Don't ghost me again

Тренировка, очевидно, считается законченной обеими сторонами, так что Итадори и Годжо присаживаются на пол, по которому младшего совсем недавно беспощадно валяли. Разговор обещает быть долгим. Юджи рассказывает о своём прошлом, о том, как он впервые осознал свою способность, о том, как отец помогал ему её изучить. Мальчик пропускает все истории о призраках, чтобы вместо этого рассказать своему учителю об их природе, сути, о том, что они из себя представляют. Годжо-сенсей внимательно слушает, время от времени задавая ценные вопросы и всё время кивая. Это заставляет Юджи немного прослезиться. — Юджи, ты плачешь? — спрашивает мужчина в замешательстве, слегка касаясь чужой руки в успокаивающем жесте. — Если бы я знал, что сенсей поверит мне и будет на моей стороне, я бы раскрыл это с самого начала, — парнишка всхлипывает, не сдержав чувств, — Мне очень жаль, сенсей. Он чувствует себя ужасно из-за того, что скрывал свои способности, ведь Годжо-сенсей буквально единственный человек, который не усомнился в его здравомыслии после того, как он сказал правду! Не посмотрел на него, как на умалишенного, ни единым неверным тоном не проявил недоверия! Просто принял его, Юджи, со всеми безумными способностями, выходящими за грань даже их мира, мира шаманов и проклятий. — О, Юджи, — Годжо притянул его в короткое полуобъятие, по-отечески поглаживая по встрепанной розовой шевелюре, — Сенсей всегда на твоей стороне, дурачок. — Фу, слишком близко, прекрати, — раздраженно вмешивается Сукуна. — Точно. Еще одна вещь, которую я хотел прояснить, — мужчина разрывает объятья, чтобы вытереть слезы Юджи, и смотрит ему в глаза с серьезным лицом. В разуме Итадори сиреной орет плохое предчувствие, — Пожалуйста, скажи мне, что ты не влюблен в Сукуну. Ой. Ой! А ведь верно! Юджи больше не нужно притворяться! Ха, так в конце концов, здравомыслие мальчика было поставлено под сомнение. Ну, хотя бы не в той теме, которая его действительно волновала. Ура. — Эм. Нет, сенсей. Я солгал, потому что Гето-сан попросил меня ничего не рассказывать, а вы застали меня врасплох, — смущенно признается Юджи. Что-то похожее на боль мелькает на лице мужчины, но вскоре он с облегчением выдыхает. — Сенсей так беспокоился о твоей влюбленности, Юджи, — бормочет мужчина с усмешкой, — Отрадно, что это была лишь ложь. Влюбиться в Сукуну кажется мне слишком невозможным. — Грубо, — тут же вмешивается объект обсуждения. Годжо удивленно моргает. — Юджи. А зачем он вообще здесь? — спрашивает он с напряженной улыбкой. — Ну, с тех пор, как я начал разговаривать с Гето-саном, я думаю, Сукуна забеспокоился, что я схожу с ума, и начал уделять мне больше внимания, что привело к его вере в мои способности?.. –предполагает мальчишка и неловко смеется, почесывая затылок, на котором еще совсем недавно покоились руки сенсея. — Кого это беспокоило? Меня-то? Пф! –Сукуна тут же усмехается, а Юджи фыркает. — А еще он цундэрэ, — добавляет это шепотом ученик. — Да что это за слово… — раздраженно бормочет Сукуна. — Ничего такого, о чем тебе следовало бы беспокоиться, — насмешливо дразнит его сосуд. — Говнюк. Оставшись удовлетворенным подобной перепалкой, Итадори переводит взгляд на подозрительно замолкшего учителя. — Эм, сенсей? Что-то не так? Мужчина щурит свои красивые глаза и делает неопределенный жест рукой. — Просто… Вы, кажется, довольно… — его губы дергаются, как будто он ищет подходящее слово. Точнее так, будто нужное слово давно пришло ему в голову, просто признавать его он отказывается, — Близки. И Сукуна, и Итадори смеются над этим настолько синхронно, что заставляют учителя почувствовать себя неуютно, в очередной раз