Illi cogitabant...

— Давайте сходим вечером в библиотеку, я вам покажу, — предложила девушка. — Может быть, не сегодня? — с сомнением посмотрел на неё Макс. Он до сих пор чувствовал вину за то, что произошло. Ведь если бы он сдержал свой гнев, ничего бы этого не случилось. — Нет, сегодня, — настояла на своём Марина. День показался ей долгим-долгим, особенно после того, как она одна отлёживалась в своей комнате. Бабушка заходила к ней, плакала у её кровати, ведь потерять внучку она никак не могла, ведь внучка была ей слишком дорога, пусть и не родная. Но как известно, рано или поздно всё заканчивается, и наконец ребята смогли отправиться в библиотеку, которая уже опустела к тому времени. Они осмотрели комнату и обстучали панели. Где-то в районе камина за панелями была пустота. Весьма вероятно, что здесь находилась ещё одна тайная дверь. Но как её найти? — Постойте! — вдруг вспомнил Андрей. — Я кажется видел среди рисунков Игоря Исаева вот этот барельеф льва с козлиными рогами, что помещён здесь над камином. Сейчас я сбегаю за альбомом!

***

— Что-то Андрей не идёт. Пойду посмотрю, — забеспокоилась Даша, когда прошло минут десять в томительном ожидании. — Нет, я сам! — поспешно ответил Макс и, вскочив с дивана, бросился к выходу. Марина посмотрела ему вслед, ей всё ещё было не хорошо. — Эй, ты мой стул задел! — крикнул Ромка вслед убегающему товарищу, но тот уже не услышал. Тем временем стул покачнулся и чуть не упал. Ромке пришлось вцепиться в какую-то деталь камина, чтобы избежать приземления. Но тут произошло ещё более странное: один из камней под рукой чуть сдвинулся, и задняя стенка камина беззвучно отъехала в сторону. — Ух ты! Подземный ход! — восхитился Рома своей находкой. — Давайте посмотрим! — Сейчас, позвоню Птицыну… — Даша достала телефон и набрала номер. — Олег Валентинович?.. Да, это я. Мы нашли ещё один вход в подземелье и спускаемся! Мы думаем, что тела всё ещё там… Алё, Олег Валентинович… Надо же, опять связь отрубилась. Интересно, где он может быть… — Где-то, где сеть плохо ловит, — пожал плечами Рома. — Ой, шухер! Елена! Завуч медленно вошла в библиотеку и остановилась у стола с компьютерами. Ребята наблюдали за ней, стоя на лестнице подземного хода. — Лена, — позвал её знакомый голос, и в библиотеку вошёл Поляков. Он подошёл к женщине и остановился напротив. Некоторое время они просто смотрели друг на друга, не говоря ни слова. — Лена, — наконец заговорил Виктор. — Ты права, что обижалась на меня. Дело в том, что мы действительно не подходим друг другу. Лицо Елены Сергеевны искривила жалкая беспомощная усмешка. — Ты нашёл себе новое увлечение? — спросила она. — Нет, дело не в этом. Я много думал об этом… Мы не можем быть вместе, мы слишком разные… — Вить, не сердись на меня. Давай забудем! Давай начнём всё с чистого листа… — завуч умоляюще протянула к нему руки. — Нет, Лена. Я не хочу тебе врать. Мне очень жаль. Прости меня, если сможешь. Он резко развернулся и вышел прочь, а Елена Сергеевна тяжело опёрлась рукой на стол. По её бледному лицу катились слёзы. — Вот это страсти! — прошептал Роман. — Когда же она уйдёт? И где Андрей и Макс? Что-то они задерживаются…

