Путь Шиноби: Первые Шаги.

      В особом зале для собраний, в главном лагере шиноби Конохи, собрались пятеро шиноби для разбора последних событий. Сражение с Ивой прошло успешно и окончилось победой Конохи. Но последствия были куда серьезнее чем предполагалось изначально.       — Чоуза, каковы наши потери? — Спросил Шикаку у своего старого друга который командовал основной группировкой войск в недавнем сражении.       За столом зашевелился высокий полный мужчина с гривой красных волос. На его щеках были фиолетовые полосы, а волосы подвязаны белой повязкой. Из всех присутствующих он единственный носил подобие брони.       — С потерями все плохо. — С нахмуренным выражением лица, тяжело сказал Чоуза. — От сил авангарда осталось лишь девятнадцать процентов. Из них треть инвалиды и уже никогда не вернуться в строй. Что касается основных сил, то потери составили двадцать восемь процентов от первоначального состава. Эта победа обошлась нам дорогой ценой.       Нара кивнул великану, тем самым обозначив что он может закончить свой доклад.       — Хм-м. — Тяжело промычал Шикаку, прикрыв глаза и сложив руки перед лицом.       Никто из присутствующих не отвлекал Нара, понимая что ему нужно уложить в голове эту тяжелую новость и принять её. К тому же они и сами сейчас находились в раздумьях.       По прошествии минуты, Шикаку все же открыл глаза и, сложив руки на стол, обратился уже к следующему подчиненному.       — Кадзуо-сан, что можете сказать о состоянии раненых? Скольких вы сможете вернуть в строй и как скоро? — Обратился Шикаку к уже не молодому главному ирьенину лагеря.       С еле слышным кряхтением выпрямился на своем месте седовласый мужчина в белом халате, с пышными усами и острым взглядом карих глаз. Он осмотрел всех присутствующих и лишь затем заговорил.       — Точных цифр я сказать не смогу, все же слишком много раненых поступило к нам в один момент. — Хриплым, но все ещё твердым голосом, стал докладывать Кадзуо. — Но если делать поверхностную оценку, то примерно четверть раненых мы сможем вернуть в строй в течении трех недель. И это с учетом того что мои подчиненные будут работать не отвлекаясь ни на что кроме естественных потребностей.       — Только четверть? — Переспросил Шикаку, удивляясь столь малому числу.       — Некоторые случаи слишком тяжелые чтобы их можно было исправить в лагерных условиях, и их придется отправить на лечение в Коноху. — Не поведя и бровью, стал пояснять главный ирьенин. — Оставшиеся же чуть меньше половины, могут и вовсе позабыть о продолжении карьеры шиноби.       — Я вас услышал. — Кивнул Шикаку головой старику. — Я запрошу у Хокаге-сама выслать подкрепление чтобы частично заменить выпавших из строя шиноби, а всех раненых наоборот отправить в Коноху. Все же загружать прифронтовых ирьенинов на такой долгий срок не самая лучшая идея.       — Благодарю Шикаку-сама. — Поклонился в знак признательности старый ирьенин.       — Теперь, раз уж мы обговорили потери, то стоит узнать о их причинах. — При этих словах он перевел взгляд на Иноичи. — Почему разведка не докладывала о присутствии джинчурики среди сил противника? — В вопросе Нара слышался укор.       — Я уже успел связаться со своим агентом в стане врага. Стоило мне спросить о наличии джинчурики как он удивился моим вопросом. Он меня уверил что ничего не знал. — Начал оправдываться Иноичи.       — Так ли это? — Недоверчиво спросил Нара. — Может быть твой агент кормит тебя ложными сведениями?       — Я так не считаю. — Заступился за Иноичи, так же присутствующий в зале, Минато. — Если судить по реакции шиноби Ивы на появление в битве джинчурики четыреххвостого, то они и сами были удивлены. В том числе и присутствующие командиры.       — Мои подчиненные также сообщили мне о этой детали. — Кивнул Иноичи в знак признательности Минато. — По нашим предположениям, инициатива с привлечением джинчурики четыреххвостого могла идти от главнокомандующего Ивы или же лично от Цучикаге. Главам других подразделений они не сообщали о появившемся подкреплении, опасаясь утечки информации. Все же наши враги не полные идиоты и понимают что у нас есть шпионы на их стороне. — Закончил пересказ своих размышлений Иноичи.       — Вот как. — Проговорил Шикаку, при этом мысленно вздыхая. — Извини что набросился с обвинениями. Все эти потери… — Не договорил Нара.       — Я понимаю и не сержусь. — Правдиво ответил Иноичи, и сам понимая как нелегко сейчас его давнему другу.       — По крайней мере нам повезло что джинчурики не успел убить ещё больше наших людей перед тем как его усмирили. — Отрешенно сказал Шикаку.       — Это было не столько везение сколько целенаправленное действие врага. — Раздался голос Минато. — Стоило джинчурики только появиться на поле боя как он сразу бросился на меня. Этим и объясняется столь малое количество жертв от его рук.       — Выходит, его отправили в бой для того чтобы избавиться от главной помехи в достижении победы. — Сделал новые выводы Нара.       — Избавиться или задержать. — Покивал головой Намиказе. — Главное чтобы меня не было для перелома хода сражения. Но я уже давно был готов для очередной встречи с вражескими джинчурики.       