Мальчик для битья

      Поездка на земли фонтейнского аристократа была обязательной частью представления, которое они все играли ради своего письма. Обычно на роль благодушного хозяина выбирали кого-нибудь средней руки, с большим поместьем, в котором можно было разместить около шести или восьми юношей, и не имеющим своих детей за исключением тех, кто пересек порог совершеннолетия.       Кэйе пришлось несколько дней окучивать профессора, чтобы убедить в том, что они с Дилюком непременно должны поехать вместе. Ведь они не просто братья, но и служащие вместе рыцари Одро Фавониус, и Дилюк был его капитаном, который ну никак не мог обойтись без своего верного подчиненного.       К счастью, его риторические навыки были на порядок выше, чем физические. Никому не нужно было знать, что он только поступил в кадеты (еще и не с первого раза).       Так или иначе, но своего Кэйа добился и, по совету месье де Лонфаля, их с Дилюком отправили на юг, во владения бывшего дуэлянта, а ныне владельца нескольких яблоневых садов, обеспечивающего соком всю столицу Фонтейна. Для поездки на три дня у них был четкий список вещей, которые нужно было взять, а перед отбытием чемодан каждого проверили на наличие контрабанды.       Во дворе их ждало два экипажа с открытым верхом. Бегло оглядев остальных юношей, Кэйа поставил свою поклажу рядом, чтобы приберечь местечко для Дилюка. Он почти никого здесь не знал, разве что мимоходом слышал имена.       – Эй, Дилюк, здесь осталось место, присаживайся! – Кэйа заинтересованно обернулся. Неподалеку стояло несколько парней, явно не знавших, куда им приткнуться, потому что место на скамье рядом с собой Альберих зарезервировал, а во второй экипаж их, судя по всему, не пускали.       Махнув ребятам рукой, Дилюк направился к нему даже не поздоровавшись с ними и не поблагодарив. Когда он поднялся, Кэйа забрал сумку и потеснился, что позволило еще одному студенту усесться по другую сторону от Дилюка.       – Твои приятели?       – Нет, я их не знаю.       Задумчиво хмыкнув, Кэйа подпер голову рукой. Лошади двинулись, и они плавно выехали из приятной тени здания под палящее солнце, от которого сразу захотелось спрятаться. Оставалось только надеяться, что поездка будет не слишком долгой.

***

      Принявший их аристократ оказался весьма милым стариком, чем-то напоминавшим их пожилого дворецкого. Он был искренне рад гостям, громко смеялся в пышные усы и беспрестанно расспрашивал, кто из них откуда прибыл. Их “рыцарская” история особенно понравилась ему, но до обеда они должны были устроиться в комнатах, поэтому господину Дюбуа пришлось их отпустить.       Проследовав за лакеем на второй этаж, Кэйа с любопытством озирался по сторонам. Это была всего лишь загородная резиденция посреди яблоневых садов, предназначенная для летнего отдыха, но все равно она оказалась огромной.       – Кэйа… – мальчик на пару лет младше, тот самый, который ехал рядом с Дилюком, тихо позвал его. – Ты уже решил, с кем будешь жить? Просто… Я кроме тебя никого тут не знаю, и я подумал…       – Прости, но я…       – Комнаты справа рассчитаны на двух человек, это третья, четвертая двери, и еще одна за углом. Слева комната на четверых, мы рассчитывали, что будет больше гостей, но ничего, если вы будете жить там вдвоем.       – А можно втроем?       – Как пожелаете, – монотонно ответил лакей.       Дилюк посмотрел на него со сдержанным интересом, но ничего против не сказал.