***

— Эй, ты здесь? — услышал Андрей голос Морозова. — Тебя только за смертью посылать! Что так долго? Услышав голос Морозова, Андрей обернулся. — Альбом пропал. Всё уже здесь перерыл! — сказал он упавшим голосом. — Что значит пропал? Крысы сожрали, что ли? — спросил Морозов. — Крысы, тараканы, я не знаю. Но его нет. Сам посмотри! Морозов отодвинул пачку каких-то старых бланков и принялся перебирать скопившуюся на полке макулатуру. — Гляди, что нашёл! — вдруг окликнул он Андрея и протянул ему статью, вырезанную из газеты. — Лежала в папке среди других подборок. Андрей взял пожелтевший лист и посмотрел на большой снимок, где среди детей лет двенадцати стоял абсолютно лысый невысокий мужчина. На фото не было ни одного знакомого лица, поэтому Андрей с удивлением прочитал подпись: «Известный журналист Олег Птицын вручает приз футбольной команде детского дома». — Нехилую шевелюрку он отрастил себе за тридцать лет! — прокомментировал Морозов, увидев, что Андрей дочитал подпись. — И росточку прибавил, — покачал головой Андрей. — Слушай, а если это Птицын, то кто же тот хмырь из леса? — Чёрт! Надо наших предупредить. Вдруг он Даше снова позвонит! Идём! Они спустились с чердака и подошли к запертой двери из комнаты Савельича. — Не открывается! — Андрей ещё раз дёрнул за ручку. — Странно. Похоже, замок то ли сломан, то ли заблокирован.

***

— Наконец-то она ушла! Я уж думал, что моё сердце не выдержит этого спектакля, — Рома устало прислонился к стене. Бам! Каминная стенка вернулась на своё место, отделяя ребят от привычного мира школы. — Кажется, мы вляпались… — тихо сказал Артём, ощупывая стену в поисках секретного механизма. — Помогите мне! Вместе они осмотрели каждый камень кирпичной кладки, но ни один из них не помог открыть дверь. — Пойду посмотрю, что там. Здесь всё равно нет смысла оставаться, — решила Марина и начала спускаться по лестнице. — Может, лучше здесь подождём? — осторожно предложила Вика. — А что это даст? Если уж мы сюда попали… Ой, смотрите, факел! Ни у кого нет зажигалки? — позвала Даша снизу. Что делать, если её так и тянет на приключения? Не оставлять же её одну? Так, наверное, подумал каждый из оставшихся ребят, по крайней мере все четверо тоже спустились по лестнице. Рома достал зажигалку, и вскоре в коридоре, куда они попали, стало чуть светлее, хотя совсем не радостно. Вскоре ребята убедились, что это тот же лабиринт, куда они спускались из колодца. — Надеюсь, кто-нибудь считает повороты, а то обратно точно не выберемся… — хмыкнул Рома. — В прошлый раз мы здесь, кажется, были, — предположил Артём, оглядываясь. — Теперь надо вон туда, в правый коридор. — Нет, в левый! — возразила Вика. И тут в дальнем конце коридора, как раз из-за поворота, появился тусклый свет, будто кто-то шёл им навстречу с фонариком. — Бежим! — прошептала Марина, и они бросились в обратную сторону. Но не успели они убежать далеко, как с другой стороны на них надвигалась странная фигура. Кто-то огромный, сгорбленный, ужасающий, с непропорционально большой головой. Настоящее чудовище! Так, должно быть, и выглядят подземные монстры. Но Марина знала, что это никакой не монстр. Это её друг, пусть не красивый, но намного лучше, чем всякие другие. И она сделала для себя пометку, что нужно после всего этого обязательно его навестить. — Сюда! Здесь какая-то дверь открыта! — позвала Даша. Они забежали внутрь небольшого помещения, отгороженного решёткой. Их сердца всё ещё тревожно колотились от страха. — Чем это здесь пахнет? — шёпотом спросила Марина. Даша осветила комнату факелом и едва сдержала вопль ужаса: на полу у стены лежали истлевшие трупы, на которых ещё угадывались синие школьные костюмчики и грязные пионерские галстуки, а рядом — окровавленное тело… — Савельич! — выдохнул Рома. — Это же Иван Савельевич! — И пропавшие дети… Вот они… — тихо закончил Артём. Марина плакала, закрывая себе ладонью рот. Они уже догадывались, что ввязались во что-то страшное… Но одно дело — догадываться, другое — видеть всё собственными глазами!

