Гастрономическое турне адепта

Наступило утро того дня, на который был назначен праздничный ужин. Какой сегодня праздник? Конечно же возвращение Гань Юй. Миллелиты с трудом узнавали ее, но все же пропустили. Двери Нефритового Дворца распахнулись, позволяя Гань Юй пройти в длинный коридор, в самом конце которого располагался главный кабинет. В нем уже ждали Гань Юй ее коллеги: Нин Гуан, Кэ Цин и Е Лань. Девушки со всех сторон облепили адепта. — Привет! Мы по тебе соскучились! — Сказали они хором. — Ты изменилась. — Подметила Нин Гуан. — В лучшую сторону. — Во все лучшие стороны! — После этой шутки от Е Лань все четверо залились смехом, и флер неловкости испарился. Но Гань Юй стояла в удивлении: ее коллеги превратились в толстух, не уступающих по габаритам ее наставнице. У Нин Гуан растолстели бедра, грудь, у нее были довольно широкие плечи, а из-под платья очерчивался живот. Кэ Цин сильно раздалась вширь: валики боков и широкие бедра так и просили, чтобы их потискали. Несмотря на относительно стройную фигуру Е Лань, вперед сильно выдавался ее бюст. — Ты… Хотела, чтобы все так вышло? — Гань Юй подняла глаза и пристально смотрела на Нин Гуан. — Не без этого. — Большая кровать, весы, холодильник, крупная сумма денег: все это полностью выдавало ее намерения. — Но зачем? Я догадывалась, но совершенно ничего не понимаю. — Было очевидно, что человек, которому я дам этому поручение, сильно наберет. Вообще, тут не обошлось без твоей наставницы. Она часто задавалась долгими историями о твоем детстве, и мне показалось, что тогда ты была намного счастливее. Но, признаюсь, ты меня удивила. — Фух… Спасибо. — Она расплылась в милейшей улыбке. — Теперь я не чувствую себя так одиноко. Хоть Гань Юй все еще была чужда и для мира людей, и для мира адептов, но теперь она стала частью толстого коллектива. Даже простые секретари, глядя на полнеющих девушек, перестали так сильно следить за фигурой и набрали. — Ладно! Через полчаса можно будет проходить за стол. — Объявила Кэ Цин. — Готовьте ваши животы — это будет непросто. Что будет, если человек, который всегда много ел из-за своей физической активности, перестанет так много двигаться, а его привычки в еде никуда не исчезнут, а наоборот — он начнет есть намного больше? Получится Сян Лин. Мало того, что она не жалела себя на ужинах вместе с верхушкой Нефритового Дворца, так еще и постоянно что-то жевала во время готовки. Ее фартук уже не мог полностью закрыть ее огромный живот, а посередине проглядывался глубокий пупок. — Ох, Гань Юй, я так соскучилась! Наконец-то ты слезла с этих глупых диет. Для повара нет ничего лучше гостя, который много есть! — И я. Многое изменилось, да? Уже не терпится попробовать что ты там придумала из моих записей! Девушки обнялись, площадь соприкосновения между их телами была максимальной. Выпирающий живот Сян Лин оказался податливым и расплылся в стороны. Это что, он так выдается, а еще пустой оказывается? — Уверена, что ты не разочаруешься. Я так много упражнялась в готовке за эти три дня, что набрала, наверное, килограмма полтора! — Ой, да ладно. Я за то же время набрала целых пять. — Ну ты же адепт, тем более вон какая огромная, а я всего лишь человек, так что признаем за ничью. Они хлопнули себя по животам и сели за стол. На нем уже стояли различные блюда: знакомое искушение адепта плескалось в одном общем котле, многоярусные подносы были полны местных сладостей, но на манер Фонтейна, тартар из местных рыб, тушеное мясо с рисом, суши и роллы с разными начинками, кувшины с чаем, газировкой и еще много того, что Гань Юй успела повидать за свое путешествие. Все принялись есть. Цокот столовых приборов, бренчанье тарелок, звон бокалов и частые отрыжки наполнили зал. Ни одно блюдо не оставалось без внимания. То и дело кто-то брал перерыв и сидел несколько минут, тяжело дыша и держась за живот, а потом с новой силой принимался за еду. Сначала появилось чувство наполненности, потом живот становился все тяжелее. От мелкой икоты помогал бокал вина. Некоторые стали замечать, что их животы стали упираться в стол. Кэ Цин никогда не была спецом пышных застолий, поэтому она решила надеть одежду с пуговицами, которые дали о себе знать — посередине пира они со звоном отлетели, заставляя ее живот вывалиться на бедра. Никто не собирался оставлять еду, но последние кусочки смогли доесть только Сян Лин с Гань Юй. Это было настоящее испытание на выносливость. В конце, когда пора было расходиться, девушки стали ненароком осматривать друг друга. Гань Юй настолько растолстела, что после плотного ужина в ее внешности ничего особо