Воспоминания сирена

      Закрывая глаза в очередной раз перед сном, Юнги думал лишь о последнем кокосе. Земли ещё не было видно, рыба, что поймал Чимин была быстро съедена, теперь надежда оставалась только на скорое появление суши. Сирен прикладывал все силы, чтобы лодка плыла быстрее.       «Я уверен, что мы движемся верно! Где же земля! – ругался Чимин. – Пожалуйста, океан, помоги мне. Я люблю его и хочу спасти!»       День клонился к закату, когда Юнги открыл последний кокос. Весь день он провёл в сонном забытьи. Теперь же дело было лишь за Чимином, его сильными плавниками и хвостом. Доверять сейчас он мог лишь им. Даже собственное тело подводило. Держа в руках последний кокос с водой и кинжал отца, Юнги собирал последние силы, чтобы открыть его и выпить.       Чимин в своих стараниях же не заметил, как опустилась ночь. Под сенью звёзд было хорошо видно даже небольшие волны. Чимин радовался этому отдыху от солнечного света и начал плыть с удвоенной силой. Хотя, по правде сказать, ему тоже было уже тяжело.       Вдруг перед ним плюхнулся в воду кокос. Это был знак от Юнги. Испугавшись, что что-то произошло, сирен быстро огляделся, боясь увидеть где-то собратьев. Ожидание погони не отпустило его. Только убедившись, что к ним никто не приближается, Чимин показался над поверхностью воды.       - Что случилось? – сразу же спросил он.       - Земля, Чимин! – радость от вида небольшой полоски суши, практически ровной, так захлестнула Юнги, что он оживился. Откуда-то взялись силы и на радостные крики, и на то, чтобы встать в полный рост. Палец человека указывал чуть в сторону от их курса.       - Мы смогли, - только вымолвил Чимин.       - Русалочка, ты нечто, - ответил на это Юнги, опускаясь на дно лодки рядом с тем бортом, за которым на волнах качался сирен.       - Надо скорее добраться до туда, надеюсь, на берегу есть хоть кто-то, чтобы помочь тебе! – в глазах Чимина сверкнул счастливый огонёк, который Юнги за всю свою жизнь видел впервые. И это было до боли прекрасно.       - Надеюсь, - кивнул он и улыбнулся ещё шире.       Чимин, не теряя больше ни секунд подхватил верёвку от лодки и скорректировал курс. Плыли теперь они прямиком к земле. Приближение к ней придавало сил. Юнги даже показалось, что он видит очередной сон, в котором он не провёл почти 10 дней, сидя в лодке на кокосовой воде.       Земля действительно приближалась. Это была не иллюзия, не обман зрения и уставшего мозга, это была настоящая земля. Такая же реальная, как и ощущаемый голод.       Издалека Юнги почувствовал запах песка и мокрой травы, смешавшийся с бризом. Он уже видел очертания небольших холмов, леса, покрывавшего их, и каменные выступы небольших скал. А ещё он видел тонкую струю дыма, вырывавшуюся из дымохода. Это значило, что на берегу живут люди.       Юнги снова бросил кокос в воду. К радости добавились новые опасения и тревога. Но не за себя, а за Чимина.       - Что такое? Мы почти у цели, - высунулся снова из воды сирен. Он тяжело дышал и был сбит с толку очередным кокосом.       - Тебе нельзя показываться над водой ни при каких обстоятельствах. Тебя никто не должен видеть, поэтому даже не думай что-то делать. Позаботься о себе, хорошо? – Юнги был серьёзен, его брови сошлись в одну грозную линию.       Сирен ощутил в груди сильный бой сердца о грудную клетку. Юнги был прав, нужно было сделать всё, чтобы люди не видели сирена. Поэтому Чимин кивнул.       Они плыли к берегу до самого рассвета. Юнги выкинул все кокосы за борт. Когда же первые лучи солнца поднялись над горизонтом, Юнги дёрнул верёвку, привязанную к лодке, чтобы Чимин выплыл на поверхность.       - Что теперь?       - Всё, прячься, - с этими словами Юнги затащил верёвку в лодку. – Я привлеку их внимание сам, буду звать, может услышат.       - Уверен? Может, всё-таки подплыть ближе? – Чимин неосознанно подался ближе к борту лодки. Он положил свои руки на борт, слегка приподнимаясь над водой. Юнги склонился к его лицу. За долгое плавание щёки у бывшего офицера впали, кожа начала шелушиться, а на подбородке и щеках появилась щетина. Шутка ли, последний раз он смог побриться в свой последний день на острове, там хотя бы была чистая пресная вода.       - Да, Чимин, спрячься, пожалуйста, - хриплый от обезвоживания голос Юнги заставил сирена повиноваться.       Когда волны сомкнулись над головой Чимина, Юнги встал во весь рост и закричал:       - Помогите! Помогите! Я здесь! Мне нужна помощь!       Ветер и широкие морские просторы понесли его зов к самому порогу домика на берегу. В окошке резко появился робкий свет от свечки, дверь открылась, а из дома вышел высокий юноша. Видно было лишь его силуэт. Едва заметив его, Юнги начал кричать ещё громче:       -Помогите!       Голос сел окончательно после этих криков. Однако, его уже заметили. Из дома вышел ещё один парень, такой же высокий. Вместе они начали суетиться на берегу.       Юнги уже плохо видел, что именно они делали, в глазах начало темнеть. Он лишь наблюдал, как двое сели в лодку, на время исчезнув в тени, а потом отплыли от берега.       Последнее, что он увидел, была приближающаяся лодка с двумя черноволосыми юношами. Последним, что он услышал был шёпот Чимина: «Держись, Юнги».       Сирен дрожал от страха за себя, а вместе с тем переживал за Юнги, который явно потерял сознание. Он видел, как два юноши с обеспокоенными лицами налегали на вёсла, ведя свою лодку прямо к ним. Один из них был широкоплечим, но очень худым. Его лицо было крайне прекрасным, такое лицо Чимин мог представить только у сирен. Второй юноша был чуть выше, его тело казалось более мускулистым, короткие волосы на голове, очень узкие глаза и плоский нос.       Чимин видел из глубины, как они осторожно привязали лодку Юнги к своей и начали грести к берегу. Они были очень сосредоточены, почти не переговаривались, но понимали друг друга без слов. Всё было тихо, сдержанно, словно они были единым целым.       Чимин видел, как лодки причалили к берегу, как двое вытащили Юнги и понесли к дому. Тот так и не пришёл в себя.       Чимин видел, как из трубы дома пошёл густой дым и думал, когда он вновь сможет увидеть своего любимого.