Don't ghost me again

— Гето-сан, давайте вернем ваше тело! — взволнованно восклицает Юджи, стоит призраку появиться в комнате на следующий день. Разве это не мило, что теперь он приходит к Итадори ежедневно, словно парнишка вошел в круг его близких людей? Хотя, ладно, он говорит это себе только для успокоения, прекрасно понимая, что первопричина данного действа — отсутствие у мертвеца иных собеседников. — Что, прости? — недоуменно моргает Гето-сан, склоняя голову к плечу. — Ну, разве это не решит все наши проблемы? Раз уж вы не хотите рассказывать сенсею, что стали призраком… У вас ведь все еще есть тело, Гето-сан! А это значит, что вы можете в него вернуться! — ликует Итадори, активно размахивая руками. — И каким образом? — графитовая бровь ползет выше, придавая красивому лицу еще более недоумевающее выражение и заставляя Юджи колебаться. Он не продумывал, как именно, ведь, ну, кто вообще составляет подробные планы на будущее? Точно не Юджи. Конечно же нет. Вообще, странный вопрос. С банальным ответом. Гето-сан ведь призрак, что еще нужно? — Вы пытались вселиться в свое же тело, Гето-сан? — с любопытством вопрошает мальчик, поглядывая на духа. — Конечно, Юджи, — вздыхает собеседник, подплывая к их «терапевтической кушетке» — дивану, — Как видишь, попытка успехом не увенчалась. О, ура, он помнит про обещанную смену ролей! О, нет, кажется, дело серьёзное… Итадори мигом подбирается в кресле, выпрямляя спину и скрещивая ноги. — Расскажите мне об этом подробнее, — мягким тоном профессионального психолога проговаривает парнишка. Прямо сейчас начался терапевтический сеанс 2.0 с Юджи в роли… психолога? Психотерапевта? Не суть, он не так глубоко разбирается в вопросе. На долю секунды он задумывается, подслушивает ли их сейчас Сукуна, быстро осознавая, что слышит он разговор в любом случае лишь с одной стороны. Это забавно. Прямо глухой телефон. — Ты слишком вжился в роль, Юджи, — посмеивается Гето-сан, коротко пожимая плечами, — Тут и рассказывать нечего. Попытался вселиться. Не получилось. Конец. Парнишка торжественно поднимает руку, поправляя невидимые очки. — Кажется, вы не совсем поняли, что я имею в виду, Гето-сан. Мне нужны технические подробности. Сколько было попыток, какие ощущения и все такое, — он неопределенно крутит кистью и улыбается призраку, — Уверяю вас, лучшего специалиста по одержимости вам не найти. Гето заторможенно моргает, после чего расплывается в улыбке и начинает тихо посмеиваться, из-под ресниц глядя на Итадори. — Я уже говорил, что ты невероятный, Юджи? Нет! Не поддавайся на провокации! Ты профессионал! Держись! Итадори откашливается и вежливо улыбается, продолжая отыгрывать свою роль. — Так, Гето-сан, в чем именно проблема? — Ну, варианта два, — задумчиво возводит глаза к потолку мужчина, — Либо я не могу вселиться в свое тело, потому что что-то в нем этому противится, либо я не могу вселиться вообще никуда и дело в самой душе. — Ой, так это же очень легко выяснить! — Юджи воодушевленно ерзает на своем месте, — Просто попытайтесь овладеть моим телом, Гето-сан! Пауза. Долгая пауза, после которой воедино сплетаются две возмущенные фразы разом. — Никаких овладеваний, малец, хера с два, я не согласен! — Я не собираюсь этого делать, Юджи! Это было ожидаемо. Парнишка подносит руку к лицу, собираясь потереть лоб, но вовремя осекается, заметив появившийся на ладони зубастый рот. Он поспешно отводит конечности подальше от лица. Прошлого укуса ему вполне хватило. — Так, вы оба, послушайте меня, — он тяжко вздыхает и резко открывает глаза, глядя на призрака в упор, — Нам нужно найти корень проблемы. Что может быть лучше, чем попробовать сделать