Illi cogitabant...

— Морозов! Авдеев! Смирнова! Что вы здесь делаете? — Виктор Николаевич появился словно из ниоткуда. — Виктор Николаевич, мы просто… — начал было Андрей. — Подснежники искали, да не нашли, — перебила его Марина. — Садитесь в машину! — усмехнулся Виктор Николаевич. На дороге действительно стояла директорская машина. Из салона выглянул Павел Петрович, учитель физкультуры. Андрей знал, что он дружит с Виктором Николаевичем. Видимо, они с директором собирались куда-то поехать и случайно встретились с Андреем. — Не стесняйтесь, садитесь, — улыбнулся Павел Петрович. Пришлось сесть в машину. Виктор Николаевич занял место за рулём, и тяжёлый джип плавно двинулся по заснеженной дороге. Обстановка не располагала к разговорам, поэтому все молчали до тех пор, пока не вошли в здание школы. — Морозов, зайди ко мне в кабинет, — пригласил Виктор Николаевич, когда они оставили машину на стоянке во дворе. — Что, бить будете? Или так, попугаете в воспитательных целях? — Максим, как всегда, был дерзким. — Переигрываешь, — физрук неодобрительно посмотрел на парня. — А он думает, что его отец купил нашу школу и он здесь вроде наследника престола, — сухо сказал Поляков, глядя на ученика. — Но это не так. Собирай вещи, ты исключён… Кстати, твой отец здесь, — добавил он, заметив, как вытянулось лицо парня. Марина посмотрела на Макса с беспокойством. Она знала, что если приезжает его отец, то это может означать две вещи: ему что-то нужно или он действительно хочет провести «воспитательные» беседы. — Э… Виктор Николаевич, он действительно здесь? — Макс внезапно растерял весь свой обычный апломб. — Неужели он приехал? — А ты думал, я с тобой шучу? — спросил директор. Морозов закусил губу. Было видно, что каждое слово даётся ему с большим трудом. — Виктор Николаевич, не надо отца. Давайте мы сами всё решим без него, — попросил он. Директор покачал головой: — Поздно, Максим. За свои поступки надо отвечать. В пустом холле было тихо, поэтому каждое слово раздавалось совершенно отчётливо. — Тогда исключайте и меня! — заявил Андрей, о котором все, казалось, забыли. Он шагнул к директору, загораживая собой Максима. — Я, кстати, не сильно расстроюсь. — Нет, Авдеев, у меня другие планы насчёт тебя. Пойдём, Морозов! — настойчиво повторил Виктор Николаевич. Максим обошёл своего защитника и, сгорбившись, как заключённый, ведомый на расстрел, направился за Поляковым. Марина стояла и смотрела на это, пытаясь сдержать своё беспокойство. Она знала, что что-то произойдёт. Когда они вошли в кабинет, Максим увидел, что в кресле напротив стола директора сидит мужчина средних лет с резкими чертами лица. На нём был дорогой костюм и умело подобранный к рубашке галстук. Однако, несмотря на свою внешнюю аккуратность, он производил странное впечатление: в его холодных серых глазах и тонкой линии рта было что-то хищное, волчье. И даже его улыбка, которой он приветствовал вошедших, больше походила на оскал. — Добрый вечер, Пётр Алексеевич. — Директор протянул Морозову руку, которую тот пожал не сразу, как будто нехотя. — Привет, пап, — сказал Макс, держась на некотором расстоянии от отца. — Пётр Алексеевич, я вынужден сообщить вам, что мы исключаем Максима из школы, — произнёс Поляков, усаживаясь в своё кресло. — За что? — Оскал Морозова стал ещё более заметным. — За систематическое нарушение дисциплины, провокацию драки и самовольный уход с территории школы. — Ах вот как… — Морозов сделал шаг к Максиму и неожиданно ударил его по лицу. Удар был сильным, и Макс отлетел в угол, упав на пол. — Вы что делаете?! — Виктор