***

Наконец замок щёлкнул, и Максим сложил нож. Он толкнул дверь, которая легко поддалась. — Так-то лучше, — пробормотал он и огляделся в поисках Андрея. — Эй, ты куда пропал? — Я здесь, — донёсся голос из шкафа. Через полминуты оттуда показался Андрей. — Представляешь, я поднялся сюда, чтобы поискать какой-нибудь рычаг для открытия двери, а обнаружил альбом Игоря Исаева. Кто-то накрыл его пледом. — Дай-ка, — протянул руку Максим. Среди рисунков действительно было изображение надкаминной фигуры, одна из деталей узора оказалась заштрихована. Оба парня переглянулись, понимая друг друга без слов: вот он, ключ к новому тайному проходу! Они вышли из комнаты Савельича, кое-как прикрыв сломанную дверь, и устремились было по коридору, но тут заметили директора. Поляков стоял к ним спиной, закрывая дверь своей комнаты. Ещё немного — и он обернётся, и лучше не попадаться ему на глаза. Андрей кивнул на одну из дверей и быстро заскочил в чью-то комнату. Точно так же поступил Максим. Морозов тихо закрыл дверь и только тут обнаружил, что, оказывается, попал в комнату уборщицы. Причём сама Маша была тут и смотрела на него — не испуганно, скорее удивлённо. — Тс-с-с! — сказал ей Максим и приложил к губам палец. Конечно, у неё не было никаких оснований его не выдавать. Напротив, Максим мог припомнить множество случаев, когда был груб с Машей. Даже не потому, что она его как-то особенно раздражала — скорее по привычке, на её фоне было легче поддерживать своё реноме крутого парня, который легко бросается язвительными шуточками или выливает на передник новенькой уборщицы стакан томатного сока. В общем, недоразумения между ними случались, и не единожды, но похоже, уборщица с чего-то взялась его опекать и при всяком удобном или неудобном случае норовила влезть в душу. — Маша, у вас всё в порядке? — послышался голос директора. — Я слышал какой-то шум… Вот сейчас всё и решится. Морозов снова приложил палец к губам и умоляюще посмотрел на уборщицу. — Это я стул уронила. Всё в порядке, Виктор Николаевич. — Маша… я хотел… — Поляков вдруг в нерешительности замолчал. — Что? Это срочно? Очевидно, прежде всего он хотел, чтобы Маша ему открыла — разговаривать через дверь было достаточно неудобно. — Да нет, потом. Извините за беспокойство и спокойной ночи. Прислушиваясь к затихающим шагам Виктора, Макс с облегчением перевёл дух: ну наконец-то! — Что случилось? Ты что-то натворил? — Маша приблизилась к нему с видом строгой мамаши, готовой призвать к порядку собственного отпрыска. Ха! Нашлась тут учительница! Здесь их и без Вершининой хватает! А если нравится воспитывать, пусть своих отпрысков заводит — будет ей немереный простор для деятельности. Вот хотя бы от Байрона — он, похоже, не против. — Ничего. Ерунда, — удостоил ответом Макс, уже направляясь к двери. — Из-за ерунды не прячутся от директора! Тем более посреди ночи! — настаивала Маша. Похоже, она собиралась приняться за него всерьёз. — Не могу сказать. Это не мой секрет, понимаешь? — Морозов повернулся к ней, удостоив высочайшей милости — хотя бы такого объяснения. — И что теперь? Заложишь меня? Это её сломило. Она опустила голову: — Нет. Сразу бы так!.. — Спасибо! — искренне поблагодарил Морозов и вышел из комнаты.