И Минато не лгал. Ещё в начале войны, когда он был чуунином и входил в состав команды Джирайи-сенсея, ему довелось встретиться в бою сразу с двумя джинчурики Ивы, четыреххвостого и пятихвостого. Не смотря на все усилия, в тот день они проиграли бой и были вынуждены отступить.       Уже после всего случившегося, Минато долго размышлял о том как можно противостоять столь колоссальной мощи биджу. И одним из решений, к которому он пришел, было создание аналога бомбы хвостатого зверя. После долгих размышлений, расчетов, проб и ошибок, он все же смог приблизиться к созданию подобного дзюцу. И рабочее дзюцу у него даже было, он успел испытать его в битве с джинчурики четыреххвостого, но оно не было завершено. Это была лишь основа из чистой чакры которую ещё предстояло заменить на стихийную чтобы по мощи его ниндзюцу приблизилось к бомбе хвостатого.       Но был и ещё один способ борьбы с джинчурики. Если при первом случаем непременно пострадает окружение, то при втором разрушения можно было свести к минимуму. Что было особенно важно если сопутствующий ущерб был абсолютно не приемлем.       Минато взял за основу своё основное дзюцу полет бога грома и, при помощи своей жены, разработал ниндзюцу для создания пространственного разлома, способного безопасно поглотить летящую на огромной скорости бомбу хвостатого и переместить её подальше. И именно этот способ показал себя особенно хорошо.       Скальная местность, в которую Минато переместил джинчурики четыреххвостого, была специально заготовленным полем битвы, как раз на случай борьбы с носителями биджу. Место было достаточно удалено от любых населенных пунктов и имело множество естественных преград в виде гор и скал, для того чтобы снизить разрушительное влияние битвы. Под каждым камнем или кустом были выжжены сотни печатей для полета бога грома, позволяющие добиться огромной мобильности. Одним из главных секретов Намиказе был в том что ему не требовались лишь особые кунаи для перемещения. Он мог создать маячок для своего ниндзюцу из чего угодно. Но врагам и дальше следует думать что он ограничен лишь кунаями.       В итоге, благодаря заранее заготовленной стратегии, весь бой Минато с джинчурики четыреххвостого шел по плану блондина. Ему было не сложно манипулировать намерениями носителя биджу и подводить его к нужным выводам. В таком ключе было даже хорошо что джинчурики умел контролировать силу своего демона и не превращался в дикого зверя, манипулировать которым было бы очень сложно.       — Выходит, ты победил в битве с носителем биджу? — Неверяще спросил Нара, на что Намиказе кивнул. — Он мертв?       — Я направил его бомбу хвостатого против него самого. Но я не верю что это смогло его убить. — Покачал он головой в отрицании.       — Сможешь ли ты и в следующий раз победить джинчурики? — Последовал следующий вопрос от главного стратега Конохи.       — Нет. Вряд ли он поведется на один и тот же трюк дважды. Но сдержать джинчурики, в случае очередной встречи, я смогу. — Дал Минато под конец обнадеживающий прогноз.       — Ха-а. Уже что-то. — Облегчено вздохнув, Шикаку откинулся на спинку своего кресла. — Кстати, раз уж мы о тебе говорим, то что там с твоим подопечным? — Припомнил Нара нелюдимого мальчишку.       — Он прекрасно себя показал во время битвы и даже смог отбить удар джинчурики, что чуть не задел его. — Специально похвастался Минато чтобы повысить ценность своего подопечного в глазах находящихся в зале.       — С ним все в порядке? — С небольшим волнением поинтересовался Шикаку, в то время как остальные собравшиеся заинтересовано слушали их диалог. — Ты ведь и без меня знаешь насколько чакра биджу ядовита.       — Все с ним хорошо. — Обнадеживающе улыбнулся Минато. — Но дней пять на восстановление ему все же понадобиться.       — Не слишком ли мало пять дней на восстановление после воздействия чакры биджу? Что вы скажете по этому поводу Кадзуо-сан? — Обратился Шикаку к старому ирьенину.       — Боюсь, что мне нечего вам сказать. В мое распоряжение не поступали раненые от воздействия чакры биджу. — И таких и правда не было, ведь все кто встретился на пути джинчурики четыреххвостого были мертвы.       — Минато-сан? — Получив отрицательный ответ от ирьенина, Шикаку вновь перевел взгляд на Минато.       — Ну-у видишь ли… — Улыбка блондина стала неловкой. — …он решил вернуться в свое убежище для восстановления.       — То есть он сбежал. — Послышалось утверждение со стороны Иноичи.       — Не сбежал. — Подавив улыбку, уже более собрано ответил Намиказе. — Коноха заключила с ним союз на равных правах. Акира-кун не обязан отчитываться перед нами о каждом своем действии. — Начал он выгораживать своего подопечного.       — Ты знаешь что делаешь, и я не вправе тебя поучать. — Согласился Иноичи с доводами Намиказе, веря в благоразумие последнего.       — Если вы закончили, то мы продолжим наше совещание. — Попытался Шикаку вернуться к первоначальной теме.       После его слов все тут же подобрались и обратили внимание на своего начальника. Все же предстояло обговорить ещё очень многое.

