IGNITE

Руки Эндрю шарили в замке от комнаты Нила, пока вся компания «монстров», как их называли старшекурсники, стояла у него за спиной. Когда-то давно, он, может, и верил, что вскрыв достаточно дверей самостоятельно, холод в груди пройдет, но сейчас процесс взлома просто вошел в привычку. Ввод ножа. Ритмичное вращение. Знакомый лязг. Ожидание для него всегда было смертной скукой. Услышав щелчок, они вошли в апартаменты и раскинулись на диване в гостиной в ожидании своего особого гостя. Молчал даже Ники, пытаясь скрыть свое волнение. Когда послышался звук смываемой воды в унитазе, Эндрю тут же пошел за Нилом, но тот уже быстрым шагом направлялся в спальню, неся в руках груду вещей. Закрывать дверь он не стал, медленно положил свои пожитки на кровать и обернулся. Голубые. Его глаза голубые. Черная одежда хорошо оттеняла этот цвет, а тусклая лампа в коридоре, казалось, подсвечивала их изнутри. Эндрю хотел подойти поближе, однако Нил сделал это первым. Наверное, та река в Египте — Нил, именно такого оттенка, подумал Эндрю, протягивая руку к чужому затылку. Нет, это голубизна чистого океана, чего-то, что такому ничтожеству как Миньярд никогда не увидеть в этой жизни. Он уставился в незнакомые глаза и притянул Нила еще ближе, словно уменьшение расстояния, позволит ему нырнуть на самое дно. Эндрю забыл, что не умел плавать. — Еще одно нежданное проявление честности, — сказал он, и в горле запершило от длительного молчания. — С чего вдруг? — Ники вежливо попросил. Ты тоже можешь попробовать, вдруг получится. — Мы это уже обсуждали. Я никого ни о чем не прошу. — Эндрю моргнул, запоминая каждую черточку в чужой радужке. — Пора идти. Он отстранился и вернулся в гостиную, сверяясь с часами на стене. Странно, большая часть лекарства должна была уже выйти. — Фигасе… Нил, да ты красавчик! — воскликнул Ники. — Так можно говорить или это против правил? Просто… черт. Аарон, не дай мне сегодня упиться. Сколько раз нужно ударить человека, чтобы выбить из него хотя бы частичку дерьма, задал Эндрю вопрос самому себе и прикурил сигарету. — Не вынуждай меня оторвать тебе башку, — устало предупредил он. Хэммик вскинул руки в защитном жесте. — Все-все, я понял. — Точно? — Клянусь, — тихо произнес Ники. Эндрю спрятал зажигалку, борясь с желанием подпалить шевелюру кузена и вышел в коридор — он не хотел начинать вечер с насилия. Это моветон. Дождавшись, пока остальные последуют за ним в коридор, он прошел к лестнице и спустился вниз на парковку. Ногти больно вонзились в мягкую ткань ладони, отгоняя первую волну тошноты. Пропустив Нила на сидение посередине, Эндрю глухо привалился к окну и почти сразу уснул, пытаясь пропустить хотя бы часть ломки. Его локоть словно ударом тока обожгло болью, когда тот врезался в чужой живот. Потирая ушибленное место, Эндрю онемело оглядывался по сторонам, пытаясь прийти в себя. Аарон щелкнул пальцами рядом с его лицом, привлекая внимание: — Где сворачиваем? — спросил он. Эндрю положил локти на спину скорчившегося Нила и протиснулся между передними сидениями, тепло чужого тела приятно согревало ознобшуюсь после сна кожу. Сначала машина мчалась мимо пустоши, но вскоре Эндрю узнал несколько строений и прикинул их местоположение. — Не здесь, дальше. Перед поворотом будет указатель «Вафли и выпечка». — Это же Южная Каролина, — усмехнулся Ники, — тут на каждом углу вафли и выпечка. Нил, ты как там, дышишь? — Да, — хрипло отозвался Нил. — Кажется. Эндрю нехотя убрал руку с его спины и принялся разглядывать собственные ладони. Глаза, готовые вывалиться из орбит, болели, кожа на ощупь была холодная и потная, а пальцы охватил тяжелый тремор. Он не доедет до кафе. — Ники, — позвал Эндрю. Ники обернулся, посмотрел на кузена и, возвратив взгляд на дорогу, увеличил скорость. — Скоро будем на месте, — пообещал он. Мир вращался все быстрее и быстрее, и Эндрю почувствовал желчь на языке. — Тормози, — приказал