Вернуть его любой ценой

После того как профессор Флитвик разнял драку, Маркус и Оливер отправились в его класс для наказания. Маркус быстро взялся за работу, стараясь не привлекать лишнего внимания и ожидая подходяшего момента слинять оттуда. Он аккуратно расставлял книги по полкам, изредка взглядывая на покрасневшего Вуда, который явно был в ярости. Оливер тем временем не мог сосредоточится на отработке. Его мысли возвращались к тому странному и неожиданному поцелую Флинта. «Что это было? Провокация? Или… нет, не может быть,» — думал он, пытаясь отогнать навязчивую мысль. «Флинт всегда был жестоким и издевался, но поцеловать… Это ставит его в такое же положение. Неужели он… по мужикам? Это была бы новость!» Время от времени профессор Флитвик подходил к ним, напоминая о том, что такое поведение недопустимо в стенах Хогвартса. Маркус лишь кивал в ответ, продолжая свою работу, а Вуд извинялся. — Флинт, объяснись, что это было? Маркус вздохнул и, повернувшись к Оливеру, ледяным тоном произнес: — Ты вообще о чем, Вуд? Ты сам напал на меня. Оливер, пылающий от возмущения, красный как свежий помидор, выпалил: — Я не о том! Почему ты меня поцеловал? Маркус сделал вид, будто был поражен обвинением. — Я что? Это твои фантазии? — его голос звучал насмешливо и вызывающе. Оливер почувствовал, как гнев взыграл в нем еще сильнее. — Не издевайся, Флинт! Ты прекрасно знаешь, что произошло! Зачем ты это сделал? — Тебе что, понравилось? Может, ты сам этого хотел? Оливер взорвался. — Я не больной, чтобы хотеть такого! И не играй со мной в эти игры! Маркус усмехнулся. — Может быть, ты просто не можешь признать правду. Может быть, это ты… Профессор Флитвик внезапно появился рядом с ними, его голос прервал их спор. — Господа, я не знаю, о чем идет речь, но я требую немедленно прекратить эту ссору. Вы оба здесь для наказания, а не для разборок. Добавляю еще пол часа к вашей отработке. Оливер тяжело вздохнул и отвернулся от Флинта. Оба молча продолжили работу, но воздух между ними все еще дрожал от невысказанных слов. Как только профессор отвлекся на пять минут, заходя в свой личный кабинет, Флинт тихо выскользнул из класса чар. Ему нужно было скрыть маховик времени. С последствиями разберется как-нибудь потом. Оливер же остался один с своими тревожными мыслями и разочарованием от испорченного вечера. «Как он посмел? Тролль ебучий! Слизеринская тварь! Это должна быть очередная грубая шутка… Но поцелуй… это слишком», —размышлял он, продолжая убирать пыль с полок, даже не замечая отсуствия слизеринца. ☆☆☆ На рассвете второго дня Маркус медленно открыл глаза, ощущая тяжесть в каждом мускуле. На соседней кровати лежал Боул, массируя виски и морщась от боли. — Голова трещит, — пробормотал Люциан. — Ты куда пропал из ванной старост? Я почти ничего не помню… — Где все остальные? — перебил его Маркус, вставая с кровати. Люциан пожал плечами. — Не знаю. Уже под струями горячего душа Флинт позволил воспоминаниям охватить его. В голове всплыли образ Вуда и поцелуи… «Какой же я дебил,» подумал он, отряхиваясь от воды. «Но Вуд наверняка никому не расскажет об этом.» На завтраке атмосфера была напряженной. Большой зал был полный шума и суеты утреннего приема пищи. Все парни собрались вместе за длинным столом слизеринцев, уставленным разнообразными блюдами: от свежевыжатого сока до горячих тостов с джемом. Казалось, все было как обычно, но никто не мог вспомнить, как они покинули ванную старост. Хиггс и Перегрин вообще проснулись в совятне, их одежда была помятой и запачканной. — Вы хоть душ прияли бы, пометом воняет, — недовольно сказал Маркус и поморщился. Перегрин фыркнул в ответ на замечание Маркуса. — А ты не лучше, Флинт. Кинул нас вчера. Сам позвал и кинул. Маркус сжал