Надежда

      — Второе пришествие наступит через неделю, ваша Тёмность, — говорит Дагон спокойным и покорным голосом. — По Земным меркам это произойдет в семь утра, седьмого ноября. События возьмут своё и в Лондоне. Это официальная информация с Небес.        Князь молчит.        — Вам также назначена встреча с Верховным Архангелом Небес для обсуждения деталей. Инициаторами встречи выступили Небеса. Придёте?        Князь поднимает голову, прекращая подробное изучение идеально зеленого листа у цветка:       — На какое время? — спрашивает он. Не хочет он встречаться с Азирафаэлем, даже находится с ним в одном измерении больше не горит желанием. Ничего он, блять, связанного с Азирафаэлем не хочет. Мерзко ему лишь от одной мысли. Что Азирафаэль может ему сказать? Очередное «я прощаю тебя»? Может лет пять назад, Кроули бы очень обрадовался. Может десять лет назад, он бы сорвался с места.        Сейчас он Князь, сейчас не сдался ему этот Верховный Архангел Азирафаэль со своими встречами.        — На сегодня, — отвечает Дагон, — через час, если судить по Земным меркам. Сейнт-Джеймский парк, он по адресу…       — Я знаю, где он, — перебивает её Князь. — Если конец света так близок, то проконтролируй, чтобы все войска были уже готовы к встрече с ангелами, если ещё не готовы, то покажи на ком-нибудь, как надо бороться. По одному из каждого легиона убить разрешаю. Но чтобы результат был эффективным.        Дагон оскаливается своими пираньими зубами и довольно кивает. Князь выбрал её почти в самом начале правления, отчего-то он понимал, что она будет продуктивным работником. Он обучил её боевым приёмам, рассказал ей, что необходимо делать и что нельзя. Судя по тому, как проходят тренировки легионов — его решение верно. Дагон с достоинством стала его правой рукой.         Она провела в Аду больше, чем сам Князь. Он знает, что на нее можно положиться в некоторых моментах. Например, когда образовалась система тренировок, Дагон заняла место на посту —Князю незачем торчать там днями, на это есть она.        — Будут ещё указания? — спрашивает Дагон.        — Есть одно, — добавляет Князь, — мне нужно два демона для встречи, но они должны быть незаметными.        Демоны стали идеальными воинами во главе с Князем. Они наконец поняли, что такое незаметность, узнали, как надо бороться и что значит слушаться начальство. Теперь образована армия с категориями воинов, вместо идущих толпой нелепых уродцев.        Он научил их почти всему, что знал.        На каждой тренировке вдалбливалось, что Верховного Архангела не то, что не убивать, даже царапины на нём не оставить.        Буквально весь Ад будет защищать Азирафаэля, если это потребуется. Даже ценой своих жизней, даже ценой победы.       Азирафаэль противен Князю, но это не значит, что он позволит кому-то ранить его. Только он может это сделать.        Только Кроули имеет право сделать больно Азирафаэлю. И, несомненно, он это сделает.       Князь выходит из своего кабинета и идет по коридорам Ада, в которых на самом деле больше не воняет. Либо он привык, либо что-то поменялось. Сейчас тренировки легионов, отчего коридоры почти пусты, а из-за дверей раздаются лязг мечей и крики демонов. Адские мечи раскаляются адским пламенем, подпитываясь энергией того, кто его держит. Это не самостоятельно пылающее оружие, обладатель которого не имеет надобности прилагать тех или иных усилий — мечи демонов являются их же продолжением, они сами питают их пламенем, что позволяет им лучше чувствовать оружие.        И это тоже было идеей Князя.        Для мгновенного убийства они зажигают меч, заставляя его пылать. Для пытки ангела они посылают малую часть энергии, тем самым не убивая, но заставляя ангелов почувствовать красу демонических пыток.        Не в обиду Вельзевул, но Князь все десять лет поднимал Ад с колен, делая из его жителей достойных воинов. Раньше они были лишь жалкими отродьями. Теперь они те, кого будет бояться любой ангел. Любой воин. Ад это больше не свалка дряни, Ад — самостоятельная часть мира.         Первые семь лет в Аду Князь не вылезал из него, обхаживая бесконечные коридоры, проводя постоянные собрания для обозначения правил нового режима. Менял мышление демонов, создавая из них разумных существ, которые даже после конца света будут для него опорой. Это было долго и сложно, но, слава Сатане, он добился должного результата.        Его боятся.        Его уважают.        Он, наконец, ценен.        Не этого ли он всегда жаждал? Князь почти занял место Люцифера и не планирует останавливаться. Он будет идти по головам, но добьется того, чего хочет.        