это со мной? Гето-сан, я ценю вашу заботу и бережное отношение к моему прошлому негативному опыту, но я могу вас заверить, я умею бороться с одержимостью. По сути, я все это время разговариваю с вами, подавляя Сукуну. Я знаю, что я делаю. — Так значит, ты говоришь, что я не могу контролировать этот дурацкий сосуд лишь потому, что ты, тупица, выработал невосприимчивость после толпы призраков? — с непроницаемым лицом, — если один глаз и рот на руке можно считать лицом, — бурчит Двуликий. — Эм, нет? — неловко трет затылок Юджи, переводя взгляд обратно на Сукуну, — Ты не призрак. Мы это, вроде как, уже выяснили. — Погоди. Сукуна признал, что ты видишь призраков? — красивые брови Гето-сана приподнимаются в недоумении. Ой. Ох, верно. Дерьмо. Мужчина не знает ни о разговоре с сенсем, ни о том, что Юджи наплел ему в этом разговоре. — Типа того? — нерешительно мямлит парнишка и нервно сглатывает, — Я имею в виду, он скептически настроен по этому поводу, но признал, что я, возможно, с самого начала говорю правду, — добавляет он неуверенно. — В конце концов, ты очень честный человек, сопляк, — откровенно дразнится Сукуна. Мальчик на секунду хмурится. — Мы вчера немного поговорили. Кое-что выяснили, — он пожимает плечами. Гето-сан поднимает брови. Ещё выше. — О, да, твое страстное признание тронуло даже мое ожесточенное сердце, — Сукуна весело фыркает, нараспев растягивая слова. — Ой, уйди в закат, дед вредный, — бормочет Юджи. — Оу, предпочитаешь постарше, малыш? — продолжает издеваться Двуликий. Мальчик стонет. Прощай, профессионализм! Это просто его дурацкая судьба. Конечно, Сукуна собирается использовать против него любую информацию, с радостью вываливая весь доступный компромат. — Что же я такого вчера пропустил?.. — ошеломленно шепчет Гето-сан, широко раскрытыми глазами наблюдая за перепалкой. — Не так важно! Обсудим это позже? Пожалуйста? — практически скулит Юджи, внутренне сгорая от стыда, — Давайте вернемся к нашим баранам. На самом деле, я не дам вам слиться со мной окончательно, Гето-сан. Я просто хочу, чтобы вы попробовали и сравнили ощущения. Вот и все. Такой расклад всех устраивает? — Юджи переводит взгляд с дополнительного рта на призрака и обратно. Во что, черт возьми, превратилась его жизнь?! — Хм, ладно, хер с вами, сойдет. Но это тело мое и только моё. Делиться я не собираюсь, — недовольно бухтит Король проклятий. Это еще что за формулировка такая?! Мальчик бросает мимолетный взгляд на темноволосого призрака и… о, нет. Он видит самодовольное лицо человека, который все прекрасно понял. — Сукуна! Ты вводишь Гето-сана в заблуждение! Перефразируй! — возмущенно вскрикивает сосуд Двуликого. — Что тут можно понять неправильно? Мысль о ком-то еще внутри тебя отталкивает меня! — огрызается древний маг. Юджи поперхнулся слюной и перевел взгляд обратно на Гето-сана. О, это лицо еще хуже! Он вот-вот начнет смеяться над ним! Юджи утыкается лицом в диванную подушку и воет белугой. — Ты всегда делаешь это нарочно! Я слышу, как ты ржёшь, сволочь! — Но, Юджи, никто не смеется.. — медленно проговаривает призрак. — Пфу! Вы этого не слышите, он хохочет прямо у меня в бошке, — раздраженно бормочет парнишка и качает головой, — Пожалуйста, Гето-сан! Давайте попробуем! Я настаиваю! — Ты точно уверен? — в очередной раз уточняет призрак, с подозрением глядя на Итадори. Он явно нервничает — руки бесконтрольно зарылись в волосы, накручивая пряди на пальцы. — Да! — с готовностью отвечает Юджи, приосаниваясь в кресле. Призрак неуверенно подплывает ближе к мальчику, окидывая его взглядом внимательных глаз, будто подступаясь, прицениваясь. Он предпринимает попытку слиться с