Поломанные

Следующий удар приходится где-то под ребра. Порядком избитый альфа глухо кричит, из его рта стекает кровь. — Да бля, смотри, не убей его! Труп тебе ничерта не расскажет! Оуэна пытается остановить кто-то из его собратьев по банде, но альфу не так просто вразумить. Он не обращает внимания на то, что собственные, не зажившие до конца раны болят. Ему это неважно. Джей прямо сейчас в руках чудовища — вот, что заставляет его вскипать изнутри. Предателя, похитившего омегу по приказу Марка, нашли спустя три часа — тот с сумкой, набитой деньгами, пытался улететь по поддельным документам из страны. Его схватили в аэропорту. Притащили обратно в особняк «хозяина» — и теперь выбивают из него правду. Бедолага уже не жилец, это ясно. Но ему обещают жизнь взамен на информацию. Дают ложную надежду. — Говори, куда ты его увез, — Оуэн держит альфу за волосы, готовый нанести новый удар по лицу, которое и так обожжено раскаленным железом и обезображено. — Я не могу сказать… — сипит альфа, кашляя кровью и остатками выбитых зубов. — Этот ублюдок… пообещал… убить моих родителей, если я признаюсь… Лучше прикончите меня сразу! Я ничего не скажу! — Вот как? А я по твоему лучше него? Если не скажешь, я прикончу твоих родных раньше, чем он, — Оуэн в бешенстве, его глаза словно налились кровью, он готов мир перевернуть, лишь бы выдернуть Джея из лап Марка. — Эй! Узнайте-ка адрес его предков, притащите их сюда. — Нет… умоляю, не трогайте их! — просит альфа, начав рыдать. — А ты сам их подставил, когда решил предать нас в обмен на деньжата. Думал, сможешь сбежать, оставив их нам на растерзание? — говорит кто-то из бандитов. — Ты че, реально считал, что мы святоши и не отправим тебе посылкой их отрезанные головы? Ну ты дебил, — плюется. Лирой наблюдает и нервно курит, его костяшки сбиты до крови, в основном в состоянии этого альфы виноват как раз он. Бета себя не сдерживал. Его еле оттащили, убедив, что если он его убьет, то это усугубит поиски Джея. Лирой втягивает сигаретный дым, но его это не успокаивает, хочется взять оружие и бежать, искать его, но где? Город большой. Пока они обойдут каждый угол, пройдут не одни сутки: за это время Джей может сильно пострадать. Вот почему нельзя было сразу прикончить Марка?! Зачем было выдумывать план с его поимкой, с рытьем могилы его руками? Можно было выстрелить в голову — и проблем бы не возникло. Лирой злится на себя, на Оуэна. Он зол на весь мир, и чувствует, что свихнется от давления внутри черепушки, от страшных картин изуродованного тела Джея, которые он из раза в раз представляет во всех красках. Что, если не успеют?! Его бедный брат и так натерпелся… Крики альфы опять возвращают Лироя в реальность. Он осматривает металлический стул, к которому привязан предатель. Комната воняет потом и страхом — а еще жженной плотью. Дышать противно до тошноты. Бета смотрит почти равнодушно на то, как пытают альфу — как втыкают ему в ногу нож, проворачивая, как выдирают ногти специальными щипцами. Но бандит оказывается очень крепким. Терпит неимоверную боль, от которой любой другой бы давно рехнулся. И наконец, под угрозами убить его родных на его глазах, тот таки начинает говорить: — Я отвез его… в какой-то лес… В заповедник, этот, там… за рекой… кха-кха, за мостом есть дома… несколько… там забор, кха, блять, забор высокий, каменный. Дом вроде в три этажа… светлый… Я передал его заказчику, этому, как его… — и снова кашляет, снова кровью. Альфа трясется сильно, по его окровавленному лицу стекают слезы. — Не трогайте родителей… они не виноваты… это моя ошибка… защитите их, я все расскажу! С перерывами, с кашлем напополам, но он рассказывает все, что знает. Как украл, куда отвез, что было дальше. Оуэн