Ночь под звёздами

      На ближайшее время моим соседом стал Пончик. Можно сказать, это впервые, когда у меня живёт домашнее животное. Да, временно, но всё-таки. Всё равно волнительно: вдруг перекормлю или лоток вовремя не поменяю? Саша сказала, что это всё ерунда и я вообще не обязана этим заниматься. Она сама будет заходить делать всё. И Орлова правда каждый день заходила к нам в гости, дабы проведать кота. Хотя я подозревала, что не только ради него она приходила.       Третий день моего сожительства с животным начался с того, что я умирала от скуки на диване, пока Пончик сладко спал в ногах. Неожиданно в дверь громко постучали, и я, обрадовавшись, сразу побежала открывать. На пороге стояла Орлова. Её руки были в карманах, а волосы собраны в хвост. — Привет, — неуверенно начала разговор она.       Улыбка невольно расплылась на моём лице. — Привет. Опять без шапки ходишь?       Девушка приподняла брови и тронула неаккуратно убранные волосы. — Я просто спешила, вот и забыла… — её бегающий взгляд в конце концов остановился на мне. — Ну я спешила, потому что, вдруг Пончик тебе докучает или опять мяукает…       Ещё шире улыбнувшись, я кивнула. — Не переживай. Пончик спал, так что могла и не спешить так сильно.       Девушка слегка покраснела. Я отошла и пропустила соседку внутрь, закрыв за ней дверь. — Как там твои крысы? — Честно, я уже готова их голыми руками ловить, — ответ Александры меня насмешил. — Я чем их только не выкуривала. Они всё скребутся и скребутся. Просто ужас. — Может, хочешь у меня пожить какое-то время? Ну, пока крысы не исчезнут — невзначай спросила я.       Александра, которая в это время снимала ветровку, застыла на секунду и взглянула на меня. Она так внимательно разглядывала моё лицо, что мне стало неловко. — А что? Вы с Пончиком в гостиной на диване можете поспать. К тому же я одна живу, а вы мне компанию составите. Если что, я просто предложила. — мои глаза неотрывно смотрели в напряжённое лицо девушки, а мозг пытался догадаться, о чём же она думает. Орлова выглядела будто ей предложили банк ограбить. — Ну, ты подумай.       Мне стало неловко от её пристального взгляда, и я развернулась и пошла на кухню ставить чайник. Может, ей стало некомфортно? Зря я предложила? Мы хорошо ладим, но бывают моменты, когда я совсем не понимаю её. И почему у неё так лицо напряглось?       На кухню за мной незаметно зашла Александра и села за обеденный стол. Пончик даже не проснулся, когда хозяйка пришла. Кот развалился на весь диван и сладко посапывал. Наверное, слишком сытно позавтракал.       Я положила шоколадные конфеты перед Сашей и стала ждать, пока чайник закипит. — Как ты с Пончиком? Он не мешает спать? — прервав неловкую тишину, спросила девушка. — Он любит у меня в ногах спать, поэтому нет. А ещё он отлично греет суставы.       Орлова лишь улыбнулась на это и опять замолчала. Так мы и просидели, каждая в своих мыслях, пока пили чай. — Погода сегодня хорошая, — невзначай подметила соседка, глядя в окно. — Да? Вроде обещали похолодание. — Ну да, там холодно, но зато солнце наконец-то выглянуло. Отличный день для прогулок. — соседка начала теребить замок на кофте. — Может…       Тут в дверь снова постучали. Мы с Александрой переглянулись. Я встала и пошла открывать. На пороге стояла тётя Маша. — Ева, привет. Ты как? — Здравствуйте, тёть Маша. Да нормально. А вы здесь что делаете? — Ой, Саш, привет, — Орлова тихо подкралась сзади меня. Женщина перевела взгляд на меня и продолжила: — Тут такое дело, мне срочно надо в город, там… Ай, долго объяснять. В общем, можете, пожалуйста, сегодня за магазинчиком присмотреть и обязательно принять товар! Вечером будет грузовик, там Виталя привезёт новую партию. Я бы попросила сменщицу, но она уехала к родственникам. — Хорошо, без проблем, — не задумываясь, ответила я. — Отлично. Я в долгу не останусь. Держите ключи, — тётя Маша протянула большую кипу ключей. — Если что, — она перевела взгляд на девушку позади меня, — Саша, ты ведь всё знаешь. Если что забыла, позвони, спроси. — она опять взглянула на меня. — Ну всё, девчонки, я побежала. Ещё раз спасибо.       