он. — Мы на эстакаде. — Сейчас же. В момент, когда машина совершила резкий поворот направо, Эндрю рывком открыл дверь и позволил содержимому желудка выйти наружу. Его тело тряслось, а по позвоночнику бежали толпы неприятных мурашек. Он услышал голоса за спиной, и откинулся назад. — Господи, Эндрю. — простонал Ники. — Заткнись, — прохрипел Эндрю и несколько раз сплюнул на землю. — Просто довези нас до места. Его костяшки побелели от сильной хватки за подголовник переднего сидения, а виски заболели от того, насколько сильно он зажмурил глаза. Голова наполнилась дымом, но он отказывался мысленно переноситься куда-то в другое место, чтобы облегчить свои страдания. Эндрю способен выдержать все, принять любой удар, не выпив обезболивающего, и ему не нужно ничего, что могло бы перенести его через страдания. Однако в этом его тело ему было неподконтрольно. Он много раз пытался бросить медикаменты, заставлял братьев запирать его в ванной, как он когда-то проделывал с Аароном, но каждый раз это оборачивалось неудачей. Первые три попытки провалились, потому что парни не смогли выслушивать все его крики и оставить за дверью, а покидать дом он им запретил. Тогда он увеличил угрозы в их сторону, рассказывая что именно сделает с людьми, которые им дороги, если те хоть раз проявят к нему жалость. Четвертая попытка провалилась, потому что он переоценил надежность двери. Пятая из-за полицейских, услышавших шум внутри дома. После шестой он проснулся в луже крови рядом с лицом Ники залитым слезами. В кафе «У Красотки» было как обычно многолюдно, хотя немногие здесь задерживались большее чем на полчаса — еда была паршивой, а интерьер и того хуже. Эндрю на автомате взял необходимое количество пластиковых пакетиков с печеньем и высыпал их содержимое себе в рот, пережевывая сухую крошку. Его компания заняла столик в углу, и он запихнул пустые упаковки в фартук официантки, готовя ту к их особому заказу. Воспринимать реальность становилось все труднее, как и сдерживать дрожь по всему телу, и он демонстративно положил ладони на стол, показывая, что последнее, что его волнует — это свое состояние. Поймав на себе, тяжелый взгляд Кевина, Эндрю проследил за его рукой, вынимающей пузырек с таблетками: — Прими лекарство. Рот наполнился слюной, а руки затряслись сильнее. — Пошел ты, — с силой выговорил он. — Да у тебя ломка, — послышался голос Нила, Эндрю претило то, что тот видел его в таком состоянии. — Убери на хер, пока я тебе самому не затолкал их в глотку. Кевин внял угрозе и подчинился. Едва дождавшись, когда официантка принесет пакетики, наполненные наркотой, Эндрю потянулся к горке сложенных салфеток. — Люди же вокруг, — пробурчал Аарон. Проигнорировав реплику близнеца, Эндрю вскрыл два пакетика и высыпал их содержимое в рот, а остальное раскидал по карманам. Выждав пару минут, он почувствовал, как мир приобретает чересчур яркие цвета, но оставляет контроль над его телом. Он расслабленно съел принесенное мороженое и почувствовал, как сахар и холод защипали язык. Существовать стало терпимее, и он расслабленно откинулся назад, ожидая, пока остальные закончат есть. Аарон расплатился за еду и упер долгий взгляд в карман близнеца, видимо уже заметил пропажу свой заначки. До «Райских сумерек» они доехали за несколько минут и на входе встретились с знакомыми охранниками Сэмом и Полом, оба были массивными горами мышц значительно старше парней. Когда братья работали в клубе на кухне, именно они помогали им устроиться в городе, обрести связи и нескучно провести время. Эндрю отсалютовал им двумя пальцами, и вместе с остальными вошел в клуб. Пятничная музыка глухо отражалась от стен и проникала в грудную клетку, отгоняя малейшие мысли в самом зародыше, что и требовал изнуренный мозг Эндрю. Он и не осознавал, как сильно вымотался за прошедшую неделю, воюя с внутренними демонами и демонами Кевина. Найдя относительно свободный столик, они