Я расскажу тебе сказку...

      - Малыш, может быть, передумаешь? Или... Я тоже не поеду, может? Мне не спокойно.       Юнги обнимает Чимина со спины, приглаживая того по животу. Всего два дня прошло с той ночи, когда в их квартиру проникли двое неизвестных и до смерти напугали его малыша. А ведь Чимин только начал открываться по-настоящему, только начал чувствовать свободу, отдалился от страха и скованности.       Чимин успел запереться в их спальне. К ней даже не приблизились те двое, только разгромили гостиную и кухню, чему он был неимоверно рад и удивлён одновременно. Но паническая атака всё же не прошла стороной. Это потом, когда уже всё закончилось и с Юнги поделились ходом событий, стало понятно, что целью было напугать Чимина и отвлечь его самого. Только какого страха пришлось пережить и Юнги пока он доехал до дома и увидел, что Чимин относительно в порядке.       - Юнги, говорю же, я в норме. Ты все два дня сидишь дома и не отходишь от меня. Ты ведь видишь - со мной все хорошо.       Чимин поворачивается к мужчине лицом, не высвобождаясь из кольца рук, и ладонями обхватывает лицо напротив.       - Не переживай, родной. Езжай к ним. Раз они позвали, значит ты нужен.       Юнги чуть наклоняется, от чего нос Чимина щекочут его волосы, и мажет губами по открытому плечу, с которого сползла свободная горловина футболки.       - Они позвали нас обоих, Чим.       Чимин бы снова возразил и ответил, но настойчивый звонок в дверь заставляет тихо рассмеяться и уткнуться в шею Мина.       - Так может звонить только Чонгук, - бормочет он, прижимаясь губами к тёплой коже. - Открывай, иначе кулаки в ход пустит.       - Он был послушным, когда был младше, - усмехается Юнги. - Интересно, какое слово из "ты неделю под домашним арестом" ему не понятно?       Оставляет лёгкий поцелуй на губах Чимина и направляется к двери, на которую уже правда обрушивается тяжёлая рука младшего.       - Ты, блять, совсем крышей..., - Юнги замирает на пороге и забывает на несколько секунд свой вопрос, когда открывает дверь и видит... гостей. - ... двинулся...       - Не совсем, чуть-чуть, - Тэхён улыбается так мило и дружелюбно, даже немного смущаясь, когда видит выражение лица старшего, и показывает своё "чуть-чуть", отмеряя расстояние в воздухе между большим и указательным пальцами. - Но ему можно! Вы готовы?       Он протискивается в проём, очень бережно и деликатно касаясь плеча Мина, чтобы тот немного сдвинулся с места, и проходит в квартиру.       - Прости, Юнги. Я не смог донести до него, что ему не следует тоже ехать. - Чонгук виновато тянет улыбку и переминается с ноги на ногу, не смея заходить без приглашения. Особенно, когда на нём двойная вина.       - Ты должен быть под домашним арестом, Гук! - Не произнося больше ничего, Мин оставляет дверь открытой и скрывается в квартире.       - Это, наверное, можно считать за приглашение? - Младший не спрашивает никого. Просто мысли вслух.       Юнги смотрит на Тэхëна в свободных голубых джинсах и белой футболке, который устроился на его кухне за его столом и прямо сейчас кусает его яблоко с его же вазы.       -тБудете есть, или может пить что-нибудь?       Чимина веселит вся эта ситуация и ему определённо нравится этот Ким Тэхён. Он улыбается так широко, что его глаз совсем уже не видно, а Юнги готов пустить пар из собственных ушей и кровь из сонной артерии гостя.       - Нет, Чим-Чим, спасибо, - Тэхён отвечает на улыбку и переводит взгляд на Юнги. - Мин-Босс, вы готовы? Мы с Чонгук-и приехали за вами, - смотрит снова на Чимина, чуть привстает со стула, чтобы посмотреть на весь образ. - А вы до сих пор не готовы! - Приподнимает брови и смотрит удивлённо, даже обиженно. - Чонгук-иии, - тянет руку к стоящему в проходе Чону, который смотрит спектакль одного актёра со скрещенными на груди руками, опираясь о стену плечом. - Ну скажи своим друзьям, чтобы поторопились уже, - почти хнычет, выпячивая чуть нижнюю губу.       