Достоин руки Донателло
3 июня 2024 г., 23:03
Кристальные голубые волны с тихим шипением накатывали на берег, будто играя с ней.
Шаг вперёд, и волна отскакивает как смущенный подросток, шаг назад — белая пена подбирается ближе, щекоча голые пальчики ног.
Этой игрой Пенси наслаждалась, словно ей снова пять и родители вывезли её в Корнуолл.
— Ты как будто никогда не видела моря, — заметил Блейз, останавливаясь рядом.
Хитрая волна тут же напала на голые ступни мулата, окатив его песчинками.
— Это было давно.
Пенси не поворачивала голову, продолжая наблюдать за лазурной водой.
— Ты говоришь как будто тебе сорок, а не пятнадцать, — засмеялся мулат.
Иногда она действительно ощущала себя взрослее, чем есть на самом деле. Извечные правила и устои. Стой прямо, улыбайся радостно, говори вежливо, дружи с правильными волшебниками, строй отношения с представителем именно этого семейства.
Правила, правила, правила. Они проникли в подкорку сознания и обвили ее словно мерзкий ядовитый плющ, который с каждым днем впрыскивал отраву в самое нутро.
— Тебе стоит хотя бы сейчас забыть о том, кто ты, — Блейз повернулся к Пенси, и она увидела в его темных глазах участие.
Это было что-то новое. Никто на нее так не смотрел.
— А кто я, Забини? — оскалилась Паркинсон и сделала шаг назад, подальше от воды.
Ей не нравились эмоции, которые вызывал в ней мулат. Слишком сильные, слишком непонятные.
— Ты Пенси Паркинсон, моя одноклассница. Ты очень умна и хитра, а еще ты безумно красива, — ответил он, как будто текст был в его голове уже давно.
Волшебница почувствовала, как ее щеки загорелись.
Наверное, слишком яркое солнце. Да-да, она просто получила солнечный ожог.
— А еще, — Блейз развернулся и подошел вплотную и, упрямо не желая отпускать ее взгляд, продолжил, — ты впервые в Италии и на скрытом пляже семьи Боргезе. Ты впервые видишь Лигурийское море, а оно, смею заметить, самое прекрасное на всем побережье.
— Ты умеешь умаслить девушку, — ухмыльнулась Пенси.
Было приятно, что Забини считал ее красивой… но это ничего не значило. У нее отношения с другим, и Блейз прекрасно знал об этом.
— Это не лесть, это… — Блейз не договорил.
Беатриче с радостным визгом промчалась ураганом мимо них и подняла волну брызг в их сторону.
— Мы что, забрались сюда, чтобы светские беседы вести? — возмутилась итальянка, загребая в ладошки морскую воду.
— Что же ты предлагаешь, кузина? — с ухмылкой спросил Забини, закрывая собой Пенси.
И не зря. В ту же секунду в их сторону полетела пригоршня воды, обрызгав с ног до головы.
И как только у нее получилось набрать такое количество?
Основной удар Блейз взял на себя, хотя Пенси тоже досталось. Она заметила, как тут же на месте брызг на дорогой мантии от мадам Малкин расцветают влажные следы, высыхая и оставляя причудливые белесые узоры.
Матушка будет в шоке. Как же так, мантия от мадам Малкин, какой кошмар!
Это мысль так позабавила Паркинсон, что она, не сдержавшись, рассмеялась во все горло. Громко, задорно, не прикрывая ладошкой рот.
— Блейз, ты похож на мокрую курицу, — подхватила Беатриче, посмеиваясь вместе с Пенси.
— Temi Giove, cugino, — изображая оскорбленный вид, — чтобы ты не сделала, я достоин руки Донателло.
— Насколько помню, он изображал довольно маааленький… — Пенси не успела договорить.
Блейз дернулся к ней, и девушка с визгом отбежала к Беатриче, по колено намочив мантию.
Плевать. Даже если она вернется к матери полностью мокрой, с испорченной укладкой и одеждой. На все плевать. Пусть катится к Салазару со своими правилами.
Сейчас, хотя бы на пару часов, Пенс хотела еще хоть раз насладиться морем.
— Dei, dei, cara Пенси, какие неподобающие мысли для юной леди!
Блейз ослепительно улыбался, от чего где-то внутри, под ребрами, тлеющая искорка превращалась в голубой огонек.
Паркинсон еще громче засмеялась и показала язык Забини.
Мать Моргана, да что она творит?!
— Давай, Пенси, научим нашего спутника, что хвастаться нехорошо, — протянула Беатриче, набирая в ладошки вторую порцию морской воды.
Девушка последовала ее примеру, но вместо того, чтобы отправить брызги в сторону Забини, окатила юную леди Боргезе с ног до головы.
Визги и смех слышались в маленькой бухте недалеко от виллы семейства Боргезе. Трое подростков, не замечая ничего вокруг и не считая минут, бегали друг за другом по мягкому белоснежному песку, расплескивая лазурную воду под ногами.
Сейчас, и только сейчас, Пенси чувствовала себя счастливой и свободной.
