Made in Evermore.

      Сообщение с номером последовало в течение часа. Рико к тому времени уже нашел в себе силы, чтобы дойти до душа. Горячая вода явно никак не способствовала обезболиванию ран, но брюнет был не из тех, кто по своей воле залезет под холодную струю. Он даже умыться такой себя еле заставит. Один из бывших игроков «Воронов» когда-то долго дразнил Рико по этой причине, называя маленькой принцесской, но разве желание мыться в комфорте является каким-то эгоистичным желанием?       Отеки уже начали проявляться на коже уродливыми пятнами, окрашивая почти всю спину в багровый цвет. Рико ненавидел видеть такого себя, считая это одной из своих уродливых сторон, но на такой случай в гнезде почти не было зеркал. В этом месте полном развлечений вообще было мало чего хорошего. Может только бильярд или небольшой кинотеатр. Рико редко баловал себя чем-то подобным, что, по мнению тренера, могло заинтересовать только пустышек, у которых слишком много свободного времени. Но временами приятно заняться чем-то, что не требует от тебя слишком много физической или умственной активности. Было также несколько залов: малый и большой, но первый Рико оккупировал почти сразу, запретив появляться там кому-либо, кроме уборщиков. В малом зале был всего один диван и широкое кресло, заниженный журнальный столик из темно-красного дерева и тумба с небольшим телевизором. Одним из приятных аксессуаров в комнате был черный шерстяной ковер. Но познаний Мориямы было не достаточно в данной сфере, чтобы понять искусственный мех использовался или нет. Да и это его мало волновало — главное, что он нравился ему. В этой маленькой комнате Рико часто прятался от тренировок и ответственности. Он провел незримую черту, отделяя семь квадратных метров от внешнего мира.       Этот случай не стал исключением. Тело парня развалилось в кресле, запуская голые стопы в мягкий мех. Черные волосы ещё не высохли, сбрасывая оставшуюся воду на обивку кресла. Веки настырно пытались закрыться, несмотря на недавний сон, но у парня было ещё достаточно задач на сегодняшний день — как минимум, тренировка, на которую нельзя не притащить своё тело. Рико прокрутил в пальцах телефон, рассуждая насколько хочет откладывать общение с сыном Мясника, неизвестно насколько поехавшим на голову. Раз тот решил появится перед камерами, буквально говоря, что готов умереть, то его интеллектуальные способности не внушают надежду на понимание ситуации. Пальцы несколько раз постучали по дисплею и в конечном итоге разблокировали телефон. Спокойный и бесстрастный снаружи облик был идеален. Только лёгкое покачивание ногой невольно раскрывало парня. Рико просто смотрел в пустую графу сообщений, сомневаясь, как лучше начать диалог. Перед глазами стоял образ парня, совсем не похожего на отца или маленького Натаниэля. Лживый облик в попытке спрятать настоящего себя, чтобы никто не мог потревожить закрытый ящик Пандоры. — На зимних каникулах ты должен быть в Эверморе. Билет тебе передадут. Не советую бежать, иначе твоя команда пострадает, — наконец-то отправил Рико. Начать диалог с приветствия было бы слишком наивно, представляться — глупо, жаловаться потом Кевину, что его заблокировали, — слишком бьёт по самооценке. Но самым нелепым было — ожидание ответа. Было логично, что Джостен не захочет отвечать кому-то вроде него, но Морияма все равно продолжал перечитывать написанное им сообщение и ждать ответ. Что-то внутри убеждало подождать ещё минуту, затем ещё одну и ещё одну. — Убожество, — Рико откинул телефон на соседний диван, зарываясь пальцами в волосы. Он знал, что ему не ответят, знал прекрасно, кем его считают. От этого чувствовал себя ещё более глупо, надеясь получить ответ. Но может стоило представиться? Может Нил не понял, кто ему написал, и испугался? Или не стоило писать про команду, но это ведь естественная констатация факта. Морияма глубоко вздохнул и ещё раз посмотрел на телефон. Датчик уведомлений на телефоне не подавал никаких надежд, добивая и без того разбитое сердце. И вместо того, чтобы пародировать Хатико, Рико решил отправиться пораньше на тренировку.       