Ай-да Тэхён! Ай-да виртуоз!       Даже Юнги уже прыскает, сдерживая рвущийся наружу смех, когда Чон поддаётся и подходит к Киму, хватая его пальцы.       - Ребят, вы езжайте, а я дома останусь. Ну что мне там делать? Я в баре только работаю, а отдыхать там не умею, - Чимин немного тушуется и опускает голову.       - Так, блять! - Ну вот не обойтись без коронной фразы Кима! Ну нигде! Он встаёт со стула и оборачивается на Чонгука, в чью грудь упёрся спиной, - Подожди-ка, счастье мое. Я сейчас все решу, - улыбается ему, замечая как тот цокает на его игру, отходит в сторону, и поворачивается снова к хозяевам квартиры. - Я сказал - нужны все! Что не понятно? Мы все, - обводит пальцем каждого и уводит его в сторону окна, - включая тех, кто ждёт нас там, уже семья, мать вашу! Осталось только в вены пустить друг другу свою кровь, блять! И одному из наших сейчас жизнь въебала по самые яйца! И ему нужна помощь!       - Это проницательному-то помощь нужна? - Смеётся Юнги под шипение Чимина, который толкает его в бок локтем.       - Да! Именно ему! Он может и не признается в этом, но она ему нужна! - Остаётся только ножкой топнуть. - Джин сейчас его забирает из дома, откуда он не выходил уже два дня. Так что, прекратите любить мне мозги и живо собирайтесь!       Ну! Вот как можно спорить с таким убедительным Тэ-Тэ? Совершенно никак. Поэтому Чимин молча проходит мимо него, направляясь в сторону, куда показывает его палец, а именно - в спальню под хихиканье Чонгука. Последний, к слову, получает почти подзатыльник от Юнги и обиженно бормочет, пока Ким его обнимает, осторожно гладя по раненному плечу.       - Никто не говорил, что будет столько народа, - без недовольства Мина картина была бы неполной. - Гук, кто тебе разрешал покидать свою берлогу?       - Я разрешил! - Тэхён не допустит, чтобы отчитывали его Счастье.       - Ты не ахренел ли, Ким?       - Нет, не ахренел. Только влюбился, - прямота Тэхëна почти обескураживает. - Теперь только я решаю вопросы, связанные с Чонгук-и!       - Может быть, вы не будете себя вести будто меня здесь нет?! - Чонгуку только глазками хлопать остаётся пока право на него делят старшие. - На минуточку, я уже взрослый мальчик, чтобы решать самому что делать, а чего - нет.       - Чонгук-ии, счастье ты моё необъятное! Конечно, ты у нас самый взрослый, самый большой и самый самостоятельный мужчина! - Тэхён заискивающе поглядывает на свое сокровище, медленно приближается к нему и оставляет быстрый поцелуй на мочке его уха под растерянный взгляд младшего и фырканье старшего. - Я лишь имел ввиду, что никто не может тебя отчитывать.       - Был один младший. Теперь появился целый детский сад, мать вашу! Выметайтесь из моего дома и ждите в машине!       И правда - семья! Тэхён уверен!

***

      - На кой черт ты меня приволок сюда, Джин? Я и дома бухал отлично!       Развалившийся на потертом диванчике заброшенного на окраине города бара Хосок сейчас, мягко говоря, не первой свежести. Конечно, Джин сделал всё, что мог, сунув слабо сопротивляющегося под холодный душ прямо в одежде, в которой Хосок вернулся домой из офиса ещё два дня назад, выливая на его голову половину флакона геля для душа, но красные глаза с лопнувшими капиллярами, синяки под глазами, отёчность лица и перегар от выпитого и выкуренного никуда не деть. С горем пополам Сокджин заставил натянуть друга чёрный спортивный костюм и вытащил его на улицу. Чтобы была понятна степень пиздеца, что творился с Хосоком, нужно сказать, что он удивился не только сегодняшнему числу, но и времени суток. Ведь никогда, ни разу за всю его жизнь не было такого, чтобы он терял такое количество времени и выпадал из жизни, утопая в алкоголе. Даже, когда обнаружил, что Нари его не дождалась. Наверное тогда, он просто чувствовал ответственность за ещё одного человечка, которого он обещал вытащить из того ада, где они находились. А сейчас этот человечек сам кого хочешь вытащит и собственноручно отправит в ад. Так что, собственно говоря, Хосоку не за кого переживать и некого опекать. Он совсем один. Поэтому и позволил себе упасть в бездну.       - Вот именно, что дома и один, - отвечает Джин. - Ты ведь не алкоголик какой-то! Хочешь нажраться, нажирайся с друзьями, а не в одно рыло, как лох!       - Я и есть лох, Джин-и!!! - Хосок смеётся, опрокидываясь на спинку, как беспозвоночное существо. - Ох! Ебать какой же я лох, дружище! - И Хосоку было бы весело, если бы не было так горько и больно.       - Лохам тоже есть жизнь, дружище! - Джин смотрит на друга через плечо и отпивает из бокала виски.       - Да ты, прямо, друг на все случаи жизни! - Чон заставляет своё "беспозвоночное" принять сидячее положение и тяжело опускает ладонь на бедро рядом сидящего мужчины.       - Чон Хосок! - К столу подходит высокий мужчина в тёмно-синей рубашке с закатанными рукавами и чёрных брюках. - Только не говори, что за два дня от стресса решил попробовать чужую сторону от радуги, - Хосок медленно поднимает голову на знакомый голос и с трудом узнаёт в подошедшем Намджуна - нового друга, мать его. - И убери лапу от него!       - Намджун-и, - пьяная полу-улыбка озаряет лицо Чона, - наш новый друг! По-моему, как раз со дня, как ты стал им и пошёл весь пиздец в моей жизни! Ты знал, Джин? - Смотрит на притихшего друга. - Это он меня привёл в тот треклятый клуб, где я и встретил её!       Намджун смотрит на Джина, изучая заново черты лица и, кажется, немного волнуется. И Хосок, заметивший это, обязательно бы зацепился, не будь он сейчас пьяным.       - Мне, как раз, очень интересна эта история, Хосок. - Переводит взгляд с молчаливого Джина на рядом с ним сидящего. - Как так получилось, что бывшая невестка Танако оказалась любовью всей твоей жизни, старина?       - Блять! Я не успеваю сглаживать все ваши углы, парни! - Подошедший Тэхён отчаянно разводит руками и возмущается уже не на шутку. - Вакансия миротворца и переговорщика свободна нахуй! Я увольняюсь! - Смотрит по очереди на всех сидящих, которые явно не ожидали такого эмоционального всплеска от него. Останавливается на Хосоке. - А ты, блять, дыши, Хос! Можно, пожалуйста, не заводиться с пол-оборота?! Я устал, мать вашу!       Хосок молчит, глядя на младшего и думает только о том, что он каким-то ужасным образом оказался среди голубых, чьи гормоны и эмоции скачут страшнее, чем у баб.       - Где Чонгук? - После совершенно спокойного вопроса с серъезным лицом, все уже смотрят на него, не зная, чего ожидать.       - Скоро бу..       - Уже здесь, - отвечает Чонгук за, уже своего, по-видимому, парня и садится вместе с Тэхëном по правую сторону от Джина.       - Ты снова сломал моего друга, ковбой, - Хосок уже лениво смотрит на него, догадываясь, что компания собралась ещё не вся. - Решите уже свои вопросы и пусть он станет прежним. Эта истеричка, что в нём проснулась с твоим появлением, меня бесит.       - Может быть, и тебе стоит просто решить свои сердечные вопросы, чтобы ты стал прежним? - Джин совсем не хочет задеть друга, но "старший брат" в нём требует защитить младшего.       - Ну? Что тут у нас за проблемы и кого тут жизнь ебет по самые яйца? - Колкие шуточки Мин Юнги - его визитная карточка, которая летит впереди него. Он подходит к столу, держа за руку Чимина и они садятся по левую сторону от Хосока.       - Мин-Босс-Гей-Юнги, - тяжело выдыхает Хосок и смотрит на прибывшую пару. Осматривает всю собравшуюся компанию и замечает снова пожирающий взгляд Намджуна, направленный на рядом сидящего Джина. - Это меня жизнь ебет, и очень жёстко, по ходу, раз я блять оказался зажат в кругу парней, поблескивающих голубизной, мать вашу! Надеюсь теперь все уже в сборе, да?       