Песня на его запястье..

18 июля, 23:00       Гермиона лежала на кровати и читала «Историю колдовства». Дочитав последнюю страницу главы, она устало закрыла глаза. Первые дни она сидела в своей комнате и не выходила ни с кем на связь. Ни с родителями, ни с друзьями. Целая стопка писем лежала и ждала, когда их откроют. Она не знала, что делать дальше. Понятное дело, что надо будет искать квартиру и жить как-то дальше — мир на этом не заканчивается. Но это перспективные цели. Что делать сегодня, завтра, через неделю — она не знала. Поэтому, как наверно и все девушки, которым разбивают сердце, она ушла в карьеру. Гермиона знала, что будет аврором, как и Гарри. По крайней мере, она знала это точно. И скоро начало нового учебного года — можно за это время углубиться более узко в те предметы, которые нужны. За месяц она более чем справится. Открыв глаза, она поднялась с кровати и тихо спустилась на кухню. Будить так поздно родителей у неё не было в планах. Открыв окно и налив в стакан воды, Гермиона задумалась. Хоть Рон и поступил с ней как последняя скотина, ей было очень интересно, как теперь отнесутся общество и его семья к нему. Зная его маму, она точно в нём разочаруется. Не такой пример они с Артуром показывали своим детям. Джордж и Джинни скорее всего отдалятся немного, но не слишком — всё-таки их брат. Но этот поступок не останется в стороне. А Гарри... он выбрал сторону. Гермиона знала, что он не ведёт дружбы с теми, кто предаёт близких. На этом их история и золотое трио закончились. Зевнув, она пошла обратно в свою комнату. Пора спать.

***

Ранее 15 июля, 13:00       Драко собирался на встречу. Он нервничал. Шестое чувство подсказывало ему, что произойдёт что-то, от чего всё поменяется. Он сделал укладку на свои немного отросшие волосы, надел один из новых прикидов. Это был лёгкий муслиновый костюм: вроде чёрные шорты и рубашка, но добавить под низ тёмно-зелёное поло и пару колец с браслетом — и образ выглядел очень свежо. В конце, нанеся на себя какой-то хвойный аромат, Драко выдохнул. — Ну вот, я собрался, — взглянув на себя в зеркало. — Возможно, даже перестарался... — Сын, тебе очень хорошо, мне нравится, — появилась сзади Нарцисса. Драко повернулся к ней и поблагодарил: — Спасибо, мам. Чем займёшься, пока меня нет? — Ну, одна я уже насиделась, поэтому я пригласила Северуса. Он мне составит компанию на это время. Так что не переживай, я скучать не буду, — улыбнулась она. – Может пригласишь Гарри к нам? — Хорошо, тогда я со спокойной душой могу идти, конечно, приглашу. — улыбнулся он в ответ и трансгрессировал к Гарри.       А Поттер тем временем летал по комнате. Он проснулся в двенадцать и ничего не успевал. Умыться, помыться, почистить зубы — уже половина. А дома полный бардак. Со скоростью мухи он пораскидывал вещи по разным местам, где хотя бы они не валялись. Пока он «прибирался», понял, что ещё не одет. И галопом в свою комнату — выбирать, что надеть. На глаза ему сразу попались вельветовые коричневые штаны. «Так, ну а для них мне нужна какая-нибудь лёгкая рубашка. Желательно с коротким рукавом. Где-то я её видел. Точно, внизу она валялась».       Быстро спускаясь по лестнице, он увидел в зале Драко. Тот смотрел на Гарри как на умалишённого. — Привет. От кого бегаешь? — спросил Драко, обращая внимание на вид, который ему открылся. Гарри замер на лестнице, как вкопанный. Поттер стоял посреди зала в одних штанах — влажный после душа, раскрасневшийся, с капельками воды, стекающими по груди. И эта дурацкая дорожка волос, уходящая вниз... У Драко пересохло во рту. Он моргнул. Потом ещё раз. Это ловушка, — подумал он панически. Он специально. Не может не специально. — Привет... э-э-э... Да я так, только с утренней пробежки. Не весь адреналин выпустил, — посмеялся Гарри. — Удобно бегается в таких штанах? — раскусил его Малфой. — Небось ты только недавно проснулся? — Как хорошо ты меня узнал за такое короткое время, — Гарри улыбнулся и подошёл, ещё ярче демонстрируя свои мускулы.       