решает действовать уже, и плевать, штурм это будет или нет, на месте он решит, как действовать. Предавшего бандита пока оставляют в живых, нужно ведь для начала проверить, правдивую ли информацию он сказал, а уже потом решать его судьбу. Да, этот альфа ошибся, но таких ошибок не прощают. Так что его жизнь в любом случае скоро оборвется. Оуэн выходит из здания, прихрамывая. Рана снова напоминает о себе, швы, наложенные после операции, могут разойтись, ведь не прошло достаточно времени, чтобы все зажило. Заживать будет долго — но Оуэну плевать на себя и на последствия. Он идет к машине, садясь за руль. Следом за ним туда запрыгивает Лирой. С ними подмога из бандитов. В этот раз Марк от них живым не уйдет…

***

Джей, держась за бок, идет вперед, спускаясь по склону, поросшему более молодыми деревьями. Под ногами шуршат листья, гнилые, грязные, вперемешку со слякотью. Моросит дождь — и это ему на руку, собаки не смогут учуять след. В боку колет от долгого бега. В горле пересохло. Джей снова и снова сглатывает слюну и воровато оборачивается на каждый шорох — будь то птица или пробегающая неподалеку лиса. Он припоминает, что в заповеднике есть сторожа, это несколько людей, которые следят, чтобы никто не вырубал деревья и не отстреливал животных. Может… повезет их встретить? На это он и надеется, видя вдалеке небольшую хижину. Заброшенная, наверное… Ему мерещится, или вверх от крыши поднимается дым? Но как же он поднимается, если моросит дождь? Нет, неважно. Джей заставляет себя идти. Ноги болят, дрожат от чрезмерной нагрузки, но омега продолжает, вскоре снова переходя на бег. Ему чудится шум, какой-то гул в небе, похожий на жужжание. Он видит вдалеке черную точку, едва-едва, и это заставляет бежать быстрее. Дом все ближе и ближе. Это небольшая постройка из дерева, в единственном окне зажжен свет. Джей примыкает к двери всем телом и стучит. Стучит в отчаянии, снова повернувшись назад, выискивая средь бесчисленных ровных стволов деревьев людские силуэты. Ему открывают — и Джей вваливается внутрь. Он встречается взглядом с хмурым бетой средних лет. За его спиной еще один, немного старше, уже седой. Люди!.. Омега растрепан, очки давно потеряны, глаз все сильнее заплывает, наливаясь отеком, красная помада растерта по подбородку. Вид у него жалкий. Он мокрый, грязный, дрожащий… — Ты откуда тут взялся? — хмурится егерь. — Я… боже, у вас есть телефон? Мне нужен телефон… можно позвонить? — задыхаясь после бега, выдавливает омега. Оба беты смотрят на него недоверчиво, они догадываются, что встреча может сулить им неприятности, омежка похож на шлюху, и его, судя по всему, ищут. — Пожалуйста, мне правда нужно это, мне необходимо, — умоляет Джей, он привык к безразличию окружающих, такой у их общества менталитет. Но один из егерей, тот, что помладше, достает свой старенький сотовый. Подает его загрубевшей мозолистой рукой. — Спасибо! Спасибо вам, — омега выхватывает и пытается попасть на цифры. Но как назло не может вспомнить верную комбинацию нового номера брата. Он набирает, но ошибается, номера не существует. Пробует еще и еще, в попытке вспомнить недостающие цифры. Из-за накатившей паники все вылетело из головы… Тогда Джей вспоминает номер Оуэна. Он угадывает с первого раза — и вскоре длинные гудки заменяются Его голосом. Это Оуэн!.. — Да? Кто это? — Джей, это я, я Джей, — тараторит омега, вцепившись рукой в телефон и прижав вторую ладонь ко рту. — О да, я… — Где ты сейчас?! Ты в доме Марка?! Ты в каком состоянии? Черт, погоди, ответь, — Оуэн сразу засыпает его вопросами, слышен звук тормозов, тот резко остановил машину. — Ты в его доме? — Я сбежал… неважно как, я теперь где-то в заповеднике… я в доме сторожей… но меня