Шумно собравшаяся компания из, казалось бы, совершенно несовместимых в дружбе парней, после часа едких шуточек, споров и пререканий, сейчас сидит за дальним столом старого бара и слушает неполную историю Джина о том, как когда-то, давным-давно они здесь познакомились с Хосоком. Неполную, потому что он до сих пор так и не может открыть тайну своему младшему брату, что тот таковым является. История передаётся исключительно его взглядом, как молодой тогда ещё Хосок, не раздумывая и секунды, достал свой перочинный ножик и с оскалом разъяренного зверя, как минимум, ринулся в толпу пьяных взрослых отморозков, которые были в разы крупнее их двоих вместе взятых, спасать незнакомого парнишку. И именно с того вечера они и стали друзьями. Притихшая компания слушает мелодичный голос Джина, наблюдая лёгкую улыбку благодарности на его лице. А Намджун, кажется, влюбляется во всё, что он видит и слышит. А смотрит он только на него.       - Ты, блять, ещё слезу мне тут пусти, Джин! - Хосок разбавляет душевную атмосферу ложкой своего дëгтя. Ну потому что "где моё ведро", как душит эта милота. - Мой поступок никоем образом тебя не касался, поверь. Я бы это сделал будь на твоём месте любой другой. - Он отпивает маленький глоток неизменно любимого рома и смотрит на друга.       - В этом и дело, Хосок. Несмотря на то, чем ты занимаешься и на твой поганый характер, внутри ты остаёшься хорошим человеком. И терпеть несправедливость ты не будешь кого бы это не касалось.       - Ах вот, куда ты выруливаешь, - усмехается Чон, снова заваливаясь на спинку. - Здесь проëб, дружище, - опускает взгляд на бокал в руке, который он прокручивает дном на бедре с улыбкой горечи. - Нихрена я не такой. Чон Хосок тот ещё отморозок, Джин, который за всю свою жизнь не сделал ничего стоящего.       - Ну нет! - Тэхён встревает в диалог, не переставая поглаживать пальцами плечо Чонгука. - Лично я знаю две вещи, за которые тебе стоит гордиться.       - Ах, да! - Тихо смеётся Хосок. - То, что вытащил тебя из "сранника". Но твой выход оттуда был лишь вопросом времени, а в жизни ты и без меня бы добился всего, чего захотел бы. А про второе - я в душе не ебу, о чем ты. - Смотрит на Кима.       - Это ничто по сравнению со вторым, брат. - На последнем слове он, почему-то, смотрит на Джина, который, заметив это, немного теряется и нервозно ерзает на месте. - Второе твоё творение - просто чудо чудесное!       Здесь нервничать начинают уже Юнги, Чимин и Чонгук, который смотрит поочерёдно на говорящего и на остальных двоих. Юнги чуть прокашливается, надеясь привлечь внимание Тэхëна, чтобы тот не сболтнул чего лишнего. Привлекает. И смотрит сердито.       - Но об этом немного позже, брат, - заканчивает Тэ, веселясь напряжённости вокруг и допивая уже пятую порцию виски.       - Чего хочет Танако от тебя, Хосок? - Юнги решает увести тему в безопасную, как он думает, сторону и наконец вывести в полезное русло.       - Аха! - Хосок выпрямляется, принимая тему. - Иошито, мать его, Танако! Это ты очень удачно о нём заговорил, Мин! - Смотрит на мужчину через сидящего рядом Чимина. - А давай сыграем?! - Улыбается, а глаза вдруг начинают блестеть. - Ты мне даёшь ответ взамен на мой ответ. За раз - по одному вопросу!       Зря. Очень зря, Юнги.       - Я не буду отвечать на те вопросы, на которые должен отвечать не я, Хосок. Если это условие тебя устроит, то сыграем.       Чимин сильнее сжимает пальцы Мина, которые до сих пор легонько перебирал в своих.       - Не волнуйся, Чима, всё хорошо, - успокаивает Юнги любимого, заглядывая в глаза.       Хосок видит беспокойство парня. Как ни крути, Чимин здесь единственный слишком мягкий и ранимый, по его мнению. И он уж точно не желает его чем-то задеть или обидеть.       - Договорились. Отвечай только на то, что можешь.       - На то, на что имею право, Хосок.       