не изменилось, зато сама она чувствовала, как ее невероятно распирает изнутри ее желудок, превратившийся в тяжелый шар. Нин Гуан, Кэ Цин и Е Лань выглядели объевшимися: тугие, как барабаны, животы растягивали ткань их платьев или просто торчали оголенные. Но Сян Лин задала жару — ее живот невероятно увеличился и покраснел от напряжения. Сколько же килограммов еды она в него уместила? На следующий день все всё еще ходили с выпяченными животами. Все, кроме Гань Юй. Как обычно, за ночь от съеденной еды ни осталось и следа, разве что лишний жирок облепил ее бока еще чуть больше. Но кто этого сейчас заметит? Троица: Нин Гуан, Кэ Цин и Е лань, еле могла устоять на ногах. Хорошо, что в этот сезон мало работы. Сян Лин стойко вынесла вчерашнее испытание и трудилась у плиты. С недавних пор интерес людей к готовке сильно возрос. Вокруг Сян Лин вертелось трое учеников, блюдо каждого из которых она была обязана попробовать. Так еще и свои тоже нужно. Наверняка сейчас ее живот превратился в огромный выпирающий шар. Через два дня застолье повторилось. … В тот раз вино из цветка-сахарка оказалось особенно крепким, поэтому вечер обещал быть веселым. Хоть они и работали вместе невесть сколько времени, однако отношения между верхушкой Нефритового Дворца можно было назвать максимум деловыми. Но за последние полгода они стали вести себя как самые настоящие подружки. — Хааа! — Внезапно начала Кэ Цин. На ее круглых щеках, как и у других, сверкал хмельной румянец. — Девчат, я только сейчас заметила, как же нас разнесло! Это вы от Гань Юй что ли заразились? — А чего это «мы»? Ты тоже тут не как мышка ешь! — Насмешливо подметила Сян Лин. — А еще, два месяца назад, когда я задержалась до поздней ночи на работе, я видела в твоем окне свет, а, подойдя поближе, отчетливо увидела, как ты прямо руками уплетаешь целый торт, а рядом еще и обертки от чего-то валялись! — Ах, да я просто в тот день была настолько занята, что ничего не успела поесть! — Смущенная раскрытым секретом Кэ Цин выпалила первую отмазку, что пришла ей в голову. — И вообще, посмотри — моя грудь ничуть не увеличилась. Маленькая грудь для девушки — смертный приговор! — На самом деле ее грудь была даже чуть больше среднего, правда на фоне других она казалась доской. — Вон какие у нее сиськи! — Она показала пальцем на Е Лань. — Что там, говорят, помогает для роста груди? Капуста? Да ни на какой капусте такие не отъешь. — Эй! Не вежливо говорить о человеке в третьем лице, когда он рядом, тем более такие вещи. — Е Лань в шутку пожурила разбушевавшуюся Кэ Цин. — А я тут, наверное, всем насолила — отъела себе все сразу и много. — Гань Юй попыталась взять некую вину на себя, чтобы разрядить обстановку. — Простите. Я поступила неправильно. — Внезапно начала Нин Гуан, сверлившая взглядом дно бокала. Все замолчали. — Сначала я воспользовалась слабостью Гань Юй: наслушавшись рассказов Сянь Юнь, я решила специально дать ей то поручение, чтобы она растолстела и стала счастливее, как в детстве. Ну какая взрослая девушка станет счастливее, растолстев? Вот же я дура… А потом вы, мои девочки. Подсадила всех на это обжорство, и сама привыкла, стала делать их все чаще. Я пробовала есть как обычно, но это так сложно! Простите, из-за меня вы тоже в таком положении. — Серьезно? Из-за этого все слезы? — Гань Юй первая смогла подобрать слова. — Когда я приехала, я весила больше двухсот килограмм! Это же не могло произойти случайно, сама подумай. Если бы меня это так сильно расстраивало, то все бы ограничилось небольшим животом, от которого под надзором Сяо не осталось бы и следа за месяц. Теперь я еще и я нашла свое место среди вас и не чувствую себя одной в этом мире. А это чувство свободы: я радуюсь вкусной еде без ограничений в кругу своих подруг, а наставница меня поддерживает. — Мы согласны с Гань Юй! — Хором сказали остальные. — Если честно, мне нравится быть толстой. — Кэ Цин, выпившая еще один бокал, совсем разоткровенничалась. — Хоть грудь у меня совсем не выросла, но моя задница мне очень нравится. По размеру я могу конкурировать с Гань Юй, хоть она и тяжелее меня раза в два. — Это было правдой, в этот раз только они обе сидели на специальных широких скамейках. — Мне нравится насколько она тяжелая, я люблю как она расплывается на стуле, как она раскачивается при ходьбе. В подтверждение этих слов Кэ Цин неуклюже продефилировала по залу. За эти полгода она невероятно растолстела в бедрах и ягодицах, поэтому на фоне остального стройного тела они смотрелись огромными. Но за эти полгода она так и не научилась подбирать одежду под ситуацию: ее