ищут, я уверен, что это так. Не знаю, увижу ли тебя вообще… брата попроси, чтобы он жил дальше, чтобы не зацикливался, был счастлив. Ты, тоже... — Не паникуй, тише. Я тебя ему не отдам, — твердо произносит Оуэн, но слышно, как он взволнован. — Ты где именно? Дай трубку сторожу, быстро, ангелок… не бойся, понял? — Да… сейчас… — омега передает телефон егерю, те все слышали, так как была включена громкая связь. — Вот… — Эм, ну, смотри, — говорит один из них в трубку. — Главная трасса, свернуть за мостом через Иргу… Направо дорога в заповедник, грунтовая, переехать через второй мост, там дальше за оврагом будет тропа. Пройти чуть дальше… — пояснения длятся и длятся. Джей внимательно слушает диалог, слушает ответы Оуэна, уловив на заднем фоне голос брата. Он оседает на лавку у стены, наконец позволив себе расслабить мышцы. Теперь у него появилась надежда. Омега слегка улыбается, хотя это, скорее, нервное. Но в какой-то мере он рад, что рискнул — даже если попытка окажется неудачной. За ним уже едут. Но успеют ли они? Джею очень тревожно, он прислушивается к любому звуку с улицы, будь то лай местной собаки или усиленное жужжание явно не природного происхождения… Старик дает ему выпить воды. Джей благодарит обоих за все, он снимает с себя цепочки и браслет, которые до этого украл у папы вместе с одеждой. — Это золото… Берите. Продайте и выручите деньги. Позже я дам вам еще… пока это все, что у меня есть. Егерь с подозрением осматривает украшения, присматриваясь. Найдя на них пробы и убедившись, что изделия золотые, он прячет их в свой рюкзак. Беты разрешают ему побыть немного тут. Не уточняют, что вообще происходит, но по ним видно, что они не хотят вмешиваться в конфликты банд. Да и кто бы на их месте захотел?.. В домике тепло, в печке горит огонь. Мебели тут немного. Стол, лавки, старая кровать и шкаф. В углу ведра, какая-то кухонная утварь и бидоны с водой. На удивление, довольно уютно и чисто. И как только сердце Джея начинает стучать размеренно, с улицы слышится шум и голоса. Омега мгновенно вскакивает. — Кто там?.. Гляньте… — Хм, — младший егерь выглядывает в окно, нахмурившись. — Люди в черной форме. Раз, два… штук пять всего. — Да что ж… чтоб их, — омега останавливает взгляд на шкафу. Он сразу кидается к нему, залезая туда. Там какой-то хлам, вещи, тряпки. Старший егерь помогает, накинув на него сверху висящую там куртку и плащ. — Я буду тихо… — Сиди, не высовывай носа, — советует старик. — Я понимаю, — тихо шепчет омега и замирает. Шкаф плотно закрывают. Долго ждать не приходится. Топот, стук, голоса: незнакомые, грубые, басистые. — Эй, паренька не видели? В ярко розовой кофте, косынке, короткой куртке, худой такой типа, — описывает кто-то, а Джей перестает дышать, боясь издать хоть малейший шум. Даже собственное сердцебиение кажется ему оглушающе громким. — Не видели, не приходил такой, — кряхтит старший бета. — Откуда тут ему взяться? — Я видел, — вдруг говорит второй. — Выходил раньше посмотреть, все ли в лесу в порядке. Видел вдалеке фигуру. Кто-то бежал, ну, я подумал, странно. Тут обычно никто не шастает. — Так куда он пошел, а? Говори по делу, — рявкает один из людей Марка. — Так куда-то в сторону реки и северной трассы. Понятия не имею, я за ним не следил. — Ясно все. Ну, смотри. Если узнаю, что врешь, — человек в черном показывает жест пальцем у горла, ясно намекая на то, что ждет егеря в случае обмана. Пришедшие еще раз осматриваются. Они внимательно изучают взглядом небольшое помещение. Один из них подходит ближе к шкафу. Джей прям слышит его дыхание, его противный феромон, который пробивается сквозь запах старого тряпья. Дверца шкафа скрипит, но тут же закрывается. Охранник не заметил его среди горы