Чонгук растерзал свою нижнюю губу до крови, понимая, что вечер не будет таким уж беззаботным. Он совсем не хочет, чтобы Рину, которую он считает старшей сестрой, несмотря на её холодность и отстранённость, обсуждали сейчас, а тем более копались в её прошлом. Но он полностью доверяет Юнги, поэтому молчать уж у него получается.       Тэхён ещё раньше заметил, как он весь напрягся и начал нервничать. Он смотрит на своё Счастье и удивляется такой преданности, понимая почему тот волнуется.       - Не переживай, Чонгук-и, - шепчет он на ушко с лёгкой улыбкой, на которую тот отвлекается и смотрит во все глаза. - Поверь мне, Хос ни за что не скажет и не сделает ничего, что может задеть Рину и..., - смотрит на такого любимого, ждёт пока Чонгук поднимет взгляд с его губ на глаза, - ... сына. - Наблюдает, как немного округляются глаза напротив и беспокойство играет в них в разы ярче. - Даже, если он ещё не знает о том, что пацан - его.       Тем временем, все остальные внимательно смотрят на опустившего свою голову на сцепленные пальцы, Хосока, ожидая ответа на вопрос Юнги. Он так и начинает свой рваный ответ в таком положении. Поэтому всем приходится немного податься вперёд и прислушиваться.       - Наверное, тебе стоит сказать, что с этой семьёй я... нет, не так..., - поднимает голову и смотрит куда-то в пустоту, будто сквозь долгие годы возвращаясь в прошлое. - Рина, Тэхён и я знакомы очень давно. Тогда ещё упыреныш Гисок доставлял нам с Риной достаточно хлопот. Но в день появления Тэхёна...       Хосок пересказывал историю того дня настолько подробно, насколько позволяла память, не обходя стороной собственные мысли о том персонаже и о, тогда ещё, Нари. Намджун, который совершенно не знал ничего из всей этой истории и жизни новоиспечённого друга, в отличие от всех остальных, которые слышали, может не всё, но что-то из разных источников, то и дело вскидывал брови, округляя глаза, морщился или качал головой из стороны в сторону. А Тэхён, невольно погружаясь в рассказ, подмечал некоторые моменты и подробности, о которых тоже слышал сегодня впервые. Например, о том, что Нари и Хосок негласно взяли за него ответственность с первой минуты, как только увидели растерянного и отрешенного мальчика. Он отвёл взгляд в сторону, чтобы никто не заметил блеснуашей в полумраке влаги. Только вот появившаяся на его плече тёплая ладонь и поглаживания дали ему понять, что незамеченным он не остался.       - Всё в порядке, Чонгук-и, - шепнул он благодарно улыбаясь и коснувшись его колена. - Не переживай.       - И вот теперь я узнал, что упыреныш вырос, оказался сыном Танако, и он все эти годы мстил Рине за то, что сделал с ним я.       - Так ты думаешь, что всё дело в тебе и он лишь мстил? - Юнги смотрит на Хосока и понимает, что тот возложил на свои плечи всю ответственность за то, что переживала Рина, искренне убеждённый, что виноват он один во всей этой истории.       - Думаю, что физически он её наказывал только из-за меня, Юнги. Я понимаю, что Иошито, скорее всего, охотился на меня ещё тогда, учитывая что рассказал Намджун. О том, что старик отправил сына в Корею ещё в детстве, дав задание на полжизни. Не знаю, в какой именно момент Рина стала частью плана, - он на секунду сжимает веки от мысли, что возможно она его обманывала очень долго. - Но...       - Дело было не только в мести, - тихий голос Чимина заставляет вздрогнуть всех, включая Юнги. - Я не знал, что Рина его называет "Упырь Гисок" с самого начала не просто так, думал это просто рандомно появившееся. - Хосок чуть щурит глаза, услышав это. Его уверенность в том, что Рина сошлась с ним добровольно не вяжется у него в голове с тем, что она с самого начала его так называла. Может, просто привычка? - Я бы в это поверил, если бы он измывался только над ней. - Тэхён после этих слов накрывает губы ладонью от ужаса, понимая, что Чимин говорит о себе в числе тех, о ком идёт речь, и в панике переводит полный страха взгляд на рядом сидящего Чонгука. Чонгук понимает о чем тот думает и мягко улыбается, накрывая его руку своей и коротко, отрицательно качает головой.       - Чимин? - Юнги же не может поверить в то, что его малыш сейчас впервые говорит о прошлом, да ещё и так спокойно. - Ты не обязан...       - Всё хорошо, Юнги, правда, - парень улыбается грустно, но без тени скованности, заглядывая в обеспокоенные глаза напротив, и снова обращается к Хосоку. - Он насиловал тех, кто хоть мало-мальски ему приглядывался и не различал жертв на половую принадлежность. Особое удовольствие он получал, когда жертва вырывалась и кричала от страха с ужасом в глазах. И он не скупился на методы, которые могли ему позволить увидеть этот страх и услышать истошные крики и мольбы. Я не стану пересказывать всё в подробностях, Хосок. - Он заглядывает в полные сожаления и боли глаза. - Но не думай, что там были какие-то другие чувства, кроме истинной взаимной ненависти. Гисок был ничтожеством, которого покрывал отец и который просто получал удовольствие от жестокости и чужой крови. А меня и Рину он ненавидел больше всех, потому что... что бы он ни делал с нами, мы не давали ему то, чего он так жаждал.       Хосок прикрывает глаза на последнем понимая, что ублюдок пробовал много вариантов за все эти годы. Внутри все рвётся, опаляя кровью его душу и сознание. Он шумно выдыхает и опускает голову без сил в то время, как Юнги крепко прижимает смысл своей жизни к груди и шепчет о том, что он у него самый сильный и что любит его безмерно. Джин, не выдержав всего этого, резко встаёт и направляется к выходу, а Намджун спешит за ним. Он всё это время наблюдал за болью в его глазах и за тем, как тот постоянно поглядывал на Тэхëна. Последний же упёрся лбом в плечо Чонгука и думал о том, у кого можно вымолить вернуть упыря в этот мир, чтобы он смог лично заживо разорвать его на кусочки и сжечь, чтобы даже пепла не осталось.       А Чимин не рассказывает о том, что Рине повезло намного меньше, чем ему, несмотря на множество шрамов на его теле. Не рассказывает о том, что проклятый Гисок всё же смог найти способ как сдавленно, через стиснутые зубы, но слышать её короткие крики. И о том, что она спасла Чимина от этого способа буквально за минуты от неизбежного, выманив из комнаты и убив чудовище.       - Просто обещайте, что отец этой мрази, который всё знал и содействовал, не одержит победу в этой истории. - Чимин обращается уже ко всем, когда вернулись Джин с Намджуном и смотрит по очереди на всех мужчин за столом. - Не может такое ничтожество ходить по земле и продолжать калечить жизни!       - Я даю слово, слово Чон Хосока, что отомщу за каждую царапину, за каждую вашу слезинку и предоставлю вам возможность самим лишить его глотка воздуха, Чимин! Клянусь!       Хосок, чего бы это ему ни стоило, сдержит обещание. Плевать на ответы, которые он хочет получить. Уже неважно, что будет потом. Он сотрёт с лица земли эту поганую кровь, замаравшую их жизни.       - Мы все даём слово! И в этом деле мы вместе. - Намджун смотрит на Хосока, Тэхëна и Юнги. Даëт понять, что он не просто так здесь сидит и сделает все, чтобы уничтожить вместе с ними врага.       - Срань Господня! Вот это войнушка намечается! - Громкий голос на выдохе Тэхëна и, так не к месту, шуточное заявление приковывает удивлённые взгляды всех шестерых мужчин. - А я ведь ещё так молод, - страдальчески сводит брови и смотрит куда-то в потолок. - Счастье своё только нашёл и не успел даже на вкус его попробовать! Господи! Не дай мне умереть, не насладившись этой сладостью, - он кладёт руку на бедро закатывающего глаза Чонгука, видимо помогая Господу понять о какой сладости идёт речь, возвращает внимание на "семью" и замирает на секунду, понимая, что ему удалось отвлечь всех. - Да хорошо, хорошо! - Закатывает недовольно глаза и снова смотрит в потолок. - Господи! Не дай умереть и этим бякам тоже! А то нам с Чонгук-и будет очень скучно без них всех!       