Николаевич быстро встал из-за стола и хотел подать парню руку, но тот не принял её. Он встал сам, держась за щёку. — Макс, ты как? — спросила Марина, подходя к парню, когда тот вышел из директорского кабинета. Максим взял девушку за руку, пытаясь успокоиться. Он не мог понять, но девушка действовала на него успокаивающе, не давая ему сорваться. Для него это было что-то новое. — Часто он с тобой так обращается? — спросила Марина, хотя и знала, что такое обращение чревато последствиями. Она не могла понять, почему с ним так обращаются. — С самого детства, — ответил парень с грустью. — С тех пор, как умерла мама. — Мне очень жаль, — сказала Марина, понимая его как никто другой. — Как ты знаешь, у меня тоже только бабушка осталась. Родители живы, но я их никогда не видела, — грустно сказала Марина, пытаясь не заплакать, и поэтому она отвела взгляд от Морозова. — Поэтому я живу здесь, в этой богом забытой школе, — со смехом закончила она. Девушка пошла к себе, а парень ещё несколько минут стоял и смотрел ей вслед. Он не понимал, что с ним происходит. Эта девушка была в школе всё это время, они дружили, но только сейчас Макс начал замечать странное чувство, которое он испытывал рядом с ней. Эта девушка была необыкновенной и удивительной. После недолгих раздумий Макс пошёл в свою комнату.

***

Андрей Авдеев только что вышел из душа. — Андрей, подожди, — окликнула его Даша. Она выглядела взволнованной, но при этом была необычайно красива. Небольшой беспорядок в её причёске придавал ей особое очарование, делая её милой и уютной. На её щеках играл лёгкий румянец. — Прости, что мы взяли Надю в лес без твоего ведома. Понимаешь, только она знала дорогу… — Могла бы предупредить меня. Думаешь, я не искал её, не волновался? — спросил Андрей. Даша виновато опустила голову. — Ладно, забыли, — махнул рукой Андрей. В этот момент дверь перед ними распахнулась, и из комнаты вышла Маша Вершинина с тележкой для грязного белья. Она поставила тележку так, чтобы дверь не захлопнулась, и ушла по коридору. — Это же комната Савельича! — воскликнула Даша. — Пойдём! — она потянула Андрея за рукав и быстро втащила его в комнату. — Что ты хочешь здесь найти? — спросил Андрей, чувствуя неловкость от того, что без спросу проник на чужую территорию. — Вдруг здесь остались какие-то улики? — ответила Даша, осматривая ящики стола. Ничего интересного. Затем она распахнула дверцы старого массивного шкафа. В шкафу висели два костюма и несколько рубашек. — Это любимый парадный пиджак Савельича! — Даша схватилась за одну из вешалок. — Он бы без него никуда не поехал! Андрей задумчиво кивнул и хотел что-то сказать, но тут за дверью послышались шаги. Оба шпиона рассеянно переглянулись. Укрыться можно было только в старом шкафу, поэтому они оба туда нырнули. Даша стояла у самой дверцы, следя через щёлочку, как уборщица вывозит из комнаты тележку. Дверь хлопнула. Теперь можно было и перевести дух. Даша вышла из шкафа и огляделась, ожидая увидеть Андрея. Но его не было. Не понимая, что происходит, она подошла к шкафу и заглянула внутрь. Костюмы и рубашки висели на своих местах, а вот Андрея не было! Это было похоже на страшный сон. Даша ущипнула себя за руку в надежде проснуться, но ничего не изменилось. Сон, если это был сон, удивительно напоминал реальность. В этот момент телефон в заднем кармане джинсов завибрировал, сигнализируя о входящем звонке. — Даш, ты куда пропала? — послышался в трубке голос Вики. — Мы с ребятами тебя ждём… — Я не пропала… Андрей Авдеев пропал, — тихо проговорила Даша. — То есть как? — не поняла