Путь Шиноби: Первые Шаги.

      Встав с постели, я начал аккуратно совершать разминку. Благодаря моей регенерации, а также посильной помощи Нохары, к утру нового дня я не испытывал той же слабости, что и при первом пробуждении. Хотя, я ещё не полностью оправился от разрушительного воздействия шиноики, и процесс реабилитации может затянуться на пару дней.       Рядом так же проводил разминку и Хатаке. Его состояние было куда как лучше моего. Основная тяжесть его состояния была из-за большой концентрации паралитического яда в организме. Нохара вывела из его организма весь яд, так что беловолосому было необходимо лишь отдохнуть, чтобы тело пришло в норму.       За нашей разминкой в это время пристально наблюдала и сама шатенка. Вернее, основная часть её внимания была сосредоточена на мне, как на наиболее пострадавшем во вчерашней битве. Но и Хатаке перепадала часть внимания девушки.       Стоило мне закончить с разминкой, как следом послышался вопрос от куноичи.       — С тобой все в порядке? Нигде ничего не болит? — Послышалось в её голосе волнение, которое мне даже приятно было слышать.       — В теле все ещё чувствуется слабость. — Начал отвечать я, прислушавшись к своим ощущениям. — А боль… Боли я не чувствую.       — Совсем не чувствуешь? — Услышав мой ответ, волнение в её голосе прибавилось а настрой стал серьезнее.       — В данный момент не чувствую. — Дал я более конкретный ответ, поняв что именно могло насторожить куноичи.       — Тогда хорошо. — Сразу же успокоилась шатенка, вставая со стула. — Идемте. Думаю Минато-сенсей и Обито уже заждались нас. — Сказав это, она направилась на выход из номера.       Мы с Хатаке молча последовали за ней. Не торопясь, спустились по лестнице в главный холл гостиницы и заметили, сидящих на одном из диванов, Учиху и Намиказе-сана. Как только те нас увидели, то тут же подскочили с мест и быстрым шагом направились к нам.       — Как я рад что с вами двумя все хорошо. — Без приветствий, заявил блондин.       — Акире-куну ещё нужно некоторое время на реабилитацию. — Поправила Нохара джонина. — А так с ними действительно все хорошо.       — Черт, вы там такое устроили с этими отравителями! — Начал взволновано говорить черноволосый. — Жаль что меня с вами не было, тогда бы вы точно не были отравлены! — Учиха не столько бахвалился, сколько высказывал собственные фантазии.       — И с гигантским роем пчел ты бы тоже смог справиться? — Скептически выдал Хатаке, да и я нисколько не верил россказням Учихи.       — А-а, ну-у… — Внезапно занервничал черноволосый и стал водить глазами из стороны в сторону, лишь бы не сталкиваться взглядами с беловолосым. — Акира ведь справился с ними огненным ниндзюцу. Видел я все эти кучи из праха и обугленных пчел. Я бы тоже так смог. — Нашел он чем ответить, но взгляд все ещё отводил.       — Эти пчелы могли использовать огнестойкий воск, чтобы защититься от моих огненных ниндзюцу. — Решил я прояснить этот момент. — Лишь использовав пламя дракона и огненную волну усиленную стихией ветра, я смог убить этих пчел. Твой огненный шар ничего бы не смог им противопоставить.       — Знаешь ли, я тоже владею дзюцу драконьего пламени. — Не отступался Учиха, насупившись при ответе.       — Обито, ты ведь знаешь что твои дзюцу стихии огня слабее чем у Акиры-куна. — Вмешалась в разговор Нохара, и не на стороне Учихи.       — Это… — В очередной раз черноволосого загнали в тупик. — Эй, а чего мы стоим?! Мы ведь собирались идти завтракать! — Внезапно переключился он на другую тему, лишь бы избежать дальней разговора про свою силу.       Потуги Учихи в этом деле были не только очевидными, но и довольно жалкими. Намиказе-сан, который молча слушал наш разговор, ухмыльнулся на вопрос своего ученика.       — Я решил дать вам возможность немного поболтать между собой. Завтрак никуда от нас не денется. — Ответил блондин, после чего медленным шагом пошел в сторону выхода. — Но раз мои ученики настолько голодны, то стоит поспешить. — Пошел он на поводу у черноволосого, помогая вырваться из щепетильной ситуации, в которую он сам же себя загнал.       — Д-да, пойдемте! — Преувеличено бодро воскликнул Учиха и принялся догонять Намиказе-сана.       Я, Нохара и Хатаке не стали никак комментировать произошедшее и пошли следом.       