убедившись в правоте своих слов. — Я действительно считаю его цундэрэ, но, сенсей, пожалуйста, не делайте такое лицо. Я же не могу влюбиться в того, у кого даже нет собственного тела, — Юджи смешливо фыркает. Гето-сан не в счет, потому что у этого великолепного мужчины все еще есть тело. Мальчик ожидает, что Сукуна сделает язвительное замечание, но тот странно молчит. Годжо-сенсей продолжает пристально смотреть на него. Юджи хмурится и переводит взгляд с учителя на рот на своей руке и вновь фыркает, теперь уже разочарованно, обнаружив чистую нетронутую кожу. — Ну и что я сказал не так на этот раз? — практически стонет он, чем отрывает Годжо от мыслей, занимающих его буйную голову. — Ничего такого, Юджи, — улыбается он ученику, радуясь отбытию древнего шамана, — Расскажи мне побольше о призраках, которых ты встречал. Едва заслышав просьбу, парнишка моментально ударяется в рассказы. Забавно, что они оба избегают упоминания Гето-сана, но в какой-то момент Юджи нужно рассказать и о нем, тем более, что призрак попросил его о помощи. — О, на самом деле, я думаю, было бы лучше поговорить напрямую с Сугуру, — предполагает с легкой улыбкой Годжо-сенсей. Сугуру. Как и подозревал Юджи, они оба называют друг друга по имени. И все же, как произносится это имя… Да, у него не было ни единого шанса с его маленьким крашем. Вау. Остается лишь кивнуть в ответ. — Согласен. Из того, что я слышал, можно сделать вывод, что ваши отношения чересчур сложны, так что я боюсь испортить их еще больше. Пожалуйста, постарайтесь все обсудить, сенсей. Ради такого я готов позволить Гето-сану вселиться в мое тело, если на то пошло, — Юджи говорит это так торжественно, будто выступает с речью перед покупателями облигаций. — Мелкий… — моментально вернувшийся Сукуна буквально рычит, не разделяя его энтузиазма. — Я хотел бы напомнить тебе, что это тело все еще мое, Сукуна. И я хочу, чтобы Гето-сан и сенсей поговорили честно и откровенно, как им следовало бы сделать еще много лет назад, — со вселенским спокойствием в голосе подчеркивает Итадори, — Ты знаешь, о чем я говорю. Он явно намекает, придавая словам многозначительный тон. Потому что сейчас Сукуна — единственный человек, который разделяет с ним боль, которую он испытывает, наблюдая за тем, как эти два идиота тоскуют. — А я знаю, о чем ты говоришь? — неуверенно тянет Годжо, мигом растеряв всю напускную бахвалистость. Юджи поднимает голову на учителя и выдает самое невозмутимое выражение лица, на которое он способен. Сукуна лишь тяжко вздыхает. — Сопляк, тебе нужно научиться больше заботиться о себе и перестать быть палкой-выручалкой в жизни других людей. — Извини, но я так не умею, — Юджи усмехается и хлопает в ладоши, — Сейчас я расскажу сенсею кое-что о Гето-сане, так что, пожалуйста, слушайте внимательно! Он кратко объясняет, что призрак лучшего друга Годжо-сенсея — это всего лишь часть того человека, которого он знал, и что он имеет доступ только к эмоциям, сродным той, с которой умер. — Так что даже если нам удастся вернуть его тело, я не думаю, что вам стоит беспокоиться о том, что Гето-сан снова сделает что-то глупое, например, начнет убивать людей, сенсей, — Юджи торжествующе улыбается, заставляя своего учителя поперхнуться. — Ты слишком много знаешь. Возможно, мне придется тебя убить, — хрипит и хмурится он, пытаясь отшутиться, — Сугуру… Сугуру упоминал, почему он не хотел, чтобы я знал о том, что он призрак? — нерешительно спрашивает мужчина, отводя взгляд в сторону. — Сукуна… — бессильно хнычет Юджи. Ему снова хочется рыдать. Или удариться головой о стену. Что не так с этими двумя?! — Я знаю, мелкий. Я знаю, — в ворчании Двуликого слышится безоговорочное