Ответа в этот вечер не последовало, как и на следующий день, и последующий…       Самый жестокий критик — ты сам. И брюнет мог выиграть очередную золотую медаль, если бы по самоуничтожению проводили конкурс. Злость и смущение продолжали параллельно добивать внутреннее я, пока мозг не мог найти источник столь глупых чувств. Рико продолжал проверять уведомления, каждый раз напоминания себе о бесполезности такого чувства, как надежда. С каждым последующим днём он старался брать в руки телефон реже, так как мозг наконец преобладал. Но необоснованная, по его мнению, грусть, оседшая глубоко в солнечном сплетении, никак не отпускала, словно крепкие веревки затягивались все туже, затрудняя дыхание.       За пределами высокого замка уже было всё застелено тонким белым покрывалом. Вылазки в университет не радовали. Морияма слишком быстро замерзал, а ощущение холода способствовали только желанию уехать подальше в теплые края. Поэтому первым делом Рико всегда покупал горячий шоколад, успевал пожалеть привычке садиться рядом с окном и при любой возможности грел руки о бумажный стаканчик, даже если тот уже остыл. Посередине лекции телефон издал вибрацию, на что Рико не сразу отвлекся, а только после того, как дописал всю информацию с доски. Понадобилось пару секунд, чтобы открыть пришедшее сообщение. — Я приеду.       Короткое сообщение от неподписанного контакта, но Рико точно знал от кого. Глаза несколько раз перечитали предложение, словно смысл написанного мог измениться. Пальцы хотели что-то ответить. Но что? Разве у них есть общие темы для разговора? Можно было бы поговорить о текущем сезоне, но в его глазах их шансы даже на попадание в полуфинал слишком малы. А быть отосланным нахуй сразу не хотелось. Тогда о Кевине? Разговоров об этом супер талантливом человеке ему хватило на три жизни вперёд и лично зарывать себя не очень хотелось. Да и факт того, что он сломал ему руку, все равно факт, а значит его опять же пошлют нахуй. Но может быть другими словами.       Рико отключил экран телефона и уткнулся лицом в сложенные на столе руки. Это казалось бесполезным: искать темы для разговора, ждать ответ или даже испытывать какой-то трепет от одного сообщения. Глаза уткнулись в заснеженный двор, где были расчищены только тротуарные дорожки. Рико не любил зиму, но она всегда даровала спокойствие. Может его душа просто ложилась в спячку и забирала с собой все чувства? Хотя в Эверморе было хорошее отопление, но парень все равно иногда мерз, укутываясь в более теплую одежду. Вряд ли Тетцудзи позволит сыну Мясника сидеть у камина и пить чай, когда даже у него не было такой возможности. — Теплые вещи не забудь.       Гештальт закрылся, а вместе с ним ушло и непонятное чувство в груди, раздражающее всю последнюю неделю. Рико забросил свой телефон подальше, как делал это всегда, и смог вернуться к своей привычной жизни, на время отложив самобичевание. Этот день почти ничем не отличался от других, но сегодня было как-то чуточку теплее.       После вечерней тренировки Рико как обычно раздевался у шкафчика, планируя свой монотонный остаток вечера. Наверное, душ, невкусный ужин под разговоры других Воронов и можно наконец заснуть, чтобы этот день уже закончился. На телефоне снова мигал датчик уведомлений. Морияма только стянул футболку, собираясь избавиться от раздражителя, но это было новое сообщение, а не бесполезное уведомление. — Не думал, что вашу пещеру не отапливают. Лучше заботься о своей команде.       