Драко сглотнул. Не желая смущаться ещё больше, он ничего лучше не придумал, чем: — Да стараюсь. Не хочешь угостить меня чаем? Я купил кексов. — Оу, конечно, сейчас, — прошёл на кухню Поттер и поставил чайник. — Акцио рубашка!       Тут же в руку ему легла именно та вещь, за которой он летел несколько минут назад. Натянув её на себя, Гарри начал: — Как миссис Малфой? — Чудесно. Она быстро оправилась и звала тебя в гости. — Обязательно, как-нибудь приду, — наливая в кружки чай, ответил Поттер. — Ага... Предлагала помощь семейству Уизли. — Не стоит, — отрезал Гарри. — Это лишнее. — Он поставил кружки на стол. — Неужели так всё серьёзно? Я понимаю, что с Гермионой он поступил как козлина, но это же их проблемы... — Да, ситуация и правда нелёгкая. Знаешь, я тебе не рассказывал в письме. Думаю, Гермиона будет не против. — Драко вскинул бровь в ожидании. — Изначально они поругались из-за того, что Перси пришёл после суда в дом к Рону и Гермионе и начал поливать меня грязью. Герми заступилась за меня, упрекнув Рона, что он ничего не говорит в мою защиту. И они переругались, и он выгнал её из дома. Потом ты знаешь, что произошло.       Драко вытаращил на него свои серые глаза. Он не ожидал, что рыжий мог так поступить. Рон ему не нравился, он думал, что Уизли недалёкий, и это даже не было связано с его семьёй. Но Малфой был уверен, что Уизли — верный друг Поттера и горой за него. — Ахренеть... — Это ещё не всё. Мы с Гермионой пришли к ним домой. Естественно, там Рон со своей меткой. Я понёсся с ним в больницу, и в палате потом мы уже поговорили. И выяснилось, что он полностью солидарен с Перси. Они проболтали где-то полчаса, обсуждая эту тему. — Я не ожидал от него такого... — Гарри смотрел куда-то сквозь Малфоя. — Гарри, всё будет хорошо. — Драко хотел сказать, что он будет рядом, но побоялся. — Всё, что не происходит, всё к лучшему. — Глаза его искрились сожалением и искренней верой в лучшее. — Ты прав, Драко. Ты прав. — Сделав последний глоток, Поттер встал. — Так, ладно. Давай сношаться ядрами. — Поттер посмотрел максимально «соблазняющим взглядом» на Малфоя, а затем начал громко угарать. — Прости, что-то меня вынесло. — Ну, давай посношаемся, — смеясь, поддержал его Драко. А внутри него билось не сердце, а церковный колокол, бивший на всю катушку. «Что-то я теряю хватку», — подумал про себя блондин.       Они переместились в зал. Уже привычно подложив диванную подушку на пол, Драко сел на неё. Гарри пошёл в ванную. Он остановился возле зеркала и почувствовал, что начинает переживать, как мелкий школьник. Хлопнув себя по щекам, произнёс: — Не ссать. Это разговор, а не битва И поспешно вышел. Малфой ждал его в зале. Гарри выдохнул и сел рядом. — Знаешь, помнишь, я говорил, что рад, что из всех людей именно ты мой соулмейт? — Да. И я сказал, что полностью согласен с тобой, — почесал затылок Малфой. — Верно. Ну, как бы сказать... — Поттер начал теребить свои руки, явно нервничая. — Я хотел... — Он начал думать, как это правильно сказать. — Я долго думал и счёл, что мы оба прошли много чего. И не думаю, что это очередной стресс. — И?.. — Драко выпрямился и внимательно слушал его попытки сформулировать связный текст. — Короче...              Гарри в одно мгновение сократил расстояние между ними, и их лица оказались слишком близко. Он потянулся вперёд. Драко не отпрянул. Мгновение — слишком короткое, чтобы передумать, и слишком длинное, чтобы не почувствовать, как между ними натягивается что-то живое, горячее, почти звенящее. Гарри замер в сантиметре от его губ, дыхание сбилось, щёки вспыхнули. — Если я сейчас… — начал он шёпотом, но фраза рассыпалась. Драко сам сократил это расстояние.       