согласие с эмоциями сосуда. Юджи почти чувствует, как Сукуна мысленно похлопывает его по плечу. — Меня чертовски пугает, когда вы оба такие, — шепчет Годжо, возвращая взгляд к ученику. — Тогда мы квиты, — усмехается парнишка, — Что до вопроса сенсея… Я думаю, Гето-сан очень боится потерять вас. Вот почему он попросил меня о помощи. И по этой же причине все рассказал, — Юджи замолкает и вглядывается в учителя, пытаясь понять его реакцию. Тот выглядит сбитым с толку. — Почему Сугуру так думает? Он мой, а я его — это неизменно, — заявляет Годжо так, будто произносит очевиднейшую вещь на свете. Юджи кусает губы, чтобы не закричать случайно, и делает глубокий вдох через нос. – Пожалуйста, скажите это Гето-сану, сенсей. Умоляю вас, — его голос надламывается. Он уже не может выносить эту драму! — Я скажу ему даже больше, — ухмыляется учитель. Да, пожалуйста! Скажите ему! Очень убедительно скажите! И все же Юджи продолжает терзать один важный вопрос. Настолько важный, что парнишка буквально шепчет, задавая его. — Если бы тот пользователь проклятий заполучил эту запечатывающую штуку и приблизился к сенсею в теле Гето-сана, вы действительно проиграли бы? Его учитель задумчиво мычит. — Нет, я бы выиграл, — отвечает он с привычной самоуверенной усмешкой, но вскоре склоняет голову, — Обычно так я бы сказал, но, честно говоря, не знай я правды, это застало бы меня врасплох, — признает Годжо, нахмурившись и отводя взгляд. В этот момент появляется Гето-сан, но Юджи не выдает его и единым вздохом. — Я бы, наверное, замер, пытаясь понять, почему мой мертвый лучший друг стоит передо мной, сканируя его вдоль и поперек всеми шестью глазами и стараясь не слишком явно радоваться, увидев его снова. Но ты знаешь, — Годжо-сенсей оглядывается на мальчика с нежной улыбкой, — Я бы точно знал, что это не мой Сугуру. Юджи улыбается весело и намеренно медленно переводит взгляд с учителя на призрака. Сенсей мгновенно прослеживает его линию взгляда, явно встревоженный. — Сатору, ты идиот. Именно так они тебя и запечатают, — Гето-сан говорит это тихо, улыбаясь с той же нежностью, что сквозила секунду назад в улыбке Годжо-сенсея, а затем вредно закатывает свои красивые фиолетовые глаза. Итадори готов застонать в голосину от невозможности этих двоих. Может ли Сукуна убить его? Пожалуйста? Это настоящая пытка. — Юджи, Сугуру здесь? — Годжо-сенсей буквально шипит, кидая на ученика осуждающий взгляд, — Почему ты мне не сказал?! — Эм. Гето-сан только что появился, сенсей. — сухо рапортует ученик, чуть ли не вытягиваясь по струнке. — Надо было сказать это раньше, Юджи! Не предавай своего сенсея таким образом! — побитой собакой скулит мужчина. — Я вижу, он очень хорошо игнорирует тот факт, что кто-то пытается от него избавиться, — призрак вздыхает и тоже садится рядом с ними, — Итак, какова ситуация, Юджи? — спрашивает он, перебирая прядь своих волос в руках. Парнишка стискивает зубы. Опять атака красивых призраков! Не реагируй, не реагируй, не реагируй. Еще один глубокий вдох через нос. — Сенсей знает о моих способностях, Гето-сан. Призрак кивает. — И? — Он сразу мне поверил! — радостно восклицает Юджи. Гето-сан снова кивает и заговорщически шепчет: — Это был торт, да? — Да, — тем же тоном шепчет парнишка в ответ, не совсем понимая, к чему все это, если сенсей все равно не слышит духа. К слову, этот самый неугомонный сенсей, до этого переводивший взгляд с воздуха на ученика и обратно, подает голос. — Что говорит Сугуру, Юджи? — Поскольку я не хочу быть посланником, пожалуйста, вселитесь в меня, Гето-сан, — Юджи вздыхает и, так и не ответив учителю, сразу переходит к просьбе, решительно глядя на призрака, тут