Я не была уверена, но подозревала, что у Орловой приподнялись брови вверх, а вид стал растерянный. Как только женщина попрощалась, то тут же выбежала с крыльца, села в машину и уехала. Я же стояла на пороге с ключами в руках и смотрела ей вслед. Шагнув назад, я упёрлась спиной в соседку. Она смотрела на меня растерянно. — Ты ведь умеешь управлять магазинчиком? — с надеждой в голосе поинтересовалась я.       Александра словно тут же очнулась, шагнула назад и кивнула. Только вот собранные в хвост волосы играли не в её пользу. Уши у неё покраснели. — Ну и отлично тогда, — я улыбнулась и закрыла дверь.       Мы допили чай, покормили Пончика и направились в магазинчик. На улице и правда сильно похолодало. Я куталась в пальто как можно сильнее. Северный ветер пробирал до мурашек. Воздух стал морозный, чувствовалось, что совсем скоро наступит зима. Орлова в это время спокойно шла в ветровке и без шапки. Её вид не выдавал, что ей хоть капельку холодно. — Саша, у меня каждый раз глаз дёргается, когда я вижу тебя полураздетой, — я натянула на её голову капюшон. Она на это виновато что-то промямлила. Когда мы дошли до магазинчика, я отдала ключи Орловой. Девушка, прижав посильнее дверь, открыла её, и мы зашли в тёплое помещение. Свет сначала поморгал и только потом включился. — Непривычно здесь без тёти Маши, — проходя вглубь помещения, я кое-что вспомнила. Широко улыбнувшись, задала вопрос девушке: — Ты ведь здесь раньше подрабатывала, да? — Ну да. — Скажи честно, а ты воровала сухарики с ветчиной и сыром?       Александру заставил улыбнуться мой вопрос. — Я больше люблю со вкусом хрена. — Мои нелюбимые… — у меня перекосило лицо от воспоминания их вкуса. — Хахаха. Я знаю, — она всё ещё улыбалась, глядя на меня. — Знаешь? Откуда?       В момент улыбка спала с лица девушки, а глаза забегали из стороны в сторону. — Я… Просто… Случайно узнала ещё в школьные времена. Услышала случайно. — Аааа, — я молча кивнула и пошла за прилавок. — А ты проведёшь мне экскурсию? — Да, конечно, — Орлова прочистила горло и подняла руку: — Вот здесь консервы, вот здесь колбасы, вот здесь хлеб, вот здесь лимонады, вот здесь футболки, а здесь даже есть немного сантехники.       Мой смех прервал её речь. — Я имела в виду…       Дверь в магазинчик резко открылась, колокольчики звонко зазвенели. Мы с соседкой повернулись. На пороге стояла тучная женщина лет пятидесяти в камуфляжном костюме. Она взглянула на Орлову, затем на меня. Взгляд посетительницы был внимательным и изучающим. — Привет, Орлова, Ева, — чересчур напряжённо прозвучал голос пришедшей. — Вам тоже добрый день, — сухо ответила Саша. — Здравствуйте, — я неуверенно поздоровалась. — Снова работаешь? А где Машка? — даже не взглянув на меня, женщина стала засыпать вопросами Александру. — Тётя Маша уехала по делам, меня попросила присмотреть. — Вы вдвоём присматриваете? — Да.       Посетительница неспеша подошла к прилавку, оперлась на него и, переведя взгляд на товары, сказала: — Тогда дай «Пётр 1», полбуханки белого, колбасу докторскую и печенья к чаю.       Александра ушла в подсобку, а женщина взглянула на меня и начала шепотом: — Ты аккуратнее с Орловой, приглядывай за ней. А то она и стащить чё может, — она кивнула на холодильник с алкоголем.       Орлова вернулась с сигаретами не сразу. Я стояла в небольшом шоке, лишившись дара речи. Мы с женщиной молча переглядывались, пока Александра наконец всё не принесла. Та быстро расплатилась и ушла.       Видимо, выражение моего лица было говорящим, потому что Александра вздохнула и спросила: — Что она тебе сказала?       Я удивлённо покосилась на девушку. Она что, мысли читать умеет? — Ничего… — Тогда почему ты расстроилась?       Я поджала губы. Мне было неприятно, однако. Хотя я и сама становилась предметом слухов, но такое отношение к Александре меня расстраивало. — Она просто бестактная дура. Ничего, кроме сплетен, нет в голове, — в конце концов негромко ответила я.       