подруга. — Не знаю, только что был — а теперь нет! — Даша почувствовала, как паника овладевает её сознанием. — Так… Где ты? Оставайся на месте, мы сейчас будем! — оперативно отозвалась Вика и, кажется, даже не слишком удивилась, услышав, что идти нужно в комнату исчезнувшего историка. Ребята действительно вскоре ввалились в комнату. Даша впустила их — изнутри дверь можно было открыть, повернув «собачку» замка. — Ну рассказывай! — потребовала Вика, оглядывая комнату. — Мы с Андреем сидели вот здесь… — начала Даша, приоткрыв дверцу шкафа. — Не понял! — вскинулся Максим, с подозрением уставившись на девушку. — Чем это вы здесь занимались посреди ночи? — Мы просто прятались от уборщицы! — раздражённо ответила Даша. — Ага, понятно, — хмыкнул Морозов. — Очень милая игра… — Дверь была открыта, и я решила осмотреть комнату Савельича. Вдруг остались какие-то улики или записка… — Очень-очень мило! — Макс, очевидно, был расстроен. — Погоди, Макс, потом отношения выяснять будете, — остановила его Вика. — Рассказывай дальше. — А рассказывать-то нечего! — Даша уже чуть не плакала. — Мы даже толком осмотреться не успели, когда вернулась уборщица. Пришлось прятаться в шкаф. Потом, когда она ушла, я вылезла, а вот Андрей — нет. — Прямо-таки «Хроники Нарнии»! — усмехнулась Марина, которой эта ситуация порядком надоела. Единственное, чего ей хотелось сейчас, — это спать. — «Лев, колдунья и платяной шкаф». В главной роли — Дарья Старкова. — Старкова — суперстар! — с восторгом подхватил Рома. — А может, тут портал в четвёртое измерение… Или в прошлое, — предложил свою версию Тёмка. — Вот сидит граф Щербатов, мемуары пишет… — Ребят, хватит! — Даша закрыла дверцу шкафа. — Не понимаю, куда он мог деться… Вот бы сейчас открыть дверь и… Она открыла дверь и вскрикнула: прямо перед ними стоял Андрей Авдеев! — Вот он — наш Копперфилд! — недовольно пробурчал Макс. — Восходящая звезда, король трюкачей, магистр абракадабры и повелитель шкафов! Но Авдеев на этот раз не повёлся на провокации Морозова, казалось, он вообще не услышал его слов. — Я там такое обнаружил! Смотрите! — выпалил он. Надавив, он сдвинул заднюю стенку шкафа. Стенка отъехала в сторону, открывая проход с деревянными ступенями, уходящими вверх. Было видно, что проход старый, с потолка свисали клочья паутины. — Вот это да! — выдохнули ребята. Похоже, эти находки были интереснее выступлений знаменитого фокусника-иллюзиониста. — Пойдёмте! — позвал их Андрей. — Там ещё интереснее! И правда, наверху обнаружился старый чердак, заваленный разным хламом. Ещё одна лестница вела на крышу. Под потолком на проводе висела лампочка. К счастью, она оказалась рабочей и послушно включилась, стоило только нажать на выключатель, выведенный на стену. Среди хлама нашлись какие-то папки с документами. А на одной из деревянных колонн, поддерживающих крышу, было нацарапано: Игорь Вася Коля Миша Ваня И чуть ниже — «Пятое сентября 1979 года. Детдом № 8». — Вы помните, здесь был детский дом? — спросила Марина, перебирая бумаги. В это время Рома и Артём обнаружили красное знамя, которое вызвало у них бурю восторга. — Похоже, это просто склад ненужных вещей, — вздохнула Даша, которая надеялась найти здесь что-то особенное. Она подняла с пола какую-то банку, вздрогнула и поспешила поставить её обратно. — Фу, какая мерзость! Максим взял банку и осмотрел её при свете. — Ребята, это глаза, — произнёс он растерянно. — Что? Какие глаза? — не поняла Марина. — Похоже, человеческие, — ответил Максим. Его голос прозвучал отчётливо и особенно страшно в тишине чердака. Потом они сидели в