хлама. Они уходят. Джей аж посинел от задержки дыхания, он наконец судорожно вдыхает, но не вылезает оттуда некоторое время. Только тогда, когда по словам егерей эти люди исчезают с горизонта, он выбирается из укрытия, снова благодаря за помощь. — Эй… я видел тебя на видео, мне показывал брат, — вдруг говорит младший бета. — Это же ты тот омега, которого насиловал отчим-адвокат? Этот, как его там, Кади? Марк или Майк, черт его знает… — Да, — не отрицает Джей. — Ну ты это, держись, — внезапно тот хлопает его по плечу. — Видать, не соврал, раз теперь за тобой гоняют. Я тебя почти сразу узнал. Если бы не это… ты уж извини, но я бы тебя выдал, потому что мне не хочется лезть в чужие разборки. Мало ли, кто ты такой, вдруг натворил фигни, убил кого-то… Времена такие. Каждый сам за себя. Это старик, вон, готов каждому подсобить. Черт пойми, как он дожил до шестидесяти. — Так и дожил, — возмущается второй. — Не всем же быть черствыми идиотами, как ты. — Эй! Вообще-то, вспомни, я… Они дальше о чем-то спорят, но Джей их не слушает, в голове словно шум. Он осторожно выглядывает в окно, заметив нескольких людей, идущих к дому, но на этот раз они одеты вразнобой, видно, что это не охрана Марка. Джей не спешит радоваться, он ждет. Ждет до тех пор, пока не узнает среди них своих близких. — За мной пришли, — произносит он, не до конца веря в происходящее. Теперь все неважно. Омега подрывается с места, он бегло прощается с бетами и вылетает из домика. Бежит тропой по небольшому склону, влетая в объятья брата, который очень крепко его обнимает, судорожно выдыхая в ухо. Оуэн сбоку тоже лезет обниматься, отнимая омегу у Лироя и заключая в свои объятья. Джей улыбается, смеется, но времени на это все нет. Они спешат к дороге, садятся по машинам. И быстро едут в относительно безопасное место, в особняк Дерека. По дороге Джей рассказывает брату и альфе о том, что с ним было. Уверяет, что они зря переживали, Марк не успел его тронуть. Только ударил и пытался придушить, но изнасилования не было. Могло бы быть, если бы он не рискнул убежать. А так, благодаря себе же самому, он избежал ужасной участи. Но одно его все еще гложет… — Там был омега, бедный, замученный, еле живой. Я пообещал себе, что помогу ему, но не знаю, как… Он может умереть, он очень истощен и ранен. — Всем не поможешь, ангелок, значит, такая у него судьба. — Но я так не могу… Ему больше не на кого надеяться. Я сказал ему, что вернусь за ним, он ведь ждет, надеется… Он хочет жить, очень хочет, от цепляется из последних сил… — Тебе его жалко, я все понимаю. Но ради незнакомого нам омеги никто рисковать не будет, — уверяет Лирой. — Ну братец, выбрось это из головы. Люди мрут каждый день. Это не зависит от тебя, главное, подумай о себе, о своем состоянии. Тебе нужен отдых, ты пережил пиздец какой стресс… Джей качает головой, он не может забыть того омежку. Его лицо словно врезалось в память. Тихий, едва различимый голос звучит в голове: «Помоги мне»… Он это никогда не забудет. Будет винить себя за бессилие. Может, попробовать сообщить в полицию? Это по сути похищение человека… Но он уже имел негативный опыт, связанный с ними. Все равно толку не будет. Марк не пустит полицейских на свою территорию: хорошо заплатит и пошлет восвояси. И вот, Джей снова в этом доме. Снова в окружении людей, которым небезразличен он и его судьба. Одри тоже его расспрашивает обо всем. Но недолго. Омегу решают оставить в покое, дать ему выспаться. Оуэн уходит с ним. — Я буду сидеть рядом. — Твои швы не разошлись? — Джей поворачивается к нему, подходит, положив руку на грудь и осторожно погладив по мятой ткани. — Ты зачем вообще встал? — А я мог по твоему остаться в постели? — Оуэн… ты неисправим, — вздыхает