуждения которого они и собрались, не было. – А где Ломион? Аредэль оставила сына в таверне, на попечение Лии и Морджианны. Первая обещала приготовить ему специальный десерт, а вторая – научить вытаскивать кролика из шляпы. По такому случаю они даже где-то раздобыли старый, потертый цилиндр. – Что ж, давайте начнем. Вэнь Цин развернула по очереди все свитки. Развернутые на всю длину, они полностью закрыли столешницу. Петунья заставила себя сосредоточиться, но смысл написанного никак ей не давался. Почерк целительницы был легким и быстрым. Чернильные строки плотно покрывали поверхность свитков, иероглифы как будто бы перетекали один в другой, и для неопытного человека различить их было не так просто. Местами текст оказывался разорван диаграммой, графиком или парочкой рисунков, выполненных в той же летящей небрежной манере. В одном свитке так и вовсе был нарисован человеческий силуэт, заштрихованный разными линиями и снабженный множеством пояснений и сносок. Петунья бросила быстрый взгляд на кузину. Аредэль с непроницаемым лицом смотрела на свитки. Как будто понимала написанное. – Да, я знаю этот язык, – отозвалась кузина. Петунья поджала губы. Ну, конечно. Кто бы сомневался. Дав им достаточно времени, чтобы ознакомиться с содержанием свитков, Вэнь Цин достала из рукава указку и поставила ее кончик на свиток с текстом. – Итак, после недельного наблюдения за пациентом, я готова поставить диагноз и сообщить рекомендации по лечению. Вот это – дневник наблюдений. Я отразила в нем каждый день наблюдений. Здесь – сводный анализ похожих случаев. Весьма отдаленно похожих, должна заметить. В случае успешного излечения, библиотека Гильдии Целителей несравненно обогатится. Так. Тут – рекомендации по поддержанию стабильного состояния, включая упражнения на медитацию и диету. А этот свиток, – указка переместилась на диаграмму в виде человеческого силуэта, – отражает текущее состояние пациента. Закончив с пояснениями, Вэнь Цин убрала указку и сложила руки на коленях. В этой позе она выглядела чрезвычайно официально и серьезно. Петунья машинально подобралась сама, готова услышать самое страшное. – Опуская излишние подробности, мой вердикт: у пациента серьезное повреждение души. В хрониках нашей Гильдии известны подобные случаи, но гораздо незначительные что по характеру повреждений, что по последствиям. Уверена, вы знаете, что повреждения души всегда тяжелейшим образом отражаются на физическом состоянии пациента. Они могут привести к потере памяти, атрофии эмоций, сумасшествию, умственной отсталости, коме или даже к смерти. Кроме того, после смерти поврежденная душа сталкивается со сложностями с реинкарнацией. Подобные случаи зафиксированы в летописях нашей Гильдии, но, с травмой такого вида, как у вашего сына, никто из моих коллег никогда ранее не сталкивался. – Она сделала паузу. – Я не берусь оценить точно степень нанесенного урона, но по самым примерным подсчетам мы можем говорить о потере половины души. Даже Петунья почувствовала ужас, услышав эти слова. Что же творилось с Аредэль? Она сдерживала себя, продолжая спокойно слушать целительницу, но Петунья не сомневалась. Глубоко внутри кузина полыхала гневом и яростью. – По причине понесенного урона пациент регрессировал до состояния ребенка и потерял большую часть памяти. К счастью, мыслительные процессы не пострадали. Я почти уверена, что он будет нормально воспринимать и запоминать новую информацию. И сможет создать новые воспоминания. – Вы смогли выяснить, кто так поступил с ним? Вэнь Цин кивнула. Аредэль так крепко стиснула кулаки, что искусственные пальцы левой руки не выдержали и захрустели. – Судя по некоторым следам, что остались на душе пациента, – ответила Вэнь Цин, – он долгое время был едой. В тишине, что последовала за этими словами, раздался зловещий скрежет. Аредэль вдруг вскочила и, не произнеся ни слова, выбежала из гостиной. На улице раздались глухие удары обо что-то. Когда Аредэль вернулась, костяшки ее правой руки были сбиты в кровь. Она села на диван и уставилась на целительницу. – Его держали… где-то за пределами Беззвездной Дороги? – Непросто где-то, – мрачно ответила Вэнь Цин, потом повернулась к ним спиной, спустила с плеч платье и показала белые следы на спине. Шрамы были давнишние, сглаженные временем и лечением, но все равно исчезли не до конца. Они уродливыми линиями расчертили спину, сосредоточившись вдоль позвоночника. – Шури! – выдохнула Аредэль. Когда-то давно, странствуя между мирами, Вэнь Цин была неосторожна. Она не сказала, что заставило ее сойти с Дороги на зов демона, но это явно было что-то очень