От завывания Тэхëна несдержанно смеются уже все, ощутив прилив какой-то энергии и позитива, несмотря на всю картину в целом. Каждый из них думает о том, что они вместе непременно смогут очистить эту жизнь от такой смердящей грязи, как старик Танако. Даже Хосок, незаметно оглядывая всех, готов согласиться с тем, что с друзьями намного легче справляться с проблемами.       Только вот с основной проблемой, в которой виноват только он, они помочь не смогут. И ему необходимо будет решить её самому. Решит. Он обязательно решит. Потом. После того, как дело со стариком закончится.       Знал бы он, что старик в корне с ним не согласен и в этом тоже, не терял бы время и не откладывал бы счастье.       А Тэхён, горло которого стало сухим от столь старательных молитв, решает смочить его очередной ... дцатой порцией алкоголя.       - Может тебе чуть притормозить, Тэ? Тебе ведь потом хуево будет. - Джин смотрит на младшего и переживает, что тот хлещет чистый алкоголь, как водичку с лимоном.       - А ты сейчас, - он облизывает губы и смотрит на Джина, сдвинув брови и выжидая - беспокоишься обо мне, как кто?       И снова этот вопрос, от которого Джин теряется. Он смотрит в ответ, кожей ощущая поддерживающий взгляд Намджуна, которому немного ранее он рассказал по какой причине так остро и болезненно реагирует на всё, что касается Тэхëна. Кажется этот Намджун очень заботливый, но Джину сейчас не до этого. Джин сейчас думает под пристальным взглядом младшего, да и Хосока тоже о том, что... Может быть алкоголь в крови брата немного притупит его реакцию на то, что он узнает? Скорее всего, тут дело больше в алкоголе, что гуляет по его собственным венам. Иначе объяснить появившуюся смелость он не сможет потом никак. Или, может быть, дело в атмосфере и во всех этих рассказанных историях их жизни? В том, что Джин понимает прямо сейчас, в отличие от Хосока, что откладывать важное нельзя? В любом случае:       - Как твой старший брат, Тэ.       Он замечает, как лицо и взгляд младшего никак не меняется в то время, как собственное сердце готово прорвать грудную клетку от волнения. И только через несколько секунд образовавшейся тишины будто в вакууме, он слышит:       - Ну, блять, наконец-то! Думал так и подохну не дождавшись!       Тэхëн бьёт свободной от Чонгука ладонью по собственному колену и победно улыбается, глядя на Джина под тихое "Что?" от своего парня. А Джин теряется в конец от такой реакции. Он округляет глаза и машет перед собой обеими руками со словами:       - Нет, нет! Погоди, Тэ! Ты не понял, наверное. Я правда твой старший двоюродный брат!       - Да неужели?! - Тэхён уже открыто и в голос смеётся над старшим, а Хосок со своим "Ну пиздец, блять! Он всё знал!" вгоняет Джина в ступор, а всех остальных в глубокое замешательство. - А с тобой я об этом позже поговорю! - Длинный палец младшего, направленный на Чона, не сулит ничего хорошего, но он готов принять всё наказание в полной мере. Ведь самое главное здесь то, что Тэ не скандалит и, кажется, принимает родство и старшего брата. - Долго же ты решался, братец! Столько лет молчать - это же ахуеть какая выдержка! Я уже не знал, как ещё на тебя надавить, чтобы ты наконец раскололся!       Сказать, что Джин сейчас, да и все остальные, кроме Хосока, в ахуе - не сказать ничего. Юнги сидит с открытым ртом, глядя на них по очереди. Чимин прикрывает ладошкой свои пухлые губки и уже шмыгает носом, радуясь, что хоть у кого-то из них есть родной по крови человек рядом. Намджун искренне радуется за Джина, который так сильно переживал о том, что будет не нужен младшему. А Чонгук так вообще зависает на счастливом лице своего парня, погружаясь в тёплую волну радости за него. И только Чон Хосок тихо смеётся, опустив голову и покачивая ею из стороны в сторону.       Вот это малой! Вот это, конечно, он дал!       - Тэхён, так ты меня не прогонишь? - Джин складывает ладони перед собой в ожидании милости от младшего. А тот, видя это, смотрит в глаза, теперь уже, брату.       - Не дождёшься, понял? - Отвечает серъезным, таким несвойственным ему тоном. - Ты теперь встрял по самое горло, братец! Я из тебя выбью все братство за все эти годы, что ты молчал! - Улыбается и встаёт, чтобы наконец обнять родного человека. Джин так резко вскакивает от счастья, что опрокидывает свой бокал, и тянется обеими руками к младшему, смахнув слезы с ресниц. - Только у меня есть одно условие, - уже крепко обнимая Джина.       - Какое условие? - Старший немного отстраняется и смотрит удивлённо.       - Мой брат не может работать в том месте, которое плачет по нам с Хосоком! - Смешинки в глазах младшего могут говорить о том, что тот шутит. Но Джин прекрасно знает, что как бы много и шутливо тот не говорил, в каждом его слове есть смысл. И просто так не произносится ни одна шутка и ни одно слово.       - Чем до сих пор мешала моя работа вашей работе?! - Возмущается Джин, переводя взгляд с Тэхëна на Хосока, который только плечами пожимает, мол, "Решайте свои проблемы сами!"- Вы ко мне пришли хуеву кучу лет назад и сказали, чем собираетесь заниматься! А я вам что ответил? Попросил просто не попадаться! Даже слова поперёк не сказал! Да меня самого можно сажать за это хоть сейчас! Вы совсем охренели, мелкота?! - Степень возмущения Джина растёт пропорционально его голосу, который на последних словах доходит до скрипа, лишающего лёгкие его самого воздуха, а перепонки окружающих возможности нормально функционировать в дальнейшем.       - Джин-и, спокойнее, - смеётся Намджун, морщась, - он ведь шутит!       - Кто сказал? - Тэхён оборачивается на мужчину. - Никто не шутит! - Чонгук цокает и хлопает его по бедру, призывая заканчивать спектакль. - Я серъёзно! Не уйдёшь с работы ради меня?! - И тут все понимают - кажется Тэхён не шутит. - Хосоку нужен начальник охраны. А исходя из последних событий, он должен быть в доску своим!       Джин переводит снова озадаченный взгляд на Хосока и снова не добивается ничего, кроме как разведённых в стороны рук и пожиманий плечами.       - Уйду, - резко и уверенно отвечает он младшему и улыбается в ответ на широкую, счастливую - брата.       - Ну и дела, блять, - Юнги приходит в себя и поворачивает голову к Чимину. - А ты дома хотел остаться. Смотри, как здесь интересно! - Смеётся своей очаровательной улыбкой и смотрит на Хосока. - У вас всегда так важные дела решаются?       - Самые важные дела для нас - это дела, касающиеся близких и родных, Мин. Дела, которые тревожат наши души и сердца, а не кошелёк и карманы. - Отвечает и на вопрос, и на взгляд Хосок на фоне общего гула остальных ребят. - И, да! Самые важные дела мы решаем именно так, - тянет уголок губ вверх, устало улыбаясь. - Я рад, что вы сегодня здесь, Юнги. Чимин, - смотрит на открыто улыбающегося парня, - спасибо тебе за откровенность. Я понимаю, что ты деликатно оставил в стороне многое, - его лицо искажается от ноющей боли в груди, - но спасибо, что ты смог поделиться этим. И знай, что я не забуду про обещание. Я, - возвращается к Юнги, - очень плохо, мерзко себя повёл в послед...       - Она в порядке, - прерывает Мин, понимая о чем тот говорит. - Вам следует о многом поговорить, Хос. Но знай, что она в порядке. И я бы не сказал этого, если бы она не просила меня передать это тебе, когда узнала, что мы увидимся.       Хосок смотрит в глаза Юнги и видит, что тот не лжёт. Значит Рина, вместо того, чтобы ненавидеть его, проклинать и строить план мести, переживает и просит сказать, что она в порядке? Сейчас Хосок чувствует себя ещё хуже! Сейчас он ненавидит себя ещё больше! Ему нужно на воздух. И домой. Нет, не для того, чтобы продолжать бухать и проклинать себя. Он должен хорошенько собрать все свои мозги и обдумать дальнейший план действий по устранению Иошито Танако, а потом... Потом он попытается исправить все свои ошибки.