Саша удивлённо подняла брови. А затем улыбнулась и вздохнула. — Они просто хотят уберечь тебя, поэтому и говорят всякое. — Но ведь Михаил Борисович и тётя Маша так не делают! — Просто они знают чуть больше, чем другие, — Орлова стала рассматривать ногти, при этом хмурясь. — А… Ну хорошо, — я замялась на такой ответ.       Значит, она оставила своё прошлое в секрете от других. Наверное, она также бы не хотела, чтобы я его знала? Поэтому Михаил Борисович и тётя Маша подробно ничего не рассказывали? Они знали, что Александра не хотела бы всё это раскрывать.       Любопытство возросло. Но я взглянула на отстранённую девушку и решила ничего не говорить. Мы ещё какое-то время помолчали, но я вспомнила, что хотела попросить до прихода покупательницы. — Кстати, — я подошла ближе к девушке, привлекая её взгляд к себе, — а ты мне подсобку покажешь? — улыбнувшись, спросила я.       Брови Александры приподнялись. Она смотрела мне в лицо, будто что-то ища. — Да… — неуверенно ответила девушка. Её щёки стали слегка розоватыми. — Что с тобой? Туда что, только по пропускам?       И тут до меня наконец-то дошло, что моя фраза могла прозвучать двусмысленно. В тот же момент мне стало ужасно смешно, но я постаралась сдержаться. — Саш, я правда просто хотела посмотреть подсобку. Или ты мне ответила «Да» на это самое?       Орлова ещё сильнее смутилась, а её уши стали красными. Всё же не выдержав, я засмеялась. — Я не… Я даже не думала, — промямлила про себя девушка. — Это не то, о чём ты подумала. — Ну ладно, ладно, — я всё же пощадила соседку и перестала над ней издеваться. — Так ты проведёшь меня в закулисье?       Девушка развернулась и направилась за небольшую шторку, уходя вглубь. Я последовала за ней, и передо мной открылась маленькая комнатка. У стенки слева стояло небольшое кресло, рядом микроволновка, а напротив — старенький телевизор. Также в помещении находились коробки с разными товарами. — А что сегодня ещё будем делать, кроме как обслуживать покупателей? — Тётя Маша сказала принять товар, он обычно приезжает к восемнадцати. — мы одновременно посмотрели на часы, висящие в конце комнаты. Был полдень. — Нам нужно его разложить. В восемь мы обычно закрываемся. Перед уходом немного приберёмся, выключим свет и закроем дверь. Утром магазин открывается в десять, но я не знаю, будем ли мы завтра её ещё подменять.       Внимательно выслушав девушку, я кивнула и снова осмотрела комнату отдыха. — А ты давно здесь работала?       Мой вопрос был неожиданным, и Орлова даже на секунду растерялась. — Ну да… Давненько. Я лет семь назад здесь подрабатывала. Мой взгляд был прикован к телевизору который выглядел очень древним. — а этот телевизор вообще работает? Или так, для красоты? — Ну, вообще да. Это я его на свалке в городе увидела. Подумала, почему бы не попробовать починить. Не без помощи старшего, но я смогла заставить его работать. А поскольку я не смотрю телевизор, решила подарить тёте Маше.       Мне даже стало неловко от своего же вопроса. — Крутая ты однако… — Ты не подумай, я не хвастаюсь… — она перевела на меня взгляд, и я улыбнулась ей. — А мне можно его смотреть? — Ну, если ты любишь мелодрамы про богачей и провинциалок или новости, то хоть весь день.       Я уселась в кресло поудобнее и откинулась на спинку. — А тут даже удобно. Может, мне взять перерыв от рисования? Буду подрабатывать у тёти Маши, в перерывах читать книги или смотреть мелодрамы, — я засмеялась своей идее. — Представляешь, я никогда не работала на обычной работе. Даже понятия не имею, какого это. В колледже бабушка получала пенсию, а я пособие. На жизнь нам хватало. А потом практически сразу я стала зарабатывать на картинах. — Ты ничего не потеряла. Иначе жила бы как в петле. Дом — работа, работа — дом. И чаще всего твою работу даже не ценили бы.       Опять повисло неловкое молчание. Всё же не самая весёлая тема. — Наверное, это будет бестактно, но можно у тебя кое-что личное спросить?       Девушка напряглась, но кивнула, глядя на меня. — Почему о тебе такое мнение у местных жителей? Почему они считают, что нужно быть аккуратнее с тобой? Ты ведь им ничего не сделала.       