Рико невольно посмотрел на сокомандников. У них было пару синяков и царапин. Ничего серьезного. Но подтянуть игру некоторых защитников точно стоит. В ином случае скоро предстоит неприятный разговор с тренером, которого хотелось бы избежать подольше до следующего его плохого настроения. Рико задумался, что был бы совсем не против поменяться с Нилом местами. Играть в команде с менее строгими правилами, изучать правоведение и иметь возможность уехать куда хочется. А Тетцудзи был бы счастлив, видя своего любимчика в капитанах. — На твоём месте я бы больше беспокоился о себе. Судя по дорожной карте, до Азии ты ещё не добрался. Планируешь бежать туда? — Рико долго размышлял, куда бы отправился в первую очередь, если бы мог убежать от своей фамилии. У него были связи в Японии, но тогда бы он быстро попал под подозрения семьи. Но Натаниэль там ещё не бывал, а значит вполне может выбрать следующим своим пристанищем. — Не перенесу находится долго в месте, с которым может быть связана твоя семья.       Семья… Брюнет когда-то очень мечтал так назвать тех людей, но всегда был их не достоин. С течением времени ничего не изменилось. Сейчас он все ещё запасная деталь, которая так и не пригодилась.       Раздевалка уже наполовину опустела, пока Рико успел стянуть с себя только часть футболки. Пришлось напомнить себе о необходимости раздеться, чтобы принять душ. — Тогда подумай ещё раз, стоят ли Лисы твоей жизни.       Это было последнее сообщение. Морияма позже пытался пожалеть о нем, но так и не смог. Он не мог понять, что заставляет бегунка жертвовать собой. И даже надеялся, что тот всё-таки сбежит и подальше, чтобы даже люди из клана не могли найти его. Рико завидовал возможности стать свободным и жить ради себя. Ему оставалось лишь искренне надеяться, что Нил Джостен просто исчезнет, и они никогда больше не смогут его найти. Пусть это и вызвало противоречивое сожаление.

***

      Что там Рико говорил о сожалении? Его самоуверенность в этом вопросе была такой же жалкой, как и его ужин. С того момента сообщений больше не поступало. И теперь ему предстояло лично увидеть живой облик из своих сновидений. Жалел ли Рико о том, что написал? Нет, он всего-лишь минут десять пытался не чувствовать себя как белка в колесе, поэтому провалился в кресло, стараясь стать ещё тяжелее, чтобы не вставать и не идти на этот чертов банкет. — Жан, — брюнет махнул парню, чтобы тот наклонился к нему. Француз все это время молча наблюдал за непривычным поведением капитана и только сейчас осмелился подойти, наклоняясь не слишком близко. Рико нервно дёрнул того за воротник, запихивая с некоторой агрессией во внутренний карман его пиджака конверт с билетами на самолёт. — Передашь нападающему Лисов. Он знает, что это, — парень тут же отпустил его, но не сводил взгляд с места, где должен находиться внутренний карман по примерным расчетам. — Тому нахальному мальчишке? — с некоторым призрением уточнил француз, полностью выпрямившись, если не считать его опущенных плеч. — Он будет тренироваться с нами на зимних каникулах в качестве твоего напарника. Проследи, чтобы это не вызвало никому проблем.       Лицо Жана исказилось в гримасе ужаса и большего отвращения. Быть напарником новичка почти равносильно все каникулы быть грушей для битья. Но из приближенных к Королю Моро был единственным. Он был слабее других членов команды, но был в Гнезде достаточно долго, чтобы на уровне клеток усвоить все правила, и его инстинкты выживания должны хоть как-то помочь не допустить появление трупа к концу зимних каникул.       