кулаки под столом, стараясь сохранить спокойствие. — Хватит болтать чепуху, Перегрин. Мне хуево стало, вот и ушел. Вы кого в совятне потеряли? — Не знаю, может, мы просто решили посмотреть на звезды… или на сов. — Два дебила — это сила, — прокоментировал капитан. Только Харпер молчал, угрюмо ковыряясь в тарелке. — Где Пьюси? — начал расспрашивать Маркус, оглядывая их стол. — Его нет на завтраке, — ответила Фарли с осуждением взирая на Флинта, видимо прекрасно понимая чем они все занимались прошлым вечером. Если бы ты только знала, Фарли… Эдриана не было даже на парах, и Маркус уже начал конкретно беспокоиться. На чарах профессор Флитвик, недовольный последней выходкой Маркуса, назначил ему целую неделю отработок. А после Зельеварения к нему подошел декан. — Что с Пьюси? — спросил Снейп строгим тоном. Никто ничего не знал, так что все молчали. Снейп скептически на них посмотрел взглядом обещающий ничего хорошего, развернулся на пятках и исчез в своей кладовой. — Нужно искать его. Люциан кивнул и медленно поднялся со стула, все еще держась за голову. — Да выпей ты уже антипохмельное, придурок! — рявкнул на него Маркус. После проверки нескольких мест стало ясно: Пьюси просто исчез. — Что-то здесь не так, — произнес он тихо. Маркус почувствовал себя растерянным. Время приближалось к ужину, и Эдриана все еще не было. — Может быть, он обиделся, что мы развлекались без него? — предположил Перегрин. Хиггс сразу же перебил своего друга: — Подождите, Эдриан же зашел к нам… Харпер подпустил его. Мы вместе что-то выпили, я даже удивился, что он согласился выпить с нами. Тебя, Флинт, уже не было. Но остальные что, разве не помните? Харпер? Маркус тут же посмотрел на Лиама, но тот лишь усмехнулся и отмахнулся: — Я ему не нянька. Сам ничего не помню, — ответил он и нахмурился. Позже, Маркус остановил Кровавого Барона, вдруг он что-нибудь знает о Пьюси. Тогда призрак сообщил ему, что Эдриан весь день находился на астрономической башне и выглядел очень больным. — Сам не видел, но вероятно это он и есть. Услышал от Серой Дамы, — ответил Барон, прежде чем исчезнуть в кирпичной стене. И Маркус наконец-то нашел Эдриана там. Тот сидел у окна, глядя на здезды, и действительно выглядел ужасно: бледный, с кругами под глазами и дрожащими руками. — Что с тобой? — осторожно спросил Маркус, подходя ближе. Эдриан лишь покачал головой и отвернулся. — Я не хочу говорить, — хрипло прошептал он. Маркус заметил странный синяк под воротником Эдриана. Он вздрогнул от ужасных догадок. Неужели кто-то из парней… вместо Вуда? Но нет, они бы никогда не пошли на такое с их слизеринцем. Просто нет и нет. ☆☆☆ Эдриан Пьюси сидел на подоконике, уткнувшись взглядом в стену напротив. Его обычно аккуратные черные волосы были взъерошены, как будто он прошелся по ним руками сотни раз. Глаза, обычно яркие и полные решимости, теперь казались тусклыми и безжизненными. На его бледном лице, которое казалось еще более бледным на фоне темных каменных стен башни, четко проступали темные круги. Его губы были сжаты в тонкую линию, а подбородок дрожал от напряжения. Одежда Эдриана была мятой и неопрятной, что было нехарактерно для него. Прошлая ночь сломала всё в нем, не было никакого желания жить, но видимо он был слишком труслив чтобы спрыгнуть с башни и покончить со всем этим. Он слишком ясно помнил, как они с Харпером остались одни. Лиам достал из-под мантии последнюю бутылку огневиски, и его глаза засветились от предвкушения запретного. — Давай выпьем ее в старом кабинете Магловедения, — предложил он с хитрой улыбкой. Эдриан колебался, но любопытство взяло верх. Харпер был странным, но что-то в нем притягивало всегда. Кабинет был заброшен и покрыт слоем пыли, но для них это было идеальным убежищем. Сидя