платье, еще с прошлых времен, натянулось на наполненном животе и вообще ничего не прикрывало сзади. Ее ягодицы и бедра, покрытые бугорками целлюлита и обтянутые колготками, грузно раскачивались, как бы продолжая движение ее шагов. Подойдя обратно к своему месту, Кэ Цин сильно запыхалась. — Ууууф, ощущения при ходьбе с такой огромной жопой ни с чем не сравнимы. — Почему-то Кэ Цин в глубине души хотела, чтобы кто-то посторонний подметил насколько она растолстела, используя подобные слова по отношению к ее телу. — Раз уж на то пошло, — подхватила Сян Лин, — я тоже без ума от своего живота. Обожаю какой он круглый и тяжелый, особенно, когда наполненный. Кстати, я тоже могу посоревноваться с Гань Юй в его размере. Как и Кэ Цин, Сян Лин, в подтверждение своих слов, грузно встала из-за стола и подтянула руками свой невероятный живот. Он настолько вырос от частых перееданий, что Сян Лин не могла его обхватить. Как и у ее предшественницы, у нее большая часть ушла в одну часть тела. Но она была потяжелее Кэ Цин, так что животы Сян Лин и Гань Юй были на одном уровне, возможно, даже за первой было преимущество. Когда Сян Лин села, ее живот упал между колен и уперся в стол, так что она не могла придвинуться ближе, поэтому на примере Гань Юй, чтобы далеко не нести еду до рта, она начала вместо стола использовать свое набитое брюхо. — Знаете, некоторые говорят, что девушка не считается толстой, пока ее живот не торчит вперед груди? Так вот, я тут самая настоящая худышка! — Е Лань хлопнула себя по животику, которых только-только начал вырисовываться. — И я тоже люблю свою огромную грудь. И тоже не отстаю от Гань Юй в ее размере. — Для подтверждения слов ей даже не пришлось вставать. Ее бюст так и норовил залезть в тарелку или сбить бокал, так еще и весь был заляпан, потому что она не могла поставить блюдо себе на живот. — На нее заглядываются не только парни, но уже и девушки. — Да, Нин Гуан, — Слово опять вернулось к Гань Юй, — Я люблю не только много есть, но и последствия этого. Мне нравится быть такой жирной. Первый раз, когда из-за того, что я такая огромная, мне пришлось протискиваться в дверь, я была так рада! Иногда мне даже снятся сны, что я застреваю там, и я жду этого с нетерпением. Мне нравится, когда мои бедра раскачиваются при ходьбе, мне нравится мой огромный живот и большая грудь. Ты дала нам возможность испытать то, что мы бы никогда не испытали и нам это понравилось. Так что грусть в сторону, говорю от имени всех: мы любим много есть, нам безумно нравится быть толстыми, и мы хотим толстеть еще. — Пф, спасибо за ваши слова. Вы можете остаться, а я пойду к себе — мне нужно время осознать все это, а еще, кажется, я сильно перебрала. На этом ужин закончился. Нин Гуан ушла к себе, остальные девушки решили доесть всю еду. На следующий день все собрались в пустом зале. На полу стояли весы, на столе — измерительная лента. На кресле всех уже ждала изрядно повеселевшая Нин Гуан. — Раз вы решили толстеть, а я в этом от части виновата, то я обязана сделать вам надбавку к зарплате на рестораны и обновления гардероба. Она будет зависеть от того, сколько вы набрали с возвращения Гань Юй, а еще от обхвата самой выдающейся части тела: я ведь знаю, как тяжело наполнить огромный живот или найти одежду на такие огромные грудь и бедра. — 203 килограмма, набрала 60 — Сян Лин стала второй девушкой, пересекшей отметку в 200 килограмм. — Обхват живота 213 сантиметров. — 294, набрала всего лишь 81. Так… а какая у меня самая выдающаяся часть тела? — Второй встала на весы Гань Юй. — Ты нажрала почти сотню, а для тебя это «всего лишь»? — Удивилась Сян Лин. — Ну, я погрязла в работе, так что у меня не было времени полностью отдаваться еде как в отпуске. С тем темпом я ожидала большего. — Так, ладно. Тебе можно измерить все. — Вмешалась Нин Гуан. — перед тобой я больше всего виновата, и ты столкнешься стразу с тремя проблемами. — Обхват груди 161, обхват живота 206, обхват бедер 230. — Ну, я здесь, наверное, одна из самых худеньких. Чт… — Цифры на весах поразили Кэ Цин. — 176, набрала 54, обхват бедер 219. — Вешу 139, набрала 27, обхват груди 144. — Обыденно продекламировала Е Лань. — Ну что, устраиваем соревнование «кто больше наберет»? — Да ладно, и так понятно, что Гань Юй победит. Жду от тебя лучших результатов через полгода, козочка! — Поддразнивала ее Сян Лин. — Если вдруг застрянешь в дверях, то я тебя протолкну одним ударом своей попы. — Подхватила Кэ Цин. — Ну и я с вами. 161, набрала 44, грудь/бедра 130/174. — Неожиданно для всех Сказала Нин Гуан. — Следующий пир как обычно послезавтра!