У лифта его встречают два демона. Они очень похожи друг на друга и достаточно походят на людей. Все демоны научились создавать человеческий образ для выхода на Землю и поддерживать его долгое время.        — Дагон сказала, вам нужно два демона для подстраховки, — начинает один из них, тот, что выше.        — Да, — говорит Князь. Это тоже его план. Нахуй не сдалась ему поддержка, он сам бы справился, но он же собрался делать больно Азирафаэлю, верно? — Притворитесь людьми, сядьте на скамейки, кормите уток. Мне нужно, чтобы Архангел ощутил ваше присутствие, а не увидел вас. Это ясно?       — Ясно, — хором отвечают оба.        — Вот и славно, а теперь на Землю.        Конечно же, он опаздывает на встречу. Он демон, ему положено пренебрегать чужим временем, ему положено делать неприятно другим. Особенно поганым ангелам.        Кроули, за время пребывания в Аду, изменился и внешне. Черты лица огрубели ещё больше, волосы отросли, отчего они теперь зализаны назад, лишь две пряди выпадают спереди. На нём теперь всегда черная рубашка, черные брюки и пиджак с красной подкладкой.        Но черные очки остаются главным атрибутом. Они никогда не снимаются.        Небо в парке заволокло плотными облаками, что совершенно неудивительно для Лондона. Кроули надеется, что они окончат разговор до того как может начаться дождь.       Верховный Архангел одет в обычный белоснежный костюм. Похудел, почему-то замечает Кроули, подходя ближе. Походка теперь строгая, плечи вечно напряжены. Теперь Кроули такой. Кем он всегда должен был быть.         — Что конкретно ты хотел обсудить, Азирафаэль? — спрашивает Князь, становясь позади Верховного Архангела на расстоянии вытянутой руки. Азирафаэль вздрагивает и резко поворачивается.        — Второе Пришествие через неделю, — говорит Азирафаэль.       — Мне уже доложили, — отвечает Князь. Конечно, блять, ему уже доложили. У него уши везде. По всему Аду, по всей Земле. На гребанных Небесах даже. Чего он ожидал?       — Надо что-то с этим делать, Кроули, — произносит Азирафаэль, он замирает и резко осматривается. Архангел возвращает удивленный взгляд на него, хмуря брови, — ты с кем-то?       — Я не знаю, что могу ожидать от Небес, мне нужна подстраховка.        — Подстраховка при встрече со мной? — продолжает Азирафаэль. В его взгляде чувствуется такое предательство, что Кроули еле сдерживает улыбку.        — А ты исключение? — наивно спрашивает Князь. — Это с каких пор?        Азирафаэль замолкает. Кроули видит, как губы Архангела поджимаются, как ухоженные руки сжимаются в кулаки и расслабляются.        Конечно же он не знает, как на это отвечать. Конечно же ему обидно.        Каково осознавать, что за десять лет могло так много всего поменяться? Каково осознавать, Азирафаэль, что ты больше не на первом месте?        больно, да?       — Полагаю, — Азирафаэль прочищает горло и поднимает взгляд, — я ошибочно думал, что между нами осталось хотя бы уважение.        — Между нами не осталось ничего.        — Да, верно, ты прав, — голос Азирафаэля хрупкий, дотронься — и он рассыплется на миллионы осколков. Стекло сложно разбить, если не знаешь, куда ударить. — Разве тебе так нужен этот конец света? Давай вместе его остановим, у нас есть больше возможностей, это будет проще и легче, если работать вместе.        Кроули стоит, его руки за спиной, осанка прямая. Молчит. Что ему нужно ответить? Азирафаэль уже знает его ответ. Азирафаэль знает, что Кроули больше за ним не будет бегать, как тогда. Слишком он привык к тому, что за ним постоянно носятся.        каково тебе, зная, что я не сделаю это первым?       — Ты мне сейчас что предлагаешь? — подает голос Кроули.        — Остановить конец света.       — Ты же не дурак, Азирафаэль, как мне казалось. Нельзя предотвратить конец света. Он необходим, он нужен Земле, иначе люди вернутся к состоянию обезьян. Люди остановились в своём развитии. Не строй из себя идиота.        — С каких пор ты перестал любить людей, Кроули?        —Я не перестал любить людей, Азирафаэль, я вовсе любить не умею, — Кроули ловит руку Архангела, которая потянулась, чтобы снять черные очки, отшатываясь от этого порыва. — Не трогай меня! Это всё, о чём ты хотел поговорить?       — Да.        — Какой же бред.        Кроули должен приносить наслаждение этот разговор, он должен ликовать, смотря на Азирафаэля. Но пустота внутри начинает ощущаться бездонной. Разве месть не должна её заполнить?        Как же он запутался.        Все десять лет его кормила надежда на то, что подобный диалог залатает дыру, но, кажется, она была ложной.        — Свидимся, Азирафаэль, — говорит Кроули и разворачивается, намереваясь поскорее покинуть Архангела.        Он чувствует, как Азирафаэль тянется, чтобы схватить Князя за руку. Остановить, не разойтись хотя бы в этот раз с непониманиями. Азирафаэль резким движением подается в сторону Кроули, но тут его мгновенно оттягивают назад два демона. Азирафаэль успевает лишь коснуться кончиком пальца края его пиджака. Князь сжимает ладонь в кулак.        Кроули поворачивается:       — Неужели я неясно сказал: не трогать? — он даже не знает, кому говорит это. То ли демонам, которым было сказано только присутствовать, то ли Азирафаэлю. — Отпустите его.        Жесткая хватка демонов пропадает с плеч Азирафаэля и он наконец выдыхает. Демоны заходят за спину Князю. Они не выше него, но от этого выглядят не менее грозно. Это всё так пафосно, что ещё немного и Кроули стошнит. Они что, в боевике?       Князь поворачивает голову к одному демону:       — Скажите Дагон, чтобы в дальнейшем на подобные встречи с Небесами шла она. У нас нет столько времени, чтобы тратить его на такие бессмысленные разговоры.        — Конечно, Ваша Тёмность.        — И объявите сбор после тренировок.        — Будет.        — Свободны.        Оба демона проваливаются сквозь землю, Кроули вновь возвращает взгляд на Азирафаэля. Тот брезгливо отряхивает плечи от касаний демонов, избавляя себя от фантомного касания. Так ли он делал и после поцелуя?        — Какой же ты, Кроули… — плюет ядом Азирафаэль, качая головой. — Это невообразимо, что ты так быстро перешел на сторону Ада. Просто, чтобы кому-то что-то доказать. Я думал, твои принципы чего-то стоят, — Азирафаэль смотрит Кроули прямо в глаза, попадая сквозь очки, его руки тоже за спиной. Они невольно выступают отражениями друг друга. — Я сделаю всё, чтобы его предотвратить. Даже, если передо мной встанет выбор. Спасибо, что соизволил прийти и позволил окончательно убедиться, чем ты стал.        Кроули слышит, как дрожит голос Азирафаэля. Слышит, как под конец монолога у Архангела заканчивается воздух, который ведь ему и не нужен вовсе. А ещё Кроули отчетливо слышит, как собственное сердце заходит в глотку. Они стоят в опасной близости друг от друга, и каждый не решается уйти первым.        Все действия перестают казаться такими верными, все десять лет уходят насмарку, пока Азирафаэль стоит так рядом, что можно протянуть руку и коснуться. Но почему-то руки за спиной сжимают друг друга так сильно, что Кроули просто не может вырваться из собственной хватки.        — Они тебя больше не тронут, — наконец выдавливает из себя Кроули. — Это я гарантирую.        Это всё, что он может предложить Азирафаэлю. Весь Ад будет готов погибнуть ради него, только потому, что Князь так велел. Он не может дать Азирафаэлю свою прежнюю любовь, но может дать защиту.        Как бы Кроули ни злился на Азирафаэля, как бы ему самому ни было больно, он не может позволить кому-либо оставить даже царапину на Азирафаэле.        Он даже не знает, зачем это говорит. Зачем он продолжает что-то доказывать Азирафаэлю? Привычка, наверное. Привычка пытаться обрести чужую любовь.         Азирафаэль продолжает молча смотреть на Кроули, не издавая ни звука. Его взгляд буквально прожигает Кроули, после чего Архангел наконец выдыхает:       — Сдались мне гарантии, если самое главное ты бросил.        — Я бросил? Кажется, это ты меня кинул десять лет назад в обмен на Рай.         — Прекрати из себя строить жертву, Кроули, не всё крутится вокруг тебя!       — Конечно, — шипит Кроули, — но я хотя бы не трус и делаю выбор в пользу себя!         — И как? — Азирафаэль вскидывает брови, — помогает выбор тебе в пользу себя? Не вижу больше белых крыльев за твоей спиной.        Кроули хочет что-то ответить, хочет съязвить. Хочет как-то отреагировать. Но лишь замирает, слыша лишь белый шум. Дыра внутри него, которая была немного залатана, освежилась.        Ему нечего на это ответить.        Почему его всё ещё так задевает подобное напоминание? Он добился в Аду больше, чем на Небесах. Да, Кроули создавал звезды, да, он был любим. Но это больше не вернуть, так почему же так больно? Прошло больше шести тысяч лет, Кроули поменялся, всё поменялось. Но почему-то всё ещё ломает.        Он не знает, сколько времени простоял в ступоре, но начинает соображать лишь в тот момент, когда слышит далёкий гром и чувствует падающие на него тяжёлые капли ливня. Азирафаэль стоит напротив Кроули, его эмоций ни прочитать. Тело вовсе не слушается, Кроули не может развернуться и уйти, не может ответить. Он просто стоит, не издавая ни звука.        