Джей и аккуратно прижимается к нему. — Честно, я рад, что снова тебя вижу… Что вижу брата и даже приставучего Одри. Не верится, что я снова тут. В один момент мне показалось, что это конец, что у меня нет даже шанса… — Я бы в любом случае тебя вытащил оттуда, — тихо говорит мрачный альфа. Оуэн не может себе простить эту оплошность. Пока Марк жив, он не расслабится. Пока есть угроза Джею, он не сможет нормально спать. — Сидеть и ждать, пока меня найдут, я не мог… Не было уверенности, что вы выйдете на мой след до того, как Марк поиздевается надо мной. Пришлось рассчитывать на себя, и… видимо, это страх меня толкнул на побег, я бы не рискнул, зная, что шансы минимальны… я был без оружия, я не обучен самообороне, физически слаб, и, ну ты понял. Кстати об этом, да, научи меня стрелять. Как видишь, это может пригодиться, — слегка улыбается омега, прильнув к его груди и прижавшись щекой. Запах альфы успокаивает. Такой приятный… — Научу всему, — кивает Оуэн, все так же хмурясь. Альфа думает о своем. Он недооценил Марка — и переоценил верность людишек Дерека. Но теперь он ни на миг не оставит Джея одного. Будет оберегать днем и ночью: никому нельзя доверять его безопасность. Но стоит признать, что омега прекрасно справился и без него. Сам, без посторонней помощи, сбежал от Марка, используя не силу, а смекалку, сам нашел способ связаться с ним и подсказать местонахождение. Оуэн восхищается им. Он в который раз убеждается, что недостоин такого омеги. Но Джей так нежно прижимается к нему, что отталкивать нет желания. Наоборот, хочется никогда его не отпускать. Оуэн целует его в макушку. Сначала идет с ним в душ, потом укладывает, как ребенка, в кровать, укутав одеялом. Джею нравится, что альфа с ним так возится, что переживает за него и проявляет заботу. Омега чувствует благодарность и теплоту. Но даже рядом с ним, в окружении его феромона Джей не может заснуть. Как только закрывает глаза, вспоминает того омежку. И сердце снова начинает биться в висках. Лирой прав, всем не поможешь, у каждого своя судьба. Но… бедному нужно в больницу. Он даже сам попить не сможет, ему не на кого надеяться… Джей ворочается туда-сюда, в итоге берет в руки телефон. Он думает посмотреть что-то расслабляющее, чтобы отвлечься от ощущения собственной вины и беспомощности. Но в ленте новостей ему попадаются не котики и собачки, как обычно, а какой-то криминал. Пропал омега, похитили омегу, ведется поиск, пропал, пропал, украли, вознаграждение… Джей сонно листает, не сразу понимая, что десятки постов и фото — об одном и том же человеке. Он потирает глаза и присматривается, открывая одну из фотографий. Светлые, едва вьющиеся волосы по плечи, миловидное лицо, большие глаза карего цвета. Из отличимых черт — татуировки на запястье и под ключицей. Бабочки. Сердце сжимается и пропускает удар, Джей в ту же секунду подскакивает. — Это он! Оуэн, который слегка задремал в положении сидя, встрепенулся. — Кто «он»? — Тот омега, которого покалечил Марк! — Джей поворачивает экран к альфе, показывая ему фотографии. — Похож на тебя, — подмечает альфа, всмотревшись. — Да не в этом дело… его ищут, может, мне сообщить, где он? А, может, уже поздно? Марк мог его убить, согнать на нем злость из-за моего побега… — омега сглатывает и снова читает, что написано. Там есть новостное видео, где показывают с камер наблюдения, как неизвестный хватает омежку и тащит в машину. Видео плохого качества, но даже так Джей узнает Марка. Подпись гласит: «Единственного сына посла Южной Сетии похитили прямо на улице. След похитителей утерян. За любую информацию дипломат обещает щедрое вознаграждение». «Полиция не нашла владельца машины». «Сына Патрика Бертана, Кайла, похитили