Александра вздохнула, но лицо заметно расслабилось. Значит, она ожидала не этого вопроса и выдохнула, когда я спросила другое. — Из-за репутации отца… — Он ведь просто пил. Тут половина деревни пьёт. Или он кого-то ограбил? — Ну, можно и так сказать… — Орлова задумалась и вскоре продолжила: — Сначала он по мелочи воровал. Ну там продукты из магазина. А когда его перестали пускать, начал дома соседские обворовывать. — Что? — теперь я была удивлена. Бабушка ничего подобного мне не рассказывала. — Кидал камень в окно и залезал внутрь. Искал первое попавшееся, хоть чуть-чуть ценное, и бежал сразу в город, в ломбард сдавать. — И куда он деньги девал? — Пропивал, конечно. Всё до последнего. Это он так делал, когда я ему денег на водку не давала. — А потом что? — Потом стала давать деньги. Дешевле выходило, чем чинить окна и выкупать из ломбарда драгоценности. Ещё и извиняться ходить за это.       Я молчала какое-то время. Интересно, а бабушку тоже это коснулось? Почему она тогда мне ничего не рассказывала? К тому же мы ведь одни из ближайших соседей Орловых. — Мне кажется, наоборот, это тебя показывает с лучшей стороны. — Ну… Как говорится, яблоко от яблони… — она вздохнула и посмотрела на меня. — Мне в любом случае всё равно, кто и что думает обо мне. — Я считаю, они просто жалкие. А ты молодец. Не представляю, как это тяжело. Я тобой восторгаюсь.       Девушка отвела взгляд, но затем снова взглянула на меня и даже слегка улыбнулась. Мы какое-то время просто молча смотрели друг на друга. Неожиданно она поднялась с табуретки и, оглядевшись, спросила меня: — Хочешь сухарики?       У меня тут же загорелись глаза от предложения Орловой. — Да я их лет сто не ела. Конечно хочу. Только не с хреном! — поспешно вылезая из кресла, ответила я. — А я и не собиралась делиться самыми вкусными, — Орлова опередила меня и первая добралась до полки.

***

      Оставшийся день мы трескали сухарики с газировкой (Орлова сказала, что это плата тёти Маши за нашу подработку) и обсуждали клиентов. К нам заходило, наверное, ещё человек пять. Когда покупатель уходил, Александра рассказывала, что знала о них. А потом мы это обсуждали. Раз про нас сплетничают, то почему бы и нам не посплетничать про других. Саша хоть сначала и не очень поддерживала такое, но всё же в конце концов сдалась.       День прошёл быстро, и вот уже настал вечер. Грузовик приехал, и оттуда вышел коренастый мужчина лет шестидесяти. — Александра, здравствуй. Давно я тебя тут не видел. Снова подрабатываешь? — мужчина улыбнулся девушке. — Нет. Тётя Маша просто попросила денёк приглядеть и товар принять. — А я уж подумал, неужели ты снова.       Орлова вздохнула и принялась разгружать. Я пришла ей на помощь, но она сказала, что я могу отдохнуть. — Да я и так весь день отдыхаю. Всего пару покупателей приняла, и то детям жвачку продала. Я тоже хочу тебе помочь.       Девушка промолчала, но в конце концов дала мне коробку. Я, радостная тем, что могу быть полезна, понесла её в подсобку. Всего минут десять — и мы всё стаскали. Александра попрощалась с мужчиной, и он уехал. — Ты мне специально давала самые лёгкие? — Просто не хотела, чтобы ты спину надсадила. — А если ты надсадишь? — Не велика беда. — В смысле? А как же мы? — соседка приподняла бровь. — Я, Михаил Борисович и тётя Маша. Мы же будем за тобой ходить. И тем более переживать за тебя. — Да не стоит… — Ты совсем о своём здоровье не думаешь?       Мы уже зашли в подсобку. — Не прям чтобы… — себе под нос ответила девушка.       Я вздохнула и снова взглянула на неё. Худой профиль, некоторые прядки торчали, выбившись из хвостика, бледные губы и тёмные брови. Орлова открыла первую коробку. Там лежала одежда и ещё мелочи по дому.       Время от времени я поглядывала на девушку рядом. Изнутри меня грызло чувство вины. И чего я так накинулась на неё с этой заботой о здоровье? Я ведь максимум ей друг, а не жена или мама. Да и легко говорить о заботе о себе, только вот я сама не следую своим словам. Вспомнить, сколько я перерабатывала. Сколько бессонных ночей, пропущенных приёмов пищи и стресса у меня было. Я сама ведь тоже никогда не умела позаботиться о себе. Да я даже с температурой продолжала работать, перерисовывать, ходить на аукционы и разговаривать с людьми. А Сашу уже который раз отчитываю за это. Не лицемерно ли это с моей стороны?       