И вот мы вновь оказались за стойкой в знакомой лапшичной. Все-таки лапша здесь и вправду очень вкусная. Как и в прошлые разы посещения, наши вкусовые предпочтения не изменились. Единственным отличием было то, что мы с Хатаке заказали по несколько порций. Ведь наш прием пищи был ещё прошлым утром, если не считать короткого чаепития у Кикути-сан. Да и после отравления, организму требовалось много энергии для полного восстановления.       — Как продвигается ваше расследование? — Закончив со своим блюдом, нарушила тишину Нохара.       — Эй-эй, Рин! Разве можно говорить о таком при посторонних? — Задал вопрос Учиха, размахивая перед лицом рукой.       — Не переживай Обито. — Вклинился в разговор Намиказе-сан. — Произошедшие события в поместье семьи Хагивара были настолько громкими, что о них должно быть весь город уже слышал. — Сказал он, после чего перевел взгляд на прислушавшегося к разговору повара.       Старик заметил взгляд блондина и поспешил кивнуть головой в подтверждение его слов.       — Это правда. Многие из моих посетителей, каких только слухов мне не пересказывали. — Поведал нам повар. — И почти все из этих слухов сходятся к тому, что в Курашики орудовали убийцы Ивы, и что они пресекли род Хагивара.       — Слышал? Это уже никакой не секрет. — Сказал Намиказе-сан, вновь обращаясь к Учихе.       — Но раз все так, то получается что руководство Конохи теперь может прислать нам подмогу? — Все продолжала шатенка допытывать вопросами блондина.       — А зачем нам подмога? — Оторвался я от своего рамена и посмотрел на девушку в недоумении. — Мы ведь уже покончили с изготовителями шиноики.       — Верно, покончили. — Кивнул на мои слова Намиказе-сан. — Но мы еще не разобрались во всех действиях, что предпринимали враги за все время пребывания в Курашики. Сколько людей было на самом деле замешано в охоте на элиту Конохи? Кто из жителей города покрывал отравителей Ивы, кто помогал им определять цели для отравления, а кто занимался непосредственно отравлением? Несколько подозреваемых уже есть, в лице персонала забегаловки Джинмитсу.       — Джинмитсу. — Повторил я это название вслух. — Я так и знал! Мне с самого начала не понравился тот зазывала! Он и в самом деле завел нас во вражескую ловушку! — Разгневано, но в то же время и с довольством в голосе, проговорил я. — А вы мне не верили. — Полетело обвинение в сторону учеников Намиказе-сана.       — Но ведь… Кто же знал… Это случайность… — Бубнила себе что-то под нос Нохара, пытаясь оправдываться, хоть и сама понимала что оправдываться нечем.       — Вряд ли план Камизуру и её прихвостней был завязан лишь на одну закусочную. — Вставил слово Хатаке, возвращая разговор в прежнее русло.       — Именно поэтому нужно провести масштабное расследование. Но у меня нет соответствующей квалификации для подобного. — Признался Намиказе-сан. — Я уже связался с Шикаку-саном и вкратце рассказал обо всем произошедшем. Он же, в свою очередь, довел эту информацию до Хокаге-сама. Так что в скором времени в Курашики прибудут необходимые люди.       — Вы имеете в виду АН-М-м-м!.. — Не успел Учиха договорить, как его рот прикрыла рука Хатаке.       — А вот об этом уже не стоит распространяться так открыто. — Предупредил беловолосый, чуть не сболтнувшего лишнего, сокомандника.       — М-м… убери руку! — Оторвал черноволосый руку от своего лица, после чего с гордо поднятым подбородком и скривленным от недовольства лицом, отвернулся в противоположную сторону от беловолосого.       — А разве власти города позволят шиноби из другой страны проводить здесь расследование? — Не обращая внимание на этих двух, обратился я к Намиказе-сану.       — При обычных обстоятельствах нам бы действительно не позволили обыскивать весь город и донимать его жителей. Но в свете открывшихся фактов, власти города просто не могут отказывать нам в проведении расследования. Особенно если учитывать, что действия отравителей Ивы в Курашики, является их допущением. Если бы они ещё и отказали после такого в расследовании, то несомненно настроили бы против себя всю Коноху. — Поведал Намиказе-сан о подоплеке ситуации.       — Настроили бы Коноху против себя? — Переспросил я. — И что бы вы в таком случае делали бы? Вы же вроде как не вмешиваетесь в дела простых людей? — Не мог я не нахмуриться под маской, от этих противоречивых слов.       — В обычной ситуации так бы и было. — Вновь Намиказе-сан напомнил, что не все так однозначно. — Но руководство Конохи не стерпело бы подобного плевка в свою сторону и занялось бы наказанием виновных более… грубыми методами.       — Вот оно как. — Приглушенным голосом сказал я.       Казалось бы, Намиказе-сан все верно сказал, но глубоко внутри я чувствовал разочарование от его слов. Хотя с чем это было связано, я до конца так и не мог понять.       Ученики Намиказе-сана после слов своего сенсея свесили головы. По выражениям их лиц было видно что слова блондина им также были не по душе. Хотя во взгляде Хатаке промелькнули твердость и убежденность. Видимо он был более благосклонен к словам Намиказе-сана, чем двое других.       И лишь последний слушатель, в лице старика за стойкой, дрожал, то ли от волнения, то ли от страха. Хоть он и отвернулся от нас, его руки, которыми он держал нож, и плечи подрагивали, а по шее стекали капли пота.       — Иногда, чтобы получить какой-то результат, нужно проявлять жесткую позицию и не отступать. Если в подобной ситуации проявить слабость, то враги не постесняются ею воспользоваться. — Видя воцарившуюся атмосферу, начал объяснять Намиказе-сан свою позицию. — Как бы мне не был противен подобных жесткий подход, но отрицать его необходимость нельзя. Таков мир шиноби.       Ничего нового я из уст блондина не услышал, ведь и так уже давно знал о жестокости мира шиноби. Но все же, неожиданно для меня, слова Намиказе-сана развеяли разочарование, что я до этого чувствовал. И вновь я не до конца понимал с чем это было связано.       Если же говорить о реакции других, то меньше всего она изменилась у Хатаке. В глазах беловолосого лишь сильнее утвердилась решимость. Нохара прикрыла глаза, в то время как лицо разгладилось и приняло спокойный вид. А вот черноволосый ниже свесил голову и крепко сжал кулаки. Но что удивительного, Учиха молчал. Хотя по его виду было заметно, как ему хочется высказаться.       — Ладно уж, хватит говорить на эту тему. — Высказался Намиказе-сан. — Тем более ничего плохого ведь не случилось. Власти Курашики дали добро на проведение расследования, а значит возможный конфликт утих, так и не начавшись. Не стоит зацикливаться на не случившемся. Так ведь, Обито?       Услышав слова блондина, Учиха на миг замер, после чего сделал глубокий выдох и наконец успокоился. А следом, он поднял голову и посмотрел на Намиказе-сана с широкой улыбкой.       — Ха-ха-ха! — Чуть натужно посмеялся черноволосый. — Вы правы! Все закончилось хорошо! — После этих слова его улыбка стал поскромнее, но при этом начала демонстрировать уверенность. — А когда я стану Хокаге, то точно не допущу, чтобы простые люди были втянуты в конфликты шиноби. — Самоуверенно заявил он.       — Ого, Обито. — Удивленными глазами смотрела Нохара на парня, чем лишь повысила его самоуверенность. — Давно я не слышала чтобы ты говорил о том что станешь Хокаге. — Но как оказалось, удивление девушка испытывала от совершенно другого факта, из-за чего взлетевшая вверх уверенность Учиха резко упала.       — А я то уже думал, что ты завязал с этой глупой мечтой. — От слов Хатаке, уверенность Учихи ещё сильнее поколебалась. — Я даже некоторое уважение к тебе испытывал, посчитав что ты понял свою никчемность и невозможность для тебя стать Хокаге. Но видимо зря.       — Ах ты!.. — Вмиг разозлился Учиха и начал смотреть волком на Хатаке, при этом наставляя в его сторону кулак.       — А вот это уже было довольно грубо, Какаши. — Нахмурился Намиказе-сан на слова ученика. — Это уже полноценное оскорбление, а не просто поддразнивание. Тебе бы стоило следить за своими словами.       Получив выговор, Хатаке отвел взгляд, а затем полностью отвернулся. Когда Намиказе-сан нахмурился ещё сильнее, со стороны беловолосого прозвучало одно единственное слово.       — Извини. — Сказал он, не обращаясь к кому-то конкретному, но по выражению, было понятно что предназначалось оно Учихе.       Черноволосый вмиг остыл, услышав заветное слово, но отвечать ничего не стал, также отвернувшись от Хатаке. Казалось, им обоим было удобнее игнорировать друг друга.       Когда мы закончили с завтраком и вышли из лапшичной, ко мне подошла куноичи.       — Ты не против если я проведу небольшой осмотр? Нужно проверить функционирование пищеварительной системы и нормально ли усваивается еда. — Поведала она мне о своих намерениях.       — Не против. — Ответил я, чем заслужил небольшую улыбку. — Спасибо что заботишься обо мне, Рин. — Поблагодарил я её.       Улыбка на лице девушки резко сменилась удивлением.