Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Каждый второй день недели на круглой площади перед таверной свой магазин открывала торговая компания «Цинхэ». Разумеется, Петунья не могла упустить случая поздороваться с ее хозяином, с которым, так уж вышло, познакомилась благодаря Вэй Усяню. Вот только она совсем не ожидала, что, заглянув в магазин, увидит там вместо утонченного Не Хуайсана какого-то громкоголосого здоровяка. Длинные волосы его, собранные в конский хвост, свисали до середины спины, плечи были такой ширины, что не обхватить, а у пояса висела устрашающих размеров сабля. Войдя, Петунья сразу наткнулась на сердитый взгляд гиганта и, опешив, попятилась, врезавшись в отца. Здоровяк перевел взгляд на Фэанаро, и его лицо посветлело. – Мое почтение, мастер Фэй, – густым тяжелым голосом сказал он, точно старому знакомому, и коротким резким жестом пригласил их обоих в боковую комнату. – Не ожидал тебя здесь увидеть. Какими судьбами? Мужчины приветствовали друг друга короткими поклонами. Петунья наблюдала за ними и особенно запомнила, как они сложили руки для приветствия. Фэанаро ответствовал, что проводит время со своей дочерью, и здоровяк тут же уставился на Петунью. Под тяжелым взглядом его темных глаз, неожиданно проницательных и умных, что так не вязалось с обликом недалекого шумного громилы, ей стало не по себе. – Это господин Не Минцзюэ, глава секты Цинхэ Не и старший брат Не Хуайсана, – представил отец здоровяка. Петунья присмотрелась и правда углядела семейное сходство. Она попробовала скопировать увиденный ранее жест и поклонилась. В ответ старший брат Не приветствовал ее более глубоким и уважительным поклоном, нежели достался на долю отца. – Я слышал о молодой госпоже от своего младшего брата, – пророкотал он, изо всех сил стараясь смирять громкость своего голова, а затем пригласил присесть за стол. – Вижу, вы успешно идете по пути совершенствования. Петунья не сдержала довольной улыбки. Как приятно, оказывается, когда твои успехи ценят. Не Минцзюэ хлопнул в ладоши. В комнату вошли несколько девушек с подносами в руках. Одна несла чайничек для заварки, другая чашки, третья – вазочки с угощениями. Последняя аккуратно поставила рядом со столиком большой чайник с кипятком, после чего они тихо удалились. – Сам какими судьбами здесь? Неужели новая сабля беспокоит? – спросил отец, принимая от хозяина чашечку с чаем. Не Минцзюэ положил ладонь на эфес сабли и провел по ней ласкающим движением, будто кошку гладил. В ответ сабля издала тихий радостный звон. Не Минцзюэ улыбнулся. – Не беспокоит. Оружие ты сковал на совесть. Будь у меня такая сабля раньше… – он не договорил, но и так было ясно, что многое бы тогда случилось иначе. – А здесь я, потому что мой братец тут встречается с Вэй Усянем. Вот я и пришел… посмотреть. Петунья поежилась и торопливо схватила чашку, чтобы горячим чаем запить охвативший ее озноб. Но расплескала, и капли кипятка попали ей на руки. – Аккуратнее, Мириэль, – отец промокнул ее руки салфеткой, а Не Минцзюэ пододвинул к ней вазочку с конфетами. Петунья сунула в рот одну. Она оказалась лимонная, сладкая, немного кислая, освежающая. Помимо нее в вазочке лежали конфеты других цветов, и Петунья сосредоточилась на дегустации угощения, не забыв, впрочем, навострить уши, чтобы ни словечка из разговора взрослых не пропустить. – Тот человек успел тебе задолжать? Фэанаро не стал скрывать, что знаком с упомянутым Вэй Усянем, и Не Минцзюэ сильно удивился. Видимо, даже не предполагал возможность такого знакомства. Но вот то, что Вэй Усянь преподавал Петунье искусство талисманов и игру на флейте неожиданностью для него не стало. – Молодой госпоже повезло получить его в учителя, – убежденно сказал он, потом полез в широкий рукав и чуть погодя вытащил оттуда отрубленную человеческую голову. Петунья вскрикнула и закрыла лицо ладонями, но оставила щелку между пальцев. Не Минцзюэ держал свой трофей за  волосы, намотав их на руку, и голова чуть покачивалась из стороны в сторону. Некогда она принадлежала молодому мужчине, его красивое лицо с тонкими чертами лица сохранило испуганное выражение, точно смерть застала его врасплох, а между бровей ярко горела красная точка. Не Минцзюэ встряхнул голову и сказал, что ищет Вэй Усяня, чтобы тот поднял для него кое-кого. – Убери, – отец поморщился недовольно, и голова исчезла в рукаве. – Найдешь его в лазарете. Там, наверху. Вэй Усянь лежит там со вчерашнего дня, как Вэнь Цин Золотые Руки вернула ему золотое ядро. На этом чаепитие подошло к концу. Отец помог Петунье подняться и вывел