Предан(ность)

      За завтраком Новы не было. Саймон активно делал вид, что он ест и ему нравится еда. Сам не понимал, почему их не контролировали, если, по сути, им нужно было принимать эту пищу с веществами. Но пока никто ему ничего не сказал, продолжал жевать хлеб.       Выйдя из столовой, Гоуст пошел сам не зная куда, но плеча его коснулись. С ним поравнялся Марк.       — Привет, — он улыбнулся, и Саймон остановился, чувствуя поднятие настроения.       Марк встал напротив него.       — Придешь сегодня в библиотеку? — спросил его новый приятель, единственный адекватный в этом месте.       — Да, — ответил Райли, — У меня есть несколько вопросов по поводу вчерашней книги.       Марк приподнял уголки губ и кивнул, но, как только кинул взгляд в сторону, улыбка с его лица исчезла. Саймон обернулся и увидел Нову, что застыл в нескольких шагах от них.       — Ладно, мне пора, — Марк опять похлопал его по плечу и ушел.       Нова не шевелился. В его глазах была такая смесь эмоций, что Саймона разрывало от жалости. Было неясно: намеревался тот разрыдаться, убить Марка, а может, и самого Райли. Хотелось подойти к нему и сказать, что это ничего не значит. Обнять и прижать к себе покрепче.       — Слушай… я… — Он не знал, что сказать ему.       Как оправдаться? Саймон ничего не сделал, но ведь замышлял. Казалось, будто Нова видел, что он хотел сбежать. Гоуст не знал, как ему самому удастся уйти, но уже задумался, как забрать с собой и его.       — Все нормально, — сказал Нова сухо, — Я сегодня буду занят.       Он опустил голову и зашел в столовую. Саймон еле себя остановил, чтобы не забежать за ним следом. Просто представил, как бы это выглядело глупо, и с тяжелым сердцем направился подальше от него.       Все его дни здесь заключались в том, что он блуждал по коридорам, заходил в разные залы, в которые его пускали, читал и сидел, пялясь в точку. Но если несколько дней назад его практически все устраивало, то записка Марка немного вернула его. Она сработала каким-то образом на неокрепших частях его сознания, тех, что еще не приняли братство.       Саймон пораньше пришел в библиотеку. Заняться все равно было нечем. Он взял первую попавшуюся книгу и начал читать, не погружаясь в текст. Для остальных Фидо был увлечен историей, а сам же всего лишь водил глазами по страницам и перелистывал их. Думал о том, как получится сбежать и что делать дальше.       Марк пришел, когда Райли уже пролистал полкниги. Тот сел рядом и тепло поприветствовал.       — Как тренинг? — спросил Саймон, закрыв книгу.       — Хорошо, — улыбнулся Марк, — Про тебя не спрашивали, но решили, что тебе пока что было рано. Ждут тебя там через время.       Райли кивнул, понимая, что они его не дождутся.       Снова началось обсуждение «книг», которые читал Марк. В своей истории он затронул тему о том, что его будут держать здесь, как только могут. Это разные уловки. И Марк поделился, что не верит Нове после того, как Райли сказал, что был знаком с ним. Он считал, что это было сделано с целью сильнее привязать его к братству, ведь это единственное, что цепляло его. Саймон поделился с ним своей прошлой жизнью, о том, как потерял друга, который после стал Новой, как искал его и как тяжело пришлось.       — Как его звали? — спросил Марк после его рассказа.       Саймон застыл. Он так давно не говорил это имя. Не упоминал о нем даже в своей голове. Сердце забилось быстрее.       — Джон, — шепнул он, — Джонни.       Марк как-то грустно улыбнулся. Он дал понять, что забрать его с собой не получится. Тот слишком сильно погрузился в культ, который создал папа. Нова целовал ему руки при встрече и заглядывал в глаза, будто весь его мир был сконцентрирован на папе. И Саймон его понимал. Наверное, будь он чуть свободнее, и сам бы в прошлом целовал руки Джону и преданно смотрел.       — Могу я кое-что проверить? — спросил Марк перед прощанием, — Это нужно для будущего. Ох, у тебя тут листочек. — Он приблизился и коснулся его волос, убирая лишнее.       — Что проверить? — Саймон не отстранился, просто дождался, пока тот уберет руку.       — Обнимемся на прощание? — Марк спросил и тут же приблизился, обхватывая его руками.       