на полу, прислонившись спинами к стене, они медленно распивали виски, чувствуя как теплое жжение спускается по горлу. Разговор тёк легко, словно алкоголь смывал все барьеры и ограничения. В тот момент Эдриан почувствовал неожиданную связь с Харпером, как будто они были старыми друзьями, хотя до этой ночи никогда не были так близки. Когда бутылка опустела, Эдриан почувствовал себя странно спокойным. Все его обычные тревоги и страхи куда-то улетучились, оставив лишь легкое головокружение и чувство опьянения. Когда тишина между ними стала насыщенной, Харпер вдруг прервал ее неожиданным признанием. — Эдриан, я должен тебе что-то сказать. Ты мне нравишься. Давно и сильно, — его голос был тихим, но каждое слово ударяло по воздуху как колокольный звон. Эдриан замер, его глаза расширились от шока. Он не ожидал таких слов от Харпера, и это вызвало в нем волну отвращения. — Ты что, с ума сошел? — выпалил он, отталкиваясь от стены и вставая на ноги. — Это не смешно, Харпер. Но Харпер не шутил. Он смотрел на Эдриана с открытой искренностью, которую тот не мог или не хотел понять. — Я серьезно, Эд. Я чувствую это уже долгое время, — продолжал парень, пытаясь подняться и подойти к Эдриану. — Замолчи! Оставь меня в покое! — рявкнул Эдриан, отодвигаясь назад. — Я не хочу слышать это, это мерзко. Ты испортил всю ночь! Слова обрушились на Харпера как ледяной дождь, и он понял, что перешагнул границу, которую не следовало пересекать. Между ними встала стена непонимания и разочарования, и теплое чувство дружбы остыло до холода. Какой позор. Уже было нечего терять. Обиженный и какой-то отчаенный, Харпер схватился за Пьюси и повалил того на пол. Он сел сверху на его бедра, наклонился и грубо поцеловал его, выражая свои чувства без слов. Эдриан начал брыкаться. — Убери от меня руки, убирайся! Он подавил хныканье, когда Харпер схватил его за задницу, грубо сжимая. Ничто не могло подготовить его к тому, что этот ненормальный внезапно сдерет с него брюки. — Н-нет, хватит, перестань! — закричал Эдриан. В панике он ударил Харпера коленом в живот. — Пожалуйста, Лиам, одумайся, ты пьяный! Жестокая улыбка, тронущая губы брюнета, заставила глаза Эдриана расшириться. На удивление сильная рука обхватила его челюсть вынуждая открыть рот, и панический визг вырвался из него, когда Харпер просунул три пальца между его губ. Пьюси давился, пока другой слизеринец скользил пальцами до самой задней части его языка. Его глаза слезились и он сдавленно всхлипнул, изо всех сил стараясь вырыватся из хватки. Слюни стекали с его губ на руку Лиама и тот лишь как-то мечтательно наблюдал за этим всем. Эдриана начало тошнить, вкус желчи поднимался к горлу. Казалось бы, довольный, Лиам наконец вытащил мокрые и блестящие от слюны пальцы, но дыхание Эда стало прерывистым и затрудненным, и он не сдержался: — Ты больной ублюдок! — закричал, не в силах даже толком ударить ногой еще раз, потому что его ноги запутались в спущеных форменых брюках. Это почему-то только рассмешило второго парня. — Опять этот пошлый рот. Не знаешь ты, когда стоит молчать. — Просто остановись! — продолжал умолять Эдриан. — Ты не хочешь, чтобы я сначала подготовил тебя пальцами, я правильно понимаю? — спросил Харпер на полном серьезе. Звук открывшейся молнии маггловских джинс, которых Харпер вообще не брезговал носить, вызывал у Эда тошноту. — Мне просто войти в тебя так? Затем что-то толстое прижалось к его анусу. Эдриан замер. Его дыхание стало резким и прерывистым — страх осел в его костях, как ледяная вода. — Н-нет… нет, нет… — Почему бы и нет? — спросил Харпер, сильнее прижимая головку своего члена, толкаясь. — Это наверняка послужит тебе уроком. — Подожди, аах, я… мне очень жаль, Лиам, я не должен был так реагировать