неизвестные». «Прошло три дня с тех пор, как Кайл Бертан бесследно исчез, шансы найти его живым уменьшаются с каждым днем»… И так далее. Внизу интервью с самим политиком, с его супругом, оба выглядят неважно и просят помочь найти их ребенка. Обращаются к похитителям, обещая отдать взамен большую сумму денег. Но конечно же, ответа нет. Ведь тому, кто похитил Кайла, деньги не нужны. — Ты уверен? — Да, это он. Сомнений нет. Он в очень плохом состоянии, даже подняться не мог, но… Боже, тут есть номера. Есть номер его папы. Я попробую позвонить, — омега набирает. Гудки идут долго, в итоге никто не берет трубку. Он набирает снова и снова, до тех пор, пока на его звонок не отвечают. — Это папа Кайла Бертана? Я знаю, где он находится... — Извините, сейчас я его позову, — слышится голос по ту сторону, похоже, принадлежащий человеку преклонных лет. — Сынок! Пойди сюда! Опять эти, выгоду ищут… — вскоре слышится шорох, потом голос меняется на охрипший и явно недовольный. — Эй, если ты на самом деле собираешься обмануть нас, то лучше отключи звонок. Ты уже сотый за эти дни… — слышится всхлип. — Нет, нет, послушайте. Я видел его, своими глазами видел, я знаю, где он находится. Послушайте, прошу, — тараторит Джей, удобнее усевшись на кровати и прислонив вторую руку ко рту. — Он в ужасном состоянии, боже, мы оба с ним были в плену, только я смог сбежать, а он… не смог… и не сможет. Мне деньги ваши не нужны, я просто хочу его спасти. — О, Господи, — по ту сторону что-то падает, похоже, это телефон. Но его быстро поднимают. — Он жив?! Мой мальчик живой?.. — Пока я был там, он был жив, но сейчас… я не могу сказать точно, я сам не знаю. Джей смотрит на Оуэна, который сидит и слушает все это, внимательно наблюдая. Альфа берет его за руку и бережно сжимает, безмолвно поддерживая его. В это время из телефона слышны истерические рыдания и неразборчивые слова. Трубку берет кто-то другой. — Где вы находитесь? Мы приедем. Скажите, где вы? Вы сможете показать нам, где Кайл? — Я смогу, — кивает Джей. И называет местоположение особняка. Эти люди обещают вскоре приехать. Звонок прерывается. — Похоже, Дерек скоро сам нас выгонит… мы постоянно устраиваем шумиху в его доме, — говорит омега своему альфе. — Я надеюсь, от этого всего будет толк… Не верится, что Марк мог так просчитаться. Он совсем поехал крышей, раз не узнал наперед, кого похищает. Где его осторожность? Увидел похожего на меня омегу и сразу его утащил… Мне не по себе. Это же настолько надо быть сумасшедшим… Джей встает и начинает собираться: переодевается, натягивает обувь и берет пальто. Но альфа его останавливает, заслонив собой выход. — Ты не поедешь туда, — запрещает Оуэн, покачав головой и схватив его руку сильнее. — Нет, поеду. Я приблизительно помню дорогу… Ну, часть дороги. — Я покажу им вместо тебя, — Оуэн отчетливо помнит, что рассказывал ему тот бандит о похищении Джея. — Сиди дома и жди звонка. — Ты мне кто? Муж? Брат? — фыркает омега. — Ты мне даже предложение не сделал, а уже командуешь. Отойди. — Как будто ты бы согласился, — поднимает брови непоколебимый альфа, хмыкнув. Но в итоге все равно сдается. — Хорошо. Ладно. Только я еду с тобой. Они одеваются и выходят на улицу, как раз к этому времени к воротам подъезжает несколько машин, в том числе полицейских. Джей выходит за территорию особняка, чтобы поговорить с ними, Оуэн не отстает, держа его за руку. Рядом с худым, хрупким омежкой альфа кажется еще крупнее и опаснее. Омега лет сорока кидается к ним из машины, за ним оттуда появляется тот самый политик из новостных лент. — Вы ведь не солгали?! — Если ваш сын до сих пор там, а я надеюсь, что он там и жив, то… ох, давайте быстрее, нельзя медлить. Папа Кайла тянет