Их губы встретились неловко, почти осторожно — как будто оба проверяли реальность происходящего. Поцелуй был тёплым, мягким, но в нём сразу чувствовалась сдерживаемая жажда. Гарри вдохнул резко, словно его ударило током, и рука сама нашла затылок Драко, зарывшись в светлые пряди.       Ответ не заставил себя ждать.       Драко выдохнул прямо ему в рот, пальцы сжали ткань рубашки на его груди, будто это была единственная точка опоры. Поцелуй углубился — медленно, но неумолимо. В нём не было спешки, зато было слишком много всего сразу: напряжение, облегчение, желание, которое давно зрело и теперь прорвалось.       Гарри почувствовал, как у него кружится голова. Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться наружу. Он слегка наклонился, и Драко пришлось запрокинуть голову — жест открытый, доверчивый, от которого внутри у Гарри что-то болезненно сжалось. — Чёрт… — вырвалось между поцелуями.       Драко усмехнулся, не отстраняясь, и это только подлило масла в огонь. Его ладони скользнули выше, задержались на плечах, и по коже Гарри пробежала дрожь. Всё вокруг будто исчезло: ни войны, ни прошлого, ни правильных слов — только дыхание, губы и это ощущение, что они наконец-то оказались там, куда давно шли. Когда они всё же оторвались друг от друга, между ними повисла тишина — плотная, электрическая. Лбы соприкоснулись, дыхание смешалось. — Ну… — тихо сказал Драко, голос слегка дрожал. — Похоже, это был не просто разговор. Гарри улыбнулся — широко, искренне, так, как давно не улыбался. — Похоже, да. И на этот раз он поцеловал его снова — уже без сомнений. — Смотри, — сказал Драко, протягивая руку, чтобы Гарри тоже увидел. Строчки вились вокруг запястья, как татуировки, выжженные не болью, а правдой. На их правых запястьях начали появляться чёрные каллиграфические строчки из песен. — Прочитай свою, — попросил Гарри. - Maybe I just wanna be yours, — прочитал Драко. — Я так и думал. А у меня уже знакомая песня… — It's you and me won't be unhappy, — прочитал её Гарри. Драко улыбнулся, лёг на пол, и Поттер последовал его примеру. Тишина двух людей, которые наконец-то перестали искать слова и просто были вместе. Живот Гарри предательски заурчал. Драко, всё ещё лежащий у него на плече, замер. А потом медленно приподнялся на локте и посмотрел на него. — Это что сейчас было? — Живот, — Гарри поморщился. — Я сегодня только чай пил. — И это всё, чем ты питаешься? — в голосе Драко проскользнуло что-то среднее между насмешкой и неподдельным удивлением. — Героизмом? — И лазаньей из магазина, — поправил Гарри. Драко покачал головой, но комментировать не стал. Вместо этого он сел, поправляя растрёпанные волосы, и огляделся. За окном уже темнело. Драко посмотрел на него с выражением «ты вообще человек?», но вслух сказал только: — Пошли на кухню. Пока ты тут с голоду не рухнул. На кухне Гарри включил свет. — Я, кажется, не убирался с утра. — Я заметил, — Драко уже открывал холодильник. — Ого. Тут правда пусто. — Я предупреждал. Не ходил за продуктами давненько. Малфой вздохнул, вытащил яйца, остатки сыра, какую-то зелень. — Яичница. Идёт — Идёт всё. Пока Драко возился у плиты, Гарри стоял в дверях и просто смотрел. Странно было видеть Малфоя на своей кухне. Странно — и почему-то правильно. Он подошёл ближе, встал рядом, заглядывая через плечо. — Не дыши в ухо, — буркнул Драко, не оборачиваясь. — А то что? — А то сгорит. Гарри усмехнулся, но отошёл к столу. Сел, положил локти на столешницу и продолжил наблюдать. Драко двигался на кухне уверенно, без лишней суеты. Видно было, что готовить он умеет. — Откуда научился готовить? — спросил он. — Мама научила. Говорила, что мужчина должен уметь себя прокормить, даже если у него есть эльфы. Хотя яичницу не так сложно готовить. — Мудро. — Ага. Особенно если эльфы однажды решат тебя отравить. Гарри фыркнул. Драко, не оборачиваясь, чуть дёрнул уголком губ.