важное. – Мне повезло. Меня спасли. Я расплатилась лишь малой частью своей памяти да заработала периодические мигрени. Но я не жалуюсь. Могло быть и хуже. – Значит, Ломион тоже… – Аредэль не договорила и грязно выругалась. Петунья даже слова такие впервые слышала. – Ломион тоже что? – чувствуя себя дурой, подала голос Петунья. Она подозревала, что ответ на этот вопрос ей не понравится, но не могла не задать его. Она ничегошеньки не понимала. Вэнь Цин любезно просветила ее. Живущие в темноте за Беззвездной Дорогой существа питаются душами. Высохшие оболочки своих жертв они выкидывают как пустую шелуху, и те становятся кормом для растущих там деревьев и цветов. Но демоны-шури иные. Они извлекают души так бережно, что в телах жертв сохраняется искра жизни, которая долго не дает им умереть. В тела мужчин шури помещают отложенные маткой яйца. С женщин сдирают кожу живьем, а потом их, обезумевших от боли, но остающихся живыми, приставляют охранять кладку. Идеальные охранники, которые в попытках унять боль бросятся на кого угодно. – Впрочем, пациенту не грозило стать кладкой для яиц, – добавила Вэнь Цин, не замечая выражения отвращения на лице Петуньи. – Так шури поступают только с супругами или другими парами родственников. Петунью всю передернуло от омерзения, но она все же не смогла не спросить, зачем же демонам кожа.  – Шури носят чужую кожу, чтобы прятать под ней свой истинный облик, – это Аредэль ответила. Она справилась с собой, и ее голос звучал почти нормально. Почти. – Сами по себе шури похожи на насекомых. Огромных, уродливых и крайне извращенных насекомых. Самостоятельно спастись от них нереально. Ты… уверена? Вэнь Цин кивнула. Больше мусолить эту тему она не стала и перешла к другим, более важным вещам. – Резюмируя, как минимум половина души пациента утрачена безвозвратно. Но ему повезло сохранить в целости ядро. Поэтому, если мы будем, следуя разработанной мной методике, терпеливо и тщательно выхаживать его, со временем душа восстановится. К сожалению, это также означает, что прежнюю личность он не вернет никогда. И к лучшему, не удержалась от мрачной мысли Петунья. Изображенный в хрониках Маэглин казался ей на редкость неприятной персоной. – Другого способа нет? – переспросила Аредэль и тут же сама себе ответила: – Нет, конечно, нет. Глупость какая. Так, и что нужно? Лекарства? Редкие травы? Сокровища? Петунья вспомнила утренний сундук и подобралась. Было… нужно всего и побольше. Лекарства, излечивающие души, были редки и драгоценны. Даже у целителя уровня Вэнь Цин не было такого под рукой. Все, что сейчас она могла использовать, это составить питательную смесь на основе эссенции плода Белого Древа. Из-за микроскопических доз, это лекарство не могло оказать на Ломиона благотворного влияния. Его целью было дать им продержаться до того момента, когда посаженное Петуньей Белое Древо даст первые плоды. – Но даже так, мы лишь удержим душу от дальнейшего распада. Чтобы исцелить травму, убрать оставшиеся в ней следы шури, а также стимулировать дальнейший рост, потребуется достать несколько действительно редких вещей. Для начала мне потребуются Золотые Змеиные Фрукты и Позвоночник Земляного Дракона. Хотя последний можно заметить духовной водой. Вот список, я записала ингредиенты в порядке их важности. Аредэль взяла список с ингредиентами и бегло просмотрела его. Нахмурилась. – Почти половину этого я считала выдумками и сказками. Достать их будет сложно. Не с моим нынешним телом, или… – тут она посмотрела на Петунью, – Полагаю, дядя тебе пока не разрешит отправиться в путь. Вэнь Цин задумчиво забарабанила ногтями по подлокотнику. – Кажется, я припоминаю… да. В трактате целителя девяти звезд Чэня есть запись, что ему удалось немного улучшить состояние пациента с десятипроцентным повреждением души, используя Последние Искры Жизни. – Она осеклась и уставилась на Петунью. – А вы ведь, молодая госпожа, сами сказали мне, что собирали материалы для золотого ядра. У вас еще… осталось? Аредэль подскочила и тоже уставилась на Петунью. – Да-да, ты же их несколько недель собирала! Неужели все отдала госпоже Цзян? Петунья немного оторопела под их напором, но послушно вынула из кольцо флакон, доверху заполненный золотым сиянием. У нее осталось не так много, порядка тридцати или около того штук. Она собиралась использовать их для собственной культивации, но если они нужны для Ломиона, то конечно. Вэнь Цин взяла флакон, откупорила его и некоторое время внимательно рассматривала субстанцию внутри. Потом энергично кивнула, и на лице ее появилась торжествующая улыбка. – Да, с этим уже можно работать!