Путь Шиноби: Первые Шаги.

      Закончив с разговорами, команда Минато зашла внутрь штаба, направляясь в кабинет командира лагеря. Долго идти не пришлось, так как нужная дверь находилась всего в пяти метрах от главного входа.       Пару раз постучав в дверь, Минато вскоре услышал голос с той стороны.       — Войдите. — Прозвучало разрешение владельца кабинета.       Не медля, Намиказе широко распахнул дверь и уверенным шагом зашел внутрь. Следом вошли Акира, Какаши и, идущая в конце, Рин, что закрыла за собой дверь. И пока подопечные Минато встали в линию позади, сам блондин начал говорить.       — Мы готовы отправиться выполнять миссии, Нобуюки-сан. Осталось только получить ваше подтверждение. — Сказал Намиказе, после чего принялся ожидать дальнейших слов командира лагеря.       — Вот опять вы говорите подобным образом, Минато-сама. — Удрученно и несколько смущенно, проговорил Нобуюки. — Я не достоин такого обращения. — Казалось, тон Намиказе волновал его гораздо больше чем смысл сказанного.       После снятия с поста предыдущего командира лагеря, на его место очень быстро нашлась замена, в лице одного из заместителей, коим являлся Нобуюки. Ну и конечно же, не последнюю роль в выдвижении его на этот пост также сыграл Минато. Блондин оценил действия Нобуюки во время кризисной ситуации с Семью Мечниками Тумана, а потому порекомендовал его Хокаге на освободившийся пост командира лагеря. Более того, Намиказе также импонировала честность, а также некое чувство справедливости, что демонстрировал Нобуюки.       Вот только не смотря на все положительные качества, новый командир лагеря был довольно стеснительным. Особенно сильно эта его черта проявлялась при разговоре с Минато, и тем уважительным тоном, что одаривал его блондин. Нобуюки, не смотря на свой новый статус, что формально ставил его выше Намиказе, не считал себя достойным не то что указывать, но даже общаться на равных с Желтой Молнией Конохи. Хотя, отсутствие гордыни и упоения властью, то же могло считаться ему в плюс.       Тем временем, Намиказе все ещё ожидал ответа от Нобуюки. Пусть отношения между ними гораздо лучше чем с прошлым командиром, но до уровня дружеских, как с Шикаку, когда они могли свободно перебрасываться панибратскими фразами, дело не доходило. Поэтому разговор между ними шел исключительно делового характера.       Стоящие же позади блондина, Акира, Рин и Какаши, мысленно посмеивались со слов Нобуюки. Они уже не в первый раз видят подобное, но эта троица все равно забавлялась с реакции командира лагеря. Им даже казалось, что Минато специально продолжает говорить подобным уважительным тоном, не пытаясь войти в положение Нобуюки. Не стоило думать что у Намиказе не было чувства юмора.       Единственный человек к кабинете, кто чувствовал себя не в своей тарелке, понял что его слова в очередной раз не дойдут до конкретного слушателя, а потому в очередной раз сокрушался, был Нобуюки.       — Ха-а. Я вас понял Минато-сама. — С усталым вздохом принятия, но не поражения, начал говорить по существу Нобуюки. — Вы все же решили последовать… — На миг прервал он, пытаясь подобрать нужные слова. — …рекомендации и разделить силы своей команды?       «Рекомендации?» — Одновременно пронеслось в головах подопечных Намиказе.       Они, конечно, после недавнего разговора, подметили странность в словах блондина, будто он пересказывал чужие реплики. Но получив подтверждение своим догадкам, им стало интересно — кто же стал инициатором подобного предложения?       — С небольшим дополнением. — Решил Минато сразу же прояснить изменение в планах. — Акира-кун отправиться со мной на подавление свиты Райкаге.       Услышав и осознав слова Намиказе, Нобуюки уже собирался пересилить свою неловкость и возразить насчет решения блондина, но сам же себя и остановил. Он вспомнил тот самый момент, когда этот мальчик, без каких-либо колебаний, отправился сражаться с Семью Мечниками Тумана, не боясь рисков и последствий. И если уж тогда его не смогли отговорить лезть в самое пекло, то почему сейчас это должно сработать? Тем более что Акира уже не раз доказал что он достаточно силен, и с поддержкой Минато он точно не пропадет.       Но все же, кое-какой момент Нобуюки желал уточнить.       — Надеюсь вы не собираетесь привлекать его к сражению с дуэтом Эй Би? — С небольшой надеждой в голосе поинтересовался командир лагеря.       — Нет, что вы. Эти двое моя забота. — Решил Намиказе развеять опасения Нобуюки. — Акира-кун войдет в состав отряда, что будет сдерживать других членов свиты Райкаге. — Пересказал он ответ, которым не так давно развеивал опасения Нохары.       — Если так. — Облегченно проговорил Нобуюки. — В таком случае мне нужно составить дополнительные бланки перевода на северо-восточный фронт для Акиры-куна. Это займет не так много времени. — На слова командира лагеря, Минато лишь согласно кивнул. — Что же касается Какаши-куна и Рин-чан… — Переведя взгляд на названных, в глазах Нобуюки заметно поубавилось неуверенности, а тон стал серьезнее. — …вам уже должны были объяснить суть миссии. — На это утверждение он получил безмолвные кивки от обоих. — Об остальных деталях вас проинформируют двое агентов АНБУ, что должны будут прибыть в лагерь ближе к полудню. До наступления этого времени вы должны как следует подготовиться. Вопросы? — В ответ он получил лишь молчание. — Вопросов нет. В таком случае поставьте печати под бумагами о принятии миссии, а также на соглашении о неразглашении хода ведения и результатов миссии.       — Соглашение о неразглашении? — Впервые с момента захода в кабинет, подала голос Рин.       Нобуюки уже открыл было рот, чтобы объяснить этот момент, но первым заговорил Минато. Командир лагеря же посчитал что с его стороны было бы излишне грубо пытаться перебить блондина. Вновь в нем проявилась эта черта неуверенности в себе.       — Это стандартный документ который АНБУ обязуют подписывать всех шиноби не из их организации, которых привлекают для выполнения своих миссий. — Объяснил Намиказе. — Как и сказал Нобуюки-сан, при его подписании вы обязуетесь никому и никогда не раскрывать подробностей об этой миссии.       — Что, вот прямо никому? — В этот раз вопрос последовал уже от Акиры.       — Никому, если, конечно, у него нет соответствующего допуска к информации, как например у Хокаге. — Ответил Минато.       — Кхм-кхм. — Неловко прокашлялся Нобуюки, желая привлечь к себе внимание и вернуть разговор в деловое русло. — Надеюсь, теперь то вопросов точно нет? — Обратился он к Рин и Какаши, получив от них отрицательные покачивания головами. — Тогда оставьте свои печати под документами и приступайте к подготовке к миссии. — Попытался он вернуть себе образ серьезного и важного начальника.       Без лишних слов и промедлений, Нохара и Хатаке подошли к рабочему столу командира лагеря, вытащили из кармашков, каждый, по личной печати, и быстрыми движениями оставили штампы под всеми прилагающимися документами.       — Если на этом все, то мы пойдем. — Отозвался Минато, когда его ученики закончили с бюрократией.       — Не забудьте зайти через полчаса, Минато-сама. — Сделал дополнительное напоминание Нобуюки. — К тому времени я подготовлю все необходимые документы для отправки вас и Акиры-куна на северо-восточный фронт.       Наверное одним из главных плюсов, вытекающих из слишком почтительного отношения нового командира лагеря к Намиказе, заключался в том, что он не смел нагружать блондина и его команду излишней бюрократией, предпочитая заниматься ею самолично, вместо них. Ну или нагружая дополнительной работой кого-то из подчиненных.       Закончив все свои дела в штабе, команда Минато вышла из здания, после чего каждый отправился по своим делал, чтобы подготовиться к предстоящим миссиям.

***

      Когда обговоренные полчаса подошли к концу, Минато вернулся к командиру лагеря, прихватив с собой лишь Акиру. Под двумя документами о переводе, Намиказе поставил свою печать, так как никто не снимал с него обязанности попечителя Узумаки. Впрочем, красноволосый все равно не смог бы оставить свой именной штамп на бумагах, так как подобной печати у него не было.       И вот, когда со всеми документами было покончено, Минато и Акира не стали медлить и уже подготовленные отправились к выходу из лагеря, намереваясь немедленно выдвинуться в путь.       Но уходить вот так, не попрощавшись, они конечно же не собирались.       — Берегите себя и не смейте проигрывать свите Райкаге. — Дала Рин последнее напутствие, после чего пригрозила пальцем в полушутливой, полусерьезной форме.       — Вы тоже не слишком расслабляйтесь. Все же расследование деятельности Кровавого Тумана, это очень серьезное дело. — Сделал собственное предупреждение Минато, также напоминая ученикам о всей опасности их миссии.       Акира и Какаши во время этого прощания оставались молчаливыми. Вот только если Узумаки молчал намеренно, все ещё испытывая обиду на Нохару за её слова и демонстративно её игнорируя, то вот Хатаке в целом был тихим. Мысли беловолосого летали где-то не здесь, а в его глазах можно было заметить задумчивость, а также плескающуюся неуверенность.       