Когда все Вороны переоделись, Тетцудзи кинул лишь надменную фразу про какое-то достоинство, прежде чем позволил команде выйти на площадку, переоборудованную в банкетный зал. Найти длинный стол, помеченный черными табличками, не составило труда. Напротив же посадили самых дружелюбных Троянцев, не повторяя своих ошибок. Джереми Нокс был надоедливо позитивным и только мешал рассмотреть незаметного нападающего, из-за чего не раз получил искренний гневный взгляд. Этот парень был полной противоположностью Рико. Но не это раздражало больше всего. Скорее то, что он был действительно хорош и на поле, и в качестве капитана. Вороны тоже превозносили своего Короля, но это было на уровне инстинктов или слепой веры. Это так сильно отличалась от позитивной атмосферы команды напротив.       Во время банкета Рико остался за столом, слегка хлопнув защитника по плечу, чтобы тот не забыл передать конверт. Жан не стал долго ждать и сразу выскочил из-за стола. Брюнет выдохнул слишком резко куда-то в потолок. Он дал своей команде «вольно», но сам не решился уйти из-за стола. — А ты изменился с нашей последней встречи, — Джереми, этот раздражающий парень облокотился на стол и стал на несколько сантиметров ближе. Рико одарил его презрением настолько, несколько умел. Да, он действительно его недолюбливал. Его слова не имели смысла, ведь ни одно животное не меняется, оставаясь в той же среде обитания, что и последние двадцать один год. — Видимо, твоё умение читать людей стало хуже, — Морияма скрестил руки на груди, неосознанно занимая оборону. Взгляд я-вижу-тебя-насквозь вызывал неприятную щекотку изнутри, словно этот человек насильно проник в тебя. — Я не твой подопытный кролик, поэтому свою шарлатанскую психологию тренируй на своих зверьках. — Я и не думал ничего тренировать. Любой может сказать, что ты чем-то изменился, — Нокса слова Ворона не трогали. Он имел с ним дело чаще, чем любая другая команда, так как им часто приходилось встречаться вместе. Иногда даже пересекаться на благотворительных вечерах. Поэтому перекидываться «любезностями» было чем-то повседневным. Даже для Рико, который не признавал этого.       Вечер становился все скучнее. Морияма ожидал его окончания, стоя недалеко от края поля, любуясь непонятной массой танцующих в софитах людей. Он всего-лишь моргнул, когда из мрака успели вынырнуть два силуэта — побледневший Кевин и почти такой же, но более мрачный тот, кого сейчас звали Нилом. Взгляд сразу зацепился за карие линзы, неотрывно смотрящие ему в глаза. Рико не мог заставить себя отвлечься. Не за один год, во многом благодаря тому, кто сейчас застыл перед ним, он давно научился чувствовать отвращение, ненависть или страх в свою сторону. Это было нечто иное, но такое же мрачное и никак не положительное. — Кевин, мне не о чем с тобой разговаривать, — не отводя взгляд, обратился брюнет, чтобы третий лишний оставил их наедине. Тот лишь коротко кивнул, делая несколько шагов, но вскоре быстро обернулся, протараторив что-то на французском. О эта милая уловка, которую они всегда использовали с Жаном. Видимо, привычки так быстро не уходят. Более удивительным было то, что Джостен ответил ему на английском. — Я не пойду. Нам есть о чем поговорить, — Кевин дёрнул напарника за руку, но получил лишь тот же ответ. И третий лишний наконец удалился. — Иди за мной, — кажется, с самого утра день не задался. Не то, чтобы Рико мечтал о приятном разговоре или встрече, но хотя бы о спокойном дне и без проблем. Если на страх Кевина и Жана у него выработался иммунитет, то сейчас что-то снова в нем разбилось о бетон. В очередной раз хотелось просто исчезнуть или перемотать время, чтобы столкнуться только с последствиями. Легче жить без надежды, чтобы они никогда не превращали твою душу в черную дыру.       