***

Ели молча. Иногда их взгляды встречались, и тогда оба отводили глаза, но на губах зависало что-то неуловимое, чему они пока не находили названия Гарри доел первый, отодвинул тарелку. — Спасибо. — На здоровье, — Драко всё ещё ковырялся в своей порции, не поднимая глаз.        Повисла пауза. Не неловкая, но и не совсем расслабленная. Слишком много всего случилось за последние часы, чтобы вот так просто сидеть и молчать. — Слушай, — начал Гарри и замолчал, не зная, как сформулировать. Драко поднял взгляд. — М? — Я не знаю, что теперь... В смысле, — он махнул рукой между ними. — Мы поцеловались. Это было... хорошо. Очень. Но я не знаю, что ты думаешь. И что теперь делать. Драко отложил вилку. — Ты серьёзно спрашиваешь меня, что делать? Поттер, который всю жизнь решал, как спасти мир, а теперь не знает, как быть с парнем? — Ну, спасти мир как-то проще было, — честно ответил Гарри. — Там враг был понятен. Драко усмехнулся, но усмешка вышла мягкой. — Я тоже не знаю, — сказал он тихо. — Ничего подобного у меня... не было. Но мне было хорошо. С тобой. Весь этот день. И я не хочу, чтобы это закончилось. Гарри смотрел на него. На то, как Драко говорит это — осторожно, будто пробует слова на вкус, боясь сказать лишнее. — Я тоже не хочу, — ответил он просто. Они помолчали. А потом Гарри потянулся через стол и накрыл его руку своей. — Тогда давай не будем ничего придумывать. Просто... будем. День за днём. Разберёмся по ходу. Драко посмотрел на их руки. На свои бледные пальцы под смуглой ладонью Гарри. Кивнул. — Договорились Они ещё долго сидели на кухне — пили чай, говорили ни о чём. О музыке, о дурацких привычках, о том, какой отвратительный кофе варят в «Пророке». Иногда замолкали, и в тишине слышно было только дыхание и редкие звуки ночного Лондона за окном. Когда Гарри в очередной раз потянулся к чайнику, Драко вдруг спросил: — Ты правда хочешь, чтобы я остался? Гарри замер с чайником в руке. Повернулся. — А ты хочешь? Драко не ответил сразу. Он смотрел куда-то в сторону, на тени за окном. — Хочу. — Тогда на этом и решили.