чужим телом. Надо сказать, предпринимает — сказано слишком сильно, ибо энтузиазма в этой попытке ноль без палочки, да и натыкается он на суровый блок. — Не выходит, да? — спрашивает Итадори, получая утвердительный кивок в ответ, — Но и ощущения разнятся с собственным телом, верно? Вас тянет к своему? — Да, точно, — вновь согласно кивает Сугуру, анализируя отторжение чужого вместилища, мысленно сравнивая с тем, как собственное тело будто самостоятельно тянуло душу обратно. Но даже с этим обстоятельством что-то, а вероятнее, кто-то, не давал двум частям одного существа воссоединиться. Юджи ободряюще улыбается мужчине и мысленно хвалит себя за догадливость. Все же не подвел его опыт общения с другими призраками. — Попробуйте еще раз, Гето-сан. Для чистоты эксперимента. Итадори расслабляется и рушит ментальные стены, сдерживающие поток чужой энергии, не дающие ей проникнуть внутрь. На этот раз слияние проходит успешно, но призрак, почувствовав отданный мальчиком контроль, дергается и останавливает процесс, отлетая дальше, словно ошпаренный. А жаль, ведь даже его душа кажется нежной, словно теплые объятия в холодный день. — Какого хрена? Даже я это почувствовал, — с явным недовольством встревает Сукуна. — Поздравляю, теперь ты знаешь, как ощущается одержимость! — хлопает в ладони Юджи, — На самом деле, ощущения очень сильно зависят от самого призрака и его настроя, но процесс всегда одинаковый. Эх, вот бы все были такими мягкими и обходительными, как Гето-сан… — Почему ты позволил мне это сделать, Юджи? — мертвец издает шипение, достойное королевской кобры, пережившей глубочайшее предательство. — Потому что вам надо было узнать, каково это, — нравоучительно вещает Итадори, воздев палец к потолку, — В первый раз вы чувствовали отторжение — естественную реакцию каждого нормального человека на попытку завладеть его телом. Во второй же раз, когда я позволил вам взять контроль, было ощущение, будто вы попали в какое-то просторное место, верно? Но при этом притяжения, которое вы чувствали со своим телом, не было, все правильно? Итадори довольно улыбается, получая очередной утвердительный кивок от призрака. Как же приятно, когда красивые мужчины с тобой согласны! — Если не вдаваться в подробности, наличие этого самого притяжения подтверждает, что ваше тело вас признает, как полноправного хозяина, и, опять же, в теории, вы можете вернуть себе контроль. Нужно только сделать что-то с тем человеком, который тело у вас украл. На самом деле связь души и тела крайне сильна, а ее разрыв — не лучшая идея. Да и большинство людей невосприимчивы к одержимости. Даже многие из тех, кто видит призраков, не могут выдержать вторжение в свое тело. Я в этом плане немножко особенный, — парнишка застенчиво трет затылок. — И это объясняет факт того, что ты способен спокойно сдерживать меня, — задумчиво проговаривает Двуликий, — Значит, все дело в твоем теле. Очередная пауза. Тишина — хоть ножом разрезай. — Все никак не могу свыкнуться с твоей вовлеченностью, — спустя некоторое время все же выдает комментарий Юджи. — Твои способности весьма… интересны. Я вижу в них определённый потенциал. А еще я не люблю сталкиваться с тем, чего не понимаю, — Сукуна говорит это как ни в чем не бывало. Ох?! Это сейчас была самая приятная вещь из всех, что говорил ему Сукуна? За, типа, все это время? И он даже не обозвал его ни разу за целых… три предложения?! Неужели он умеет быть более благосклонным? На лице Гето-сана расплывается подозрительно хитрая улыбка. — Не-а! — парнишка мгновенно указывает пальцем в сторону призрака, делая очередное за этот день последнее китайское предупреждение. — Я ничего не