Райли замер. Какая-то странная была проверка, но ему хотелось верить. Марк казался человеком, который его не обманет, а в людях Гоуст разбирался хорошо. По крайней мере, раньше. Он слегка похлопал его по спине, и тот сразу же отстранился с улыбкой.       — Если что-то случится, расскажи мне. И да, завтра не получится встретиться — у меня дежурство, — сообщил Марк.       — Тогда до послезавтра? — уточнил Саймон, думая, что завтрашний день у него получится провести с Новой, хотя бы немного.       Марк кивнул, попрощался с ним и вышел. Райли задумался о том, какое дежурство ему доверили. Может, мыл где-то полы или так же, как и он помогал в столовой. У всех из них были ранги, и в зависимости от них те могли заниматься различными видами работ. У Новы был один из самых высоких рангов: ему доверял папа, отправлял за пределы братства без сопровождения, давал личные задания. Саймон занимал один из самых низких рангов: его мало куда пускали и не давали никаких самостоятельных дел, и, как выяснилось, даже тренинг был не для него. Были и промежуточные, наверное, таким был Марк.       Как только Гоуст вышел из библиотеки, к нему подошел один из братства. Имени его не знал, но встречал уже раньше в оранжерее.       — О, привет, — Он сделал вид, будто случайно встретил, но что-то Саймону подсказывало, что его ждали, — Ты не мог бы мне помочь? Мой напарник приболел, а цветы требуют ухода.       Райли подумал, что в другой ситуации не помог. Например, попросил бы он помыть полы, Саймон даже не стал думать, сразу бы отказал, но к цветам не был равнодушен. В этом месте, где очень не хватало зелени, так уж точно.       — Хорошо, — ответил он, — Но недолго.       — Конечно! — закивал парень, и они вместе пошли в сторону оранжереи.       Саймон догадался, что именно это и хотел проверить Марк, когда говорил, что его будут удерживать здесь. Видимо, они не доверяли ему и хотели узнать, как Райли на него настроен. Но вопреки его размышлениям, парень не стал задавать никаких вопросов, и правда только попросил помочь с цветами. Саймону это даже понравилось, и он забыл о времени. Наверное, в старости Гоуст хотел бы небольшой участок у своего дома и может быть не цветы, но какие-нибудь овощи точно бы посадил. Вечерами сидел бы в шляпе на лавочке и наблюдал за закатом, а рядом Джон. Без него все это не имело смысла. Саймон погрустнел, вспоминая слова Марка о том, что вытащить Нову не получится. Неужели и правда нужно было отпустить его?       После своей помощи, Райли направился на ужин. Новы не было. Пустое место рядом как-то тяжело на нем отразилось.       — Он на задании, — улыбнулся сосед напротив, — Вернется дня через три.       Саймон кивнул ему. Значит, завтра не получится провести время с ним вместе, как и хотелось. А что, если он сбежит до того, как Нова вернется? Марк не давал четкой инструкции, но сказал лишь, что Гоуст поймет, когда. Он понимал, что это к лучшему, но хотелось как будто бы попрощаться.       Поужинав, Саймон сходил в душ и вернулся в комнату, чтобы приготовиться ко сну. На столе лежала библия. Он взял ее в руки и сел на стул. Марк ее читал и ничего с ним не случилось. Книга, наоборот, стала его оружием в этой борьбе за адекватность.       Запертая дверь резко распахнулась. На пороге стоял Нова, его взгляд было трудно разобрать — в нем смешались злоба, растерянность и что-то едва уловимое, словно он сам не понимал, что испытывает.       Саймон отложил библию и поднялся со стула, пытаясь взять ситуацию под контроль.       — Что-то случ…       Не успев договорить, он почувствовал, как Нова толкнул его обратно, заставив опуститься вновь.       — Что?.. — начал было Саймон, но Нова резко перебил:       — Заткнись, — голос его звучал хрипло и напряжённо.       Он шагнул вперёд, положил что-то на стол и решительно опустился на колени к Саймону. Ладони Новы обхватили лицо Райли, взгляд потемневших глаз врезался в его собственный. Теперь там читалась не только ярость — сквозь слой негодования проступала подавленная пронзительная боль.       — Мой, — прошептал Нова сквозь зубы, словно обещание и предупреждение одновременно. — Слышишь? Ты мой.       Саймон замер, не успев ни ответить, ни осмыслить происходящее. Всё случилось слишком быстро — губы Новы накрыли его, горячие и жадные, не оставляя места для сопротивления. Этот поцелуй был слишком пылким, слишком требовательным, чтобы остаться незамеченным.       