***

      Кэйа начал понимать, что он точно перешел кому-то дорогу. Он все чаще ловил на себе презрительные взгляды, а большинство ребят будто бы боялось с ним разговаривать, и даже тот, который сам напросился жить с ними втроем.       И стоило ему только обратить на это внимание, как все стало до смешного очевидно. Он мешал рослым дурням, запугавшим более маленьких и слабых, подружиться с Дилюком. Можно подумать, тот без него захотел бы общаться с ними.       Все три дня их ждал только отдых в тени, десятки угощений, которые подготовил для них месье Дюбуа и вечерние беседы в библиотеке, где бывший дуэлянт рассказывал свои нескончаемые истории и хвастал своими садами.       Ненадолго отлучившись, чтобы передохнуть от накуренного помещения, Кэйа уже не смог вернуться обратно. Двое парней, вышедших за ним, перехватили его в коридоре, начав затягивать в подозрительные беседы. Кэйа попытался беззаботно отшутиться, но когда дорогу ему буквально перегородили, он поменял тон.       – Беседовать с вами одно удовольствие, но мне нужно пройти.       – Не нужно, – если один из его собеседников еще пытался увлечь его, то второй точно предпочитал грубую силу.       – Друг мой, от того, что вы оставили вашего заводилу поболтать с Дилюком, он его cher ami не станет. А может ему еще и сердце разобьют… Это же недопустимо, не так ли?       – Помолчать бы тебе уже, – дернув плечом, юноша, который был его на полголовы ниже, вышел вперед.       – Том, прекрати. Не устраивай неприятности.       – Я не устраиваю.       Криво усмехнувшись, Кэйа ни на миллиметр не отошел. Когда Том оказался к нему слишком близко, он только немного отвернулся.       – Томас, дружище, ты слишком спешишь. Знаешь, я давал рыцарские обеты, а ты вот так сразу…       – Завались, – сжав кулак, парень стукнул по выставочной витрине, от чего вазы на ней покачнулись.       – А не то что? – насмешливо фыркнув, Кэйа несколько секунд подождал ответ. – Ну, раз ничего, то я, пожалуй, пойду.       Кэйа был почти уверен, что за репутацию эти ребята пеклись сильнее, чем хотели записать Дилюка в свои приятели, но он слишком передерзил. Схватив за плечо, Том грубо толкнул его к стене и ухватился за воротник летней рубашки.       – А не то без второго глаза останешься, урод, – откуда было столько злости к нему, Кэйа не знал. Судя по виду, юный аристократ никогда не знал последствий распускания рук. По крайней мере его товарищ, не желавший, чтобы его застали в компрометирующей ситуации, уже умотал. – Интересно, Рагнвиндру понравится, если я разукрашу твою морду?       Кэйа не боялся ни драки, ни ее последствий. Но он все равно застыл, почувствовав обиду. Неужели и здесь его побьют только для того, чтобы преподать Дилюку урок? За это он огребать точно не хотел.       – Кэйа?       Знакомый голос раздался в другом краю коридора, и они оба с Томом обернулись.       В будущем Кэйа даже не пытался понять, что руководило ими всеми в тот момент. Сорвавшись с места, Дилюк оказался рядом очень быстро. А через секунду Кэйа поморщился от хруста. Это определенно был сломанный нос. Схватившись за окровавленное лицо, Томас отступил, а на его глазах тут же навернулись слезы. Прижавшись спиной к стене, Кэйа переводил взгляд с одного парня на другого, почему-то чувствуя иррациональное веселье.       – Сука! Я все расскажу!       Кому незадачливый воитель собрался жаловаться Кэйа так и не понял, да и ему было все равно. Внутри него все сжималось от обманчивой радости. Не удостоверившись, что Том уже скрылся за поворотом, Кэйа подался вперед. Он и не думал, что его первый поцелуй будет отдавать грязными ругательствами.       Это был импульс, за которым он не успел проследить. Лишь на секунду прикоснувшись к губам Дилюка, он сам же шарахнулся в сторону, по иронии прикрыв лицо так же, как его недавний обидчик.       – Прости. Прости, я случайно!       Как можно было поцеловать случайно, Кэйа пока что не придумал. Он убежал в библиотеку, где уже поднялся шум, так и не разглядев, как Дилюк на все это отреагировал. Щеки и уши горели от стыда, но под пальцами он прятал совсем не испуг, а все ту же предательскую улыбку.

***

      Спустя четыре месяца летнего лагеря в Фонтейне только один из них получил благодарственное письмо. И это был не Дилюк.