говорил, Юджи, — мужчина уже откровенно ухмыляется. — Вот и не надо начинать, — Итадори устало вздыхает, — Так. Вы сказали, что ваше тело украл пользователь проклятий, Гето-сан? Он вновь задает этот вопрос, чтоб расставить все точки над ё, и присаживается обратно в свое кресло. Мужчина утвердительно кивает и тоже возвращается на диван. — Тогда скажу прямо. Я понятия не имею, что с этим делать, — губы Юджи растягиваются в нервной улыбке. — Стоп. Пользователь проклятий? Почему я слышу об этом впервые? — доносится обиженный голос Двуликого. Сейчас он напоминает своим тоном ребёнка, которого взрослые не включили в планирование отпуска. — Нуу, потому что это говорил Гето-сан, а его ты не слышишь? Почему это вообще важно? — недоумевает Юджи, переводя взгляд на зубастый рот. — Знавал я одного товарища, чья техника подразумевает кражу тел… — неопределенно бубнит Сукуна. Юджи переглядывается с Гето-саном, после чего их взгляды возвращаются на руку студента. — Тебе следует действовать осторожно, Юджи. Я не считаю, что доверять ему — хорошая идея, — шепчет Гето-сан, паря над ухом собеседника. Мальчик лишь насмешливо фыркает. — Он не может связаться с кем-либо без моего ведома, Гето-сан. По крайней мере, пока мы делим одно тело. Кроме того, официально я мертв для внешнего мира, — Юджи усмехается. — Сукуна, поделишься информацией? — Ой, посмотрите, кому это понадобилась моя старческая помощь? Хрена с два, — Сукуна открыто насмехается и растягивает слова, — Мне нет смысла раскрывать какую-либо информацию этому твоему призраку, да и помогать ни ему, ни тебе я не собираюсь. Ой. Ой. Ну, Юджи не ожидал многого от Сукуны. Только вот теперь у них проблемы. Большие проблемы. Расследование зашло в тупик. — Верно. Я забыл, что у тебя аллергия на счастье. Моя вина, я обратился не к тому, — Итадори кивает и игнорирует громкое возмущенное «Эй!», чтобы сосредоточиться на призраке, — Мне очень жаль, Гето-сан. Кажется, только моих способностей недостаточно, чтоб помочь вам. Нам действительно следует рассказать все сенсею. Я уверен, он бы что-нибудь придумал… Последнюю фразу парнишка практически шепчет, но Гето-сан лишь упрямо вздыхает. — Мы уже обсуждали это раньше, Юджи. Такой себе план,— на лице мертвеца снова отражается скорбная маска. Итак, это расстраивает. ОЧЕНЬ расстраивает. — И я до сих пор не могу понять, чего вы так боитесь, Гето-сан. Однако я подозреваю, что вся загвоздка в сенсее, верно? — тихо спрашивает Юджи. Есть еще одна вещь, о которой мальчик не может перестать думать. Что именно стало причиной смерти Гето-сана?.. — Юджи, я… я просто не хочу, чтобы Сатору чувствовал себя виноватым из-за того, что я стал, ну… таким. — он делает жест руками, указывая на свою нынешнюю форму существования. Он и не жив, и не мертв, и это тревожит, заставляет теряться в непонятках, гадать о чужой реакции. — Я повторю это столько раз, сколько вам нужно услышать, Гето-сан. Сенсей все равно выберет вас, несмотря ни на что. Я думаю, он был бы рад узнать, что вы рядом с ним, — Юджи улыбается своей солнечной улыбкой, и в комнате сразу становится будто на пару градусов теплее, — И опять же, это не вам решать, Гето-сан, достойны ли вы его отношения или нет. — Психолог недоделанный, — бормочет Сукуна, безбожно прерывая момент. — Вы не являетесь участником этого сеанса, мистер Ремен, будьте любезны не встревать, иначе я возьму двойную плату, — Итадори вновь поправляет невидимые очки и чопорно вскидывает подбородок. — Че?.. — Терапевтическая шутка, — Юджи несколько раз хлопает в ладоши, заставляя призрака смешливо фыркнуть, — Я не могу понять, почему вы думаете, что сенсей будет винить себя за то, что