Медленно сознание вернулось к Саймону вместе с нарастающей волной эмоций. Голова закружилась, как после выпитого виски. В груди вспыхнуло пламя, обжигающее и захватывающее. Поколебавшись лишь мгновение, Саймон положил руки на бёдра Новы и ответил на поцелуй, позволяя себе на миг забыть о границах и страхах.       Райли слышал, как дышал Нова, так же как и он, будто их поцелуй единственное, что оставалось в этом мире, единственное, что могло их спасти. Саймон не отрывался от него и прижимал ближе к себе. Так, чтобы лишь одежда разделяла их. Одежда, которая казалось лишней. Райли расслабился достаточно, чтобы смело начать шарить по телу Новы. Тот не сопротивлялся, наоборот, подставлялся под его ласки, подавался вперед и терся об него. Саймон чувствовал его возбуждение. Он и сам был в секунде от того, чтобы начать сбрасывать с себя все ненужное.       Нова отстранялся, лишь чтобы сделать вдох, но и в этот момент он продолжал целовать щеки и шею Саймону. И шептал между поцелуями:       — Мой. Не отдам. Мой.       У Райли голова шла кругом. Ему было совершенно наплевать на этот мир и что с ним творится, пока чувствовал ласки Новы. Какие там катаклизмы, где голод, надвигающиеся глобальное потепление, исчезновение видов — все казалось далеким и неинтересным. Все, что было важно — горячие губы на своих губах, резкие, нетерпеливые движения бедер и замутненный взгляд.       Это не могло быть правдой. Но даже если это был сон, Саймон мечтал, чтобы он не заканчивался. Впасть в кому, чтобы вечно ощущать эти крепкие руки, стискивающие его плечи.       — Черт, — шепнул Нова, слегка отстранившись, залезая рукой Саймону под футболку, — Я так тебя хочу.       Райли растерялся. Он был не особо опытен в этих делах, а услышать это напрямую оказалось весьма странным. Нова смотрел на него темными глазами и выглядел безумно.       — Я не знаю… Я… — Райли мог представить дальнейшее, но было сложно.       — Тсс, — Нова едва коснулся его губ, — Я все сделаю сам.       Саймон не отказал. Он дрожал в нетерпении, глядя, как его бесцеремонно раздевают. Нова стянул с него футболку и тут же припал губами к шее, будто не мог оторваться. Райли чуть откинул голову, подставляясь под жаркие поцелуи, что плавно переходили на плечи. Нова опускался и слез с Саймона, становясь перед ним на колени. Он провел рукой по животу, останавливаясь возле резинки штанов, и поднял взгляд.       Райли видел, как блестят его губы, как быстро вздымалась его грудь. Это было волнительно. Ему и самому хотелось поскорее почувствовать большее. Испытать это вместе с Новой, разделить эти чувства друг с другом. Тот немного помедлил, прикусив губу. Саймону захотелось резко податься вперед и впиться в них, не давая вдохнуть, даже если им пришлось бы умереть. Это было неправильное, больное чувство, но Райли понимал, что он не в порядке.       Нова потянул за резинку штанов и чуть спустил их вместе с бельем, высвобождая возбужденный член. Саймон почувствовал легкую прохладу, которая тут же сменилась теплом. С первым прикосновением языка, Райли понял, что все прошлое было полной ерундой. Все пустое и ненужное, а жил он только ради этого. Ради блестящих от слюны губ, хитрых глаз, смотрящих снизу вверх, и мокрого языка, доводящего Гоуста до исступления. Саймон дышал через нос, сжимая плечо Новы, и не мог оторваться от него, замечая, что тот начал двигаться активнее, толкая Гоуста в пропасть. Весь мир летел к чертям. Остался лишь Нова, стоящий перед ним на коленях.       Он отстранился медленно, будто нехотя, и первым желанием Саймона было вернуть его назад. Схватить за волосы и притянуть к своему паху. Но у Новы были другие планы, которыми тот не собирался делиться, а просто делал то, что считал нужным. Он скинул с себя футболку, также одним движением стянул штаны с бельем, которые звякнули, когда упали на пол, и вернулся к Саймону на колени.       Саймон порывисто выдохнул, когда ощутил соприкосновение их членов, зажатых между ними, и как-то рефлекторно притянул Нову к себе ближе. Тот вновь припал к его губам, перед тем как снова отстраниться. Он достал из своих штанов, лежащих на полу, презерватив и натянул его на член Саймона, а сам выдавил смазку себе на руку и тут же занес ее за спину, чтобы намазать там, где было нужно.       