омегу за собой в машину, Оуэн садится туда же. За ними едут несколько полицейских машин, капитан полиции дополнительно вызывает подмогу. Уже в салоне родители накидываются с расспросами. Что, как, где, кто, почему… — Его похитил Марк Кади, если вам известно его имя… думаю, известно. Это не ради шантажа… не хочу огорчать вас, но придется. Он его изнасиловал. И сильно избил, — Джей слышит возгласы, Патрик Бертан злится, сжав руль, а его супруг начинает дрожать и плакать, в очередной раз спрашивая, жив ли его ребенок. — Я уже говорил, он был в тяжелом состоянии, у него разбита голова, из нее сочилась кровь… между ног… боже, простите за подробности, тоже много крови, так я и понял, что было изнасилование. Он не мог встать, возможно, сломан позвоночник… Гематомы всюду, если бы не татуировки, я бы его не узнал. Простите, я не смог бы утащить его собой, я сам еле как убежал, это чудо, что мне удалось вырваться… Марк ужасный человек. Я тоже в свое время был его жертвой, со мной он не был настолько жестоким, но со многими был. Ваш сын не один такой… и я боюсь подумать, сколько их было. Он серийный насильник и маньяк какой-то, знаю, что в это сложно поверить, но его облик хорошего адвоката и семьянина — просто маска. Он психопат, который умеет скрывать следы своих преступлений… Он скрывал их на протяжении десятилетий, и никто так и не поймал его. Он даже собственного сына покалечил и довел до самоубийства, — Джей поворачивает голову на Оуэна, их взгляды пересекаются. — Да я своими руками его убью, — говорит сквозь зубы Патрик. — Чтобы моего мальчика, и так… — За что?! Господи, ну за что именно его?! Ему всего шестнадцать! Мы так долго пытались зачать дитя, он единственный. Я не могу так… Чудовище, изверг, он не человек! Он демон, нужна смертная казнь... — продолжает плакать Оливер, сокрушаясь без конца. Джей его приобнимает, ему самому тяжело, в глазах слезы, в горле ком. Ему сложно видеть чужое горе. Пока Джей пытается успокоить старшего омегу, Оуэн рассказывает, куда ехать. Скоро они будут на месте. И правда, за мостом находятся несколько домов. Нужный узнают по забору. Конечно же, ворота закрыты — и никто открывать не собирается. Из их машины выходит только Патрик. Оуэн остается с Джеем, он его не оставит. На всякий случай, в кармане у него заряженный пистолет. На улице ночь. Территория освещается миганием полицейских машин — кроме нескольких, вскоре сюда приезжают еще. С ними скорая. И штурмовики. Они даже не знают, тут ли Кайл, но подготовились основательно. Охранники особняка в замешательстве: что делать? Ведь хозяина дома нет. Тот до сих пор с нанятой подмогой прочесывает каждый метр заповедника в поиске Джея. Марк совсем тронулся, он не успокоится, пока не найдет свою жертву… Охранники же, смотря на десяток полицейских машин, вынуждены открыть ворота, пока их не сломали силой. Первыми вваливаются штурмовики, потом полиция и сам Патрик. В доме зажигается свет — на шум выходит Женевьер. Омега не собирается их впускать. — Какое вы право имеете заходить на территорию частной собственности?! Уходите, это нарушение закона! — Вот ордер на обыск. Ваш муж, Марк Кади, подозревается в похищении Кайла Бертана. Мы осмотрим дом — и если ничего не найдем, то покинем его. — Вы не пройдете, — возмущается Женевьер, но Патрик, вырвавшись вперед, грубо отталкивает его в сторону, из-за чего омега падает. Начинается обыск дома. На первом этаже никого. На втором тоже, не считая плачущего ребенка. И только на третьем они находят ту самую закрытую на ключ комнату. Дверь успешно выбивают. Зажигают свет — и видят ужасную картину. Прямо у двери лежит изуродованный омежка. От кровати по белому кафелю тянется кровавая полоса — он полз к выходу, но