ж нахмурившегося. — Юджи, мы этого не сделаем. Я не буду вселяться в твое тело, — категорично отказывается он, сохраняя при этом спокойный тон голоса. Итадори лишь усмехается. О, он ожидал такой реакции. — Я вас понял, Гето-сан. Тогда я больше не скажу сенсею ни слова, — засранец умудряется угрожать взрослому полумертвому дядьке с довольной улыбкой на лице. — А?! Юджи, почему-у? — непонимающе скулит Годжо-сенсей, хватая его за запястье, но мальчик остается непреклонным, вступая в баталию с призраком. — Юджи, ты прекрасно понимаешь, что эта проблема очень серьезна. Пожалуйста, не усложняй задачу, — тихо умоляет Гето-сан, но Итадори лишь по-прежнему молча ухмыляется. — Юджи, пожалуйста. Не заставляй меня этого делать, — упавшим голосом шепчет призрак. Смотреть в эти умоляющие фиолетовые глаза просто невыносимо. Да. Юджи надоело. — Сенсей, — зовет он, взглянув на белобрысого мужчину, — Пожалуйста, скажите своему лучшему другу, чтобы он перестал упрямиться и завладел моим телом, иначе, клянусь, в следующий раз я попрошу Сукуну. Он не скажет «нет», — заявляет мальчик с натянутой улыбкой. А вот это уже угроза уровня «Мстителей»! Сукуна заливается смехом, а оба мужчины просто смотрят на Юджи, широко раскрыв глаза. — Сугуру, перестань быть трусом. Я не знаю, чего ты так боишься, но я обещаю тебя не кусать. Потому что, ну, знаешь, ты будешь в теле моего ученика, — Годжо-сенсей усмехается с напускным весельем, но Юджи видит его насквозь. Ого, даже сенсей напуган. Ох, эти двое… — Сопляк. Это безопасно? — спрашивает Сукуна, и все с удивлением смотрят на руку Итадори. — Эм. Я не выпущу тебя, Сукуна, если ты об этом спрашиваешь, — медленно говорит Юджи, хмурясь. Двуликий лишь раздраженно цокает языком. — Я спрашиваю, как это влияет на тебя, дурак. Есть ли у него ограничение по времени? Какие-то недостатки? Юджи ошеломлен, потому что это действительно хорошие вопросы. Годжо-сенсей смотрит на него с пустым лицом, а Гето-сан ухмыляется той же ухмылкой, что и вчера. Мальчик на мгновение закрывает глаза. Да, иметь с ними дело в будущем будет непросто. — Даже если призрак сольется со мной, я все равно буду контролировать ситуацию, так что все в порядке. Не о чем беспокоиться, Сукуна, — уверяет он древнего шамана, — И прежде чем эти двое не очень умных взрослых подумают не о том, он беспокоится о себе, а не обо мне, — добавляет Юджи и игнорирует каждый оскорбленный звук, который издают в ответ эти лучшие друзья. — Гето-сан, когда будете готовы, — он кивает призраку с ободряющей улыбкой. Мужчина на мгновение колеблется и кивает в ответ, затем нависает над Юджи и начинает процесс вселения. Теплое, приятное ощущение души Гето-сана устаканивается в теле Итадори, и его сознание оказывается в личном безопасном пространстве, из которого он всегда наблюдает за действиями текущего хозяина. Или это то, что должно было случиться. Потому что… — Что ты делаешь в моем безопасном месте, Сукуна? — Почему ты в моих владениях, сопляк? Он должен был догадаться, что становление сосудом Сукуны повлияет и на его способности… Юджи оглядывается, замечая красную воду, — он очень надеется, что это вода, — что-то, подозрительно напоминающее трон из костей, потом еще кости, и, — он прищуривает глаза, — это что, святилище? Мальчик моргает. –Я, кажется, здесь уже был… — бормочет он и осуждающе смотрит на Сукуну, который восседает на вершине костяной горы с хмурым видом, — Ты украл мое безопасное место! Это было, типа, мое ментальное пространство, где я мог расслабиться, когда кто-то овладевал мной, — откровенно дуется парнишка. Сукуна, кажется, искренне сбит с толку. — Извиняться не буду, — ворчит он и делает еще более