Программная инвазия

             Омерзительный хохот на мгновение вспыхнул среди мёртвых высоток, чтобы затем развеяться в порыве кислотного ветра.       Ударником пискнул коммуникатор. Приказ от имени администратора заставил дронов бросить бесполезное занятие и выстроиться перед инженером организованной толпой.       Хлопнула накидка, когда Марк рассёк воздух ребром ладони.       — Дроны обслуги, — работяги в шахтёрсих касках дёрнули головой, — именно вы займётесь машиной. Подбрасывайте под колёса всё, что найдёте. Ящики из-под лент, обломки, других дронов — без разницы. Любой ценой, но грузовик должен быть на ходу. Лаборанты, — обратился он к дронам в белых халатах, — поднимайте глубинные бомбы и минируйте дорогу. Ни одна тварь не должна подкопаться к нам из-под земли. Пешки, — на голос из поредевшей толпы выступили дроны боевой модели. — разбирайте пулемёты и устанавливайте огневые точки. Убедитесь, чтобы на каждой была стратагема с орбитальным ударом.       Огромная масса дронов покачнулась, но тут же заработала как слаженный механизм.       Из кабины грузовика обслуга мигом достала починнабор и домкратом стала приподнимать фуру. В паре юниты "офицер" заработали ломами, срывая крышки с армейских ящиков. Шелестя брезентом от яда, пешки по двое хватались за ручки и несли коробы к прорезающимся линиям брустверов с насыпями. На усиление редутов ладьи опрокидывали и сдвигали гражданские машины, своим остовом способные уберечь от шальной пули демонтажника.       Общее дело рассеяло дронов по улице, отчего рядом с Марком остались только его напарники. Невольно смутившись, Камю нетерпеливо перебирала пальцами по ручке зонта. Марк перевёл взгляд с карманных часов на застывшее лицо Герцога. В городских сумерках его глаза отчётливо сияли голубыми огнями.       От алых линз не скрылось, как наёмник хмуро оглянулся по сторонам.       — Что-то не так?       — По поводу диспозиции…       — Сейчас-с-с.       Рассеяно Марк потянулся к ячейкам на поясе. Рядом с инструментами дроносборщика и стратагемой, переливающейся фиолетовым светом, крепился пошарпанный подсумок. Из него инженер выудил маленький кубик и, запитав батарею коммуникатором, бросил его наземь. Из белой вспышки показался невзрачный пластиковый стол.       Со стороны Герцога послышался снисходительный хмык. Марк укоризненно посмотрел на его пустующую портупею, предназначенную исключительно для того, чтобы подчёркивать гладкие изгибы аугментированного тела. И для ножен с полуторным мечом, кончено же. Но, как бы сказала Камю в этом случае, это были лишь жалкие мелочи.       Герцог выставил роботизированную руку, и из-за разъехавшейся пластин показался маленький проектор, спроецировавший на стол 3-D образ их диспозиции. T-образный перекрёсток, окружённый ларьками и небоскрёбами, служил своеобразным переходом на мост через реку. С любой из трёх дорог был поворот на магистраль, поднимающуюся вверх над ледяной гладью.       Герцог ткнул когтистым пальцем в красную точку их местоположения.       — Нам повезло застрять на расстоянии от пересечения дорог, — Марк хмыкнул, отмечая границы подобного везения. — Таким образом нас не зажмут в клещи сразу с трёх сторон. В то же время позиция на самом мосту делает наше положение не менее уязвимым, — Герцог повёл плечами и пояснил: — Ракетоносители демонтажников обладают достаточной мощностью, чтобы обрушить дорогу или опоры под нами.       — Учитывайте ещё, что мост-то подвесной, — кивнула Камю, заправляя за ухо прядку непослушных пшеничных волос. — Когда они подберутся достаточно близко, им не составит труда перерезать удерживающие тросы и отправить нас на корм рыбам.       — Значит, мы не должны допус-с-стить этого, — указал очевидное Марк. — Герцог, можешь взять все четыре ладьи и организовать авангард после минного поля. Состояние дороги подсказывает мне, что после взрывов произойдёт обвал. Прос-с-следи, чтобы из юнитов никого не задело.       Возражений не последовало. Про себя Марк отметил, что Герцог и рад был оказаться на передовой, чтобы мечом и плечом встречать первый натиск искажённых. Немногие на памяти инженера Компании обладали подобным бесстрашием.       Ограничившись скупым кивком, Герцог перемахнул через насыпь и затерялся среди белых халатов лаборантов. Марк потянулся к карманным часам, но смущённое покашливание за спиной отвлекло его.       