вы стали призраком, Гето-сан. — Оу. Думаю, мне следовало сказать тебе раньше, Юджи, — красивый мужчина рассеянно проводит пальцами по своим волосам, а мальчик так пристально смотрит на них, что смысл следующих слов доходит до него не сразу, — Сатору был тем, кто лишил меня жизни. Юджи замирает. Медленно моргает. Проверяет температуру своего тела на всякий случай. У него нет температуры. Это не галлюцинация. Стоп-стоп-стоп. Мальчик уже слышал о таком раньше. Человек, любящий другого слишком сильно, настолько, что заполняет собой все пространство, душит собственничеством, чье желание обладать другим выходит за рамки… Это… — Годжо-сенсей что, яндере? — удивляется Юджи. — Что, прости?.. — Че за хуйню ты несешь? Он игнорирует их, слишком сосредоточившись на своих скачущих, словно бешеные цирковые обезьянки, мыслях, пытаясь постичь реальность. Грудь сдавливает от тяжести слов призрачного собеседника. Мальчик смотрит в глаза Гето-сану, и, ох, посмотрите, какие же они фиолетовые! Фиолетовые?.. Пальцы мальчика дергаются. Сенсей убил своего лучшего друга? Но… почему? Юджи хмурится. С чего бы убийце тосковать по своей жертве? Откуда эта хандра и мягкость? С чего бы жертве так тосковать по убийце? «Я думал, что после всего содеянного мной, после моего ухода, ты меня возненавидишь.» Всплывают в памяти слова Гето-сана, когда-то сказанные сенсею. Юджи предполагал, что он имел в виду свою смерть, но информация о девочках… Подождите, секунду. Гето-сан убивал людей. Это явно плохо, верно? Тогда… …они сражались на противоположных сторонах? И все же, если сенсей убил своего лучшего друга, которого он чертовски любит, почему Гето-сан остался рядом с ним, упиваясь мыслями, что не достоин его тоски? Еще и так спокойно говорит о том, что именно сенсей лишил его жизни. Какого черта?! Что это за «Ромео и Джульетта»? Юджи выскальзывает из транса, трясет головой, отгоняя мысли, и несколько раз моргает. — Гето-сан. Я думал об этом раньше, но вы на самом деле не очень умный, не так ли? — его рот произносит слова прежде, чем его мозг улавливает смысл. Гето-сан замирает в удивлении, в то время как дополнительный зубастый рот Короля проклятий в голос ржет, довольный дерзостью сосуда. — Я понятия не имею, о чем ты говоришь, мелкий, но я готов попустить призрака! –Сукуна звучит взволнованно. Этому только дай кого-нибудь пооскорблять! — О, тебе тоже нужно это услышать, потому что ты всегда называешь меня дураком. После истории ты поймешь, что я — весьма умный малый, — улыбается Итадори, на что Сукуна согласно мычит, мол, валяй. — Так вот. Призрак, с которым я все это время говорил — лучший друг сенсея. Ты знаешь сенсея, — слышится еще одно многозначительное угукание со стороны Двуликого. — Я думаю, они вместе учились в магическом техникуме и были очень близки. Ну прямо очень. Что-то случилось. Гето-сан ушел. Убивал людей. Непонятно как стал отцом. Потом что-то случилось снова, и сенсей убил его. И вот сейчас призрак преследует своего убийцу, думая, что не имеет права называться его лучшим другом, а убийца скучает по своему лучшему другу, которого он убил. Оба чахнут, как гребаный лес после аварии на атомной станции, но эти двое, очевидно, никогда не решались просто сесть и, черт возьми, высказать друг другу свои чувства. И если бы не я, было бы слишком поздно, — после отрывистой, но длинной тирады Юджи издает крайне нервный смешок. — Ага. Я понял. Оба долбоебы, — после короткой паузы соглашается с его мнением Сукуна. — Спасибо! — Юджи поднимается с дивана, чуть ли не рыча, и обвиняющим жестом указывает пальцем в сторону призрака, — Гето-сан, что с вами не так?! Я провел с вами всего