недовольное лицо, — Тебе обязательно здесь быть, мелочь? — Я могу вернуться в свое тело только выгнав Гето-сана, — объясняет и пожимает плечами Юджи, сидя в воде — повторим, он очень надеется, что это вода, — Полагаю, ты застрял со мной, пока они не договорят. Сукуна издает какие-то раздраженные звуки, но Юджи игнорирует его, с предвкушающей ухмылкой вызывая что-то типа экрана, чтоб подглядывать за происходящим снаружи. Секунду спустя Сукуна оказывается прямо рядом с ним. — О. Ты тоже хочешь посмотреть? — Юджи немного двигается и хлопает по воде. ВОДА рядом с ним. ВОДА. — Это еще что? — Сукуна, нахмурившись, смотрит на экран и тоже садится, чтобы лучше видеть. — Хм? — Итадори вопросительно моргает, — Ой. Таким образом я знаю, что происходит снаружи. На этот раз Сукуна с подозрением смотрит на него, не на экранчик. — Зачем, мелкий? Ты в моих владениях, — он подчеркивает это, как будто это что-то важное. Юджи снова надувает губы. — Это было мое безопасное место, — бормочет он, все еще с долей содрогания — то, во что превратили его убежище, ему явно не по вкусу, — И здесь не было так темно. А еще у меня было очень удобное кресло, — недовольно фыркает он. Сукуна же, кажется, задумался. — Полагаю, обычные правила просто не применимы к тебе, ребенок. Это интересно. Нескрываемый интерес со стороны Двуликого заставляет Юджи отвести взгляд. Потому что, ну, что это за выражение лица такое?! — Ладно, посмотрим, как у них дела, — пытается перевести тему он, концентрируя внимание на ощущениях своего тела. Гето-сан экспериментально двигает руками Юджи, моргая и напрягая мышцы, затем поднимает взгляд на Годжо-сенсея и замирает. Кажется, будто момент столкновения их глаз застрял в вакууме, будто вместе с ними замерло и время, и весь окружающий мир — остались лишь глаза напротив. — О боги, надеюсь, Гето-сан помнит, что нужно дышать, — и когда мальчик произносит это вслух, он думает, что сенсей был бы не против реанимировать своего лучшего друга, даже несмотря на то, что он в теле Юджи, и задыхается от этого мысленного образа. Пожалуйста, не надо. — Так это странное теплое ощущение — душа этого призрака? — вновь начинает ворчать Сукуна, и Юджи ахает от удивления, потому что тот наклоняется, чтобы посмотреть через плечо мальчика, который этого, о Ками-сама, максимально не ожидал. — Тебе правда нравится все время меня пугать? — Итадори пристально смотрит на свою более зрелую версию с дополнительными глазами на лице, черными полосами на теле и в кимоно, снова ухмыляясь. И теперь, когда Юджи может как следует его разглядеть, Сукуна выглядит на удивление... хорошо? Не такой красивый и привлекательный, как Гето-сан. Более угрожающий, от него веет опасностью за километр, но от этого он только более… горячий?.. Юджи что-то невнятно бормочет, в его голове зарождается вполне очевидный вопрос, и он с любопытством наклоняет голову, — Хэй, Сукуна. Ты выглядишь так, потому что это твой истинный облик, верно? Даже при самом благоприятном раскладе, даже учитывая внешнюю похожесть, он точно не смог бы создать такой образ, даже будучи взрослым. Юджи не нарцисс, он знает, как он выглядит. Он не считает себя кем-то таким потрясающим, как Годжо-сенсей или Гето-сан. Он может называть себя симпатичным, но не более того. — Это ты сейчас к чему? — с подозрением отвечает вопросом на вопрос Сукуна, но Юджи лишь усмехается и возвращается к экрану. — Просто думаю о том, как горячо ты выглядишь в моем теле, и задаюсь вопросом: это скрытый потенциал, о котором я не знаю, или ты просто являешься собой? — небрежно бросает он и игнорирует глаза Сукуны, практически сверлящие в нем дыры, — И да, это теплое ощущение — душа