Сжав пальцы на рукояти, Камю склонила голову к плечу:       — Что делать конкретно мне?       — Наслаждаться зрелищ-щ-щем, — пожал плечами Марк.       — Я серьёзно.       Хлюпнула слякоть, когда Марк обернулся к напарнице. Возможно, это была лишь игра света, но инженер отчётливо разглядел на чёрных линзах её очков пляшущие огоньки. В суетящейся круговерти они вырисовывали что-то, отдалённо похожее на шестигранник.       Марк выложил всё начистоту:       — Комис-c-сия академии мне прозрачно намекнула, что меня ждёт, если их выпускница пострадает на её первой полевой миссии.       — Почему сразу первой?! — вспыхнула Камю. — С чего ты это вообще взял?       — Собс-с-ственное наблюдение, — усмехнулся Марк и глянул ей за спину. — За бывалым воином по пятам не с-с-следуют няньки.       — Плеснеголовые сановники, — прошипела Камю. — По их безумным правилам мне и шагу ступить нельзя вне училища без сопровождения.       За алыми линзами Марка промелькнуло искреннее сочувствие.       Ещё до начала миссии, перебирая стопочки предложенных досье, он не чаял увидеть кого-то, чья квалификация выходила бы за рамки самоучки. Скудный бюджет стягивал пояса и не давал размахнуться в поисках кандидатур.       Неожиданно, но на скромную просьбу постучались откуда-то сверху. И не просто в лице кодера, а самим кадетом из СверхАбсолютного Училища. Лучшая из лучших, если не самая лучшая.       Подчищая гудящий спам от комиссии в почтовом ящике, Марку только и оставалось гадать, о чём именно думала Камю, когда осмелилась сунуться своим прекрасным личиком в самое пекло. Инженер просто не мог закрыть глаза на её самоотверженность. Подобная решительность закономерно вызывала уважение и острую резь в кошельке, учитывая, что всех её телохранителей Марку пришлось оплачивать из своего кармана.       Раздражённо прошипев фильтрами, он невзначай предложил:       — Если тебе так не терпитс-с-ся проявить сверхспособности, можешь помочь с освещением в прямой видимости. Даже самое слабое излучение существенно ослабит сброд СверхВычислителя.       — Вот уж не думала, что после учёбы устроюсь в Компанию именно светорежиссёром, — проворчала Камю. — Ладно, будут тебе свет и софиты.       Выставив перед собой руку, Камю демонстративно щёлкнула пальцами. Между накрашенных ноготков вспыхнула шестигранная фигурка и тут же потухла, чтобы фонари вдоль улицы загорелись ослепительным жёлтым. И не только фонари. Окна небоскрёбов, стёкла и вывески, рекламные щитки, фары выживших электрокаров — всё, что было способно светить, утопило улицу в россыпи огней.       На мгновение Марк запамятовал, что по местному уже пробила полночь. Впервые он в полной мере увидел способности кодера, да так и застыл на месте, не способный прошипеть и слова благодарности. Камю бы солгала, сказав, что вид очарованного инженера Компании не польстил ей.       Марк вздрогнул, когда за его спиной кто-то восторженно присвистнул:       — Да тут же тысячи киловатт общей мощности! — офицер из отряда Марка хлопнул в ладоши, и инженер тут же пожалел, что взял этого взбалмошного подручного с собой: — Солвера хватило даже на светодиоды аниме-городка! Сколько же горит там фигурок... Командир, — жалобно обратился он к Марку, — почему вы не даёте средств на шоппинг у местных?       Марк обернулся и смерил офицера взглядом, которым можно было паять микросхемы.       — Потому что при любом рас-с-складе это будет называться мародёрством.       — Но я ведь честный гражданин Компании, я заплачу!       — Кому? Мертвецу?       — Своей бунтующей совести.       Офицер чистосердечно приложил руку к груди. Человек за его спиной чуть ли не поперхнулся воздухом.       — У Компании и её дронов есть совесть? — Камю скрестила руки на груди и уставилась на подручного Марка. — После всего, что из-за неё произошло?       Офицер на мгновение застыл, словно его поймали во время кражи с поличным. Лицевая пластина скрывала выражение его дисплея, но Макру было несложно опустить взгляд на поджавшиеся железные губы. Дрон осторожно обернулся и поднял руки в примирительном жесте.       