ее наружу. Не Минцзюэ не стал их провожать, однако же, прямо у дверей их поймала одна из продавщиц. С поклоном она преподнесла Петунье небольшой подарок – пресс-форму для лунных пряников с набором штампов и рецепт. – Хозяин извиняется за зрелище, не подходящее для глаз молодой леди, – только и сказала она. Петунья оглянулась на отца и приняла подарок, после чего они ушли. Отойдя от магазина на приличное расстояние, она подергала отца за рукав. – Откуда ты его знаешь? – Разве ты не слышала? Я выковал для него саблю. До этого ни одно оружие не переживало больше одного раза в его руках – такая буйная и необузданная у него ци. Из-за этого он был известен как безумец и мог выйти из себя буквально по любому поводу. Просто удивительно, сколь много отличных воинов стремились присоединиться к его секте. По дороге к Гильдии Меча отец рассказал, что секта Цинхэ Не, хоть и не могла сравниться с сектой Трех Сокровищ, пользовалась славой и уважением. Многие отважные воины и умелые охотники на нечисть состояли в ее рядах, а торговая ветвь секты, возглавляемая младшим братом главы, тем самым Не Хуайсаном, имела филиалы во множестве миров, лишь немногим уступая четырем великим Гильдиям. Входить в Гильдию отец не стал и остался ждать на улице. – Добро пожаловать, Мириэль! – Судя по радостному виду кафры, у той были хорошие вести. – Позволь первой тебя поздравить! Приняв во внимание твою тяжелую работу и усилия по сохранению нашего отделения, руководство Гильдии решило повысить твой ранг! Поздравляю! – Тилиоте заменила ее бронзовую эмблему Гильдии на точно такую же серебряную. – С этого момента твой ранг – «цзянь». Только самые выдающиеся мечи могут продвинуться так далеко! Вместе с повышением оплаты за работу и поощрительных бонусов, цзяни имеют право брать задания повышенной сложности, а также, в случае необходимости, командовать низшими рангами. Подробнее с твоими новыми правами и привилегиями ты можешь ознакомиться здесь, – и Тилиоте сунула ей в руку небольшой черный конверт с гербом Гильдии на лицевой стороне. – Что насчет задания на этой неделе? У Петуньи от новой информации голова пошла кругом, и она слабым голосом поинтересовалась, можно ли не брать? Огорчать кафру известием о своей скором уходе она пока не стала. Тилиоте ни секунды не задумалась. – В правилах Гильдии прописан небольшой отпуск после повышения ранга, – подтвердила она и тотчас же помогла Петунье оформить заявление на освобождение от миссий до конца недели. Потом подмигнула, вытащила из-под стойки коробку и вручила ее со словами: – Поздравляю с наступающим Новым годом! Давай и дальше вместе работать! В коробке стояли два небольших горшочка с рассадой. На каждом растеньице росло по два небольших овальных, слегка гофрированных листочка. Это была обещанная еще летом изумрудная ягода. Петунья уже и забыла, а Тилиоте помнила. Принимать подарок было неловко, но кафра настаивала, и Петунья с неохотой убрала коробку в кольцо. Нужно бы подарить что-то взамен, но эта мысль поставила ее в тупик. Что можно подарить марионетке? Озадачившись, Петунья рассеянно попрощалась, вышла из Гильдии и, взглянув на отца, выпалила: – А что бы ты подарил марионетке? Отец даже бровью не повел на такой неожиданный вопрос, подхватил ее под руку и повеш в сторону шахты. – Ты могла бы сделать для нее какое-нибудь украшение, – он даже не стал спрашивать, какой-такой марионетке она хочет сделать подарок. – Колечко или подвеску. Марионетки вроде нее обычно ни в чем другом не нуждаются. Они – собственность Гильдии, и все их нужды обеспечиваются полностью. Петунье понравилась идея про подвеску. С колечком, наверное, у нее пока ничего не выйдет. А вот залить в глиняную форму расплавленный металл, а после отполировать или даже сделать небольшую гравировку – она же видела, как отец украшал ведро, – ей вполне по силам. Или можно вовсе использовать дерево. Пока Петунья обдумывала подарок – а ведь по-хорошему, не только Тилиоте нужно подарить, – они вошли в пещеру, отец завел ее в лифт и перевел рычаг на деление «сорок». – А мы не застрянем? – вспомнила Петунья о своих страхах где-то на полпути вниз. – Где-нибудь между этажей? Отец фыркнул. – Ну и мысли тебе в голову приходят. Не волнуйся, не застрянем. На сороковом ярусе к Петунье со всех сторон потекла огненная ци, но отец сказал ей не отвлекаться. Мол, пока не перейдет к золотому ядру, поглощать еще ци нет никакого смысла. Друг за другом, Петунья впереди, отец за нею, они стали спускаться вниз. Ровно сорок девять ступеней, и сорок первый уровень открылся ей во второй раз.