Гето-сана. С ним очень приятно слиться. Такое ощущение, будто кто-то нежно тебя обнимает, — улыбается и мечтательно вздыхает Итадори. Сукуна усмехается. — Это так странно. Мои шесть глаз говорят мне, что передо мной Юджи. Так почему же я чувствую, что это ты, Сугуру? — на грани слышимости шепчет Годжо-сенсей, сияющими глазами, полными невысказанной томящейся привязанности и надежды в очередной глаз оглядывая стоящего перед ним собеседника. Юджи крайне интересно, как Гето-сан сейчас выглядит для его наставника. Поменялось ли что-то в его внешности? Может, цвет глаз? Прежде он не замечал за собой никаких изменений ни с кем, ну, если не считать Сукуну. Ой. — Чёрт. А если они поцелуются? Я не хочу, чтобы сенсей целовал Гето-сана, пока он находится в моём теле, — Юджи морщится от этой мысли, заставляя Сукуну хохотнуть. — Правильно. Потому что тебе понравилось бы только в том случае, будь ситуация обратной. Мальчик бросает на него косой оскорбленный взгляд и возвращается к наблюдению. Как сериал, ей-богу! — Хэй, Сатору. Прошло столько времени, — говорит Гето-сан голосом Юджи, который звучит более мягко и плавно. Так, теперь каждый может сделать его лучшую версию, да? Что-то в завораживающих глазах Годжо-сенсея вспыхивает при этом приветствии, его взгляд смягчается, а на лице расцветает ещё одна ласковая улыбка. — Если бы сэнсэй посмотрел на меня так, я бы тоже поплыл, — заявляет Юджи, торжественно кивая. — Ты можешь держать свой внутренний монолог в голове, сопляк? — Сукуна грубо одергивает его, — Я уже прекрасно понял, что на тебя легко повлиять. Парнишка бросает на него еще косой взгляд. — Ты просто не видел Гето-сана. Он… великолепен, — Итадори говорит с придыханинм, многозначительно растягивая слова. И тогда Юджи чувствует это. Сукуна тянет призрака, пытаясь перетащить его душу в свои владения. Итадори мгновенно останавливает его, защищая Гето-сана, и поворачивается к ухмыляющемуся Сукуне. — Я понимаю, ты хочешь сам убедиться в красоте этого мужчины, но не сейчас, Сукуна, у них момент, — предупреждает Юджи взглядом, говорящим, что мальчишка бросит всего себя на защиту отношений этих двух дураков. Ухмылка Двуликого становится садистской, и он снова тянет призрака. На этот раз мальчик не ждет — он кидается на Сукуну, сбивая его с ног и расплескивая воду. — Отвали от меня, говнюк, — рычит древний шаман, уже злясь, — Или я перестану вести себя так хорошо. — Обещай, что больше не будешь пытаться затянуть его сюда! — требует Юджи, и они одинаково решительно смотрят друг на друга, — Отлично. Я позволю тебе встретиться с Гето-саном позже. Только не сейчас. Пожалуйста. Пусть они это получат, — практически умоляет Итадори, быстро перейдя от кнута к прянику. — Да мне он на хуй не упа… — Могу я обнять тебя, Сугуру? — ворчание Сукуны прерывается просьбой Годжо-сенсея, — Пожалуйста? — тихо спрашивает он, уже наклоняясь к телу Юджи. — Мне не нравится… — Юджи молча прикладывает палец к губам Сукуны, заставляя того замолкнуть на секунду. Его внимание сосредоточено на экране, — Ребенок, я укушу… Итадори лишь шикает на него, сердито глядя на Короля проклятий. — Это самая лучшая часть, смотри, — он шепчет, словно их переговоры могут услышать снаружи, и, указывая на экран, удобно устраивается на груди Сукуны. Не осуждайте. Это лучше, чем сидеть в той непонятной недоводе. Почему Сукуна не убил Юджи и не оттолкнул его, остается загадкой. Итадори не будет выяснять это ни за какие коврижки. В итоге инициатором долгожданных объятий становится сам Гето-сан, и экран наблюдения на несколько секунд становится мутным от накативших слез, а после и вовсе темным — призрак спрятал лицо в чужом плече, прижавшись