расчистили его от грязной посуды и притащили стулья с разных концов зала. Эндрю просунул палец под ворот толстовки Нила и потащил того к стойке с напитками в сторону знакомого бармена Роланда Морриса, который тут же заметил их в толпе. Его взгляд оценивающе скользнул по новоприбывшим: Роланд знал их компанию уже два года и понимал, зачем Эндрю приводит к нему новичков. К счастью, его моральный кодекс ограничивался одним тетрадным листком. — О, Эндрю, уже вернулся? И кто твоя новая жертва? — Никто, — ответил Эндрю, протягивая руку за барную стойку. — Нам как обычно. Роланд понимающе кивнул и посмотрел на Нила. — А ты что будешь? — Я не пью, — сказал Нил. — Значит, газировку, — заключил тот и ушел готовить заказ. Когда он подал напитки, Эндрю заученным движением принял у него поднос, внимательно смотря на последний бокал — особый подарок для Нила, чтобы отвлечь внимание. Дожидавшийся их Ники отошел в сторону, чтобы Эндрю мог поставить коктейли. — Будем! — провозгласил Ники, и все дружно чокнулись. Шот водки проскочил вниз по горлу и вызвал неприятную судорогу на языке, но Эндрю даже не поморщился. Отдавшись громким басам, он прикрыл глаза и сосредоточился на вибрациях во всем теле, которые давили и на болезненно чувствительные виски. Их стол быстро опустел — настало время идти за добавкой. Взяв поднос с грязной посудой, он растолкал стоящую перед ним толпу и двинулся назад к Роланду, замечая боковым зрением, как Нил идет следом. Пусть видит, как готовятся напитки, это усыпит его бдительность. Эндрю подал поднос и прицельно посмотрел бармену в глаза, тот понял намек и нашел под одним из стаканов припрятанный пакетик для их гостя. Не говоря ни слова, тот налил все напитки в стопки, среди них выделялась лишь одна — самая большая, наполненная газировкой и дурью. Роланд посмотрел на парней и открыл рот, намереваясь что-то сказать, но передумал и покачал головой. Вдвоем с Нилом они двинулись назад, продираясь сквозь извивающуюся толпу. Эндрю положил напитки на стол и разбросал вокруг оставшиеся пакетики с пылью, замечая, как Аарон подозрительно смотрит сначала на них, потом на близнеца. — «Крекерная пыль», — пояснил Ники для Нила, надрывая упаковку. — Слыхал? На вкус как соль с сахаром, и приход от нее нехилый. Точно не хочешь? — Наркота — отстой. — Ой-ой, — улыбнулся Эндрю, хотя эта мысль его не позабавила. — Поосторожнее с оценками. — Я считаю такое поведение идиотским и извиняться за это не собираюсь. — Кипишь праведным гневом? — фыркнул Эндрю. — Стараешься меня задеть, потому что на тебя давит тяжкий груз твоей праведности? — Праведность — для тех, кто ни черта не понимает в жизни. — Полегче, парни, полегче, — попытался утихомирить их Ники, расставляя шоты с алкоголем. — «Пыль» — не тяжелая дурь, просто помогает скрасить вечер. Думаешь, Кевин стал бы рисковать будущим ради тусы в клубе? — Каким будущим? — мрачно спросил Нил, и в ответ на это Эндрю внутренне усмехнулся. — Выпей с нами, если не хочешь закидываться, — сказал он Нилу, держа в одной руке надорванный пакетик, а в другой — шот. — Ну, на счет «три»! Эндрю закинул в рот алкоголь и с широкой улыбкой наблюдал как выражение отвращения на лице Нила сменяется шоком. Тот встал, но Эндрю запустил руку в его волосы и рывком усадил за стол. Вдвоем с Ники, они прижали запястья Нила к столу, не позволяя тому вызвать у себя рвоту. В крови бурлили наркота, алкоголь и возбуждение, из груди рвался ликующий смех. — Только сейчас заметил, да? — оскалился Эндрю. — Ну и идиот. — Т-ты… — прохрипел Нил. — Решил, что заказывать напиток самому себе безопасно? Роланд знает, что делать, когда я привожу сюда чужаков. Нилу удалось освободить руку из хватки Эндрю, но тот снова дернул его за мягкие волосы, было почти что приятно. Он представил как снимает с него скальп, а затем наклонился и изучил расширенные зрачки, которые даже в таком тусклом свете не сливались с голубизной