библиотеке и просматривали материалы о детском доме, которые удалось найти в интернете. Они надеялись найти больше информации о том, что здесь происходило. Однако сомнительно, что необычные события, если они и были в детском доме, стали достоянием интернета. — Удивительно, что о школе и детском доме так мало информации, только упоминание. Ну и реклама «Логоса», конечно, — заметила Даша. Артём взял банку с глазами и покрутил её в руках. — По-моему, это обычный муляж. Зачем так переживать? — спросил он и встряхнул банку так, что глаза закружились в хороводе. — Открой и потрогай, — предложил Максим. — Нет, вы только посмотрите, что я нашла! — воскликнула Вика, и ребята столпились у неё за спиной. На старой странице газеты, датированной осенью 1979 года, была статья с заголовком «Закрыт детский дом в бывшей усадьбе графа Щербатова». В статье говорилось о загадочном исчезновении пятерых воспитанников детского дома. Поиски не дали никаких результатов, и их имена были перечислены в списке пропавших: Игорь Исаев, Николай Семёнов, Василий Остапенко, Михаил Спиридонов и Иван Лавров. Ребята были в ужасе, вспомнив имена, написанные на столбе. В газете была фотография — пятнадцать детей у знакомых ступеней, ведущих в школу, и лица пятерых пропавших были обведены кружками. — Смотрите, среди преподавателей Иван Савельевич, Галина Васильевна и наш биолог Войтевич! — сказал Тема, показывая на снимок. — А автор статьи — Олег Птицын! — вмешалась в разговор Даша. — Мне кажется, именно это имя стояло в адресной строке не отправленного письма Савельича. — Ну точно, Птицын! — хлопнул себя по коленке Ромка. — Я же говорил — то ли Орлов, то ли Воробьёв! У меня глаз — алмаз! — Давайте посмотрим адрес в почте у Савельича, — предложила Вика. — Он наверняка там есть. Что-то вроде: Птицын, собака… — Или Собакин, птица! — перебил Рома, и все рассмеялись. — Я возьму эту статью с собой. В этой истории что-то не так, — Вика аккуратно оторвала пожелтевшую страницу из газетной подшивки и, сложив её в четыре раза, спрятала в карман своей синей форменной кофты.

***

На следующий день после занятий выяснилось, что банка с глазами, которую спрятали в комнате мальчиков под кроватью Темы, пропала. Это означало, что за ними следили и обыскивали их вещи. Теперь происходящее уже нельзя было считать забавой или увлекательной игрой в расследование. Ребята почувствовали себя в опасности. — Может, стоит уйти? Совсем, с концами? Здесь становится как-то… — Рома поежился, показывая, насколько страшно им здесь находиться. — Вам легко говорить, — покачал головой Андрей. Он стоял посреди комнаты, словно отделенный от остальных, собравшихся у кровати Темы. — Вас родители заберут, если что-то случится, а нам с сестрой здесь жить. — И что же ты предлагаешь? — спросил Максим. — Надо разобраться, что происходит. Я не хочу, чтобы с Надей что-то случилось. — Да ладно. Нам в первый раз по носу щёлкнули, а во второй, может, что-то посерьёзней сделают! — испуганно оглядываясь, предположил Тема. — Что, если в следующий раз за нашими глазами придут? — Да вы просто трусы! — Даша встала рядом с Андреем и сердито посмотрела на друзей. — Думаете только о себе! Савельич нам доверился, ждёт помощи, а вы при первом признаке опасности, как тараканы, по щелям попрятались! Трусы! Жалкие трусы! Кстати, знаете, отступать некуда — я написала этому Птицыну! — То есть писать не посоветовавшись с нами — это уже нормально? А как нам забыть всё, что сейчас происходит, это так, цветочки, получается? — Даша резко срывается с места и выходит, не оглядываясь ни на кого.