Нил следовал за ним молча, прожигая взглядом. Яркий свет раздевалки ударил по глазам, после привычной темноты. Морияма прошел чуть дальше, непринужденно занимая место на скамье. Его спутник застыл у первых шкафчиков, соблюдая такое же молчание. И брюнет спокойно дал ему время собраться с мыслями и подобрать слова. Прошла минута, прежде чем тишина разорвалась. — Это правда, что мой отец связан с кланом Морияма? — почти сквозь зубы процедил парень. — Ну да, а ты не знал? — Не верю! — слишком громко выкрикнул он, оставляя кулаком лёгкую вмятину на дверце шкафа от удара. — Как кто-то вроде моего отца мог… — И что с того? — почти безразлично перебил Рико. Он ещё не до конца смирился со своим разочарованием, но подобную реакцию уже видел и не раз. И даже лучше своего собеседника знал все последующие фразы. Когда-то это очень долго выкрикивал Жан, будучи подростком. Даже после множества избиений, не мог принять правду, пока наконец не осознал, что его продали. — Что? — Нил не выглядел глупым, а значит просто отказывался верить, лишний раз травмируя руку. А ему ведь ещё играть… — Твой отец, Натан Веснински, является правой рукой Кенго Мориямы и самым верным его псом. Делал всю грязную работу, а когда пришло время — сел за своего хозяина в тюрьму, — Рико медленно поднялся и прошел к раковинам в душевой, доставая из наружного кармана платок. — Веришь ты или нет совсем не имеет значения, ведь правду это не изменит. Ты всего-лишь бесполезный капитал, который даже не смог принести ценность. Должен был ещё в детстве стать собственность Мориямы и играть за Воронов, но твоя мать украла деньги и сбежала. Поэтому твой отец потерял доверие. А вы должны были умереть, — брюнет достаточно долго продержал платок под холодной водой и хорошо выжал, чтобы лишняя вода не стекала. Он в тишине разорвал расстояние между парнями и протянул ладонь, намекая вложить в нее поврежденную руку. — Значит Тетцудзи собирается меня убить? — в глазах парня все ещё читалось недоверие и злость, хотя злиться тут стоило только на своего отца. Но Рико и в этот раз виноват, так как носит проклятую фамилию. Он сам поднял уже покрасневший кулак и аккуратно обвязал вокруг ладони мокрый холодный платок, делая неряшливый узелок с «ушками». — Нет, тебе надо просто играть. Он пока не собирается сообщать о тебе Кенго, — Рико посчитал, что разговор окончен, но не смог снова поднять глаза, покидая раздевалку первым. Теперь шанс того, что этот парень сбежит, выше. Это для него и к лучшему…       Возвращаясь на банкет, Морияма потратил время, чтобы высмотреть в толпе своего бывшего напарника, рядом с которым ошивался Жан. Это было не удивительно, ведь эти двое цеплялись друг за друга как за спасательный трос. Брюнет преодолел половину поля. Видимо, выглядел он не лучшим образом, так как Жан сразу словно сжался на месте. — Это правда? — Рико задумался, когда люди стали считать его детектором лжи. Или может у всех капиталов один словарный запас на троих. — Натаниэль придет к тебе за подтверждением. Расскажи ему правду, — это было последнее выражение заботы для Нила. Рико лишний раз напомнил себе, что у него недостаточно сил, чтобы заботиться об окружающих.

***

      Незадолго до начала тренировки Жан пришел в комнату капитана, чтобы отчитаться, что едет в аэропорт за самоубийцей, о чем Кевин любезно заранее сообщил. На что не получил никакой реакции, что после банкета стало частым явлением. Первый номер отвечал только на тренировках или по необходимости, когда без устного ответа нельзя было обойтись. Жан от этого стал ещё более настороженным, хотя другие Вороны забеспокоились, став неожиданно разговорчивыми.       Всей команде сразу после банкета объявили о временном пополнении состава, подчеркнув, что новичок входит в свиту короля и за воспитание за пределами поля будет следовать наказание. Радости ни у кого это не принесло. Об этой «прекрасной» новости спросили позднее у Жана в разговоре тет-а-тет. А Рико получил приватные наставления от хозяина. Так сказать, авансом, чтобы новый щенок мог получить хороший пример для подражания.       Взгляд карих глаз зацепился за длинную стрелку часов, висящих прямо над дверью комнаты. Жертвенный ягнёнок прибудет ровно к концу тренировки.