к Годжо. — Ох, Гето-сан, — Юджи шмыгает носом, поддавшись эмоциям духа, — Если вы собираетесь плакать, я тоже буду плакать. Так это работает, понимаете? — всхлипывает он, продолжая без отрыва пялиться в квадрат, соединяющий их с внешним миром. Внезапно чья-то рука вытирает слезы студента, заставляя Юджи шокированно поднять глаза на Сукуну. — Ты тоже собираешься меня обнять? — дразнится он сквозь собственные всхлипы, заставляя Сукуну нахмуриться. — Я не обнимаюсь, дурень. Итадори недоверчиво ахает, самостоятельно вытирая остатки соленых капель, чтобы лучше видеть. — Ты шутишь, Сукуна? У тебя же раньше было целых четыре руки! — недоверчиво восклицает он. — Какое это имеет отношение к объятьям? — Сукуна усмехается, оставляя брови в прежнем нахмуренном положении, из-за чего лицо его принимает весьма глупое выражение недоумения. — Готов поспорить, человек с четырьмя руками обнимается лучше всех на свете! — Как тебе вообще пришла в голову такая идея? — спрашивает Двуликий усталым голосом. Тут Юджи что-то приходит в голову, и он широко улыбается, а слёзы наконец прекращаются. — Когда тебя в последний раз кто-то обнимал, Сукуна? — невинно спрашивает Юджи, уже вытягивая руки по направлению к чужим плечам. — Не смей, сопляк, — в голосе Двуликого проскальзывают опасные рычащие нотки. Итадори выкладывается на полную, пытаясь поймать его, но Сукуна без особых усилий уклоняется от каждой попытки. Тц. — Ой, давай! Не стесняйся, — Юджи надувает щеки, становясь похожим на обожратого хомяка. — Я вышвырну тебя отсюда, мелкий. Я серьезно, — предупреждает Сукуна. Даже предупреждает! Как вежливо с его стороны! — Мне так много хочется сказать, но я не знаю, с чего начать, Сатору, — проникновенно шепчет Гето-сан, и Юджи прерывает свой побочный квест, чтобы снова сосредоточиться на экране. Это как смотреть дораму! Годжо-сенсей появляется в поле зрения, когда призрак поднимает голову, и на его лицо тут же ложится прохладная ладонь, оглаживающая щеку Сугуру большим пальцем. Ну, или щеку Юджи, тут как посмотреть. — Когда мы вернем твое тело, нам надо будет кое о чем поговорить, Сугуру. Ты можешь подождать до этого дня, чтобы выслушать меня? И Юджи клянется, что чувствует чистую любовь, исходящую от призрака, слившегося с его телом. — Столько, сколько тебе нужно, Сатору, — Гето-сан мягко соглашается, на что сенсей расплывается в настолько обожающей улыбке, что от нее щемит грудь. Черт возьми, да! — Он собирается признаться! — визжит Юджи, хватая Сукуну за предплечье и возбужденно тряся его. — Бля, перестань! — Нет! Я так долго ждал этого развития, что мне сейчас хочется кричать! Это как ощущение, когда твой любимый пейринг становится каноном! — горячо восклицает Итадори, продолжая трясти чужую руку. — Кричи сколько влезет, просто отпусти меня, — Сукуна кидает на него скептичный взгляд человека, из последней фразы не вычленившего ровно ни-че-го. Мальчик отпускает предплечье, делает глубокий вдох и… снова хватает Сукуну, на этот раз крепко обнимая его. — Неожиданная атака! — кричит он и чувствует, как чужое тело словно каменеет под прикосновением, заставляя Юджи нерешительно отстраниться, — Эм, Сукуна? — с неуверенной интонацией вопрошает Юджи, поднимая голову от плеча, к которому во время нападения прижался щекой. Хм? Затем его резко отталкивают, и Итадори поворачивается, чтобы увидеть выражение лица Сукуны. Он что, злится? Он собирается убить его прямо сейчас? Это длится всего секунду, но мальчик успевает заметить, что, к его величайшему удивлению, уши Непревзойденного Двуликого горят краснотой, словно два китайских фонарика. Юджи подносит руку ко рту, изо всех сил стараясь не рассмеяться. Цундэрэ.