***

Старые плакаты с изображением пионерской символики и коробки со сломанными куклами с голубыми глазами, смотрящими в пустоту, а также густая паутина — всё это создавало впечатление кладбища забытых вещей. Андрею казалось, что он и сам стал одной из таких забытых и ненужных вещей. Расчихавшись от пыли, он решил подняться на крышу. Там он стоял, жадно вдыхая морозный воздух, не зная, сколько времени прошло. Внезапно он услышал быстрые шаги. Его сердце замерло, а затем забилось с удвоенной силой. Подхватив обломок кирпича, Андрей спрятался за трубой, пообещав себе сражаться до последнего — хотя бы ради Наденьки. Внизу, на чердаке, послышался шум и шорох. Видимо, кто-то заметил открытую дверь на крышу и последовал за Андреем. Парень напрягся и поднял руку, готовый нанести удар. Шаги звучали всё ближе, словно преследователь знал, куда идти. И вдруг они оборвались, послышался сдавленный вскрик и шуршание. Кто-то поскользнулся и покатился к краю крыши. Больше медлить Авдеев не мог. Он выскочил из своего укрытия и бросился на помощь человеку, попавшему в беду. Тот висел, уцепившись за край крыши руками, и Андрей с удивлением узнал в нём Макса Морозова. — Держись! — Авдеев лёг на крышу и, схватив парня за запястья, изо всех сил потянул на себя. Тянуть было очень трудно. Несколько раз Андрею казалось, что он не выдержит, но вот Максим уже наполовину показался над крышей. Авдеев вложил все свои силы в последний рывок и, наконец, вытащил Морозова. Оба парня лежали рядом, обессиленные. — Чуть не разбился! — сипло пробормотал Макс. — Спасибо тебе, Андрюх! — Да уж… — усмехнулся Авдеев. — А что ты здесь делаешь? — Хотел осмотреться… — Макс недоверчиво посмотрел на Андрея. — А ты сам-то? — Я? — Андрей пожал плечами. — Спасаю одного придурка. Забыл, что я типа «Скорой помощи», всех спасаю? Может, пойдём отсюда? Они уже собирались покинуть крышу, когда Андрей заметил, что металлический лист, которым была обшита дверь, в одном месте немного отходит, а в щели белеет нечто странное. — Смотри, тут тайник какой-то, — он отогнул жестяной лист и вытащил свёрток, туго завёрнутый в рваный полиэтиленовый пакет, перевязанный ветхой бечёвкой. — Походу, точно! Посмотрим, что там? — Макс достал из кармана складной нож, вскрыл упаковку, и перед ними предстал старый альбом для рисования. Уже на чердаке, при свете лампочки, они принялись изучать странную находку. На обложке альбома стояла надпись: «Игорь Исаев, 1979». Это имя было на столбе и в статье Птицына. Далее в альбоме были листы с хорошо выполненными карандашными рисунками: ворота школы, крылатый волк с задними ногами, как у орла, двухголовый заяц… — Мы видели нечто подобное на кладбище! — вспомнил Макс, внимательно разглядывая наброски. — А вот взгляни сюда, это странное сооружение — колодец. Он находится в лесу, совсем неподалёку! Похоже, этот Игорь неплохо рисовал! На следующем листе действительно был изображён колодец. Рисунок сопровождался странной надписью: «Дверь». — Почему здесь написано «дверь»? — удивился Андрей. — А почему у волка крылья и ноги петуха? Всё это кажется бредом! — Не похоже на бред. Игорь спрятал этот альбом здесь, а в том же году пропал без вести. Это не может быть простым совпадением, понимаешь? — Андрей задумчиво перелистнул страницу, и перед ребятами открылся следующий рисунок. На фоне мрачного леса поднимался к небу столб света. Внизу листа была надпись: «Когда над лесом свет взойдёт — и боль, и кровь, и смерть придёт».