Возможно, Азирафаэль что-то произносит, а может, даже поддается вперед. За спиной Кроули действительно нет белых крыльев, нет уже с целую вечность. Зато за его спиной армия из демонов. Но компенсирует ли это отсутствие ангельского статуса?  ***       Через какой-то промежуток времени Кроули находит себя на троне в Аду, выходя из транса из-за голоса Дагон:       — Демоны собраны, ждём только Вас, — произносит она.        Сколько она простояла в кабинете? Сколько он пробыл тут? Дагон не выглядит раздраженной, значит, может быть, он тут совсем недавно. Мокрая одежда из-за дождя неприятно липнет к телу, а воротник рубашки начинает душить. Всё больше не кажется таким благоразумным, но это ненадолго. Сейчас он встанет, сейчас вновь вольется в колею и ни за что не согласится увидеться с Азирафаэлем ещё раз. Только на поле боя.         — Сейчас буду, — наконец отвечает Князь, поднимаясь с трона.         Азирафаэль хочет противостояния? Значит будет ему противостояние. Даже если перед ним встанет выбор…       что ты сделаешь, Азирафаэль?        убьешь меня?        Князь идет по абсолютно пустым коридорам. Все демоны ожидают его. Все демоны ждут, что скажет их Князь. Азирафаэль не равен ему, и никогда таковым не станет.        Демоны уничтожат всех ангелов, а потом и Землю, всё человечество. Будет много крови, криков.        Ангельская кровь вновь будет блестеть на руках Кроули.       Рано или поздно Азирафаэль поймет, чья сторона действительно была всегда права. Больше не будет идиотских сторон, идиотских падений. Ничего больше не будет.        И Ада, после всего этого, тоже не станет.        Демоны не знают, что после победы над человечеством и ангелами Князь начнет разрушать Ад изнутри. Никто не поймет, как это произошло, никто не поймет, кто это сделал.        Не будет больше ни надежды, ни боли, ни любви.        Ты же так ненавидишь демонов, Азирафаэль. На твоих глазах падёт всё. Ты застанешь кончину существования людей, обманувших тебя столько раз. На твоих глазах перестанут существовать Небеса, причинившие тебе столько боли. Ты увидишь второе падение Ада, о котором ты мечтал всю свою жизнь.        Останутся лишь воспоминания. И ничего больше. Никаких проблем, никаких тревог. Будет пусто.        Люди деградировали, Добро и Зло смешалось, став отражениями друг друга. Небеса осквернились, Демоны начали пачкать руки в святости.        Вот, каков замысел. Вот, что всегда должно было произойти. Полное уничтожение всего. И Князь берет на себя эту ответственность. Ему не страшно, потому что он уверен в своих действиях. Просто никто не понимает важности всего того, что он будет делать. Они глупы.        Это ведь непостижимый план. 

***

      Абсолютная тишина. Никакого гула, никаких завываний. Демоны молча стоят и ждут, когда их Князь начнет говорить. Скоро они наденут на себя форму и возьмут мечи в руки, тогда начнется самая интересная часть.        — Конец света произойдет меньше, чем через неделю, — четко говорит Князь. Благодаря устройству Ада, звук распространяется равномерно по всему периметру гигантского зала. — Мы собираемся уничтожить человечество, а в дальнейшем и Небеса.        Он облокачивается на какую-то трибуну, которая явно тут была ещё до его правления. Перед ним нескончаемое количество демонов. Подумать только.        — Мы не знаем точно, что планируют Небеса, но нам известно одно — они не собираются играть в игру, которую сами нам озвучили, — Князь ухмыляется. — Иисус уже на Земле, готовый к концу света.        Тишина.        Ад выиграет в этой игре, теперь они знают правила, ведь создали их сами. Написали и отточили до идеала. Первый конец света включал в себя абсолютную неизвестность, но теперь это другое. Теперь это не Божья воля, теперь это воля Князя.        — Вы все были созваны для напоминания, — произносит Князь Ада. — Мы — Ад, демоны. И мы не позволим Небесам победить в предстоящей войне. Трусы, неготовые пачкать руки — можете идти в ванну святой воды, которая находится слева от меня. Я не буду терпеть предателей.        Никто не вышел, лишь осмотрелись, ища потенциальных изменников.        — Опять же напоминаю, если кто-то из вас всех позволит себе причинить вред Верховному Архангелу, я сделаю ваше существование невыносимым. Мне нужно лично свести счеты. Если понадобится, вы все будете защищать Архангела ценой своих жизней, — Князь внимательно осматривает зал. — Кто не готов слушаться приказов, можете пойти искупаться.        Выжидая пару минут, Князь кивает сам себе и идет на выход из зала, напоследок бросая:       — Свободны, проверьте оружие.