на твое признание, дай мне время всё осмыслить, я погорячился! Пожалуйста, не надо больше… — Эдриан почти что плакал. Он чувствовал, как его горло сжимается от страха и паники, и его снова начало тошнить. — Ох, перестань быть таким жалким, Пьюси, — с отвращением произнес Лиам. Это маленькое милосердие с его стороны, но Харпер все-таки заменил свой член одним из своих влажных пальцев, медленно засовывая его внутрь. Эд тихо всхлипнул от странного ощущения. Когда брюнет добавил второй палец, он зашипел, чувствуя как это растяжение обжигает его внутренности. Слезы лились по щекам красивого лица. Вдруг в глазах Харпера появилось что-то странное и он смягчился. — Расслабься, Эдриан. Будет еще больнее, если ты продолжишь так сжиматься. — Н-как я могу… ах! — внезапный прилив удовольствия пронзил его позвоночник, заставляя парня дернуться вперед. — Ой, смотри, он становится твердым! Было так стыдно ощущать свой член вздымающегося между ног. Это заставило Эдриана заплакать еще сильнее, и в этот момент Лиам вошел в него третьим пальцем. Новые слезы наворачивались на глазах парня, когда он пытался справиться с запутанной мешаниной боли, удовольствия и смущения. Харпер трахал его пальцами двигая ими внутрь и наружу еще несколько раз, время от времени попадя по тому месту в теле Эдриана, просто чтобы увидеть, как он задыхается и дергается. Пьюси сильно сжался когда он почувствовал, как головка члена Харпера толкнулась в него разрывая на части. — Пожалуйста, не делай этого! — жалобно умолял он. — Ты будешь моей шлюхой, Пьюси. У тебя был шанс, ты просто не оценил мою искреность. Все могло быть совсем по другому. Боль вспыхнула в его глазах, когда Лиам вогнул свой член полностью в нетронутое тело. Он закричал, как раненое животное. Харпер его поцеловал до жути нежно. Эдриан дрожал, когда бедра Харпера наконец прижались к его заднице. Из его горла вырывается болезненый стон прямо в рот Харперу. Этот момент казался бесконечным, все вокруг заглушилось звоном в ушах, сквозь которого не пробивался ни один звук. В тот момент Харпер почти полностью вышел из него, а затем снова выдвинул бедра вперед, задавая жестокий темп. Деревянный пол скрипел при каждом его толчке. Особенно сильный толчок снова попал в это место внутри него, и Эдриан яростно трясся, униженный. Он почти что мог представить себе довольную улыбку чертого Лиама, когда тот замедлился и начал вращать бедрами, задевая простату, пока ноги не подкосились под ним. — Ах, ах… — он задыхался, боль и удовольствие слились воедино, и он не мог отличить одно от другого. — Ты думаешь, что тебе это не нравится, но с тебя так капает, — прошептал Харпер еле слышно. Твердая рука обхватила член парня, большой палец размазывал преякулят по его головке, и в ужасе Эдриан понял, что Харпер прав — ему нравилась эта мерзость. Точнее его телу. Очередное рыдание вырвалась из его горла при предательстве своего тела, при насмешливом смехе Лиама. — Н-нет, остановись… — умоляет он, снова пытаясь вырваться. Ему выкрутили запястья. — Кончай! Пьюси застонал, когда кончил —болезненное удовольствие разливалось по всему телу. — Больно… — еле выговорил он, когда Лиам снова начал его трахать. — Мм, не надо больше, больно… Харпер просто игнорировал его, ускоряя свой темп. Кажется, прошла целая вечность, прежде чем его толчки начали терять свой ритм, и, в конце концов, он вошел глубоко, и, с хриплым стоном, излился внутри Эда. Из Пьюси вытекала сперма, теплая, по внутренней стороне его бедер. Он с ненавистью посмотрел вверх, когда Харпер встал перед ним, заправляя обмягший член обратно в джинсы. — Это было не так уж сложно, не так ли? — произнес он насмешливо. — А теперь мне нужно пойти выспаться. Спокойной ночи, Эдриан. Больной ублюдок. ☆☆☆