радужки. — Почти готов, — сказал он. — Еще минута, и его вштырит. А пока почему бы нам слегка не развлечься? Вечер только начинается. Эндрю отпустил Нила и предоставил его на милость парней: — Держите его в центре танцпола, пока наркота не подействует, и следите за Кевином. С этими словами он взял поднос с грязными стаканами и неспешно отнес на барную стойку, за которой трудился Роланд. Их взгляды встретились, и Роланд резко остановился и крикнул что-то своему напарнику. Эндрю не стал медлить; его тело было охвачено приливом адреналина. Он быстро прошел в кладовку на другом конце зала. Спустя минуту внутрь прокрался Роланд, запер за ними дверь и на мгновение замер, привыкая к полумраку помещения. Воспользовавшись кратким замешательством, Эндрю решительно бросился вперед, развернул Роланда и прижал его к стене. Секунду Эндрю всматривался в ухмыляющееся лицо Роланда, пока тот не выдохнул ему в лицо: — Да поцелуй меня уже. Эндрю сорвал бандану с шеи Роланда, обвязал его руки и прикрепил к трубе, для надежности дернув один раз. Тот хоть и поморщился, но ничего не сказал, предпочитая подначивать Эндрю взглядом. В ответ на это Эндрю ухватил бармена за ворот рубашки и притянул к себе. Их губы встретились, и дыхание смешалось, нарушая тишину комнаты. Это было скорее столкновение, чем поцелуй, наполненное напряжением и остаточной злостью. Ощущение грубой настойчивости, когда каждый пытался переиграть другого, приносило не столько утешение, сколько разрядку Поцелуй был давно знакомый, скомканный и рваный. Щетина на подбородке бармена неприятно щекотала кожу, не давая утонуть или забыться, Эндрю накрыл подбородок Роланда ладонью, чтобы на его лице не осталось царапин. В ноздри ударил запах карамельного сиропа, виски и дешевого шампуня. Одной рукой он выправил рубашку из джинс и задрал ее кверху, обнажая торс. Эндрю знал тело Роланда наизусть, с закрытыми глазами мог представить выпуклости недавно сделанных татуировок, шрамы внизу, оставленные неудачной операцией. Он провел пальцами вверх и вниз, не боясь причинить боль. Он знал, что Роланд не боится щекотки. В этих прикосновениях не было ничего деликатного и нежного — лишь грубоватая честность и желание снять внутреннее напряжение. Эндрю действовал с поспешностью и некоторой неуклюжестью, у него было не так много времени, прежде чем вернуться к Нилу и начать вытягивать секреты из его помутненного сознания. Почему-то мысль об этом заставила его грубо схватить Роланда за волосы на затылке, не позволяя тому пошевелиться, и заглянуть в карие, почти черные глаза. Словно почувствовав нерешительность Эндрю, Роланд усмехнулся ему в губы: — У него смазливая мордашка, кстати. Как раз в твоем вкусе. Эндрю неопределенно пожал плечами, скорее соглашаясь, чем опровергая. — Что-то в нем есть, но очень сомневаюсь, что он задержится тут надолго. В этом плане Нил проблемой не станет. — Это потому что у него уже кто-то есть или потому что ему не нравишься ты? — Не имеет значения, — раздраженно выплюнул Эндрю и прижался к нему губами, продолжая исследовать рот языком. Быстрее, чем ему бы это наскучило, он разорвал поцелуй, дернул за край банданы, освобождая руки Роланда, и отступил на один шаг. Тот потянулся к его лицу, за что получил пинок в лодыжку, от которого ойкнул и поморщился, прижав руку к согнутому колену. — Ты знаешь правила, — вызывающе напомнил Эндрю через плечо, отпирая дверь, и двинулся на танцпол. Обходя скользкие от пота тела, он уверенно двигался в самый центр и безошибочно нашел взглядом Нила, пытающегося обрести равновесие на нетвердых ногах. От тяжелого толчка к стене, все его попытки провалились, и губы Эндрю растянулись в улыбке от наслаждения. Он медленно подкрался к Нилу и остановился совсем рядом, облокотившись плечом к стене. Нил выглядел жалко: прическа растрепалась, воротник рубашки был задран, а губы странно раскраснелись и блестели от периодических вспышек