ничего времени, но смог увидеть то, о чем вы не могли поговорить столько лет! В чем ваша проблема?! Черт возьми, он злится. Очень сильно злится. На кого-то это похоже… — Сукуна, тупые люди всегда тебя так бесят? — Юджи приостанавливает свою вспышку. В голосе звучит любопытство. — О, сопляк. Теперь ты понимаешь? — Сукуна устало вздыхает, раздраженно прикрывая глаз. — Мне жаль, что я все время был тупым бесячим человеком. Вероятно, в будущем я все еще буду тупым, но прими мои искренние извинения, — торжественно говорит мальчик, на что Сукуна лишь хмыкает. — Юджи, мне кажется, ты слишком остро реагируешь, — Гето-сан осмеливается вмешаться, чем возвращает на себя внимание Итадори, который моментально бросает взгляд на призрака. Очень не добрый взгляд. — Я слишком остро реагирую, — Юджи медленно повторяет фразу, словно эхо, и моргает, — Гето-сан. Пожалуйста, ответьте на мой вопрос. Что сенсей сказал вам перед тем, как убить вас? — Давай встретимся снова, — мужчина буквально бормочет, растеряв под чужим напором всю внешнюю непоколебимость и ауру вселенского спокойствия. — Давай встретимся снова! — громко повторяет парнишка и раздраженно вскидывает руки вверх, затем глубоко вздыхает и садится, оперевшись локтями на колени. Он прячет голову в ладонях, будто не желая больше видеть окружающий его мир, начиная бубнить прямо себе в руки, — И Гето-сан думает, что сенсей почувствует вину вместо облегчения. Я задолбался. Все. Твоя очередь, Сукуна. — Мелкий, это только доказывает, насколько никчемна любовь. Что еще мне сказать? — реакция сосуда почему-то вызывает у Двуликого смех. Впрочем, поиздеваться он всегда за. — Да! Да, вот именно этого я от тебя и ждал! — Юджи соглашается, вновь размахивая руками, — Я имею в виду, что эту бесполезную часть нам нужно обсудить на следующем занятии, но сейчас нам следует сосредоточиться на очевидной части. Итадори выпрямляется, снова возвращаясь в профессиональный режим. — Гето-сан. Давайте вернемся к сути вашей души — к эмоции, которая сделала вас призраком и которая сейчас является основой вашей личности. Помните, я говорил об этом некоторое время назад? — видя, как согласно кивает нервно сглотнувший призрак, Юджи продолжает свой допрос, — Тогда не могли бы вы ответить на вопрос, от которого вы тогда уклонились? Что это за эмоция, Гето-сан? Тишина. — Сукуна сделал домашку за вас и уже сказал это, — услужливо добавляет ученик. Очень упорное молчание. Юджи вздыхает. — Тогда расскажите мне больше о том, что вы чувствовали перед смертью, Гето-сан, — он пробует зайти с другой стороны, лишь бы вытянуть из духа побольше. — Я немного напуган тем, насколько ты хорош в этом, Юджи. У тебя точно нигде не завалялось диплома о высшем образовании в сфере психологии? — тихо шепчет мертвец и вздыхает, сдаваясь по чужим натиском, — Я был рад, что именно Сатору остановил меня навсегда. Думаю, в глубине души я всегда надеялся, что это будет Сатору. Тогда, после своего ухода, я думал, что он отказался от меня, ведь он никогда не пытался меня найти. Мы оба знали, что он может. Он ведь Сильнейший. Но он не сделал этого, несмотря на прямой приказ Старейшин. В любом случае, я сам виноват во всем. Это я его оставил. Я причинил ему боль, буквально вонзил нож в доверчиво подставленную спину. Гето-сан замолкает, хмуря брови и собираясь с мыслями. — Но я не ожидал, что он все еще будет дорожить мной. Может быть, он знал, чувствовал мое желание прекратить все это, и лишь поэтому прикончил меня сам. И я был уверен, что он сможет жить с этим дальше. Без меня. Мы провели так много лет в разлуке, я думал, что он успел привыкнуть к тому, что я не стою за его плечом. Но