Райли переживал. Ему было волнительно от происходящего, но также сильно этого хотелось. Нова стал насаживаться и сжиматься от боли. Он остановился и слегка подождал, дав себе немного подышать.       — Может, не…       — Тихо, — резко перебил Нова, — Я сдохну, если мы не…       Он толкнулся вперед, утягивая Саймона в поцелуй, не давая ему дальше говорить. Нова продолжил опускаться, но более медленно. Райли подхватил его под бедра, чтобы взять часть его веса на себя. И когда тот наконец полностью сел, замер. Он смотрел на Саймона похотливым взглядом и легко улыбался. Райли чувствовал себя не в своей реальности, будто этого не могло происходить на самом деле. Не в этой жизни.       Нова начал качаться вперед-назад. Поначалу он делал это медленно, спокойно, видимо, привыкая к Саймону, но как только привык, его поведение изменилось. Нова стал грубее, резче. Казалось, тот вкладывал в это все свои сдержанные чувства и эмоции, выплескивая их таким образом.       — Мой. Ты мой, — говорил он, — Скажи это. Скажи.       Нова был в каком-то отчаянии и помешательстве. И в обычной жизни Саймон бы наверняка подумал о его нездоровом отношении, но в этот момент чувствовал то же самое. Он помогал ему бедрами, подстраивался под ритм.       — Твой, — ответил Райли, — Я твой.       Нова улыбнулся, опрокидывая голову, подставив шею под его поцелуи.       — А я… — прошептал он, — Я…       — Мой, — Саймон резким рывком поднялся, отталкивая от себя Нову, но лишь для того, чтобы прижать его к столу, — А ты — мой, — сказал он и резко вошел в него.       Нова простонал от удовольствия, но было неясно: был ли он так рад тому, что Райли вновь в нем или его слова о принадлежности? Саймону было все равно. Он прижимал его к столу, быстрыми толчками, выбивая из него стоны. Целовал его спину, на которой виднелись затянувшиеся шрамы, что шли вдоль и поперек. Гоуст целовал каждый, до которого мог дотянуться, будто хотел убрать их, стереть с этой нежной кожи, чтобы Нова никогда не знал о боли.       Только в этот момент Саймон заметил предмет, лежащий на столе.       — Это что? — спросил он, — Камера?       Райли хотел взять ее в руки, но Нова оттолкнул и встал.       — Нет. — Он потянулся за поцелуем, — Не бери в голову.       Толкая Саймона в сторону, он довел его до кровати. Райли упал на нее спиной, а Нова сел сверху на него, тут же утыкаясь в губы. Райли забыл о том, что было несколько секунд назад. Его опять волновал лишь он, лишь его губы и его тело. Даже если бы ему сказали, что началась ядерная война, что на них летит ракета и есть пять минут, чтобы сбежать, он бы не смог оторваться. Все внешнее, все земное и космическое было чем-то далеким, будто Саймон был на другом уровне.       Он гладил Нову по торсу и прикрывал глаза от ощущений, чувствуя, что осталось недолго. Где-то внутри каждое движение Новы сопровождалось яркими волнами, бьющими прямо в голову. Тот ускорил темп. Саймон помогал ему, притягивая к себе за бедра и отталкивая назад. Он видел, как Нова приближался к краю. Тот закинул голову и простонал. Райли почувствовал, как тот сжимается, и это стало последним, что его сдерживало. Кончая до ярких пятен в глазах, он услышал:       — Саймон…       Гоуст резко распахнул глаза и увидел Нову, что сидел на нем сверху и тяжело дышал, но что-то в нем было не так. Растерянность. Будто он не понял, как сюда попал и что произошло. Это был не Нова.       — Джонни?..       Тот быстро опустился, лег рядом и закивал.       — Как?.. — Вопросов было столько, что Саймон не знал, как их все задать.       — Тсс, — Джон прикрыл пальцем его губы, но тут же прижался к ним своими.       Это был мягкий, нежный поцелуй, совершенная противоположность прошлым. Соуп аккуратно положил ладонь ему на щеку и отстранился, заглядывая в глаза. Саймон улыбался. Он чувствовал свое сердце так сильно, будто оно было у него в руках.       — Скажи мне…       — Потом, — перебил Джон и с опаской оглянулся на дверь, — Все потом.       — Джонни, — шепнул Саймон и коснулся его щеки.       Соуп снова потянулся, прижимаясь к губам. Больше они не говорили. В эту ночь между ними остались лишь легкие касания, мягкие поцелуи и нежные взгляды.