И конечно же, этот момент не остался без внимания цепких глаз Минато. Было очевидно что Какаши что-то гложет. У Намиказе не было времени на то чтобы поговорить и порассуждать с Хатаке о его проблемах. Но он мог бы дать напутственный совет.       — Какаши, отойдем в сторону ненадолго? — Обратился Минато к своему ученику.       Слова блондина, по большей части, пролетели мимо разума беловолосого, но на звук своего имени он все же откликнулся. Он заметил как сенсей подзывал его рукой к себе, при этом отходя подальше от Акиры и Рин. Не задавая лишних вопросов, Какаши последовал за Минато.       Оказавшись в десяти метрах от, наблюдавших за ними, куноичи и красноволосого, Намиказе заговорил.       — Что тебя гложет на этот раз? — Задал он вопрос в лоб.       Поняв что от вопроса сенсея ему не отвертеться, хотя не сказать что он стал бы от него увиливать, Хатаке решил высказать мысль, что с недавнего времени его мучила.       — Вы думаете я готов к тому чтобы вновь взять на себя обязанности джонина? Вновь стать командиром? — Задал он два простых вопроса, что не давали ему покоя ещё со времен смерти Обито.       — Ты мне скажи — готов ли ты к этой ответственности? — Задал Минато встречный вопрос, желая услышать для начала ответ своего ученика.       Какаши промолчал. С одной стороны его до сих пор преследуют воспоминания о миссии по уничтожению моста Каннаби. Вина за то, что он своим неумелым командованием потерял всех членов команды, одного из которых с летальным исходом, ни как не отпускала беловолосого.       С другой же, Хатаке не хотел ударить в грязь лицом и не оправдать возложенных на него надежд и ожиданий. Минато-сенсей столько сил вложил в него, а он собирается просто разрушить эти труды?       Минато ожидал подобного исхода, а потому решил дать Какаши один совет. А уж последовать этому совету, или же нет, решать будет сам беловолосый.       — Не важно, готов ты или нет, ты уже согласился на эту миссию. — Заговорил Намиказе, привлекая к себе внимание ученика. — Ты уже взял на себя ответственность, по крайней мере, за жизнь Рин. И вместо того чтобы думать — готов ли ты к этой ответственности, думай о том как бы сохранить жизнь своей сокомандницы.       Решив что на этом разговор окончен, и что он высказал все что хотел, Минато развернулся и направился в сторону ожидающих Акиры и Рин. Все же ему и красноволосому действительно стоило уже отправляться в путь.       — Спасибо за совет. — Послышался у него за спиной голос Какаши, выражающий искреннюю благодарность.       Чуть обернувшись, Намиказе увидел как Хатаке склонился в глубок поклоне. Блондин лишь улыбнулся но ничего в ответ говорить не стал. Все что нужно, уже было сказано.       Подойдя поближе к Рин и Акире, Минато заметил как первая обиженно надулась и недовольно поглядывала на отвернувшегося от неё красноволосого. От этого зрелища блондин посмеялся, но только мысленно, чтобы не обидеть Нохару и Узумаки.       «Все же он ещё такой ребенок.» — Весело подумал Намиказе про Акиру, прекрасно зная что обида Рин лишь притворство.       — Нам пора в путь. — Высказался Минато, после чего посмотрел на Акиру. — Не хочешь попрощаться?       — … — В ответ на вопрос блондина, Узумаки лишь красноречиво промолчал.       — Ну конечно. — Ухмыльнувшись, проговорил Намиказе, покачивая головой. — В путь. — Скомандовал он и последовал на выход из лагеря.       И пока Минато с Акирой удалялись все дальше к все ещё дующейся Рин подошел уже более собранный и решительный Какаши. Они вдвоем смотрели вслед бегущим по верхним путям. Лишь когда их силуэты окончательно скрылись за древесными зарослями, беловолосый решил заговорить.       — Значит, он все также обижается? — Полувопросительно сказал Хатаке.       Надувшиеся щеки и недовольство во взгляде Рин испарились, словно их и не было. Лишь легкая грусть отражалась на её лице.       — Это впервые, когда Акира-кун на меня обиделся. — Со все той же легкой грустью в голосе, проговорила Нохара. — Неужели мои сомнения по поводу его силы, так сильно его задели? Я ведь говорила это не со зла, а от беспокойства за него. — Не столько для беловолосого, сколько для себя, говорила куноичи.       — И вот он ушел, а вы даже не помирились. — Прокомментировал ситуацию Какаши.       — Он ведь ребенок, так что ничего страшного. — Легко отмахнулась от проблемы Рин. — Дети быстро забывают о своих обидах. При нашей следующей встрече он даже и не вспомнит о том что обижался на меня из-за чего-то.       — Надеюсь. — Проговорил Какаши, не разбираясь в поведении детей так же хорошо как и его сокомандница.