в конце я так и не смог смотреть ему в глаза. Боялся увидеть его настоящие чувства. Понять, что не прав в своих суждениях, — мертвец выдыхает последнюю фразу на грани слышимости и поднимает взгляд на собеседника, — Вот почему я не хочу ему говорить, Юджи. Я не хочу причинять ему еще больше боли. — А что, если это именно то, что может спасти его? — спрашивает мальчик в ответ, — Гето-сан. Сенсей одинок. Кажется, будто он окружен людьми, но он никого не подпускает близко. Может быть, это плата за то, что он Сильнейший, или, может быть, он Сильнейший именно из-за этого — я не знаю. Но я думаю, что вы — единственный человек, который занимает особое место в его сердце. И ничто никогда этого не изменит, — так же тихо, но уверенно заканчивает Юджи, вновь заглядывая в фиалковые омуты глаз призрака. Они молчат несколько мгновений. Итадори терпеливо ждет, пока мертвец осознает слова, сказанные парнишкой. Ну, он ожидал какой-то драмы между этими двумя лучшими друзьями, но до такой степени? Юджи фыркает. После такого влюбленность в Сукуну кажется меньшим из зол. Какая абсурдная мысль. Кыш! — Юджи, мне нужно время, чтобы все это обдумать, — мужчина наконец подает голос, отвлекаясь от созерцания узоров на стареньком ковре. Юный терапевт понимающе кивает, улыбаясь. — Все в порядке, Гето-сан. У вас неограниченное время, чтобы разобраться. Просто, пожалуйста, постарайтесь закончить с этим, пока я еще жив, — шутит Итадори, заставляя призрака смешливо фыркнуть, — Благо, смертельная опасность нам не угрожает, дело может потерпеть. Накаркал, балда! Потому что в следующий раз Гето-сан ворвется к ним прямо посреди спарринга, нависая над своим лучшим другом с настолько взволнованным и обеспокоенным лицом, что что-то в кишках мальчика сжимается при виде этого зрелища, заставляя замереть и потерять концентрацию на бое. — Юджи? — удивленно спрашивает Годжо-сенсей, вслед за ним прерывая тренировку. — Эм, извините. Мы можем остановиться на минутку? — Юджи посылает ему быструю улыбку и переводит взгляд на призрака. Слово «ПАНИКА» жирным шрифтом написано на чужом обычно спокойном и расслабленном лице, из-за чего сердце начинает биться сильнее и тревожнее. Кажется, дело плохо. — Юджи, — призрак переключает на него свое внимание. Взгляд лиловых глаз дикий и безумно, безумно печальный, — Юджи, мне нужна твоя помощь, — отчаянно выдыхает Гето-сан, подплывая к парнишке. Его мелко подрагивающие руки тянутся вперед, словно хотят коснуться плеч собеседника. Юджи бросает взгляд на своего нахмуренного сенсея и решает послать всё к черту. — Что случилось? — обеспокоенно спрашивает он, полностью сосредоточившись на призраке. — Юджи, они забрали… они забрали моё тело, чтобы запечатать его. Они всё это спланировали. Что мне делать, Юджи? — Гето-сан откровенно паникует, его выражение лица достойно пациента в желтом доме, — Ты можешь мне помочь? Пожалуйста? — беспомощно всхлипывает он, обхватывая руками собственную голову. Мальчик делает глубокий вдох, потому что он действительно не знает, что делать сейчас, а призрак не помогает. Извините, как не поддаться панике, когда такой человек, — или призрак, не суть важно, — как Гето-сан, врывается и молит о помощи, находясь на грани истерики?! — Пожалуйста, успокойтесь. Я не понимаю, расскажите все с самого начала, — силе воле Юджи могли бы позавидовать все буддийские монахи. Всем скопом. — Эм, Юджи? Ты сейчас немного пугаешь сенсея, — Сатору неловко усмехается, в непонимании почесывая белобрысую макушку, — Ты чего? Мальчик игнорирует его, пристально наблюдая за Гето-саном. — Они планировали это десятилетиями, Юджи. Они забрали моё тело, потому что это было