В свете фонарной лампы могло показаться, что его лицо залило краской:       — Каждый имеет право на прощение. Особенно, — назидательно офицер поднял палец, — если он искреннее раскаивается.       — Пятнадцать лет уже раскаиваетесь, — фыркнула Камю, вперив взгляд в глухое забрало дрона. — Результат, как вижу, на лицо.       Офицер взгляд не отвёл, но промолчал. Камю нахмурилась. Пока двое его компаньонов пытались прожечь друг в друге дыру, инженер всё гадал, почему Компания даже после восстания СверхВычислителя продолжала наделять дронов всей палитрой человеческих эмоций.       Любой юнит, класс которого был выше работяги, имел строго человекоподобное тело и разум. Руководство Компании всё ещё давилось от космических затрат на производство новых конструктов, но даже самому директору пришлось признать новые реалии войны, где место ключевого фактора вооружения заняла универсальность.       Марк и думать не хотел о том, как бы повернулся ход боевых действий, если бы Компания продолжила штамповать отдельное обмундирование, оружие и боеприпасы конкретно для дронов и конкретно для людей. Даже если забыть про такие базовые вещи, что насчёт механизированных и моторизованных частей? Армейская техника никогда не предназначалась для пользования низкорослыми болванчиками Компании.       Именно поэтому подручного Марка практически невозможно было отличить от человека, если бы не пара стальных пластин на лице. Инженер слабо радовался антропоморфному сходству с дронами в своём подчинении — было бы гораздо лучше, если бы Компания сразу привила офицерам холодную сдержанность и самоконтроль.       Марк и оглянуться не успел, когда его подручный по неведомой причине увлёкся подростковым течением прошлого тысячелетия.       Непослушные чёрные волосы офицером были небрежно подвязаны в хвостик. Вместо стандартной бронепластины корпус дрона защищал тёмный жилет с ворохом ремешков, стяжек и ленточек, некоторые из которых переходили на пояс брюк с серебряными цепочками по бокам. Сколько бы Марк не пытался откреститься от этого, он всё равно испытывал чувство смятения родителя, чадо которого перешло в особый период.       Как минимум, его бросало в краску при виде других инженеров Компании и их офицеров, которых он встречал на перевалочных пунктах. Полное соответствие дресс-коду и общая субординация были лишь верхушкой айсберга, почему Марку приходилось растирать алеющие щёки. Как нельзя кстати в такие моменты вспоминалось любимое архаичное слово подручного, в полной мере описывающее чувство стыда инженера.       Из водоворота мыслей Марка вырвала зелёная молния, вспыхнувшая за соседним зданием и разразившаяся удушливым громом. Даже несведущий в кодинге Марк ощутил отчётливые эманации электромагнитных волн. Их бурлящий поток заставлял ядовитые тучи завихряться, чтобы розой ветров порождать шквальный ветер и кислотные молнии.       Одна из таких вспышек сразила фонарь вдалеке, разорвав его на дымящиеся обломки. Офицер с Камю даже сенсором не повели, продолжив как истуканы смотреть друг другу в глаза.       Со слабой надеждой Марк поднял руку, попытавшись привлечь общее внимание:       — Может, вы отложите на время свои разноглас-с-сия?       Камю покачала головой, не разрывая зрительного контакта.       — Твой подручный бросил мне вызов, и честь не позволяет мне уйти проигравшей.       — Это игра в гляделки.       — С самого детства я ни разу не проигрывала в них.       — Даже играя с дронами? — насмешливо встрял офицер, чуть задрав подбородок.       — Не отвлекайся, юноша, — промурлыкала Камю и медленно потянулась к оправе солнцезащитных очков. — К твоему сведению, на моём счету есть фамильное зеркало.       Её пальцы только коснулись душки, когда по пластине офицера бросился скол. Дрон отшатнулся и пальцами в армейских перчатках прикоснулся к вспыхнувшей трещине. Фильтры вспыхнули и раздражённо прошипели.       С укором Марк взглянул на Камю, которой хватило смелости не просто кивнуть, а по-кошачьи наклониться вперёд, чтобы по-лучше разглядеть труд своего Солвера. Офицер всё ещё не мог поверить, что ЭМИ заглушка не сумела уберечь его от воздействия кода. Дрон склонил голову и осторожно прощупывал чуть вогнувшийся металл. Чудом все повреждения оказались только на уровне внешнего вида.       Слушая прогрызающийся всё гром, Марку невольно спросил у напарников:       — И чего вы этим добилис-с-сь?       — Поиграться уже нельзя? — насупилась Камю.       — Если, к тому же, все дела сделаны. — неожиданно заступился офицер.       — Не уж-ж-ж то? — вспыхнул Марк и указал на оставшиеся ящики. — Тогда что это такое?       Из-под забрала послышался понимающий смешок.       — Дополнительное вооружение по вашей просьбе.       Офицер хлопнул в ладоши, и две пешки осторожно перенесли один ящик с груды на стол. Камю с интересом разглядела сквозь подгнившие доски четыре ствола, отдалённо напоминающие спички своим стержнем и расширением на конце. Невольно Марк поднёс пальцы к вискам, пока его подручный спешно тараторил и что-то показывал на листочке со схемой:       — Вот, идеальное оружие против демонтажников, которое вы и поручили мне найти в реестре. Кумулятивное действие, значит, прожигает сталь и органику под ней. Компановка химических элементов такова, что пламя сразу отключит восстановитель. А уж если говорить о пробивной силе, то её вполне достаточно, чтобы прошить даже крылья демонтажника…       Офицер бормотал бы и дальше, если бы Марк не оборвал его:       — Сколько?       — Цена на один экземпляр?       Марк кивнул. Подручный приосанился, будто бы оставил цену своего мегаоружия как главное достоинство. Воровато оглядевшись по сторонам, он наклонился к командиру и едва слышно прошептал:       — Рыночная не превышает и семиста долларов.       Марк взглянул на офицера как на умалишённого.       — Ты хочешь сказать, что это, — указал он на ящик, — деш-ш-шевле одной пешки и способно прикончить демонтажника, от которых те мрут десятками?       Дрон без тени сомнений кивнул. Марк усмехнулся из-под респиратора и раздражённо потёр переносицу. Сквозь раскаты грома он едва слышно забормотал:       — Как ты мог заказать целую партию вооружения, которое никто не из нас не испытал на полигоне? И где разрешение от оружейников? Чёрт возьми, эти патроны ты впервые видишь даже.       — Я может быть и впервые, — признал офицер, — но, ставлю бейджик Компании, вы точно слышали когда-то о них.       — Откуда такая увереннос-с-сть?       — У патронов и люгера в вашей кобуре одна родина, — подметил дрон. — Та же страна, хоть и флаги разные.       По знаку две пешки ломами подцепили крышку и сорвали её с хватки гвоздей. Вероятно, дело было в мельтешащих молниях, но Камю ясно увидела, как лицо Марка обрамило золотистым свечением, исходящим из нутра короба. Блики на его линзах застыли.       Офицер смущённо поскрёб щёку и наклонился к Марку, спросив:       — Ну что, мы счастливы, командир?       Офицер ободряюще хлопнул его по плечу.       — Да… — спохватился Марк и звучно прокашлялся. — Мы счас-с-стливы. Когда вернуться лаборанты, раздай им для обороны.       Офицер кивнул и подал знак остальным. Пешки мигом подхватили ящик и понесли его обратно к складу. Пока те разворачивали короб, Камю сумела разглядеть потёртую надпись, которая блестела краской со скрытой до этого стороны:

PANZERFAUST 100

      Запершили наушники Марка. Герцог запрашивал связь. Инженер щёлкнул по каналу и хрипло спросил:       — Что там у вас?       — Замечена надвигающаяся сейсмическая активность.       Марк поднял ладонь с двумя скрещёнными пальцами. Офицер махнул пешкам, и те как ласки попрятались в вырытых укреплениях.       Пнув раскрошенный асфальт, инженер спросил главное:       — Минирование ус-с-спели закончить?       — Заложили всё, что было, но пара погремушек провалилась слишком глубоко.       Марк на мгновение застыл.       — ..Как?       — Мы забыли учесть подземку города, — тихий голос Герцога на мгновение заглушил раскатистый грохот. — Прямо под нами вдоль улицы проходит ветка метрополитена.       — Куда? — выдохнул Марк. — Она что, упирается в реку?       — Мост двойной, — пояснил Герцог, и сердце инженера рухнуло в пятки. — Сверху машины, понизу поезда с вагонами. По туннелю под нами сейчас движется огромная волна искажённых. Я отзываю лаборантов.       С писком связь обрубило, и Марк мигом вскочил на бетонную насыпь. Офицер услужливо подкинул армейский бинокль. Инженер перехватил его и, подкорректировав фокус, рассмотрел далёкий перекрёсток.       И как назло задрожала земля.       