***

Даша едва видела то, что снимала на камеру телефона из-за слёз, застилавших глаза. Если бы только она могла убежать отсюда прямо сейчас и забыть всё, словно страшный сон! А ещё лучше, если бы всё это оказалось сном, и она могла бы проснуться в своей кровати и улыбнуться Паттисону, снятому на плакате в виде вампира Эдварда. Но реальность оказалась страшнее самых жутких кошмаров. И ради Савельича, ради этих погибших детдомовцев, Даша должна была пересилить себя и получить доказательства. Рома потянул её за собой: — Даш, пошли отсюда, ты уже всё сняла. — Подожди! — Даша снимала и снимала, словно боясь упустить какую-то важную деталь. Вика всхлипнула рядом: — Даш, мне тоже их очень жалко… Но мы ничего не можем сделать. Надо уходить… И тут из-за решётки донёсся лёгкий шум, яркой звездой вспыхнул свет фонаря. Ребята вздрогнули и отшатнулись. Неужели чудовище? Неужели это за ними? — Ребят, это я, Олег Птицын, — послышался знакомый голос. Птицын стоял перед ними с фонарём, освещая заросшую паутиной седую решётку. Вторая рука его была убрана за спину. — Как хорошо, что вы здесь! — выдохнула с облегчением Вика. — Тём, открой решётку! Артём взглянул на неё большими карими глазами и поспешно распахнул решётку. — Там трупы сирот! И Савельич, — обратился он к журналисту. Птицын, кажется, не удивился. У него было странное лицо. Отстранённое. Как у человека, готового на всё. И рука… Зачем он держит руку за спиной, словно прячет что-то? — А вы как здесь оказались? Что вы здесь делаете? — спросила Марина с внезапно проснувшимся подозрением. Журналист криво, совсем уже нехорошо улыбнулся. И в этот момент за его спиной возникло страшилище! Ребята уже видели его в коридоре. Вблизи чудовище оказалось ещё страшнее: действительно огромное, с непропорционально большой головой. На плоском лице двойной перекошенный нос, низкий лоб, маленькие глазки… Птицын наконец вытащил из-за спины руку, развернулся и щёлкнул курком пистолета, стреляя в чудовище. Так вот что было у него за спиной! Пистолет! Журналист выстрелил и попал в ногу чудовищу. Однако это монстра не остановило. Птицын снова нажал на спуск, но чудовище оказалось быстрее. Отклонив руку с пистолетом — так, что пуля ушла в сторону — оно схватило Птицына за шею и резко крутануло голову. Раздался тихий, но от того ещё более ужасающий треск. Безжизненное тело журналиста упало на бетонный пол, а чудовище вдруг истошно завыло.

***

Оказалась, что секретная дверь всё это время была на виду. Чтобы открыть проход в подземелье, нужно было нажать на выделенный на рисунке элемент. Максим позвал Дашу в темноту подземелья, но в этот момент на лестнице послышался топот. Ребята обернулись и увидели Дашу, Вику, Марину, Ромку и Артёма. У них были такие испуганные лица, словно они от кого-то убегали. — Что случилось? — спросил Максим. — Потом, потом… — ответил Артём, который выбежал последним. Он нажал на деталь панели, и стенка камина вернулась на место. Как раз вовремя, потому что спустя мгновение позади ребят послышался возмущённый голос Войтевича: — Что вы здесь делаете посреди ночи? Ну, я жду объяснений! — Мы… — Вика опустила глаза, не зная, что сказать. — Ещё не придумали, — усмехнулся биолог. — Ну что же, у вас целая ночь впереди. А сейчас — живо по спальням!

***

Им удалось поговорить только за завтраком. — До сих пор не могу поверить, что это всё было на самом деле, — сказала Вика, когда рассказ об их вчерашнем приключении подошёл к концу. Ребята сидели над полными тарелками, и никто пока не притронулся к еде. — Теперь у нас есть доказательства, — Даша выложила на стол свой телефон. — Надо бы это прекратить! Представляете, бедные сироты пролежали там, в подземелье, столько лет… — А что мы можем сделать? — Марина покрутила в руках вилку и снова положила её на стол. — Савельич убит, Птицын убит… Меня тоже чуть не убили… — И с этим Птицыным что-то странное, — подхватила Даша. — Не понимаю, откуда у него пистолет и зачем он очутился в подземелье. — А потому, что это не Птицын! — Максим выложил на стол найденную на чердаке вырезку. — Вот это настоящий Птицын, — Андрей ткнул в лысого невысокого человека на снимке. — Это его убили у реки. И думаю, убил его как раз тот, кто потом пришёл к нам на встречу и назвался его именем. — Чтобы выяснить, что мы успели нарыть! — догадалась Вика. — Вот это да! — выдохнула Даша. — А мы сами отдали убийце плёнку с доказательствами! — Выходит, он приходил в подземелье, чтобы нас того… — Ромка многозначительно провёл рукой по шее. — А этот ужасный монстр нас спас? Или он просто всех подряд мочит?.. Ничего не понимаю! — А ещё интересный вопрос — кто запер нас с Максом в комнате у Савельича?! — Андрей так увлёкся, что даже стукнул по столу кулаком. — Ребят, я думаю, у них есть сообщник прямо в школе! — прошептала Марина. — Как я уже говорил, — хмуро отрезал Максим, — им может быть любой. Абсолютно любой. Понимаете? Завтрак они заканчивали в молчании. Каждый чувствовал: опасность не миновала. Напротив, она только возросла.