***

— Ладно, — Драко отставил пустую кружку и посмотрел на часы. — Полпервого ночи. Мне завтра к маме обещался. — Ты же вроде остаёшься, — Гарри моргнул, пытаясь понять, не передумал ли тот. — Остаюсь. Но она не знает. Надо сейчас сову отправить, чтобы не волновалась. Драко наскоро написал письмо — скорее даже пару предложений — и отправил сову. Та недовольно ухнула, сверкнула глазом и растворилась в ночи с таким видом, будто её выдернули из тёплой постели ради чьего-то любовного каприза. — Готово. Они посидели ещё минуту в тишине. А потом Гарри встал первым — просто чтобы что-то сделать, разорвать эту неловкость, которая вдруг снова появилась. — Я пойду... ну, постель приготовлю. У меня две комнаты для гостей, но там, кажется... — он запнулся. — Могу на диване, — Драко пожал плечами. — Нет, — ответ прозвучал слишком быстро. Гарри кашлянул в кулак. — То есть, если ты не против, можно и в спальне. У меня кровать широкая. Драко поднял на него взгляд. Серые глаза внимательно изучали его лицо. — Ты предлагаешь спать в одной кровати? — Я предлагаю не спать на диване, — поправил Гарри. — Там пружины ещё со времён Сириуса торчат. Сам не знаю, как я там выживал. Драко хмыкнул, но ничего не сказал. Просто встал и направился к лестнице. — Идём, — бросил он через плечо. В спальне Гарри замер в дверях и вдруг остро осознал, что здесь давно никого не было. Ни одной девушки, ни одного... никого. Комната была его личным пространством, и теперь сюда заходил Драко Малфой. Драко Малфой, который уже рассматривал книжную полку у стены. — Ты серьёзно читаешь бульварные романы? — спросил он, вытаскивая потрёпанную книжку с яркой обложкой. — Это не моё! — слишком поспешно ответил Гарри. — Гермиона забыла. — Ага, конечно. Гарри решил не оправдываться. Вместо этого он открыл шкаф и достал второе одеяло и подушку. — Держи. Если замёрзнешь — скажи. — Ага. Он кинул всё на кровать и понял, что не знает, что делать дальше. Ложиться? Раздеваться? Стоять столбом? Драко, кажется, чувствовал то же самое. Он медленно стащил с себя рубашку, оставшись в майке, и аккуратно повесил её на спинку стула. — Ванная есть? — спросил он, не оборачиваясь. — За дверью налево. — Я быстро. Когда дверь ванной закрылась, Гарри выдохнул и запустил пальцы в волосы. «Всё нормально, — сказал он себе. — "Это просто сон. Люди спят вместе. Это не значит ничего такого». Он скинул рубашку и забрался под одеяло со своей стороны. Лёг на спину, уставился в потолок и прислушался к звукам воды за стеной. «Мы только поцеловались сегодня. В первый раз. И теперь он будет спать в моей кровати. Это нормально? Это...» Дверь скрипнула. Драко вышел из ванной, вытирая волосы полотенцем. В свете ночника он казался почти прозрачным — бледная кожа, светлые пряди, тёмные круги под глазами, выдающие усталость. — Ты чего не ложишься? — спросил он, заметив, что Гарри смотрит — Да уже ложусь. Драко кинул полотенце на тот же стул, поверх рубашки, и подошёл к кровати. Замер на секунду, глядя на два одеяла. — Мы спим под разными? — Я не знал, удобно ли тебе будет под одним, — честно признался Гарри. — Можешь выбрать. Драко помолчал. Потом молча забрался под то одеяло, что было ближе, и лёг на спину, глядя в потолок. Какое-то время они просто лежали. Тишина была громче любых слов — Гарри, — позвал Драко тихо. — М? — Спасибо. — За что? — За сегодня. За суд. За... это. — Он повёл рукой в воздухе, обозначая всё сразу. — За то, что не бросил. Гарри повернул голову. В темноте он видел только очертания его профиля. — Я не брошу, — сказал он просто. — Спокойной ночи, Драко. — Спокойной ночи. Они лежали каждый под своим одеялом, на своих половинах кровати, и между ними было сантиметров двадцать. Никто не пытался их сократить. Но Гарри вдруг поймал себя на мысли, что впервые за долгое время засыпает не с ощущением пустоты рядом, а с чувством, что кто-то есть. Дышит. Живёт. И этого было достаточно. Через минуту дыхание Драко выровнялось — он уснул быстро, как провалился. Гарри ещё какое-то время смотрел в потолок, прислушиваясь к этому новому звуку в своей комнате. А потом закрыл глаза.