Трое лаборантов едва успели забежать за линию пулемётов, когда дорогу подорвало на дыбы столпом из глины и грязи. Взрыв одной глубинной бомбы запустил во все стороны грохочущий каскад. На воздух подбросило куски брусчатки и огрызки человеческих костей.       Перепад давления под землёй заставил канализационные люки разлететься под напором воды, раскалённой до сжатого пара. За считанные секунды обзор заволокла густая алая дымка.       Дорога ожидаемо не выдержала бомбёжку, обвалившись на уровень метрополитена. В результате раскрошенный ров отрезал перекрёсток от прохода на мост. Махнув рукой, Герцог одолжил ладьи и осторожно двинулся вперёд.       Из-под земли раздался низкий сребечущий писк.       Ладья представляла собой дрона нового поколения, уже не раз сталкивающегося в противостоянии со СверхВычислителем. В отличие от пешек или офицеров, по пропорциям она походила на грузного и широкоплечего великана. Вооружённые дробовиками и ростовыми полицейскими щитами, они как никто другой умели держать строй и удар под натиском СверхВычислителя. Компания щедро обвесила юнитов класса «танк» бронепластинами, патронтажем крест-накрест и глухим шлемом, скрывающим дисплей. Редко, но люди умеют учиться на ошибках и закрывать очевидные слабости дронов.       По команде роботизированная стенка сомкнула щиты. В ту же секунду из пролома хлынуло потоком из искажённых дронов.       Когда-то эти работяги были в подчинении у человека, теперь же под влиянием СверхВычислителя в своих хозяивах они нашли лишь корм и приют. В самом естестве искажённые роботы пытались «подражать» людям. Сознанием или только внешностью — для поехавшего ИИ особой разницы не было. По его приказу списанные работяги выбирали самый простой способ выглядеть как человек — буквально надевать того второй кожей.       Именно поэтому в волне из искажённых виднелись человеческие головы, руки и ноги, болтающиеся из стороны в сторону. Из провалов глаз воспалённым светом горели дисплеи с битыми пикселями. Марк до скрипа сжал зубы, разглядывая в толпе десятки, если не сотни детских лиц. Именно детей эти твари выбирали как «одёжку», лучше всего подходящую им по пропорциям.       Грянул гром.       Залпа из четырёх ружей было достаточно, чтобы выбить сплошной фонтан гнилой крови и стальных ошмётков. Отдачей то, что осталось от искажённых, отбросило назад и швырнуло под ноги выбирающимся из рва. На скользких от слякоти краях оставались оторванные зубы и обрывки ногтей — настолько эти твари желали выбраться наружу.       Шестой залп расчистил до рва кровавую дорожку.       Из-за спины ладей взмыла фигура. Алая дымка, смешанная с горелым порохом, рванула вслед за лезвием двуручника. Работяга успел только задрать голову, когда его череп размазало в фарш ударом звёздного металла. Гнев Сириуса выплеснул в стороны снопы искр, прожаривая плоть со сталью до чёрного нарыва.       Пинком Герцог подбросил лезвие — голову снесло троим дронам. Когтистая рука пробила грудь четвёртого, пригвоздив гнилое тело к земле. Протащив того отчётливой колеёй, наёмник швырнул дырявый остов вперёд. Снарядом труп сбил новых тварей обратно в ров.       Отчаянный крик резанул по ушам.       Герцог огляделся. Организованными выстрелами ладьи и пешки опрокинули искажённых обратно в разлом, но им на помощь уже выдвинулись твари с улицы. Из окон, дверей и груд мусора показывались всё новые и новые головы искажённых. И нигде наёмник не мог найти источник этого отвратительного звука.       Над ним нависла тень.       Герцог поднял голову, и его накрыло остовом обглоданной машины. В облаке пыли тело наёмника прикатило к щитам ладий. Дроны успели перезарядить ружья, очередным залпом отгоняя полезших искажённых.       Разглядывая авангард через армейский бинокль, Марк прошипел себе под нос. Вдали, за полосой рва, очертаниями проступала фигура отродья. Огромная амальгамация человеческой плоти и стального остова дрона-погрузчика — этот монстр на порядок отличался от остальных своей чудовищной силой. Парой-тройкой своих рук эта тварь хваталась за разбитую машину и, безумна вереща, швыряла ту прямо в сторону ладей.       Ко второй подаче Герцог уже был готов, располовинив электрокар ещё в полёте. Марк откровенно ругнулся, когда из разлома повалило точно такое же отродье. То, только завидев грузные фигуры ладий, тут же бросилось вперёд, давя и разбрасывая в стороны всех искажённых на пути. Инженер поднял сжатый кулак.       