Иногда я ловила взгляд Александры на себе и тут же отводила глаза. Вдвоём мы достаточно быстро разложили все привезённые товары, обслужили ещё пару клиентов и закрыли магазин.       На улице стемнело, а температура воздуха ещё сильнее опустилась. Мне казалось, ещё чуть-чуть — и мои зубы начнут стучать. Орлова тоже закуталась посильнее в ветровку. Я промолчала, но всё же переживала за девушку. Не дай бог, второй раз заболеет — я тогда отдам ей все свои теплые вещи, и пусть носит их.       Мы закрыли дверь и направились в сторону дома. Саша смотрела вдаль, при этом вжимая шею, чтобы было теплее. Через несколько кварталов в поле зрения показался мой дом. — Уже темно, да и холодно так. Не хочешь зайти ко мне? Тем более нас сегодня весь день не было, думаю, Пончик по нам соскучился. — Поздно уже… — взглянув на меня, ответила Орлова. Из её рта вылетел клубок пара. — Переночуешь у меня на диване. Ты ведь сама говорила, что тебе мешают крысы спать, а у меня тихо. Даже слишком.       Мы остановились, подойдя к моему дому. Александра взглянула на свой дом, который находился совсем рядом. Её брови нахмурились. Я начала переминаться с ноги на ногу, чтобы совсем не замёрзнуть. — Уверена, что я тебе не помешаю? — Конечно, — я улыбнулась и, взяв Александру под локоть, потащила девушку в дом. — Как же холодно сегодня, пойдём скорее.       Зайдя с улицы в помещение, кожу лица стало приятно щипать. Как только мы появились на пороге, Пончик, совсем не тихо перебирая лапами, побежал встречать нас. На удивление, первым, к кому он начал ластиться, была я. Он недовольно мяукал и при этом мурлыкал, потираясь об ноги. — По-моему, тебе он больше рад. — Просто у меня суставы сильнее болят, вот он и трётся.       На кухне я сразу же поставила чайник, чтобы согреться. — Получается, сегодня у нас ночёвка? — улыбнувшись, спросила я, глядя на девушку. — Наверное… — А ты вообще была на ночёвках?       Орлова некоторое время помолчала, а после ответила: — Нет. Только если считать, когда сестра со мной жила. Но это вряд ли ночёвка? — Ну да. Вряд ли… — А что делают на ночёвках? — Едят, сплетничают, смотрят фильмы до поздна и подобное. В общем, всё, что душе угодно. — О… Ну мы сегодня уже съели полмагазина тёти Маши и сплетничали достаточно. — Да. Поэтому я предлагаю пойти смотреть телевизор до поздна под бутерброды с чаем.       Вскоре мы переместились на диван. Сев по разные стороны, между нами разлёгся Пончик. Я включила старенький телевизор, и на экране заиграл сериал. — Что за сериал будем смотреть? — Не помню название. Кстати, по-моему, это третья серия. — Ты его уже смотрела? — Ага, но никак не могла дальше третьей серии посмотреть. — А что вообще происходит? — Ну вот смотри: это главная героиня, обычная сельская девушка, но которая ищет себе богатого мужа. Короче, типа принца на белом коне. А это главный герой, он богатый и работает на стройке, которой же и владеет. Он к ней подкатывает, а она его отшивает, поскольку он бедный и ездит на велосипеде на работу. Она-то не знает, что это его стройка и у него куча денег. А вот этот алкаш — тоже ее ухажёр…

***

      Следующие несколько часов мы безотрывно смотрели в экран, наблюдая за драмой. Поначалу Саша выглядела совсем незаинтересованной, но в итоге спустя пару серий сама влилась.       До трёх утра мы смотрели марафон «Любовь не картошка» и обсуждали развивающиеся события, а также главную героиню и её мужиков. На последней серии у меня начали слипаться глаза, и я задремала.       Разбудила меня Александра. Она стояла рядом и слегка касалась моего плеча. — Что? Уже конец? Она осталась с ним? — Да, и они уехали на чёрном Мерседесе в закат. — я протёрла сонные глаза, а на губах девушки напротив расплылась улыбка. — Мне кажется, тебе пора идти спать в кровать. — Да, да. Ты права. Пошла я спать. Спокойной ночи, — я поднялась с дивана и, отдав свой плед Орловой, направилась в спальню.       Как только голова коснулась подушки, я сразу же уснула.