Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

С прошлого раза здесь ничего не поменялось. Группа мифрильных жил, окутанные облачками серебристых искр, росли из пола прямо перед выходом. Петунья увидела их и едва подавила зуд добытчика. Прямо не терпелось взять в руки кирку и как следует все здесь разнести. Но прошлое столкновение с монстрами и, более того, ее поспешное постыдное бегство заставляли ее оставаться настороже. Вместо кирки она достала кинжал и сошла с лестницы. Этаж был тих. Петунья напрягала слух, но ничего не слышала – ни влажных прыжков слаймов, ни шелеста крыльев летучий мышей. Монстры таились и подстерегали, выжидая удобного момента напасть. Петунья оглянулась на отца, ища поддержки, и, ободренная его присутствием, пошла вперед. Петунья успела сделать всего несколько шагов, и у какого-то слайма лопнуло терпение. В полумраке впереди раздались липкие влажные шлепки, вверх-вниз, вверх-вниз, и Петунья выдохнула, вместе с воздухом выпуская напряжение. Помня о том, как эти зверушки мистическим образом всегда появлялись рядом с драгоценностями, она достала из кольца кусок кварца и бросила его перед собой. Звук от падения самоцвета – добыча! – подстегнул слайма. Он появился в поле зрения Петуньи и жадно поскакал вперед. Петунью он игнорировал. Подождав, пока комок фиолетовой слизи приблизится, она воткнула в его макушку кинжал, а потом, когда слайм ожидаемо остался жив, интуитивно послала по лезвию внутрь твари небольшой импульс ци, как привыкла делать, рафинируя таблетки. Эффект оказался даже лучше, чем она ожидала. Духовная энергия проникла внутрь слизи, и слайм вдруг раздулся, как воздушный шарик, а потом лопнул. Петунья едва успела прикрыть лицо от капель едкой слизи, что полетели во все стороны. Когда отняла руку от лица, то увидела лежащие на полу хорошо знакомые ей несколько капель слизи и живицы, кусок угля и бесформенный самоцвет, весь покрытый желтовато-белой коркой. Но как бы непримечательно не выглядел этот камень, Петунья сразу распознала в нем необработанное сокровище. – Папа, смотри, алмаз! – Она продемонстрировала отцу свою находку и попросила: – Научишь меня гранить камни? – Непременно, – последовал ответ. – Не отвлекайся, Мириэль. Фиолетовые слаймы ничем, кроме силы, от своих собратьев не отличались. Вот и сейчас, стоило убить одного, как остальные, привлеченные выпавшими сокровищами, поспешили явиться на место убийства. А за ними прилетели летучие мыши. Коридор наполнился звуком прыжков и шелестов крыльев, и сразу несколько слизней кинулись к Петунье с разных сторон, а сверху спикировали пара летучих мышей. От этого натиска Петунья едва не дала деру, но, пару раз отбившись, вдруг поняла, что… успевает. Фиолетовые слаймы и летучие мыши все еще превосходили своих собратьев по всем статьям, вот только Петунье уже было совершенно не сложно уворачиваться и отбиваться, прорежая ряды своих противников. Было ли это результатом подбадривающего присутствия отца или и в самом деле небольшой шажок в культивации качественно усилил ее, но монстры падали к ее ногам, и вскоре пол вокруг оказался усеян оставшимися от них трофеями. Слизь, крылья летучих мышей, водоросли, угли лежали вперемешку, среди них сверкали отдельные куски мифриловой руды и солнечные эссенции. Жаль, ни одного алмаза больше не выпало. Петунья опустила кинжал и оглядела царящий вокруг беспорядок. Посмотрела на отца растеряно: – В прошлый раз было куда сложнее. Это что же, из-за псевдо-ядра? – Отец кивнул, и Петунья вытаращилась на него. – Это… слишком сильно! Но постой… – тут она кое-что сообразила. Псевдо-ядро лишь один из небольших этапов стадии Возведения Основания, небольшой промежуточный этап для создания истинного сокровища совершенствования – Золотого Ядра. Это же… – Это же какой же сильной я стану тогда? Конечно, отец прекрасно понял, что именно она имела в виду, и засмеялся. Тело горы отозвалось на его смех крупной дрожью, и Петунья едва удержалась на ногах. Она торопливо ухватилась за отцовскую руку, чтобы не упасть, прильнула к нему за поддержкой, и он ласково приобнял ее, помогая переждать землетрясение. – Достаточно, чтобы гарантировать твою безопасность в пределах Арды. Петунья уже хотела спросить, хватит ли ей сил за пределами, но не стала. И так понятно, что не хватит. Посмотреть хотя бы на целительницу Вэнь. Такая сильная, а все равно попала в беду и едва спаслась. Сложно даже представить, сколько Петунье придется учиться и тренироваться, чтобы хоть немного приблизиться к ее уровню! Петунья вздохнула и достала кирку. Но прежде, чем она приступила к добыче, отец забрал у нее инструмент и что-то сделал. – Я добавил кирке