света. Глазами он пытался расплавить Эндрю и оттого походил на плешивого дворового кота, отчаянно сопротивляющегося службе отлова. Эндрю схватился за сердце и с умешкой вздохнул: — Какая неблагодарность! Бухло было недешевое. — Ненавижу тебя! — Вставай в очередь. — его губы растянулись в усмешке полной самодовольствия. — Вряд ли от этого я стану хуже спать. — Когда ты уснешь, я убью тебя. — Да ну? Сам справишься или наймешь кого? На приличного киллера денег у тебя точно хватит. Возникает вопрос, откуда у ничтожества вроде тебя такие бабки. — На дороге нашел. — Вон оно что, — протянул Эндрю. «Надо лишь знать, куда идти», — вспомнились слова Бетси. Его губы растянулись в широкой улыбке, как будто действие веществ еще не совсем выветрилось. Даже хорошо, что Нил не излил всю душу сразу, как когда-то сделали Дэн и Мэтт, пусть еще немного повыеживается и даст Эндрю полунаводки. Это походило на разгадывание лабиринта: видишь то, насколько он широкий и запутанный, и с остервенением выбираешь следующие ходы. Эндрю попытался припугнуть Нила вылетом из команды — тупик. Приплел полицейские допросы — снова не туда. Новых путей пока видно не было, он что-то упускал, впрочем, это было ненадолго. — Не нравится мне, как ты на него смотришь. «Воронов» переводят в наш округ, и в моей команде тут же появляешься ты. Ты — криворукий лох из Аризоны, который чем-то привлек внимание Кевина. Ты — фальшивка с головы до пят, с полной сумкой бабла, дрочащий на Кевина и Рико. Теперь понимаешь? — Издеваешься? Я не крыса! — Докажи, — фыркнул Эндрю. — Даю тебе минуту. Только подумай хорошенько, стоит ли испытывать мое терпение. Я скоро вернусь. Он оттолкнулся от стены, нашел взглядом Ники, который наблюдал за ними неподалеку, и кивком головы указал на Джостена. Ники понял намек и направился в их сторону, а Эндрю уже нырнул в толпу и небрежно направился к столику. Кевин крутил в руках стопку и перекидывался фразами с Аароном, но заметив его, они резко замолчали, и Кевин постучал четырьмя пальцами по столу. Эндрю кивнул, забрал грязные стопки и ушел к барменской стойке. Роланда видно не было, но его это не особо волновало, видимо тот еще не успел привести себя в порядок. Эндрю перевалился через стол, взял початую бутылку водки, отсалютовал двумя пальцами заметившему его незнакомому бармену, и пошел обратно. Аарон, увидев подходящего близнеца, растворился в толпе людей, а Кевин принял бутылку из его рук. — Доволен результатом? — спросил он неразборчиво. — Еще нет. Музыка из колонок неслась мимо танцующих фигур прямиком в грудь, выбивая оттуда гулкое сердцебиение. Пустота никуда не ушла, но примириться с ее существованием было разительно легче, и Эндрю слегка прикрыл глаза, уставившись на резной потолок. Что можно скрывать так отчаянно? Было что-то в том отвращении, которое показал Нил, стоило вскользь упомянуть Воронов, но, возможно, это было всего лишь игрой воображения. Его родители ведь пропали не сами, какую роль в этом сыграл их сын? Да, начать сейчас следует именно с этого вопроса. Эндрю устремил взгляд на толпу и заметил своих братьев, тащащие безвольное тело Нила. Неужели просчитался с дозой, подозрительно подумал Эндрю, но судя по расцветающей гематоме на лбу, дело было не в этом. — Насколько я помню, задач у вас было не так уж и много. — Я отвернулся на одну секунду, — возмутился Ники. — Он заставил какого-то парня ударить его и заплатил за это соткой. Небось всю свою заначку потратил. — У него и спроси, — презрительно вставил Аарон. — Уверен, вы с ним уже нашли общий язык. Не начинай, а? — Потрясающее вложение. — Эндрю резко встал изо стола, и от этого действия стул упал и отлетел в непонятном направлении. Он подошел к ним и поднял пальцем подбородок Нила, разглядывая хорошенькую мордашку. — Вот те на. Похоже наша тусовка его не впечатлила, и наша Золушка решила сбежать раньше времени. Подцепить бы кожу ногтем и с размаху