дверь открыть не смог. Он лежит лицом вниз, но даже так Патрик узнает сына. На обнаженном теле нет живого места. Отец кричит, падая на колени, переворачивая Кайла, хоть этого делать нельзя. Омега без сознания — и жив ли он, неясно. Но он теплый. И, кажется, дышит. Полицейские фотографируют его прежде чем приходят медики с носилками и осторожно перекладывают омежку, относя его к машине. И пока полиция остается фиксировать каждую мелочь и собирать улики, Патрик бежит к скорой. Джей видит, что происходит. Он волнуется, но чувствует облегчение, когда наконец выносят Кайла. Все ли будет хорошо? Выживет ли он? Омега наблюдает из машины, как оба родителя переживают, не могут найти себе места. Оливер теряет сознание от увиденного — и медикам приходится откачивать уже его. Джей же сидит на месте, склонив голову на плечо Оуэна, и держит его за руку. По щекам в конце-концов катятся слезы — неужели все закончилось? Это реальность? Он смог, он это сделал?.. Неведомо, что ждет их дальше: выкарабкается ли Кайл, получит ли Марк по заслугам… Но ясно одно: что-то точно изменится. ...Уже в своей временной комнате Джей расслабленно выдыхает, все это время он был перенапряжен — пережил огромный стресс. Ему есть чем гордиться. Он сделал все, что мог — помог Кайлу, остальное в руках врачей и судьбы. Он вспоминает, как когда-то давно так же помог одному истекающему кровью бандиту. А теперь лежит в его объятьях. Кто же мог подумать, что его сердобольность приведет его к таким последствиям… В свое время, когда Джей нуждался в спасении от лап Марка, ему никто не помог. Папа отвернулся от него, полиция бездействовала. Но несмотря на это, сам он не очерствел. Он понял на собственном примере, насколько важно оставаться человечным и помогать тем, кто в этой помощи нуждается. Долгое время он считал свою доброту слабостью: мол, чтобы выжить, надо думать только о себе. Но теперь он другого мнения. Человечество обречено на вымирание, если люди перестанут сочувствовать друг другу. Общество, в котором каждый сам за себя, вскоре развалится. Это не значит, что нужно стараться спасти всех и вся, рискуя собственной жизнью. Это значит, что нельзя постоянно закрывать глаза на чужое горе. Однажды это самое горе постучится в твою дверь — и тогда поймешь истинную ценность взаимопомощи. — Я все равно думаю, что я тебя недостоин, — вдруг нарушает тишину Оуэн, который только притворялся спящим. — Не понимаю, за какие заслуги ты мне послан… — Эй, не думай о глупостях, — Джей щелкает его по носу, улыбнувшись. Привстает, наклонившись над ним. — Ты много двигался… Рана болит? — Не болит. — Врешь, — омега наклоняется ниже и целует его, прикрыв глаза. Оуэн в свою очередь скользит руками по его спине. Обнимает. — Мне так хорошо с тобой… — шепчет Джей, в этот момент он забыл обо всех проблемах. Он ловит губами его горячее дыхание, они снова целуются, долго, нежно. — Правда? — спустя время переспрашивает альфа. — Обожаю тебя, — Оуэн вдруг переворачивается с ним и теперь нависает сверху. Рукой забирается под футболку, выше, к груди. — Хорошо тебе, говоришь? А может быть еще лучше… — Эй, инвалидина, — возмущается омега. — Постельный режим! Напоминаю! — Так мы в постели. — Ты еле дышишь. Откинешься во время секса, я тебя прибью, — смеется омега и обнимает его. Это, конечно, хороший способ снять стресс, но Джею сложно выбросить из головы воспоминания об изувеченном теле Кайла. Не до интима… — Давай уже спать, а, — бурчит омега, и Оуэн ложится рядом, собственнически притянув его к себе. Так они и засыпают, вымотанные, но зато в теплых объятиях друг друга. А поздно ночью Джею звонят с неизвестного номера и сообщают свежие новости. Марка задержали. Его увезли на допрос.