***

      — Кха-а-а. — Прозвучал крик заглушенный кровью, что заливала трахею через перерезанное горло.       Атакованный мужчина пытался что-то сделать чтобы отбиться от нападавшего, как сзади его пронзило лезвие куная, пробивая сердце. Этот удар стал окончательным, и через мгновение мертвое тело начало заваливаться. Атаковавший в спину, вынул окровавленный кунай, позволяя убитому свалиться на землю.       Убийца несколько секунд смотрел как из тела убитого продолжает выливаться кровь, уже образовавшая на земле большую лужу. Лицо трупа было скривлено в неверии от совершенного удара в спину. Убийца не боялся что его кто-то обнаружит, ведь все возможные свидетели были заранее отважены от этого места.       Насмотревшись, убийца присел чтобы вытереть кунай об одежду своей жертвы. Когда кунай был очищен от крови, убийца, одним прыжком назад, оказался в нескольких метрах от жертвы и начал складывать ручные печати.       — Стихия Земли: Техника Погребения. — Земля возле которой лежал труп, под контролем ниндзюцу взмыла вверх а затем накрыла собой убитого, погребая его вниз на несколько метров.       Когда действие ниндзюцу закончилось, больше ничего на поверхности не напоминало о том что здесь было совершено убийство. Признав проделанную работу удовлетворительной, убийца вернулся в каменное здание, рядом с которым и произошло убийство. Зайдя внутрь, он спустился в подземные помещение и встал у конкретной двери. Постучав в неё, он услышал быстрый ответ.       — Можешь заходить. — Войдя внутрь, он встретился с пристальным взглядом главнокомандующего Ивы. — Ты закончил?       — Да Кицучи-сама. — Не в силах выдержать взгляд, убийца смиренно опустил голову. И все же капельку смелости он смог найти в себе. — Но стоило ли…       — Он козел отпущения. — Уже зная что спросит его подчиненный, Кицучи ответил жестко наперед. — Это нужно для сохранения репутации. Как моей, так и твоей. Особенно твоей. — Сказав это, главнокомандующий вышел изо стола и приблизился к подчиненному. — Ты должен хорошо запомнить, благодаря кому тебя не постигла та же участь.       — Моя жизнь в ваших руках Кицучи-сама. — Ещё более смиренно сказал убийца.       — Вот только чего стоит твоя жизнь? — Продолжал он унижать своего подчиненного. — Ты слишком много ошибался. А потому, к тебе будет приставлен мой человек. Он будет контролировать каждое твое действие и докладывать об этом мне. Все что он тебе прикажет, ты должен будешь воспринимать как мои приказы. Это понятно?       — Да Кицучи-сама. — Не смел противиться своей судьбе убийца.       — Больше не смей меня подводить, Кайоши. Свободен. — Отмахнулся от него главнокомандующий.       Сделав глубокий поклон, Кайоши, все так же не поднимая головы, вышел за дверь. Находясь вне кабинета начальника, он позволил себе нервно вздохнуть.       Пройдя до своего кабинета, в который он поспешил зайти, Кайоши закрыл дверь на замок, прошел к своему рабочему месту и развалился на кресле. Потратив несколько минут на приведение мыслей в порядок, он взялся за работу.       Глава разведки Кайоши совсем не хотел разделить участь главного стратега и быть погребенным в безымянной могиле.