стянуть ее с этого безжизненного лица, открывая каждый сосуд, каждую связку. Все его планы, все продуманные вопросы теперь не имели смысла, потому что Нил выбрал самый тупой способ избежать разговора. Эндрю всего лишь хотел узнать правду, а Нил, похоже, сделал все, чтобы усложнить ему эту задачу. Эндрю раздраженно отпустил руку и направился к выходу из клуба. Ища глазами свою припаркованную машину, он на ходу прикурил сигарету. Если на утро Нил продолжит молчать, а что-то подсказывало Эндрю, что так и будет, ему придется вышвырнуть этого Сфинкса на помойку. Плевать, что скажет Ваймак. Плевать, как сильно будет орать Кевин. Все, что сейчас важно — это безопасность его людей, а с последствиями пусть справляются сами. Когда сигарета от последней затяжки сгорела до фильтра, он бросил ее на асфальт и с усилием раскатал по земле. Сев за руль, он зажег двигатель и с силой надавил на газ, заставляя покрышки скрежетать от напряжения. Парни уже стояли у входа, поддерживаемые вышибалами за локти: кто из них был пьянее, Эндрю сказать не ручайся. — Следи за ними в следующий раз, а то так и уснут на дороге, — рассмеялся Пол. — Особенно этот вот. Пол держал потерявшего сознание Нила за ворот рубашки, которая здорово давила на кадык, но с другой стороны его локоть поддерживал Аарон, хотя и тот едва стоял на ногах. Эндрю безучастно смотрел в открытое окно на то, как вся их компания заталкивает обмякшее тело на заднее сидение, и раздраженно стучал пальцами по верхушке дверной рамы. Пристегиваться никто не стал, и машина с гулом полетела в сторону дома Ники — ехать было всего ничего. Как только автомобиль остановился у крыльца, Аарон мигом выпрыгнул со своего места, вытряхивая содержимое желудка на подъездную дорожку. Ники, сидевший посередине, вышел следом и поддерживал кузена за талию, не позволяя упасть, на что тот раздраженно отмахивался, хотя вряд ли смог бы стоять без его помощи. Встретившись глазами с Эндрю, Ники сокрушенно пожал плечами, молчаливо выражая свое недоумение. Кевин выгрузился следом за ними и, шатаясь, помог Ники дотащить Аарона до двери. Тишину двора нарушали только резкие поскрипывания ключа в замке и непрекращаемые причитания Кевина на возню, поездку и Лисов в целом. Как только дверь за ними закрылась, изо рта Эндрю вырвался приглушенный вздох, и он отклонился на подголовник. Взгляд упал на зеркало заднего вида, из которого торчала голова Нила. Его рот был слегка приоткрыт, грудь мерно поднималась и опускалась в такт дыхания, а ресницы беспокойно трепетали из-под закрытых век. Эндрю заставил свои легкие повторять все его движения, чтобы не наброситься с кулаками в это самое мгновенье. В нем было столько гнева. Заученным движением, он сжал ладони и представил, как все его эмоции сжимаются до размера песчинки, а затем, как закапывает их в огромную темную яму у себя под ногами. Наконец, Эндрю заглушил двигатель и вышел из машины. Нил оказался вовсе не таким тяжелым как на первый взгляд, конечно, идти тот не мог, а значит тащить его придется на себе, но задачей это было несложной. Эндрю выгрузил сонное тело и, тяжело дыша, отнес до порога, откуда показалась голова Ники. — Эндрю, Господи, — ахнул тот и тут же принял ношу на себя, натужно кряхтя. — Отнеси в свою комнату и в этот раз не спускайте с него глаз. Развернувшись к машине, он вышел в ночь и вдохнул запах бензина, дерева и подгоревших покрышек. В бардачке валялись сигареты и зажигалка, между сидений стояла почти пустая бутылка водки. Эндрю закрыл дверь, сел на землю и подтянул одну ногу к себе, привалившись к машине спиной. Затяжка, глоток, снова затяжка. Где-то вдалеке прозвучал лай собаки, и Эндрю слабо усмехнулся своим мыслям. Его внутренний пес тоже презрительно втягивал воздух, чувствую опасность — время грызть новую игрушку прошло, настало время перекусить ее шею. У Нила был шанс остаться в Пальметто, и своим молчанием он этот шанс потерял.