усиление, – объяснил отец, возвращая ей инструмент. – Это одна из способностей мастеров вооружения. Но усиленный инструмент долго не протянет. Поторопись и собери достаточно мифрила, я сделаю тебе новый. У нее будет мифриловая кирка! Воодушевленная, Петунья забрала инструмент. На первый взгляд он совершенно ничем не изменился, но, стоило пару раз ударить по мифриловой жиле, как та задрожала, затрещала и развалилась, оставив на полу несколько кусков руды. Вот это да! Петунья решила, что непременно научится и этому тоже, а пока что активно заработала киркой. Одна за другой жилы покорялись ей, добытые руда и самоцветы рекой текли в кольцо-хранилище, где сами раскладывались по разным ящикам. К счастью, на сорок первом уровне не было никаких неприятных сюрпризов, и Петунья смогла полностью сосредоточиться на сборе ресурсов. Время от времени ее беспокоили слаймы или летучие мыши, она быстро разбиралась с ними и возвращалась к работе. Правда, один раз такое отношение чуть не вышло ей боком, когда она ударила по камню, а он вдруг выпустил щупальца и попробовал на нее напасть. От ее визга пещера закачалась, а каменный краб, кто же еще это мог быть, испуганно присел, вновь превратившись в камень. Но увы, его маскировка была раскрыта. Двумя ударами Петунья разбила каменный панцирь, а краба зажарила целиком, и по подземелью распространился чудесный аромат жареных морепродуктов. Петунья сглотнула выступившие слюнки и покосилась на лестницу вниз. – Достаточно на сегодня, – разрешил ее затруднения отец. Он забрал у нее краба и сказал, что приготовит вечером подходящие для такого деликатеса гарниры и закуски. Петунья радостно подхватила, что поставит на стол лучшее свое вино, и, планируя меню ужина, они направились наверх. Они вышли из пещеры и обнаружили, что уже стемнело. И в наступающей темноте неожиданно прозвучал призывный гудок поезда. На памяти Петуньи никогда еще поезд-призрак не приходил так поздно. Обычно он появлялся утром или днем, но никак не ночью. – Пойдем встретим? – предложила она и, ухватив отца за руку, потянула за собой. Повезло, что прибытие поезда застало из у шахты. Благодаря этому на платформе они оказались задолго до третьего гудка. Перрон был пуст. Похоже, никто не хотел покидать город в преддверии праздника. Над горами прозвучал третий гудок, и вскоре из правого туннеля вырвался поезд. Он шел на полной скорости, оставляя за собой клубы белого, с серебряными искрами дыма, а когда остановился у перрона, Петунья не сдержала удивленного вскрика – на секунду ей показалось, что перед ней Хогвартс-экспресс. Паровоз и борта вагонов были выкрашены в ярко-алый цвет, и золотой краской по ним шла неразборчивая надпись. Двери вагонов почему-то оставались закрыты. Петунья прошла вдоль, всматриваясь в окна. В одном купе горел свет, и группа юношей и девушек весело проводила время, не обращая ни на что внимания. Лили Эванс сидела на диване между двух парней, и тот, что был лохматый и в круглых очках, угощал ее сладостями. Петунья остановилась, разглядывая сестру. Та, не замечая ее, смеялась над какой-то шуткой. Петунья неосознанно потянулась к ней рукой, но тут двери шумно открылись, и знакомый голос тетушки Кокоро провозгласил: – Станция «Белый город»! Петунья обернулась и от неожиданности фыркнула. На шее тетушки висела сверкающая пушистая гирлянда, а на голове сидел красный с золотыми звездами колпак. Впрочем, приглядевшись, можно было заметить под ним околышек привычной форменной фуражки. Тетушка была весела и румяна, и во все стороны от нее расходились ароматы выпивки. – С наступающим! – провозгласила она, протягивая к ним початую бутылку, чтобы чокнуться, наткнулась на веселый взгляд Фэанаро, но вместо того, чтобы смутиться и убрать бутылку, сделала из нее хороший глоток и сказала, обращаясь к кому-то, кто был внутри: – Ваша станция, мадам. – Благодарю, – с этими словами Нерданэль, как была, в той же одежде, в какой работала в мастерской, появилась в дверях. Она протянула руку, и Фэанаро помог ей сойти на перрон. – Курво, – позвала она, улыбаясь, а в глазах ее дрожали слезы. – Курво! – Нерданэль, – отозвался он, и тогда она бросилась к нему в объятья. Поезд тронулся с места и ушел, а они все стояли, обнявшись. Петунье было неловко мешать, но время шло, и им следовало возвращаться домой. – Папа? Ее вмешательство произвело совсем не тот эффект, какого она ожидала. Нерданэль отстранилась от мужа и посмотрела на нее с улыбкой. – Кстати говоря, Курво, как скоро ты собирался сказать мне, что у нас появилась дочь? – с добродушной насмешкой спросила она. Фэанаро наклонился запечатлеть на ее щеке поцелуй. – Я тоже очень по тебе скучал, любимая.