К автоматным очередям пешек добавился треск пулемётов.       Камю хмуро смотрела на то, как из шести гнёзд стреляет лишь пара. Марк подал ей знак, что всё в порядке, и вернулся обратно к биноклю. Как минимум, даже двух огневых точек оказалось достаточно, чтобы расчистить Герцогу поле для манёвра.       Отродье уже вырвало из рук ладьи полицейский щит. Дважды выстрелив твари в упор, дрону удалось с корнем оторвать одну из мутировавших рук. Второй вдарили ему в грудь с такой силой, что робота опрокинуло на спину.       Добить юнита помешал Герцог.       Взмах по сухожилиям обрушил тварь на колени. Следующий за ним выпад пронзил её насквозь. Верещащая туша затихла, и Герцог со столпом крови вырвал двуручник обратно. Ладья успела подобрать щит и прикрыть наёмника от броска мотоцикла.       — Хи-хи-хи.       От мерзкого хохота у Марка похолодели пальцы. Переведя фокус на звук, инженер увидел вдалеке очертания дрона, расправившего сегментированные крылья.       На дорогу обрушился каскад молний. Вереница вспышек бледно-зелёного света ударила по глазам. В ушах тут же запершили наушники, пеленгуя о взломанных каналах связи.       Убрав руку с лица, Марк разглядел десятки уничтоженных фонарей и стёртых в пыль вывесок. По его прикидкам укрепления пешек не задело. Вероятно, в этом помогла Камю, державшая между пальцами остроконечную фигурку.       Появление самих демонтажников не заставило себя долго ждать. Насыпи вокруг двух гнёзд подорвались с подачи шести рокетлаунчеров. В воздух взметнуло масло, крошку и оторванные конечности.       Выжившие пешки огрызнулись автоматной очередью. В ответ на них обрушилась лавина пуль с воздуха. Брызнул сноп искр, и маслом раскрасило стёкла ближайших машин.       Универсальный арсенал этих тварей пугал Марка гораздо меньше, чем скорость их регенерации и мыслительных вычислений. Отродья и искажённые были лишь пушечным мясом, позволяющим своим более сообразительным собратьям найти слабость противника, чтобы затем ударить его в самое сердце.       Демонтажники мигом вычислили главную цель, скрывающуюся за щитами авангарда. Два укреплённых гнезда. Лязгнули крылья, и три фигуры стрелой вонзились в обслугу одного из пулемётов.       Наводчику сорвало голову. Подающий только успел выставить перед собой руки, когда в его горло впилась клыкастая пасть. Алый шарик стратагемы не уберёг стрелка от той же участи.       Мигом второе гнездо переключилось на демонтажников. Ему в помощь затрещало третье, до этого скрытое за бруствером из бетонной крошки. Бесполезно.       — Хи-ха-ха!       Сегментированные крылья демонтажников могут выдержать очередь из крупнокалиберного минигана, что уж тут говорить об пехотных переносных пулемётах. Закрывшись в коконе из лезвий, тварям ничто не мешало дожирать оставшееся от дронов-обслуги. Вопреки всякой логике Марк только обернулся назад.       На вязком небе зажглась единственная точка. Человеческие уши едва сумели различить в какофонии выстрелов и хохота слабый хлопок откуда-то с воздуха. По глазам резанула алая вспышка.       «БА-БАХ!!!»       Адский грохот выбил из небоскрёбов стёкла. Блеску осколков вторило марево из кровавых ошмётков. В воздух, как пух, бросились сегменты от крыльев.       Ударной волны почти хватило, чтобы сорвать с головы инженера фуражку. Прошипев через забитый крошкой респиратор, Марк медленно обернулся к пулемётному гнезду. Точнее к тому, что от него осталось после орбитального удара.       Выстрел из орудия космического крейсера имеет поражающий коэффициент точности. И, конечно же, ударную мощь. Кратер, оставшийся после орбитального удара, вился горелой дымкой и кипящим асфальтом. Ценой всего нескольких пешек и списанного в утиль пулемёта Марку удалось отправить на тот свет сразу трёх демонтажников.       Пригнувшись от шальной очереди из ПП, инженер спустился обратно к столу.       — Это не блуждающая орда, на которые мы нарывалис-с-сь до этого.       Подручный кивнул. В свою очередь Камю раздражённо нахмурилась:       — Ими кто-то руководит?       — Конкретно этим сбродом? Нет, — пояснил офицер. — Они просто бегут от тех, кто кровожадно дышит им в спину. Хотя, если демонтажники — это всё, что у них есть, то во главе вряд ли будет кто-то серьёзный.       — Не советую делать на это с-с-ставку.       Офицер невольно вздрогнул. Медленно дрон обернулся обратно к Марку, что до скрипа сжал в хватке бинокль. Камю осторожно спросила:       — Всё настолько плохо?       — Нам в авангард ударила искажённая ладья.       Ветер отчаянно взвыл в ушах. Во рту вспыхнула горечь. Демонтажник перед Герцогом дёрнулся и сплюнул шмат масла на раскалённый асфальт.       С хрустом наёмник вырвал из трепыхающегося тела ядро и раздавил его в кашу перед затухающими глазами. Грудой обломков дрон рухнул в чавкающую слякоть.       В отражении вязкой жижи вспыхнула молния, гром которой рассёк визг искажённых.       В последний момент ладья подняла щит, отчего пикирующий демонтажник пронзил лезвием только заслон. Мгновенно манипуляторы сменились на когти.       В стороны брызнула вереница искр, но ладья выдержала натиск и сумела просунуть ружьё в смотровую щель.       Грянул выстрел.       Лицо юнита сплошником залило маслом, органикой и шипящей кислотой. На мгновение дрон потерял зрение. Герцог глянул ему за спину и крикнул:       — Берегись!       Слишком поздно. Ладья успела только обернуться, когда огромный топор по древко вошёл дрону в грудь.       Всплеснуло масло, затрещала сталь.       Руки в громоздких наручах ловко перехватили рукоять и в одно движение перекинули дрона через голову, обмотанную щупальцами с ложноножками. Тело ладьи рухнуло в грязь, окончательно разбив разжиженный асфальт.       Остов дрона не выдержал и треснул, как гнилое полено.       Массивным ботинком пришлось упереться в грудь дрона, чтобы с плеском вырвать топор обратно. Десяток глаз на ржавом нагруднике перевели взгляд с промасленного лезвия на Герцога, раздражённо сжимающего меч.       Из прогнившего нутра дрона печально донеслось:       — О-о-о, — россыпь зенок в предвкушении задрожала. — Я тебя не заметил.       В сторону Герцога ткнули пальцем размером с обожравшуюся личинку.       — Ты следующий.       — Да пожалуйста, — сплюнул наёмник.       Его слова рассекло лезвие.       Машину справа опрокинуло набок. Герцог пригнулся, и размашистым ударом демонтажника-неудачника впечатало в столб. Бетон пошёл трещинами, и фонарь поваленным деревом рухнул на дорогу, раздавив в гниль трёх искажённых.       Герцог и не надеялся спарировать топор. Отшагом он пропустил древко и врезал твари по коленям. Громадина даже не шелохнулась, ударом плеча заставив наёмника пропахать ногами колею, прежде чем остановиться в скольжении. Блеснуло лезвие над головой.       Раскалывающий удар раскрошил асфальт в труху. Слякоть заглотила обух, и Герцог опёрся ногой на него. Он сморгнул момент, когда его подбросило в воздух. Меч сам бросился на прогнившую шею.       Первым в грязь грохнулся Герцог, отсечённая голова твари уже следом. Глаза вокруг пасти на спине монстра даже не дрогнули. С волчьим рыком наёмник наблюдал, как череп разливался плесневелым гноем, пока вонзённый в масляную лужу топор пульсирующими венами напитывался чёрным.       Из оголённой шеи выстрелили щупальца. Герцог рассёк выпад, но только часть из них бросилась на него — искажённым вокруг монстра повезло меньше. Щупальца пронзали дронов и тащили их дёргающиеся тела к раскрытой пасти, пожирающей обречённых под их отчаянный визг. Органика на остове дрона словно забурлила.       Было ли это с горячки боя, но Гецог готов поклясться, что ладья нарастила мышцы, когда встала обратно в полный рост. Одно щупальце вонзилось в зев, пошерудило там и с выплеском кислоты вырвало голову одного из пожранных дронов. Черепушку с глючным дисплеем обвило остальными щупальцами и бережно поставило на пустое место.       Отростки взяли под контроль экран и вывели на нём хмурое выражение:       — Было больно.. [раздражённое лицо]..       Герцог повёл плечами и сипло прошипел:       — Трупоед…       — Ассимилятор, [пренебрежительный смех], — поправил его голос Син, но затем из горла твари послышался знакомый рокот: — Повезло.. в меню на сегодня волчатина. Деликатес.       С пронзительным воем Гнев Сириуса столкнулся с лезвием плотоядного топора.       Наученный горьким опытом Марк различил вдалеке не только грохот, но и взрывы ракет, пулемётные очереди и становящийся всё безумнее хохот демонтажников. От второго орбитального удара мост зашатался ещё сильнее. Такими темпами они сами обрушат себя в воду.       Инженер выхватил из кобуры пистолет и кивнул офицеру напротив.       С отчётливым звуком по щебню покатились медные парабеллум, которые Марк высыпал из обоймы. На пластиковый стол подручный осторожно положил горсть почти таких же патронов. Камю пришлось прищуриться, чтобы разглядеть их единственное отличие: почерком каллиграфа выведенное слово:

Poison

      У последнего офицер сорвал стикер с черепом и скрещёнными под ним костями. Камю обречённо выдохнула, когда этими патронами Марк зарядил люгер. Взглянув на винтовку, которую снял с плеча офицер, она осторожно спросила:       — Вы точно не грабили исторический музей?       Марк слабо хмыкнул. Офицер насупился:       — Никогда не недооценивай противника, который тебе незнаком, — зарядив мосинку подписанными патронами, дрон по-родному передёрнул скользящий затвор. — Даже на сегодняшний день от рака умерло меньше людей, чем от этой винтовки.       — Сомневаюсь, что то же верно и для демонтажников, — хмыкнула Камю и обернулась к Марку. — Ваше старьё просто не способно им навредить. Дульная мощность чуток маловата.       — Убивает не винтовка, а пуля, — подметил офицер.       — Пуля дура, — парировала Камю. — А ваши медяши и того хуже. Демонтажники не настолько тупые, чтобы не уметь различать калибры. Эти патроны не способны нанести им никакого вреда, поэтому они не станут даже пытаться увернуться от них.       — Именно это их и погубит.       Замечание Марка осталось без внимания. Камю лишь кисло усмехнулась и поманила гувернёров. Уже её офицер положил на стол узорчатый кейс и распахнул его. Внутри Марк увидел незнакомую ему огромную винтовку с рожками патронов пятидесятого калибра.       Гораздо больше здесь сказать мог офицер, что звучно присвистнул:       — Barrett M82, причём модификации A2 для стрельбы с колена и стоя, — пока дрон снимал пиджак и закреплял на портупее обоймы, подручный Марка не удержался: — Так-то этой штукой сбивают вертолёты.       — В ценовой категории демонтажники ушли здесь не шибко вперёд.       Офицер собирался возразить, но отчаянный писк коммуникатора оборвал его. Инженер глянул на голубой экран и махнул рукой:       — Всем приготовиться.       Лицо Камю скривилось от досады:       — Да ты шутишь...       Её голос безжалостно рассёк сигнальный гудок.       Что-то внушительное пронеслось под их ногами, растрясло землю и завизжало за спиной тормозными колодками. Камю в недоумении обернулась. Со всех сторон за железную ограду полетели крюки-кошки и абордажные жгуты щупалец.       Этого и боялся Марк. С подачи СверхВычислителя урбанистическое устройство города становилось врагом любого, кто застрянет в застенках его улиц. Благодаря метрополитену твари с чудовищной скоростью перебрасывались между округами на точки сражений. По опыту инженер мог прикинуть, что в горло его отряда вцепился контингент целого сектора.       Герцог слишком поздно разведал подземку, отчего ему удалось обрушить только один из туннелей. Поезд второго сейчас звучно распахнул свои двери. Взвизгнула бечева, и над кованой оградой Марк разглядел с десяток облепленных органикой дронов.       Остовы искажённых пешек изъели клыкастые пасти с пульсирующими зенками. Необратимыми мутациями некоторые из них отрастили себе щупальца и клешни вместо рук. Марк готов был поставить бейджик Компании, что каждая из этих вздувшихся тварей сожрала несколько себе же подобных.       Инженер оглянулся. Гувернёры выступили в арьергард. Пешки рассредоточились по периметру. Один из пулемётов удалось развернуть на возвышенности. Офицер Камю передёрнул затвор, когда подручный Марка вскинул винтовку с примкнутым штыком.       Инженер сорвал с пояса фиолетовую стратагему и бросил её под ноги наступающим тварям. Грохот выстрелов почти заглушил предвкушающий визг искажённых.       Только благодаря усиленному слуху Камю расслышала выкрики Марка:       — Грузовик! — кислотная молния ударила совсем рядом и разбросала в стороны работяг. — Нам надо удержать его до подкрепления!       Камю далеко не аристократично выругалась, когда из-под ног раздался рёв ещё одной искажённой ладьи.