Our last chance

Эймонд Таргариен

Красная жидкость со звонким звуком ударяется о дно кубка, наполняя его почти до краев. Служанка, юная девушка, полная и румяная, ставит кувшин с вином обратно на низкий деревянный столик, кланяется и уходит, шурша накрахмаленными юбками. Я окидываю комнату взглядом. Утренние лучи, проходя сквозь цветные витражи окон, падают яркими пятнами на пол королевских покоев. В этих же лучах медленно кружится сотни пылинок, незаметные глазу при обычном полумраке замка. Чаще всего оставляя такие мелочи без внимания, сейчас я увлеченно следил за причудливым танцем пылинок, утомленный ожиданием. Еще час назад меня известили о ее прибытие в столицу. Я распорядился доставить долгожданную гостью прямо в мои покои, и с того момента не мог отвлечься от мысли о скорой встречи с ней. Пальцы непроизвольно постукивают по серебряному кубку. Приятное, почти забытое чувство предвкушение теплило грудь, заставляя при каждом шорохе бросать взгляд на закрытые двери. Я помню как впервые услышал о ней и сразу же решил, что это очередной слух, подобные которому гуляли по Вестеросу с самого начала моего правления. Чудом выжившая наследница Рейниры Таргариен – лишь сюжет для сладкоголосых бардов, да беловолосых шлюх, жаждущих заработать пару лишних монет, уверяя что именно они – исчезнувшая много лет назад принцесса. Но вскоре слухи подтвердились – на берега Узкого моря выбросило Дейнис Таргариен, дочь Порочного принца и его порочной королевы. От размышлений меня оторвал шум открывающихся дверей. Ее ввели в покои под руки двое стражников, пока она лихорадочно оглядывалась по сторон, будто старалась найти что-то или кого-то. Девчонка заметила меня не сразу, но как только мы столкнулись взглядами, она тут же замерла и уже не спускала с меня глаз. — Оставьте нас, — я киваю двум стражникам стоящим позади нее и они быстро покидают покои. Сгорбленный, грязный силуэт кажется неправильным в окружении светлых и богатых покоев. Оборванка, попрошайка, дочь облезлого моряка, но никак не отпрыск великого дома. Синие короткие волосы торчат во все стороны и лишь пару дюймов у самых корней сохранили настоящий, серебряный цвет. Рваные, грязные одежды кое-где оголяли плечи, икры и живот, покрытые пятнами грязи и чего-то, напоминавшего запекшуюся кровь. Единственное что было у нее чистого – ослепляюще белые бинты на руках, у краев которых выглядывали корочки ран. Судить о ее красоте было сложно — темное от пыли лицо с глубокими тенями под индиговыми глазами смотрело на него со странной смесью страха и любопытства. Так смотрят маленькие, глупые зверьки, которых насмешливые Боги сделали в равной степени пугливыми и любопытными. — Я буду спрашивать тебя и ты будешь отвечать. Честно, ничего не утаивая, — отпив немного вина, я делаю несколько шагов к ней, сокращая расстояние между нами до двух метров, — делай как говорю, и тогда тебя ничто не будет угрожать. Она молчит, лишь смотрит на меня своими темными глазами, недоверчиво хмурясь. — Дейнис, — ее глаза резко расширяются, когда я произношу ее имя. Будто бы она была удивлена услышать свое имя, — ты слышала о своей сестре, Рейне? Когда война кончилась, а я стал королем, она преклонила колени и отказалась от всех прав на трон. Я сохранил ее жизнь и положение. Теперь она счастливо живет с мужем на Драконьем камне, — я слежу как от волнения ее лицо и шея покрываются красными пятнами, а большой палец правой руки непрерывно трет левую ладонь, также образовывая там большое красное пятно. По ее реакции легко понять – она знает к чему я веду, — твой брат, Эйгон, также приклонил колени и я также пощадил его. Но вот Бейла… она не проявила такого благоразумия, не склонила голову, и в конце концов лишилась ее. Так что спрошу снова. Ты будешь говорить? Я замолкаю и в покоях воцаряется полная тишина. Дейнис отводит свой взгляд куда-то в сторону. Ей требуется лишь несколько мгновений на принятие решения. — Буду, — она говорит тихо, будто боясь сказать громче. Я слегка усмехаюсь, прежде чем сделать очередной глоток вина. Девушке явно не доставало упертости и преданности своих сестер. Рейна сдалась спустя две недели, в то время как Бейла просидела под стражей по меньшей мере два месяца, прежде чем мое терпение иссякло. — Как ты оказалась на берегу Дождливого леса? — Был шторм. Мы упали в воду и… — она слегка хмурится, будто силясь что-то вспомнить, – дальше я не помню. Наверное потеряла сознание. — При тебе нашли целый мешок с золотом. Откуда он? — я неспешно прохожу мимо нее, направляясь прямо к столику, на котором покоится кувшин вина. Подливаю еще алой жидкости в кубок, не смотря в ее сторону, но чувствуя на себе внимательный взгляд. — Украла, — она старается звучать гордо, будто бы совсем не стыдясь. Даже слегка вздергивает округлый подбородок с серо-коричневым пятном внизу. — Так ты воровка? — я ставлю кувшин на место и возвращаюсь к ней. Между нами расстояния не более вытянутой руки. — Он заработал эти деньги не многим честнее. Как отчаянно она храбрилась передо мной, стараясь скрыть дрожащие руки и часто вздымающуюся грудь. Как настойчиво пыталась скрыть нарастающую панику. Это не раздражало, а даже веселило. Особенно забавляло то, как неумело она это делала. Я протягиваю ей кубок. Берет она его не сразу, несколько секунд сомневаясь, но в конце концов все же недоверчиво принимает чашу из моих рук и припадет к серебряному краю пухлыми, потрескавшимися губами, делая несколько несмелых глотков. Вино тонкой пленкой оседает на сухих губах, окрашивая их в темно–алый. — Где ты жила до этого? Я хочу знать кто укрывал тебя. — Никто, — пусто отзывается она, — когда я только оказалась в Эссосе, меня приютил к себе один торговец, но через пару лет его не стало, — девушка задумчиво провела пальцем по узорчатой поверхности кубка, будто подбирая нужные слова, — с тех пор я жила сама по себе. Вам некого карать за помощь мне. — Ты думаешь я бы сделал это? — конечно я бы сделал это, — ты племянница короля. Я бы удостоил благодарности тех, кто дал кров и еду принцессе. Она не спешит верить мне, но уже явно чувствует себя увереннее. Краснота медленно сходит с лица, а поза становится гораздо расслабленнее. — Тень, она в порядке? Она жива? — Дракон истощен и слаб, но жив. Можешь не волноваться. Ей вред точно не грозит, — я на секунду замолкаю, чтобы потом добавить, — но вот твоя судьба пока неясна. Дейнис наклоняет голову, смотря куда-то вниз, так что теперь я могу видеть лишь ее макушку с отросшими белоснежными волосами. — Ты, как и Рейна когда-то, преклонишь колени, назовешь меня королем и останешься здесь, как принцесса, или отправишься в темницы, пока не передумаешь. Если же и темницы тебя не убедят, будь уверена, казни тебе не избежать. Выбор за тобой, — она все также смотрит куда-то вниз, все крепче сжимая кубок. Цветные пятна от витражей падают на нее, причудливо окашивая неряшливый силуэт. Молчание длиться недолго. — Я не хочу умирать, — почти что шепчет девчонка, прежде чем поднять на меня взгляд слегка раскрасневшихся индиговых глаз. Этих слов мне было достаточно. — С возвращением домой, принцесса.