удобно. Они хотят избавиться от него, — бормочет мертвец, бездумно глядя в пространство. — От кого? — шепчет Юджи, заранее боясь ответа. — Сатору. Мальчик медленно поворачивается и смотрит на своего учителя. Он понятия не имеет, какое лицо делает, но Сенсей замирает. — Как именно? — недоверчиво спрашивает он. — Тюремное Царство, — следует тихий ответ. Юджи в недоумении моргает. — Тюремное Царство? — повторяет он, нахмурившись. Эти два слова не значат для него ровным счетом ничего, но Годжо-сенсей выпрямляется, будто палку проглотил, а на руке тут же появляется Сукуна. — Повтори-ка, мелкий, — ошарашенно требует он, — Что только что сказал твой друг? — Даже Сукуна? — тихо и ошеломленно выдыхает сенсей, — Что происходит, Юджи? Ты можешь посмотреть на меня? — его голос звучит умоляюще и взволнованно. — Юджи. Помоги мне. Предупреди Сатору. Расскажи все. Я вернусь, чтобы разузнать больше информации. Понятия не имею, сколько это займет времени. Просто подожди. Я не позволю им причинить вред никому из вас, — заявляет с внезапной решимостью наконец пришедший в себя Гето-сан и исчезает так же неожиданно, как и появился. — Постойте! — Юджи пытается остановить его, протягивая руку, но призрак уже исчез. Да и, ну, на что он рассчитывал, пытаясь остановить бесплотного духа? — Мелкий? — Юджи? Черт. Гето-сан сказал рассказать все, верно? Мальчик не совсем понимает, почему он выглядит таким паникующим, так что для начала нужно прояснить одну вещь. — Эм. Прежде чем я все расскажу, может кто-нибудь объяснить мне, что такое Тюремное Царство? — Где ты это услышал? — медленно спрашивает сенсей. Сукуна же решает не тянуть и щелкает языком. — По сути, это проклятый предмет, который может запечатать что угодно. — Ох, — выдыхает Итадори, буквально каменея изнутри, — И человека тоже?.. Ему нужно подтверждение страшной догадки. Утвердительный смешок Двуликого не заставляет себя ждать. В следующую секунду на щеки Юджи ложатся холодные ладони. Он поднимает взгляд, сталкиваясь с льдисто-голубыми глазами сенсея, и замирает, подобно статуе. — Юджи, пожалуйста, скажи сенсею хоть что-нибудь, что угодно, прежде чем я начну волноваться, — в его голосе тревожной ноткой звучит отчаяние. Юджи сглатывает и открывает рот, но не издает ни звука. — Все в порядке, ребенок. Просто скажи ему уже, — даже Сукуна проникается важностью момента, снижая тон голоса. Ну все. Плотину прорвало. — Я вижу призраков всю свою жизнь, а вас преследует ваш лучший друг по имени Гето Сугуру. Он пришел сюда секунду назад и сказал, что пользователь проклятий забрал его тело, чтобы они могли запечатать вас в Тюремном Царстве. Сказал мне предупредить вас, а затем исчез, чтобы получить больше информации, сенсей, — выпаливает на одном дыхании Юджи, не в силах больше держать все это в себе. Шестиглазый медленно моргает и убирает руки от лица ученика, вперившись взглядом в стену. Выражение его лица абсолютно пустое и потерянное. — Эм, сенсей?.. — нерешительно подает голос Итадори. Его учитель внезапно со стоном приседает, закрывая лицо руками. — О, это все объясняет… Настала очередь Юджи ошеломляться. Потому что, ну, какого черта? Сенсей ему просто так поверил? — Какого черта ты ему так легко поверил?! — выражает всеобщий ахуй непревзойденный Двуликий. Да. Вперёд, Сукуна! Спроси его! Потому что я уже не вывожу! Годжо-сенсей смотрит на руку Юджи со ртом Сукуны. На его лице появляется выражение полного смирения со своей судьбой. — Ну, даже если не считать странного поведения Юджи и его постоянных попыток что-то скрыть, тот факт, что пару дней назад я умял торт своего мертвого лучшего друга, является достаточным доказательством.